25

Над ухом что-то жужжало. Ласка дернула плечом и взмолилась:

— Дерево, давай не сейчас.

Дерево не ответило. Холодок скользнул по спине, и она резко села на кровати. Обвела взглядом комнату, и осознание накатило призрачным холодом. Никакого дерева тут не было. Шикарные покои и плотные шторы с королевским гербом на окнах как кричащее доказательство, где она и кто она.

Ласка подобрала колени на кровати и едва не подпрыгнула от нового шороха. В углу на полу сидел дух Леса.

— Вы что там делаете? — слишком грубым голосом возмутилась она.

Ей не понравилось, что он был тут, или что был тут, пока она спала?

Ласка быстро вскочила на ноги и сделала свет ярче. Отодвинула штору — за окном была ночь. Вчера расплакавшись, она так и уснула на кровати, выплакивая всё горе подушке.

Ласка подошла ближе к духу и наклонилась:

— Уважаемый, — произнесла она, — вы меня извините, но как вы сюда попали?

— Через дверь, девочка, — ответил дух, выпрямляясь. Старые коленки хрустнули, и дух потер их.

— Сядьте на стул, пожалуйста. Почему вы прятались там?

Ласка налила себе воды и сделала глоток, наблюдая, как дух робко мостится, то пытаясь кланяться, то привычно присаживаясь на краешек стула возле столика.

Она подсела ближе к нему и спросила:

— Вы сказали, что вошли через дверь. Но разве там не приставлены охранники?

— Ты такая взрослая по человеческим меркам, а вот по магическим совсем малыш, — иронично произнес тот, — у любой комнаты есть дверь. А у некоторых, даже две.

Ласка была готова упасть прямо тут на колени и взмолилась:

— Проведите меня, прошу! Покажите, как сбежать! Как выбраться!

Она даже не понимала, куда первым делом побежит, но ей стоило все рассказать Фоллу, стоило во всем признаться. А уж как ей поведать о планах Гелио, которые они посчитали шутливой забавой, Ласке и думать было страшно. Захочет ли Фолл защитить её, или решит сберечь государство, — в любом случае, ему грозила опасность!

Дух вжался в спинку стула и завертел головой, будто Ласка просила его о чём-то поистине страшном. Он забормотал хрипло с мольбой в голосе:

— Нет, нет, девочка, тебе нельзя выходить. Огненный там совсем с ума сошел. Попадешься — он тебя не сюда посадит, а куда похуже!

— Не сюда? — переспросила Ласка. Она думала, свидетелей этой сцены кроме охранников не было. — Вы что-то видели? Что-то слышали?

— А кто ж не видел! Вечером схлестнулись оба, рвали, метали, только ваш оказался сильнее Императорского…

— Вы хотите сказать?..

— Попортил огненный наследничек кожу моему спасителю… Бедненький, весь пятнами пошёл! А как кричал-то от огня!

Ласка осела на пол, прижимая руки к лицу, боясь спрашивать дальше, но все же произнесла:

— Фолл ранен?

— Ранен? А куда ж ему было тягаться с магом Огня! А всё же уговорил меня, взамен спасенной жизни, прийти сюда, пробраться, на тебя посмотреть, проверить жива ли ты, цела ли…

У Ласки потекли слезы по щекам. Фолл ранен, а она заперта. Казалось, что хитрый план деда Гелио сбывается даже раньше, чем в Королевство явился её отец.

Если Гелио выступил против Фолла, значит и насильное супружество уже маячит не призрачным видением, а шокирующим будущем.

— Я не знаю, что мне дать вам взамен, чем упросить, но, если вы откажете, я встану на колени и буду молить вас, пока не сольюсь с полом! Прошу вас выведите меня…

— Брось, дурная, куда ты сбежишь отсюда! Ну куда?

Дух был прав. А самое ужасное — духу надо было уходить, ведь Гелио в любой момент может заявиться. Теперь его не останавливало вообще ничего.

