Большие превратности жизни

Денис перекинулся парой слов с друзьями, сел за руль, включил музыку и завёл мотор. Ободряюще посмотрел на меня и подмигнул. Машина рванула с места.

Мне вдруг стало весело. А, собственно, почему бы и нет? В такой обстановке и с такой компанией, как Денис, я чувствую себя более уверенно, чем в ресторане с Романом Викторовичем. Интересно, он уже понял, что меня нет дома? Названивает небось… На секунду я задумалась о том, что еду в ночь с малознакомым парнем и не имею на данный момент мобильной связи… Но телефон-то с собой, включу потом.

Мы выехали за город. Сегодня я сама изменила своим принципам и по доброй воле села вперёд. Музыка — кажется, старый альбом Энигмы — лилась со всех сторон из какой-то явно супер крутой акустической системы, ибо искажала пространство вокруг до неузнаваемости… Мне казалось, я выпала из реальности: вокруг была непроглядная ночь, фантастическая мелодия словно проходила сквозь тело, безумная скорость разворачивала крылья… Я была почти счастлива.

Мне даже как-то всё равно, куда мы едем, лишь бы ехать…

Где-то через час нас обогнали друзья Дениса, поморгали аварийкой и стали тормрзить у правого края дороги. Я как-то немного занервничала. Сколько их там мужиков? А я одна тут дама вообще-то, хоть и в возрасте… Чёрт, где мои мозги-то были? Где мы вообще находимся? Ой, дурааа…

Денис, видимо, заметил мою панику. Он припарковался, заглушил мотор, выключил музыку, повернулся ко мне всем торсом и сказал:

— Не нервничайте. Здесь офигенное придорожное кафе, где можно от души поесть вкусных шашлыков. А совсем не то, что Вы подумали…

И он лучезарно улыбнулся. Чёрт, даже стыдно, что я всегда думаю хуже, чем есть на самом деле. Но в кафе всё равно не хотелось. Я на всякий случай спросила:

— А может, я в машине подожду, а?..

— Нет уж, я взял на себя ответственность за Вас, и одну тут не оставлю, так что будьте любезны — кыш из машины, — он продолжал обезоруживающе улыбаться.

Я нехотя покинула тёплый салон и оказалась на неприветливой прохладной улице. В нескольких десятках метров вглубь от дороги действительно стояло кафе. Друзья давно ушли вперёд и ждали нас у входа. Интересно, что они там думают про меня? Небось, что Денис тётку какую-то подцепил…

Но совсем падшей женщиной я почувствовала себя внутри кафе, когда зашла туда в окружении десятка мужиков. Позор на мою седеющую голову. Хорошо, хоть от дома и знакомых далеко.

Я села в самый дальний угол. Денис и ещё двое ушли к стойке и, кажется, обсуждали заказ. Остальные расселись рядом и с интересом рассматривали меня. Откуда они все такие взялись-то — высокие, спортивные, в дорогих настоящих найках и на спортивных машинах… Может, это какая-нибудь футбольная команда на выезде?..

— Как тебя зовут-то?

Я аж подпрыгнула, соображая, меня это спросили или… ну, вон к примеру, вазу с цветами на столике… А что, я тоже с вазами иногда разговариваю…

— Лиза, — я даже выдавила кривое подобие улыбки.

— Сергей.

— Антон.

— Лёха.

Очень мило. Я даже не успеваю поворачивать голову на голос, не говоря уж о том, чтобы запомнить, кто из них кто. Ой, да надо ли оно мне, я их вижу первый и последний раз в жизни. Ну, по крайней мере, в подобную авантюру я больше точно не впишусь.

Денис вернулся, и мне стало спокойнее. Скоро принесли мясо, и я чуть слюной не поперхнулась — мало того, что жрать, оказывается, мне хотелось как Пумбе, так ещё и аромат стоял ооочень аппетитный.

Но блин, я ж леди… Я принялась ковырять куски на тарелке, нацепив на лицо маску великого одолжения, что я вообще прикасаюсь к еде. Плохо получалось конечно, но всё же.

