Глава 6

Я ничего не понимала, кроме того, что впервые видела Рейна «на охоте». К счастью, Рэнди обернулся и уснул у меня в руках, а я смотрела на профиль Рейна за рулем и не решалась голоса подать. Что-то подсказывало — его лучше не трогать. А еще — что что-то не так.

Когда мы вдруг оказались в знакомом дворе, я удивилась.

— Я думала, мы едем в твой дом, — посмотрела на Рейна, когда он помог мне вылезти из машины.

Рэнди дрых на груди в слинге без задних ног.

— Еда нужна будет? — глянул Рейн в машину, и я поняла, что рано начала задавать вопросы.

— Может быть…

Он подхватил сумку с бутылками и смесью и повел меня к подъезду.

— Рейн, что ты задумал? — Выдержки снова не хватило.

Он сверлил нетерпеливым взглядом створки лифта и, как только те раскрылись, выпустил меня на этаже:

— Ты правильно сказала — одинаковые ошибки никто не делает. Я поставил Лине маяк под кожу.

Я заморгала на открывшиеся передо мной двери, но не видела ничего, лихорадочно размышляя.

— Ты можешь ее найти? — наконец, дошло до меня.

— Если ее не похитили те, на кого я подумал, — прошел он внутрь мимо спальни и толкнул двери в небольшую комнату без окон, забитую аппаратурой.

— Рейн, объясни, — хрипло потребовала я.

— Сейчас, Ди, — уселся он за компьютер. — Мне просто очень хочется думать, что ты права…

Пришлось сделать глубокий вдох и просто наблюдать, как Рейн включает систему, потом запускает программу… Даже с моими поверхностными знаниями можно было разобраться, что результатов поиска нужно еще подождать минуту-две… может, три… В повисшей тишине стало слышно, как сопит Рэнди. А я не спускала взгляда с Рейна. Понятия не имела, что мне делать, если маяк не отзовется. Хотелось его обнять, но это только отвлечет.

Сейчас станет понятно, что нас всех вообще ждет… Долгий путь к восстановлению без его дочери? А возможно ли вообще выздороветь после такого? А как простить себя? Ведь, если подумать, Эмма оказалась права — я оттянула Рейна, и в ее семье снова случилась беда…

Когда раздался слабый писк, я вздрогнула. Хоть в комнате и было сумрачно, лицо Рейна будто осветило светом.

— Рейн? — мой сдавленный шепот показался криком в тишине.

— Поехали, — поднялся он.

— Она в порядке? — пыталась заглянуть в его лицо. — Ее не похитили?!

У меня пока что не помещалось в голове все, что происходило — трудно было поверить, что бывшая жена решила лишь добавить Рейну проблем.

— Надо убедиться, Энди.

Он сцапал меня в охапку и потащил на выход, параллельно отвечая на входящий:

— Харт… Я знаю, что не дождался. Ты можешь приехать ко мне домой? Я просто не могу разорваться, а мне нужно, чтобы кто-то задержал мою бывшую жену.

Я прижала к себе Рэнди в лифте, не спуская взгляда с Рейна. Хоть бы с девочкой было все хорошо!

— Да. Я все объясню. Спасибо. — Рейн убрал мобильный и посмотрел на меня. — Она по маячку у матери Эммы.

— Твою ж мать! — оперлась я спиной на стенку лифта и едва не сползла на трясущихся ногах до пола. — Но зачем?!

— А я тебе объясню, — качал он разочаровано головой. — Эмма наверняка узнала от отца — известного адвоката, что я фигурирую в деле о пропавших детях. А это значит, что Петр уже запустил процесс ареста ключевых персон, и слух пошел на высоком официальном уровне. Он вчера выглядел очень довольным, что я надежно отстранен… Я тебе гарантирую — он уже допрос ведет…

— И? — лихорадочно соображала я, пытаясь не терять мысль.

Рейн вывел меня из лифта и взял за руку:

— И Эмма решила меня наказать. Она давно не в адеквате, но мне было плевать…

— Как наказать?

— Заставить дернуться, сделать ошибку. Идеально — подставить шею, пытаясь срочно добраться до своей дочери, якобы похищенной моими недоброжелателями. То, что они уже наверняка под стражей, она не знает… Это я предполагаю, зная Виммера…

— Зачем? Ты ведь… у тебя могут быть проблемы!

— Зато с тобой я, очевидно, остаться не смогу.

— Твою мать, — ошалело села я в машину и, дождавшись, пока Рейн сядет за руль, спросила: — А ты бы правда мог направиться прямиком к тем, кто мог похитить Лину?

— Я уже почти дернулся, Энди, если бы не ты, — вздохнул он и завел двигатель. — Но нужно убедиться, что все это так.

— Маячок не может врать. Твой — точно не может.

— Ты начала в меня верить? — усмехнулся он, выкручивая руль.

Я только закатила глаза, смущенно закусывая губы. Ну что тут было сказать?

— Не может, — сжалился Рейн. — Но надо убедиться…

— А просто позвонить мы не можем?