— Я прошу вас отнести одну вещицу Фоллу, вы же сможете? — с отчаянием в голосе взмолилась Ласка.

Дух глянул на неё исподлобья, сдувая зелёную челку и робко кивнул:

— Вещицу? Вещицу могу.

Ласка вскочила и побежала в соседнюю комнату. Она знала, что передать Фоллу.

***

Желудок, сжимавшийся в тиски, уже молил о еде, но Ласка упорствовала. Голодная смерть дольше огненной, зато она примет её сама. Только Наследный принц так не считал. В дверь постучали. Три раза. Ласка промолчала. Снова постучали. Они могли долго играть в этикет, но было слишком очевидно: чем сильнее она соперничает и спорит с Гелио, тем быстрее он становится сильнее. Делать своими руками его огненным верховным в её планы точно не входило.

Она отвернулась к окну, приподняв шторку, притворяясь, что рассматривает ледяной пейзаж за окном и произнесла:

— Входите.

Её саму покорёжило от этого «входите». В каких бы ситуациях она бы еще произнесла это слово, да еще в такой интонации? Словно это властное позволение! Может, маме, которая принесла ей суп? Или Фоллу, который являлся к ней по ночам в библиотеку? Учителю, дававшему ей частные уроки? Никому. Гелио безусловно талантлив и упорен в своем стремлении сделать её королевой.

— Доброе утро, — раздалось за спиной обманчивое добродушное приветствие.

Будто вчера ничего и не было. Впервые Ласка чувствовала страх. Она боялась оборачиваться, боялась увидеть того, кто будет днями и ночами смотреть на неё по первому своему же желанию. Но страх рождает покорство, отнимает силы.

«Буду мягкой силой», — решила она и обернулась, склоняя голову, приветствуя Наследного принца.

Долгим поклон быть не мог, и рано или поздно ей пришлось бы поднять глаза. А скользнув взглядом по Гелио, Ласка едва сдержала вздох, наполненный не радостью или хвальбой, а ужасом.

Перед ней стоял будущий Король. Какая битва произошла вчера между ним и Гелио? Жив ли Фолл вообще, быть может, дух Леса её обманул? То, как за одну ночь изменился Гелио, Ласка не могла принять. Это невозможно!

Накинутая на плечи красная накидка не скрывала прибавившего в росте и мышцах Гелио. Резко отросшие волосы были собраны в аккуратный хвост, лицо стало мужественнее, а самое главное — сияющая аура, раньше легким свечением появляющаяся от его волнения, сейчас красным пламенем окутывала весь силуэт.

— Живое пламя, — прошептала Ласка, насильно признавая могущество и величие стоящего перед ней мага.

— Я пришел засвидетельствовать свое почтение, — произнес он, подходя ближе. Мягкое теплое облако окутало и её, она почувствовала, как призрачные пальцы касаются волос, проходят по складке внизу на платье, мягко расправляя, как цепляют подбородок, заставляя смотреть выше — прямо в горящие темные глаза. Ласка почувствовала, но прикусила губы, не издавая и звука.

— Я вижу в твоих глазах восхищение, — произнес Гелио и взял её за руку. Ласка едва не дернулась, но окутавшее марево не позволило бы отшагнуть. Больно не было, только скользящая мягкость его губ. Легонько оставленных на коже.

Дед Гелио был резче, грубее. Стоящий перед ней Гелио был более настоящим? Тогда к чему такая надуманность, что, получив всю силу, он сгорит, что умрет в своей же магии?

Ласка робко вытащила руку из его пальцев и еле слышно произнесла:

— С Фоллом всё в порядке?

Марево дрогнуло, Гелио не изменился во взгляде, лишь синий блеск огня пробежал по силуэту. Ласка сделала крохотный шаг назад, но невидимая рука не дала ей отшатнуться.

— Наследник ждёт отправки домой, Император оказывается очень заинтересован, чтобы сын навестил его в ближайшее время.