И принесли несколько бутылок чего-то тёмного и явно алкогольного.

Я повернулась к Денису и, подавляя новую волну паники, шёпотом спросила:

— Вы что тут, пить собираетесь? Вы же за рулём все…

Денис, слушая рассказ друга и даже не поворачивая ко мне головы, ответил:

— Не все. Мы оставим здесь некоторые машины и пересядем к тем, кто пить не будет.

Ну, в принципе, меня такое объяснение вполне устраивало.

Просидели мы около часа. Я вообще не вникала в разговоры Дениса с друзьями — все они мне казались какими-то иностранцами, разговаривающими на своём языке. Про меня они благополучно забыли, и я спокойно жевала свой шашлык и запивала чем-то алкогольным из тех самых бутылок — очень вкусным, в меру сладким и густым, такого я ещё никогда не пробовала и даже не знала, что это. Я почти задремала, когда все начали подниматься и собираться. Денис посмотрел на меня и спросил:

— Устала? Отвезти домой?

Ну наконец-то мы перешли на ты. Я просто кивнула в ответ.

Степень своего опьянения я осознала уже на выходе из кафе. Голова была лёкгой и пустой, тело тоже стало каким-то невесомым, как будто куда-то пропали лишние пятнадцать килограмм, а промозглый ночной ветер вдруг стал весёлым приятным ветерком.

Не знаю, куда делись друзья, а мы с Денисом снова летели в темноту в окружении льющейся отовсюду музыки… И я вдруг подумала, что он, ну Денис в смысле, мне достаточно нравится для того, чтобы переспать с ним разочек… Но, правда, он пока не предлагал. И вообще, может, ему просто жалко такую старую дуру, как я, поэтому и возится со мной…

Да и сложно всё это. К себе я его точно не позову, ещё не хватало. В машине, конечно, идеальный романтический вариант, но эта машина гораздо меньше той, на которой он меня подвозил впервые, тесно тут… Попросить остановиться покурить? Глупо как-то себя навязывать, да ещё и в лесу, или где мы там сейчас едем… Да и бельё на мне вообще не соответствует данному торжественному моменту…

Я вполоборота посмотрела на Дениса. Красивый… И глаза голубые…

А с другой стороны… Ну вот переспим мы, и что дальше-то? Пропадёт между нами вот эта романтическо-недосказанная жилка, станем избегать друг друга только потому, что не знать, как вести себя дальше… СтОит ли оно того?

А, может, как раз стОит? Может, надо не портить такие отношения дружбой, конфетами-букетами, а переспать вот так сразу, пока оно вообще есть, это желание?.. И разбежаться, сохраняя в душе приятные и лёкгие воспоминания?..

Кажется, я действительно пьяна. Я безжалостно затолкала свои мысли поглубже и подальше и уставилась в темноту за окном. Именно в этот момент Денис, резко вильнув с дороги на обочину, нажал на тормоза, и машина, взвизгнув покрышками, встала.

Сердце заколотилось с бешенной силой. Что случилось-то? Может, мы сбили кого-то?

Я испуганно повернулась к Денису. Он тоже посмотрел на меня, и, загадочно улыбнувшись, спросил то, чего я меньше всего ожидала:

— Хочешь за руль?

В голове вихрем пронеслась стая мыслей, начиная с той, что водить я, конечно, умею, пятнадцать лет назад сдавала на права, но с тех пор за руль больше не садилась. В своё время Игорь пытался меня убедить попробовать, но я так и не пересилила себя. Нет, в себе я была всегда полностью уверена, ездила я неплохо. А вот в окружающих людях — нет, мне казалось, что встречный автомобиль непременно выскочит на мою полосу, что проходящие по тротуару дети обязательно перебегут передо мной дорогу, а проезжающий велосипедист потеряет равновесие и кубарем покатится мне под колёса. И это не считая котиков, собачек и птичек, которые буквально за каждым деревом караулят, когда я поеду, чтобы броситься под машину.

