Глава 28

Я обернулась.

Лицо моего приятеля было бледным, глаза горели странным, лихорадочным блеском. В них не было ни тени привычной доброй насмешки, тепла, уюта, к которым я так привыкла.

Мне стало не по себе.

— Может, завтра? — робко предложила я, озираясь по сторонам в поисках Ронды, Шелли или хоть кого-то.

Оставаться наедине с этим новым Боданом вовсе не хотелось. Что-то подсказывало мне, что предстоящий серьёзный разговор может перевернуть все наши с ним дружеские отношения. А то и нанести им непоправимый урон. Сразу вспомнились те странные взгляды, что он бросал на меня. Его чрезмерная опека, его слишком навязчивые прикосновения. Его отношение ко мне, как… к своей собственности. Да, это происходило мягко, ненавязчиво, незаметно. Но сейчас, глядя на этого явно подвыпившего парня, во взгляде которого отражалась неумолимая решимость, все эти мелкие детали предстали передо мной так отчётливо, что я сама изумилась, как это я столь долгое время могла их не замечать.

Или, может, я отказывалась их замечать? Боялась? Надеялась, что мне всё кажется?

— Нет, Мэйди, — Бодан резко сжал мою руку. — Сейчас. Выйдем в холл. — И, заметив моё обескураженное выражение, чуть ослабил хватку и поспешно добавил. — Пожалуйста.

Мой разум орал: Не ходи! Не соглашайся! Найди любой повод, чтобы улизнуть! Но сердце увещевало: Это же Бодан, твой друг! Если ты откажешь, он обидится! Ему будет больно! Ты должна доверять ему, ведь он тебе столько раз помогал!

И глупое сердце победило в этой битве.

— Хорошо, — я кивнула. — Идем.

После сияющего тысячью свечей и хрусталиков зала атриум казался погруженным в странный, почти зловещий полумрак. Или он просто казался мне зловещим?

— Отойдём туда, — меня потянули к небольшой нише в стене.

Я покорно последовала за парнем. Лицо его оставалось всё таким же бледным и каменным, под глазами залегли темные круги. И теперь, выйдя из душного зала, я почувствовала исходящий от него запах… спиртного⁈

Боже, что происходит? Когда он успел так напиться? И откуда он взял алкоголь? Разве он не говорил, что ректор специально заказывает лишь лёгкое вино?

Все эти вопросы кружились в моей голове, как обезумевшие пчёлы в растревоженном улье, пока я на ватных ногах шла к чертовой нише.

— Ну? — спросила я, когда парень, наконец, остановился и повернулся ко мне. — Что случилось? — Я старалась выглядеть спокойной, беззаботной и даже изобразила некое подобие улыбки, но на самом деле на душе у меня скребли кошки.

— Мэйди, выходи за меня.

— Что? — всё спокойствие разом слетело с меня, как осенние листья с деревьев. — Бодан! Пожалуйста…

— Нет! — парень схватил меня за руки, его лицо приблизилось к моему почти вплотную. Запах какого дешевого самогона ударил мне в лицо, и я едва не поморщилась. — Я уже давно хотел тебе это сказать. — Дыхание его было прерывистым, рваным. — Я люблю тебя, Мэйди. И я хочу на тебе жениться! Я поговорю с родителями, они хорошие люди и всё поймут. И…

— Бодан, стой, — я зажала ему ладонью рот.

Меня трясло, а сердце разрывалось от противоречивых эмоций. От непонимания и растерянности, от горечи и разочарования, от жалости к нему и жалости к себе.

Это же Бодан, мой друг и боевой товарищ!

Перед глазами пролетела сцена нашего с ним знакомства, его широкая, добрая улыбка. Маленькие пирожные в столовой. Его шутливые команды: А сейчас еще десять отжиманий! Его дружеские объятия, когда я прошла экзамен по борьбе…

Это же мой друг! Лучший друг! А мне сейчас придется сделать ему больно!