Ласка выдохнула, то ли чувствуя, как что-то поддерживающее её за талию скользнуло и исчезло, то ли из-за того, что Гелио вышлет Фолла из страны, что означало, что войны между государствами не будет.

Гелио еще что-то говорил, но Ласка не поняла и половины из его слов, одурманенная радостью, она едва заметно кивала и терпеливо ждала, когда он, наконец, уйдет.

Стоя уже в дверях, он снова задал вопрос, она очнулась от дымки, окутавшей сознание, и расслышала:

— Ты можешь спуститься к завтраку, можешь поесть в своих покоях. Любой твой выбор. Если хочешь, чтобы твою кровь всё-таки доставили Фоллу.

Щеки вспыхнули, даже уши под волосами окрасила краска, она не заметила, как вздрогнула и посмотрела на него испуганным взглядом, словно не он тут стоял полчаса, не он беседовал с ней и окутывал теплой магией. Вот сейчас перед ней был настоящий Гелио. Она могла поклясться, что видит в его глазах — глаза его деда, ей мерещились на его плечах руки, руководившие им как куклой, а потемневший взгляд намекал, что он всё же ждет ответ.

— Я с радостью отобедаю в покоях, — с наигранной ленцой выдавила она, присаживаясь в реверансе, как когда-то делала её мать перед Фоллом.

Дверь за Гелио закрылась.

Значит, дух Леса просьбу не выполнил.

***

К ужину навязчиво просили спуститься. Видевшая теперь её прислуга вроде бы и скрытно, но разглядывала. К счастью, сама Ласка уже и не желала кому-то понравиться или не понравиться, не спешила соблюдать королевский этикет, а действовала, как знала.

Поэтому и платье не надевала нарядное, которое стоило надеть на ужин с Королевской семьей, а стащила с вешалки самое обычное, в серую полоску. Больше похожее даже на наряд арестанта. Гелио будет в восторге. Только вряд ли его это остановит, но хорошо разграничит для присутствующих их двоих по статусу. Все, кто будет видеть их вместе, поймёт, что они ягоды-то разного поля. Правда, и ягоды люди видели очень давно.

Зайдя в королевский зал под сопровождением охранников, Ласка с надуманным спокойствием подошла к главному столу, замечая за ним абсолютно всех, кого так искренне успела возненавидеть. И не найдя взглядом того, с кем даже бы молча просто посидела плечом к плечу, расстроилась так, что с трудом сдержала порыв развернуться и уйти.

"Выслали ли уже из Королевства Фолла? Или заперли в одной из башен?".

Оказалось, что Гелио шел вслед за свитой, состоявшей из неё и её охранников. Уж неизвестно, кого приветствовали немногочисленные члены Королевской семьи из деда, отца и подставной матери Гелио, но все встали в приветствии. И Ласка с ужасом и неприятным трепетом осознала — они подчиняются ему!

— Прошу! — коротко пригласил Гелио и знаком указал Ласке место. Она нахмурилась и на секунду опешила, не решаясь сесть, противясь навязываемой ей воле. Гелио указывал на места Короля и Королевы! В то время как его же отец и мать заняли места, которые всего пару недель были отведены Ласке и Гелио. Мимолетный взгляд, брошенный на деда Гелио, был лишним. То счастье, которое излучали его глаза, казалось едким и таким неприятным, что пришлось отвернуться, чтобы не сказать ничего лишнего. Это глаза человека, поставившего всё на последнюю лошадь в забеге, а та взяла и пришла первой!

Ласка присела на краешек огромного стула, больше походившего на трон, и незаметно постаралась отодвинуться, тут же натыкаясь на мягкое поле магии Гелио — оно окутывало их обоих? Она побоялась взглянуть на Гелио, а поэтому, чуть косясь в бок, приступила к еде, стараясь не вертеться, не привлекая его и так ставшее удушающим внимание.