Но вот сейчас… Сейчас вообще какая-то нереальная ночь. Завтра я, наверно, решу, что она мне приснилась. И я кивнула, соглашаясь…

Мы поменялись местами, не выходя из машины — просто перелезли друг через друга, смеясь и толкаясь. Денис, видимо, решил, что я вообще впервые села за руль, и подробно объяснял, что и куда нажимать. Я не стала его переубеждать, так даже проще, накосячу — не стыдно будет, я ж первый раз.

По началу было немного страшно, но скоро я почувствовала то, о чём только читала в романах про героинь-авантюристок: свободу, скорость, полёт души и невероятное ощущение, что мир раскинулся у моих ног…

Перед въездом в город мы снова поменялись местами, я попросила об этом.

На подъезде к дому я вспомнила про Романа Викторовича и про выключенный телефон… Вздохнула. Так не хотелось возвращаться в реальность…

Денис остановился и заглушил машину. Я растерялась. Как уходят в таких случаях? Просто говорят "Пока"? Или надо добавить "Спасибо, было очень классно?"…

Но Денис избавил меня от терзаний. Повернулся, легко провёл рукой по волосам, как-то незаметно стянул резинку с хвоста, распушил мне волосы на затылке, притянул к себе и поцеловал…

Я быстро поняла, что он весьма опытный в этом деле, в отличие от меня. Ну конечно, такой красавчик, ещё бы… Ему наверняка на каждом углу молодые, стройные и без комплексов дают… Стало немного грустно. Ему со мной точно не понравится, решит небось, что я бревно бесчувственное. Я подавила вздох и отстранилась.

Но Денис только усмехнулся, обнял меня за плечи, приподнял ладонью мою голову за подбородок и посмотрел в глаза:

— Дай угадаю. Думаешь о том, что мы друг другу не подходим, потому что ты — милый честный библиотекарь с большой душой, а я — плохой богатый развратник вообще без души.

Блин, лучше не скажешь. Я вдруг перебила его:

— А сколько тебе лет?

— Тридцать пять. Это имеет какое-то значение?

Я довольно улыбнулась:

— Конечно имеет. Ты меня старше.

— А ты думала — младше? Ааа, я не просто плохой, а ещё и молодой развратник, соблазняющий старых дев? Ну ты, Лиза, даёшь. Я, конечно, обижаться не буду, но и ты не спеши с выводами.

И он снова прикоснулся губами к моим губам. На этот раз совсем по-другому. Так меня ещё никто никогда не целовал… Мягко, медленно и как-то действительно с наслаждением… И на этот раз я не стала отстраняться, а пробовала ответить на поцелуй, который мне нравился всё больше и больше… Как-то он умудрился спросить, не отрываясь от моих губ:

— Домой к себе не пустишь же, да?

Я отрицательно помотала головой. Не пущу.

— Ну и ладно, держись.

Он рывком опустил моё кресло, продолжая целовать. Я как-то спокойно отнеслась к тому, что назад пути уже нет, что сейчас мы с Денисом сделаем то, чего у меня уже ооочень давно не было…

И Денис не дал мне повода сожалеть о своём поступке. Мне было действительно хорошо. Он ничего не требовал и не ждал от меня, сам выбирал позы и способы, менял их достаточно часто, чтобы не устать в крошечном пространстве машины… Он действительно разбирался во всём этом. И я была ему за это благодарна.

Нет, я не почувствовала себя любимой, незабываемой или прекрасной. Я чувствовала себя собой. Я доверяла ему себя. И это был, пожалуй, лучший секс за последние семь лет…

Даже от неловкости прощания он меня избавил — просто прислонился лбом к моему лбу и лукаво сказал:

— А теперь — кыш из машины, а то здесь и заснёшь, а меня ребята заждались уже…

Вот так просто, честно и ужасно мило. Я широко улыбнулась и выскочила на улицу. Денис ударил по газам, и машина сорвалась с места, перебудив, наверно, всех соседей.

