Глава 19

— Нейр Витольд, — улыбнулась я жениху, переступив порог гостиной. — Позвольте представить вам мою подругу, ее сиятельство Анауриэль шорт Норгайскую.

Если Витольд и удивился, то и виду не подал.

— Ваше сиятельство, — учтиво поклонился он, — раз знакомству с вами.

Несколько учтивых фраз, и я объявила:

— Нейра Анауриэль пожелала составить нам компанию, если вы, конечно, не против.

— Ну что вы, нейры, — все тот же учтивый тон, — как я могу быть против такой восхитительной компании.

Я отметила про себя, что, когда нужно, Витольд становится отличным актером. Сейчас он вел себя безупречно, отыгрывая роль этакого великосветского джентльмена, умеющего угодить даме. Впрочем, Анауриэль на его слова отреагировала довольно прохладно, лишь одарила светской улыбкой.

Отправились к Витольду мы в его карете. Теперь, когда рядом со мной сидела острая на язык Анауриэль, я уже не беспокоилась из-за встречи со свекровью. Оставалось только надеяться, что у той были в достаточном количестве столь необходимые сердечные капли. Так, на всякий случай.

Ехали молча. Через несколько минут карета остановилась. Витольд вышел и подал рук мне. Анауриэль помог спуститься лакей.

В особняке графов Ольстерских нас уже ждали. Моя свекровь, графиня Алисия Ольстерская, разодетая в пух и прах, вся в рюшах, лентах и украшениях, стояла у мраморной лестницы с позолоченными перилами в практически театральной позе: «Ах, как я рада вас видеть! Восторгайтесь мной немедленно!»

На Анауриэль эта поза и театральный вид не произвели ни малейшего впечатления. Она перешагнула порог последней, огляделась и негромко, но четко, проговорила:

— Полная безвкусица. Глаза режет.

Обстановка и правда сильно намекала на роскошь в домах небезызвестных новых русских на Земле. Лепнина, позолота, мебель, сделанная из аршанарского дерева, считавшегося редкостью в этом мире — все, буквально все, каждая деталь твердили о том, что здесь живут неприлично богатые люди. Взыскательный вкус Анауриэли сильно пострадал.

Свекровь, не ожидавшая подобных слов, нахмурилась, уставилась цепким взглядом в лицо нахалки, видимо, опознала ее, потому что резко спала с лица. Сюрприз, дорогая матушка. Не все же вам жизнью наслаждаться.

Приветствие вышло скомканным. Мне так и казалось, что в глазах Витольда прыгали бесенята, когда он представлял гостью матери. Анауриэль вела себя безупречно. Даже не прошлась с замечаниями по наряду Алисии. А потом мы дошли до зала, в котором я должна была примерять свадебное платье. И Анауриэль снова вспомнила о своем любимом развлечении.

Зал, как и остальные помещения в доме, кричал о богатстве тех, кто жил здесь. Лепнина на потолках, позолоченные магически шары, тончайшие занавески с серебряными нитями на окнах — от всего этого богатства хотелось сбежать куда подальше и как можно быстрей.

Но Анауриэль заинтересовалась отнюдь не лепниной или занавесками. Она сморщила свой прелестный носик и удивленно произнесла:

— Что это? Что это за убожество? Как можно было сшить подобную безвкусицу?

Я закусила изнутри губу, чтобы сдержаться и не рассмеяться. Посередине зала, на небольшом постаменте, на манекене висело платье. Шик, роскошь, красота — так я охарактеризовала бы тремя словами этот наряд. Впрочем, и слова Анауриэль были справедливы. Платье выглядело безвкусно. Ярко-розовое, с бантами и лентами по подолу, с украшенным блестками лифом и руками фонариками, оно казалось этаким пособием на тему: «Как не надо шить свадебные наряды».

— Где? — между тем обернулась и посмотрела вокруг Анауриэль. — Где та портниха, что его сшила? Я хочу увидеть, у кого тут полностью отсутствует вкус.