Ужин прошел заурядно и даже под конец трапезы неловкость исчезла, когда король и Гелио обсуждали вопросы по снабжению новых отдаленных районов и горожан, оставшихся без крова. Ласка потягивала легкий, но терпкий чай из каких-то высушенных розовых цветков и скользила взглядом по каменным стенам. Она вспомнила себя, первый раз приехавшую в Колледж в Замок. Наивная, робкая, но открытая. Ей пришел на ум не первый день, а второй: всем первокурсницам проводили ознакомительную экскурсию, заодно давая ультимативные пояснения, что этот Зал относится к Королевской части замка, а значит, даже переступить порог карается самым ужасным, что могла получить в наказание девушка из нищей семьи, коими были все они, — отчислением и высылкой домой. В колледже же был шанс подцепить хоть какого-то городского мужа и, если повезет, тот окажется при деньгах. Ласка не помнила уже ни черт лица учителя, водившего их туда-сюда по красивым залам, ни своих подруг. Почему-то перед глазами что тогда, что сейчас застыл этот огромный королевский стол. Темный, покрытый блестящим густым лаком, он бережно сохранялся столько лет и служил, играл той единственной цели, которая ему и была назначена. Простая и незаурядная, но прошедшая сквозь века. Какой же цели назначено служить Ласке?

Она потерла кончиком пальца темный сучок на поверхности, очерчивая и словно приглаживая рисунок на древесине, когда заметила лежащую рядом руку Гелио. Он не смотрел на неё, его взгляд был обращен в другую сторону, но рукой он скользил, словно стремился коснуться её кожи. Ласка подняла глаза и, поймав мягкий взгляд, переборов весь страх, возникший от взгляда его темных глаз, кротко произнесла:

— Тиной пахнет.

А потом моргнула. Взгляд Гелио изменился на тревожный, он начал принюхиваться, а потом обвел Залу взглядом и не доверительно хмыкнул:

— Я ничего не чувствую.

Ласка робко улыбнулась и ответила:

— Извините, наверное, показа…

Над левым ухом раздался всплеск воды. Ласка отшатнулась, задевая Гелио плечом, судорожно оглядываясь. Но в зале никто не шевелился, все взгляды были обращены к ней. Запах тины становился сильнее. Словно под носом пронёсся ветерок с озера и тут же рассеялся невидимыми каплями.

— Ласка, — осторожно позвал Гелио.

Она не отозвалась, плавно встала и обошла стол, направляясь к дверям. Охрана, метнувшаяся обступить будущую королеву, была отозвана его резким взмахом руки.

— Ласка, — снова позвал он, в то же время пытаясь привлечь внимание мягким теплом, притянуть силой своей магии, но та рассыпалась едва касалась длинных, светлых волос.

Ласка вышла из залы и ступила на каменные ступени, уводящие к главному выходу. Стража, десятками собиравшаяся за процессией из неё и Гелио, громко стучала ботинками по каменным полам, в такт отбивая ритм. Позади молчаливо брел дед Гелио.

Сам Гелио успел догнать Ласку, но руку она не дала, словно та выскальзывала из его пальцев. Ему стоило послать туда, к её телу, проверить все ли в порядке с ним, но сейчас все его мысли были сосредоточены на силуэте перед ним, ведь Ласка так и брела по коридорам и упорно бормотала одно и тоже: «Тина… Тиной пахнет».

На последних шагах перед главными дверями, Гелио приказал не открывать их во что бы то ни стало, он хотел посмотреть, как поступит она сама, заколдованная, ведомая сюда непонятной магией. А быть может, Ласка его разыгрывала? То был её новый план сбежать?

Ласка замерла, даже не пытаясь открыть двери, наклонилась и подняла что-то с пола.

— Ласка, — Гелио снова попытался вернуть её в сознание.

Она обернулась и пустым взглядом мазнула по стоящей за его спиной охраной, перевела взгляд на свой кулачок и разжала ладонь, поднимая вверх, являя миру, словно ребенок нашел яркую безделушку.

— Смотри, Гелио, — произнесла она совсем детским голосом. — Смотри, какой зуб!