Но мне было плевать вообще на всё. Я не просто "кажется счастлива" или "почти счастлива", я вот прям по-настоящему счастлива. Я даже не знаю, как это правильнее назвать — заниматься любовью или сексом? Любовью — это признаваясь в чувствах, утопая в ласках и зная, что у вас есть будущее, причём не важно — хорошее или плохое, сексом — это ярко, красиво, страстно и чувственно… Это было ни то, ни другое. Это было просто как двое взрослых людей (один из которых — нормальный парень без комплексов, а другой — пьяная Лиза, библиотекарь) провели свободное время вместе…

Я плюхнулась спать прямо в помятой одежде, свернувшись калачиком и счастливо улыбаясь.

***

Утро не задалось сразу. Я вообще пить не умею, и похмелье с достоинством переносить тоже. А мне ведь сегодня к десяти в библиотеку к детям…

Я пила аспирин, кофе, обливалась холодной водой… Потом вдруг поняла, что единственное, что осталось от похмельного синдрома — это головная боль, выпила пару таблеток сильного обезбаливающего, припасённого на чёрный день, прилегла на диван и прикрыла глаза, ожидая, пока случится чудо.

Снова перед глазами встал образ Дениса… Может, влюбилась?.. Представила его с другой девушкой в постели — тишина, в ЗАГСе с ней же — тоже ни одной эмоции… Представила нас с ним в постели — так себе зрелище, в браке с тремя детьми — неплохо, но… Нет, не влюбилась. Ну и хорошо.

Чудо случилось через пятнадцать минут. Я подпрыгнула с дивана бодрая и без малейшего намёка на головную боль. До выхода из дома ещё полчаса — красота. Надо бы маме позвонить…

Чёёёёрт! Я же так и не включила телефон!

Телефон… Денис даже не попросил мой номер… Я улыбнулась — правильно и сделал. Нам всё равно не о чем особо разговаривать, а так, как есть сейчас — случайные редкие встречи — самое лучшее, что может быть между нами. Ни обязательств, ни фальши, ни ожиданий. Идеальные отношения.

Блин, мама… Я порылась в рюкзаке и достала телефон. Пока он включался, пошла налила ещё кофе. Тааак, ну что тут у нас? Двадцать четыре пропущенных от Светки (офигеть просто, вот нетерпится-то ей узнать, что у нас там с Романом Викторовичем вчера было), три от мамы и семь от самого Романа Викторовича. Маме я, как всегда, позвонила первой, наврала про разрядившийся аккумулятор на мобильнике, уверила, что у меня всё отлично (странно, но сегодня мама почему-то мне сразу поверила) и быстренько попрощалась. Полезла в ВК, интересно, что там Светка… Пусто?! Как это?! Почему?! Прям как-то нехорошо стало…

Я набрала Светкин номер. Подруга ответила напряжённо и резко:

— Да!

— Свет, привет, ты чего звонила? Говорить можешь?

— Ааа, это Вы, да, здравствуйте… Погодите, я сейчас отчёт найду и скажу, не вешайте трубку пожалуйста…

И уже мимо телефона:

— Извините, я сейчас вернусь…

Светкины каблуки было слышно даже в трубке. Да что у неё там происходит? Наконец каблуки стихли, и Светка зашипела в трубку:

— Ты, мать, совсем там ошалела или как? Где тебя носит со вчерашнего вечера? Ко мне ночью Ромик заявился, тебя искал! Меня муж чуть из дома не выгнал! Надеюсь, тебе было хорошо там, где ты была, потому что при встрече я тебя убью, и тебе будет очень плохо! Где была? Признавайся!

Ёбушки-воробушки… Я судорожно сглотнула слюну:

— Светочка, прости пожалуйста, я это… ну… с Денисом переспала…

Светка аж целых полминуты молчала в трубку, потом шумно выдохнула и прошипела:

— Охренеть конечно… Ну тогда ладно, не убью. Но Ромик точно убьёт, придумывай что-нибудь быстрее, он за тобой к десяти ехать собирается! Всё, пока, потом всё расскажешь…

И Светка отключилась…

За мной? Чёёёрт!