— Ее родители со мной не разговаривают, — усмехнулся он грустно. — Да и наверняка просто не в курсе, что происходит. А Харт еще не успел до них добраться с расследованием.

Я видела, как Рейн снова рвется на части — хочет давить на педаль до упора, но еле ползет, потому что в машине я и сын. И так теперь будет всегда. Но это все ерунда. Главное — чтобы все были живы и здоровы… и рядом.

Когда мы приехали в центральный элитный район на побережье, был разгар дня. Не знаю, как Рейн еще не задымился в пробках — даже я уже психовала. Рэнди проснулся и, увидев поблизости папу, обернулся котенком и вознамерился перескочить к нему на переднее сиденье. Когда мы остановились у высокого огромного забора, я уже взмокла.

— Давай его мне, — протянул к нам руки Рейн сразу, как мы вышли. — Иди сюда…

Рэнди принялся жаловаться ему на непонятливую маму, которой не понять, как он хотел показать папе, что может прыгать.

— Искусал мне все пальцы, — не осталась я в долгу, демонстрируя котенку пострадавшие руки. — Рэн, так нельзя!

Но во второй ипостаси взгляд у сына выходил такой, что досада на него растворялась без следа.

— Весь в тебя, — закатила я глаза, — один взгляд, и я таю.

— Как мы заговорили, — напряженно усмехнулся Рейн. — Пошли.

Мы все равно дико нервничали, хоть и пытались успокоить друг друга. Но когда в воротах показался мужчина в возрасте, а за ним следом вылетела повзрослевшая девочка, которую однажды видела у Рейна на руках, ноги подкосились даже у меня.

— Пап, привет! Я увидела тебя на камере, — бросилась Лина к Рейну, присевшему рядом, а он сцапал ее и прижал к себе. Рэнди при этом не выпустил, и сын принялся обнюхивать девочку.

— Привет, — выдохнул сдавленно Рейн, и только я могла понять, почему так дрогнул его голос.

Но не все понимали.

— Рейн, что ты тут делаешь? — недовольно потребовал дед Лины, переводя взгляд то на меня, то на Рейна. — Лина вчера только приехала, могли бы предупредить… Клара запланировала уик-энд…

Но Рейн не слушал — прижимал к себе дочь.

— Пап, что случилось? — Лина покосилась на меня. — Ты нашел ее, пап? А это кто?

Наверное, не так надо было сообщать ребенку новости. Но уже ничего не изменишь…

— Да, — отстранился Рейн и посмотрел на меня: — Лин, это Энди. — Он удобнее перехватил сына: — А это — мой сын Рэн.

— У тебя был сын? — вздернула брови Лина.

«О, да… А еще мы думали, что у него больше нет тебя…» — подумалось мне.

— Да, так получилось, — улыбнулся Рейн. — Я нашел сразу двоих.

— Здорово! — просияла Лина. — Теперь ты тоже поправишься, да?

— Да, определенно, — кивнул он, а я не выдержала — обняла его сзади, прижимаясь щекой к спине. Чтобы услышать тихое продолжение: — Осталось только на тебя маячок повесить. И на Рэнди…

Ну что ж. Если это его способ удержать сразу всех — не буду мешать.

Из ворот дома быстрым шагом вышла недовольная женщина — несложно было догадаться, что это бывшая теща Рейна. Один взгляд сказал все. Но когда она попыталась возмутиться на наше появление, Рейн не позволил:

— Ваша дочь сегодня заявила о пропаже Лины в розыск, — сурово начал он, прижимая Лину к себе. — Мы подняли на уши всех…

— Эмма?! — задохнулась от удивления теща.

А я кивнула Лине в сторону машины:

— Пойдем? Пусть взрослые выпустят пар… — Мы отошли с ней на небольшую площадку перед домом, где Рейн бросил машину. — Как ты?

— Хорошо, — дружелюбно кивнула Лина, но тут же сникла, когда мы с Рэнди уселись на траву. — Прости, если бы я раньше рассказала папе, что ты приходила…

— Не вини себя, ты же не знала, — улыбнулась я. — Мне и самой не мешало бы дать папе решить самому.

— Но мама ведь тебе что-то сказала тогда, раз ты ушла. — Лина присела рядом, поглядывая, как Рэнди кувыркается в траве. — Такой он милый…

— Мама попросила дать вам время, — осторожно начала я.

— Но время не помогло, — погрустнела Лина. — Я знаю, я же видела, что ему становилось только хуже.

— Мне было сложно понять, что испытывал твой папа. Я думала, что так будет лучше. Но ошиблась. Я тоже не… — Я хотела сказать, что не оборачиваюсь в зверя, но осеклась. — Я была, как ты, до появления твоего папы. Не умела оборачиваться.

— Правда? — удивилась девочка. — А теперь?

— Ну, пока его не было, снова перестала. Но, кажется, зверь вернулся, стоило ему меня найти.

Лина покачала головой:

— А как это? Когда чувствуешь это?