Вкус отсутствовал, как оказалось, у личной портнихи Алисии. Я не удивилась бы, если бы она точно следовала распоряжениям своей хозяйки, не смея и слова сказать против.

Следующие полтора-два часа платье усердно меняли, в том числе и с помощью магии. Мы с Витольдом стояли поодаль и молча наблюдали за этими изменениями. Алисия, поджав губы, тоже следила за всеми действиями молча. В итоге у меня появилось нежно-розовое прямое платье без пышных юбок, лент, бантов и блесток. В качестве украшений — три искусственных розы на подоле. Смотрелось элегантно и в то же время просто.

Пойти против мнения племянницы эльфийского императора графиня Ольстерская не посмела. Искусственно улыбнувшись, она подтвердила, что готовое платье теперь выглядит намного лучше.

— Не сомневаюсь, — холодно ответила Анауриэль. — Вот так и бывает, когда у благородной леди есть вкус.

Алисия покраснела, но снова промолчала.

Выехали мы из дома Витольда ближе к вечеру. Анауриэль довезли до ее особняка и там высадили. Меня же Витольд пригласил на ужин в ресторацию.

Конечно же, я согласилась.

До ресторации ни о чем серьезном не говорили. Не то место, не то время. А вот когда расположились за столиком у окна и стали ждать заказанные блюда, Витольд произнес с мягкой улыбкой:

— Давно с моей матушкой не разговаривали в подобном тоне. Разве что мой отец, настоящий отец, позволяет себе такое.

«Значит, ее пора было поставить на место», — подумала я про себя, вслух же произнесла.

— Анауриэль редко выбирает выражения при общении с кем-либо. За такую откровенность ее не любят при эльфийском дворе.

— Здесь, я полагаю, она тоже популярностью не пользуется, — все так же улыбаясь, произнес Витольд.

— Здесь немного другой случай, — возразила я. — К ней относятся в первую очередь, как к важной леди — племяннице эльфийского императора. И этот статус открывает перед ней любые двери.

Витольд открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут подошел официант с заказанными блюдами. И мы сосредоточились на еде.

Потом. Поговорить мы можем потом. А сейчас надо хорошенько поужинать.

Легкий овощной салат и сырники с чаем — чтобы не шокировать Витольда своим отнюдь не женским аппетитом, я выбрала именно такое сочетание. Сюрприз его ждет уже после свадьбы.

Сам он, на зависть мне, жевал жареное мясо с кровью и запивал бокалом золотистого эльфийского.

Покончив с едой, он поинтересовался:

— Ваша подруга собирается присутствовать на нашей свадьбе?

— Если вы про Анауриэль, то понятия не имею, — пожала я плечами. — Она из тех, кого не надо звать — придет сама. Приглашение я ей отправлю, а там как сама решит. А вот ее высочество Лоурелия, думаю, обидится, если ее не пригласить.

— Вы полны загадок, нейра Ингира, — покачал головой Витольд. — Кого еще, помимо кронпринцессы, следует ожидать?

Да вот если б я знала. Надеюсь, что остальные мои знакомые предпочтут отделаться письменным поздравлением, иначе свекры могут сильно удивиться моим связям. Но ничего нельзя исключать.

— Не могу точно сказать, — честно ответила я. — Многие мои знакомые — существа импульсивные. Части из них я ни слова не сказала про готовящуюся свадьбу. Но вы же понимаете, что у сплетниц длинные языки.

Витольд буквально просканировал меня взглядом, пытаясь понять, говорю я серьезно или шучу, потом кивнул и сообщил:

— В любом случае, у меня в доме есть комнаты со свернутым пространством. Так что места хватит всем. При необходимости.

«Только лучше, чтобы эта необходимость не наступала», — прочла я то, что не было произнесено.

Через полчаса мы вышли из ресторации. Карета Витольда довезла меня до дома. Там я с ним распрощалась и направилась к себе, прямиком в комнату. Очередная порция успокоительного, и можно ложиться спать.