Я пулей заметалась по дому, одной рукой докрашивая стрелку на глазу, другой высыпая полпакета корма кошкам, большую часть на пол. Впрыгнула в первопопавшееся платье и выскочила из дома.

Озираясь как вор, заперла калитку. И метнулась в противоположную от нужного направления сторону. Там, через три дома, есть узенькая тропинка между заборами двух соседних участков, ведущая на параллельную улицу. Вот по ней я и добралась благополучно до железной дороги.

Гоня прочь мысли о Денисе и прошедшей ночи, перескочила рельсы и дворами и короткими перебежками добралась до библиотеки.

Осторожно выглянула из-за угла. Машины Романа Викторовича не было. Время — без пятнадцати десять.

Набрала на всякий случай Светку. Она сразу взяла трубку:

— Ты где?

— Около библиотеки. Романа нету?

— Уехал за тобой пять минут назад! Заходи, хоть кофе попьём, пока ты ещё жива…

В каждой шутке есть доля… шутки, ага. Пока я ещё жива, кофе надо обязательно попить. И про Дениса успеть рассказать.

Я зашла в холл и поразилась, как всё изменилось… Прошла буквально пара дней — и всё другое и чужое… Вахтёрша больше не сидела за своим столиком, да и самого столика теперь не было. На его месте стоял новый диван, застеленный плёнкой. Огромной люстры, которая так нравилась малышам, потому что делала холл похожим на дворец, тоже уже не было. И старых советских массивных зеркал на стенах тоже не стало, и картин в тяжёлых рамах… При виде этой навсегда уходящей эпохи мне стало невыносимо больно… Мне была очень дорогА эта обстановка, эти вещи с историей, эта атмосфера прошлого…

Зато с потолка свисали провода для светодиодов и направляющие для подвесных пластиковых панелей, от стен кое-где была отскоблена штукатурка — видимо, смотрели, какие тут стены, и что с ними лучше сделать… Жалкое зрелище — лучше, чем было, здесь уже никогда не будет.

Светка взяла меня за руку и потащила в… А фиг знает, куда потащила, здесь вообще теперь чёрт ногу сломит.

Но самый сильный шок я испытала, когда вошла в первый зал нашей библиотеки. Огромных, до самого потолка, стеллажей с книгами больше не было… Была громадная пустая комната с чисто выбеленными стенами… Это просто невероятно…

Светка протащила меня по этой разграбленной сокровищнице, гулко цокая каблуками. Я же боялась даже шумно вздохнуть и завороженно наблюдала за пылинками, танцующими на солнечных квадратах на полу… Да как же можно было так поступить с этим местом?! КАК?!

Но Светка отложила мою депрессию на потом, усадив на стул в чайной комнате, сунув в руки кружку с кофе и прямо спросив:

— И как он?

Я поморгала, соображая, о чём она вообще.

— Ну не тупи же! Денис твой! Как он?

Тьфу-ты…

— Откуда я знаю, как он? Спит небось без задних ног, в отличие от меня, — я хмуро покосилась на часы.

— Лизка, не беси! Мне же интересно, а времени катастрофически мало! Ты помнишь, что тебе трындец скоро? Рассказывай быстрее!

Я вздохнула и кратко, без красочных подробностей, поведала подруге о своих вчерашних приключениях. Светка от восторга аж рот открыла, пока я говорила. Но делиться ощущениями и эмоциями я не собиралась, и резко с фразы"…завалилась спать и забыла включить телефон…" я перескочила на вопрос "А что там Роман Викторович?".