— Сначала страшно… — Я вдруг поняла, что у нас с ней много общего. — Да и до сих пор страшно, если честно… Я не могла обернуться обратно. А Рейн… твой папа… он помогал. Успокаивал, пока я бегала вокруг него кругами и паниковала…

— Мне иногда так невыносимо хочется стать, как все, — поделилась она. — Но мне тоже страшно.

Мы улыбнулись друг другу, а мой взгляд зацепился за Рейна. Он кому-то звонил — сосредоточенный и напряженный, а родители бывшей жены тревожно переглядывались, временами растерянно переговариваясь друг с другом.

— Мама, похоже, натворила дел, — сжалась в комочек Лина. — Я просила ее вчера обратиться к врачу, но она сказала, что с ней все хорошо…

Мне нечего было сказать. Да, можно было наврать девочке, что с мамой все будет хорошо… Но у меня такого опыта не было. Я терпеть не могла, когда мне врали — врачи в бесплатных дежурках, продавец в продуктовом, которая старалась не продавать матери алкоголь… Они все мне врали, что мама поправится.

— Ей лучше начать лечиться сейчас, — тихо отозвалась я. — Чтобы не стало поздно…

— Я знаю, — серьезно кивнула Лина. — Может, папа теперь добьется, чтобы ее показали врачу, и маме помогут?

— Думаю, наверняка.

А еще маму могут посадить за фальшивый запрос на поиски ребенка.

— Она забрала у меня мобильный из рюкзака, а сказала, что я забыла его дома… — вздохнула девочка и поднялась навстречу Рейну.

Только Рэнди опередил, почуяв приближение папы. Но Рейн успел и сына подхватить, и Лину взять за руку:

— Как вы? — тревожно глянул на меня.

— Хорошо, — с готовностью кивнула я, поднимаясь.

— Мы сейчас к нам домой — там Харт с Эммой, и Петр уже в пути.

— Наверное, надо подумать про обед? — осторожно предположила я.

— Да, хорошая идея, — слабо улыбнулся Рейн, сжимая руку дочери в своей. А мне так невыносимо захотелось обнять его хоть на вдох, чтобы почувствовать пульс, запах, ритм дыхания… Я моргнула, сглатывая, и взяла Рэнди из рук Рейна.

— Маму не кусать, понял? — наказал сыну Рейн прежде, чем я уселась с ним назад. — Лина, пристегивайся.

— Хорошо, пап, — просиял ребенок. И уже когда дом остался позади, добавила: — Как хорошо, что вы за мной приехали! Терпеть не могу выходные у деда с бабушкой!

***

Казалось, мне пора на пенсию. Староват я стал для таких передряг… Когда увидел Лину, в глазах потемнело и подернулось дымкой на несколько секунд. Я даже не успел осознать, насколько поверил в то, что ее наверняка уже нет. Не верил, что на этот раз жизнь мне сделает такую поблажку…

Но она сделала ее еще год назад — когда швырнула Энди в мои лапы. Эта девочка стала моим ангелом-хранителем. Я вел машину, а у меня до сих пор тряслись руки, и Энди это видела.

— Рейн, Рэнди снова кусается, — обратилась она ко мне. — Может, я поведу?

Я только усмехнулся ее деликатности.

— Хорошо, — кивнул и съехал на ближайшую площадку. Когда Рэнди радостно вцепился уже в мои пальцы зубами, я попробовал подсказать Энди дорогу, но она только покачала головой, усмехаясь:

— Я помню, где твой дом, Рейн. Я не с первого раза решилась постучаться в двери, ездила несколько раз…

И она мягко выехала на трассу, а я перевел взгляд на дочь.

— Пап, мама тебя обманула, да? Ты думал, что меня снова похитили?

Ее голос дрогнул от горечи, и Лина отвела взгляд в окно.

Эмма поступила жестоко и необдуманно. Но нужно было сохранить мир дочери:

— Лин, я тоже виноват — Эмме нужна была помощь, но я не мог помочь.

— Пап, вам обоим нужна была помощь, — повернулась ко мне она.

— Что теперь будет с мамой?

— Я не знаю. Ей не стоило делать то, что она сделала сегодня…

— Она просто любит тебя.

— Лин, ты поймешь позже… Но это не любовь.

Рэнди переполз вдруг на руки сестре и ткнулся любопытной мордой ей в подбородок. Лина грустно ему улыбнулась:

— Привет… Он хорошенький… — Она попыталась его погладить, но Рэнди куснул ее за руку и удрал ко мне.

— Хулиган, — перехватил его и усадил себе на колени. — Это Лина. Твоя сестренка…

Только дочь совсем сникла и отвернулась в окно. И нетрудно было догадаться почему.

— …Лин, я не буду любить тебя меньше. Эй… — Я повернул ее за подбородок к себе. — Ты нужна мне.

— Правда? — шмыгнула она носом.

— Ну конечно. Я же думал, что снова тебя потерял сегодня.

— А как ты меня нашел? — вдруг спросила она.

— По маяку под кожей.

— У меня есть маяк? — опешила она.

— Я же говорю — не могу больше тебя потерять.

Лина улыбнулась сквозь слезы и закивала:

— Я тоже не хочу больше теряться.