— Бодан, не надо, — я осеклась. Потом подняла взгляд и твердо выговорила. — Я не могу выйти за тебя.

— Можешь! — отчаянно выпалил он. — Мой отец ничего не имеет против… бедных.

— Да не в этом дело! — не выдержала я. — Я… давай поговорим об этом завтра! Пожалуйста! Когда ты успокоишься и…

— Протрезвею? — грубо перебил меня Бодан. — Ты это хотела сказать?

Я опустила глаза.

— Бодан…

— Нет! — сильные руки вжали меня в стену, а его губы впились в мои. Жестко, почти жестоко. — Я люблю тебя, я хочу…

Он принялся осыпать поцелуями моё лицо.

— Нет!!! — сделав над собой невероятное усилие, я резко толкнула парня в грудь. Он пошатнулся и отступил на пару шагов. А я принялась судорожно тереть губы и лицо. — Бодан, я не выйду за тебя! Пожалуйста, не ломай нашу дружбу! Очень прошу! Не делай то, о чём ты завтра будешь сожалеть! — Я с мольбой взглянула на него.

Затуманенные глаза мрачно рассматривали меня.

— Это из-за него, да? — наконец, выдавил Бодан. — Это всё из-за него… Я знал, я видел. Чертов мерзавец! — Руки парня сжались в кулаки. — У вас уже всё было?

— Что? — от изумления я едва не потеряла дар речи. Что он имеет в виду?

— Ротт! — с ненавистью выплюнул парень. — Это ведь перед ним ты крутишь зад…

Звонкая пощечина прервала его тираду. Лицо мотнулось в сторону.

— Приди в себя! — почти выкрикнула я. — Как тебе не стыдно⁈

Парень медленно провел рукой по щеке, на которой начал выступать красный след.

— Он никогда на тебе не женится, — тихо, едва слышно прохрипел он, пытаясь отдышаться. — Использует, как тряпку… и выкинет. А я…

— Бодан, замолчи! — я снова замахнулась, но он перехватил мою руку и сжал ее.

Несколько секунд в воздухе царило звенящее молчание. А потом парень отпустил мою кисть и отвернувшись, закрыл лицо ладонями. Плечи его беззвучно затряслись.

У меня защемило сердце. К горлу подкатил комок.

— Бодан… — я робко положила руки ему на плечи. — Извини… Ты мой лучший друг. Ты мне как… брат. — Плечи затряслись еще сильнее. — Но я не люблю тебя.

— Но ты можешь еще полюбить меня! И я могу любить за нас обоих! — мокрое от слёз лицо повернулось ко мне, глаза с мольбой уставились на меня.

— Нет, так не бывает, — тихо возразила я. — Я тебя не люблю. И не полюблю. — Достала из потайного кармана носовой платок и бережно вытерла мокрые щеки. — Давай просто сделаем вид, что этого разговора не было, ладно? Мы всё еще друзья. Ты мой спаситель и брат. А я твоя младшая сестренка Мэйди.

Парень резко дернулся и отшатнулся.

— Мир? — я с надеждой посмотрела в его бледное лицо. Хотя внутри понимала, что как прежде уже ничего не будет. И от этого было невыносимо больно.

Бодан несколько секунд смотрел меня, словно ожидая, что я изменю своё решение. Потом медленно развернулся и молча зашагал прочь, в сторону лестницы, ведущей к мужскому общежитию.

— Бодан, — я робко окликнула его, но парень лишь махнул рукой, не оборачиваясь, и вскоре исчез из виду.

Я бессильно привалилась к стене. Мне было почти физически больно. Ведь я прекрасно понимала, что даже когда он проспится, ничего не изменится. Этот безобразный эпизод ни он, ни я не сможем вырезать из памяти…

И как мне теперь с ним общаться?

Я с силой потерла виски.

— Мэйди? А ты что тут стоишь? Да еще одна.

Сбоку от меня раздался до боли знакомый, чуть визгливый голос.

О нет… Только не это!

* * *

Порой любовь бывает безрассудна и даже жестока…