Света сразу помрачнела:

— Да вообще ужас. Приехал в два часа ночи и начал названивать в домофон и слать смс-ки на телефон. Я ему по-хорошему объяснила, что не знаю, где ты. Но он умудрился попасть в подъезд и начал стучать в квартиру, требуя ответить, где и с кем ты можешь быть в такое время. Сказал, что прождал несколько часов у твоего дома, а потом искал тебя… Лиз, ты только не волнуйся, ладно? Он искал тебя у твоего бывшего мужа…

ЧТО?! Мир, кажется, с грохотом пошатнулся… Господи, Игорь…

Шквал мыслей завертелся в голове. Что теперь думает обо мне мой бывший муж? Он же видел Романа Викторовича со мной в ресторане! Святая сила! А где Роман вообще Игоря нашёл? Откуда узнал про него? Значит, и адрес выяснил? Даже я не знаю и знать не хочу о том, как, где и с кем сейчас живёт Игорь, а вот Роман Викторович уже знает! Господи Боже! Да Игорь, наверно, и здороваться со мной больше не захочет после того, как мои так называемые любовники его по ночам беспокоят!

Я беспомощно хлопала на Светку глазами, судорожно хватала ртом воздух и, наконец, всхлипнув на всю комнату, заплакала.

Я всегда хотела остаться в памяти Игоря образцом порядочной жены и примером высокой моральной добродетели, эдакой королевой-девственницей Елизаветой первой… Чтобы он вспоминал меня с нотками грусти и сожаления, что потерял такое драгоценное сокровище, как я… Чтобы, если он когда-нибудь вдруг поинтересуется у общих знакомых обо мне, ему ответили бы, что я холодна как Снежная Королева, несмотря даже на то, что больше не одинока…

И что теперь? Теперь мой потенциальный любовник ищет меня, шалаву такую, посреди ночи даже у него, бывшего мужа, потому что всех нынешних друзей уже проверил, и меня там не оказалось… Аааааа… Я заревела в голос.

Светка с испугом носилась вокруг меня, пичкала валерьянкой и пыталась бормотать, что всё не так уж и страшно… Всё страшно! Страшнее некуда! Это было важно для меня столько лет, почти свято — мнение Игоря обо мне! Аааааа… Кажется, у меня сейчас начнётся истерика.

Роман Викторович рывком открыл дверь, сделал шаг внутрь комнаты и в недоумении уставился на нас.

В ту же секунду я схватила со стола какую-то тяжёлую папку и со всей силы швырнула в него. Нет, я вполне соображала, что делаю, даже более чем, ибо схватила вторую такую же папку и с решительным видом пошла прямо на Романа Викторовича.

Начальник вытаращил глаза, выставил вперёд руку и заорал на меня:

— Лиза! Ты перешла все границы! Прекрати немедленно!

Кажется, он действительно был в бешенстве.

Светка проскочила между нами, выхватила папку из моих рук и стала подталкивать меня за плечи обратно, повторяя:

— Лиза, успокойся пожалуйста, не надо так нервничать…

Я безвольно опустилась обратно на стул.

Она повернулась к начальнику:

— Роман Викторович, Вам сейчас лучше уйти, Лиза плохо себя чувствует, Вы же видите…

Но Роман Викторович яростно закричал на неё:

— Я должен уйти? Я? Да я вас всех тут уволю! Светлана Владимировна, будьте добры, выйдите сами, мне с Елизаветой Андреевной надо поговорить с глазу на глаз!

Светка беспомощно оглянулась на меня. Я глубоко вздохнула, потом выдохнула. Постаралась унять дрожь обиды в голосе и скрыть страх в глазах, и медленно ответила вместо неё:

— Роман Викторович, это Вы сейчас переходите некоторые границы, обозначенные рамками должностных инструкций договора трудоустройства, повышая голос на своих подчинённых без повода и адекватных причин. И Светлана Владимировна сама от Вас уйдёт, если Вы будете продолжать общение с персоналом в таком тоне, тем более если будете мешать спать по ночам…

И я с вызовом посмотрела ему в глаза.

Светка пробормотала что-то типа "ой, всё, разбирайтесь дальше сами" и вылетела за дверь.