Время до свадьбы промелькнуло, как будто его и не было. После примерки платья оказалось, что мне нужно согласовать список блюд и уточнить список гостей. Но это уже можно было сделать при встрече с тетушкой, что не могло не радовать.

Я до последнего отговаривалась делами на работе и скрывалась в лавке от всего мира. Помогало мало. Там я вообще не могла работать с документами и просто сидела в кресле, уставившись в стену напротив. Меня очень беспокоило молчание моих коллег по бизнесу. Ни эльфы, ни вампиры, ни тролли — никто не пытался связаться со мной, задать вопрос, поздравить или посочувствовать. Вообще ничего. Полная тишина. Как будто никого вокруг меня никогда не существовало. И эта тишина напрягала. Сильно напрягала. Настолько сильно, что я готова была ворваться в дом к Артиусу лонр Ронискару с криком: «Почему ты еще не проел мне плешь вопросами о свадьбе, чае и работе?!»

Напряженное состояние не сбивала даже настойка успокоительного. Я словно не замечала ее, пила как воду и считала часы до бракосочетания.

В общем, в день свадьбы я проснулась с настроением убивать, а никак не выходить замуж.

Мари, заметив мой хмурый вид, в этот раз обошлась без постоянных причитаний — быстро привела меня в порядок и помогла надеть светло-голубое теплое платье, в котором я должна буду добираться до дома Витольда. Уже там я переоденусь в готовый свадебный наряд и смогу идти в нем к алтарю. Ботинки, перчатки и шляпка в тон, сверху — накидка, чтобы не замерзнуть на улице, и я направилась на выход.

Витольд прислал за мной карету, как того и требовал этикет. Я взяла с собой тетушку, облаченную в светло-коричневое платье, пальто и черные полусапожки. Стивен и Аливира поехали в нашем экипаже. Глава рода обязан был самолично подвести меня к алтарю и передать из рук в руки, так сказать. Ну и заодно проверить, что ритуал состоялся, и обратно «блудная дочь» не вернется.

Обе кареты приехали вовремя. Благо ехать было недолго. Вчетвером мы вошли украшенный холл. Алисия, помня о недавнем появлении племянницы эльфийского императора, решила не усердствовать с украшениями. И мы могли любоваться только искусственными цветами под потолком и фарфоровыми фигурками местных богов на поверхностях. Сама она предстала перед гостями в довольно скромном темно-лиловом платье. Ни воланов, ни рюшей. Только бисер на лифе и ленты на подоле юбки.

Приветствия долго не продлились. Обеим сторонам хотелось поскорее начать церемонию.

Мы оставили верхнюю одежду в холле, на руках у слуг. Алисия и тетушка отправились со мной в один из залов — помочь невесте с переодеванием. Стивен с Аливирой ожидали нас у дверей зала.

Руки чуть подрагивали, когда я облачалась в свадебный наряд. По традиции слуги к нему не допускались. Невеста должна была справиться сама. Максимум разрешалась поддержка самых близких родственников женского пола. Я справилась и сама, причем довольно быстро. Посмотрела в подставленное зеркало — миленькая, хоть и слегка недовольная, молодая леди, которую ведут к алтарю.

Обула туфельки, надела золотую диадему — семейную драгоценность графов Ольстерских. Теперь можно было и у алтаря появиться.

По длинным, хорошо освещенным коридорам, мы дошли до зала, в котором нас должны были ждать Витольд и гости. Перешагнули порог… И только теперь я поняла, почему Витольд говорил о свернутом пространстве.

В комнате было много гостей, очень много гостей. Я даже предположить не могла, что их здесь столько набьется. Я шла по проходу к алтарю у дальней стены зала и видела императора оборотней, его старших сыновей и супругу, главу вампиров, младшего племянника императора эльфов вместе с его племянницей, кронпринцессу с супругом, министра торговли троллей…

В общем, все существа, так или иначе связанные со мной, вращавшиеся со мной в одном кругу, сейчас находились на моей свадьбе.

«Хотят удостовериться, что я не сбегу», — язвительно подумала я, подходя к Витольду.