ГЛАВА 7

Равновесие я все-таки потеряла. Ахнула, пошатнулась, приготовилась упасть, но мужская рука крепко ухватила меня за плечо, удержала, помогла остаться на ногах. Когда темные круги перед глазами рассеялись, я поняла, что моим спасителем был ни кто иной, как все тот же Керридар. Отпускать моей руки красноглазик не торопился, но благоразумно отвел в сторону, чтобы не мешать остальным. Поскольку я еще не оправилась после второго в своей жизни сознательного прыжка, я позволила это сделать без возражений. Однако, придя в себя, руку сразу же высвободила.

Ворота в мире Дайтерри открывались в лес. Деревья с толстыми, в два обхвата, стволами окружали со всех сторон место нашего появления — явно искусственного происхождения пятачок диаметром шагов в пятьдесят. На этом пятачке, несмотря на то, что Керр и я были первыми прыгнувшими из группы, уже находился человек, который при нашем появлении радостно заулыбался и шагнул навстречу. Это была девушка, одетая в белоснежную тунику вроде той, что была сейчас на мне. Золотистого оттенка светлые волосы обрамляли ее хорошенькое личико, зеленые глаза с горизонтальной полоской зрачка сияли приветливостью. Она подняла руку и помахала нам.

− Все нормально? — Звонкий мелодичный голос звучал как колокольчик. — Если кружится голова, можно присесть на траву. Тут немного другой состав атмосферы, с непривычки может и затошнить. Привыкайте к уменьшенной силе тяжести — здесь она на пять процентов ниже, чем в Белом мире. Модификация сейчас поможет вам адаптироваться, погодите немного.

Кудряшки затанцевали вокруг головы, когда девушка тряхнула ею.

Следом за мной из Ворот, которые здесь открывались через толстый ствол какого-то похожего на земной дуб дерева, почти выпала Лидилла, и Керр бросился на помощь ей. Я осмотрелась, разглядывая окружающие нас деревья. Массивные корни упирались в землю подобно гигантским ногам, ветви были обломаны на небольшом удалении от стволов, и только на макушках, уставившихся в небо, еще оставались зеленые листья. Ни тропки. Ни дороги прочь. Мы стояли посреди круглой поляны в сердце глухого леса. Выхода, во всяком случае, видимого, не было.

Я оглянулась на Ворота и на мгновение оцепенела от увиденного. Когда я прыгала в объятья Аргенты, я не успела их толком разглядеть — он сказал, это потому что Ворота ведут в Закрытый мир, и они «не стабилизированы».

Но мой мир ничего не знал о Белом мире. Здесь же резиденты жили уже достаточно долго, и червоточина была подвергнута процедуре стабилизации, то есть, попросту говоря, ее сделали видимой. Ворота представляли собой сгусток серебристого сияния высотой в два человеческих роста. На их краях играла радуга, переливаясь и сверкая всеми своими цветами. Внутри клубился туман, в котором изредка вспыхивали искры. Зрелище было фантастическое.

Девушка, очевидно, чего-то ждала от нас, она поглядывала то на одного, то на другого с улыбкой. За нас все сделала Лидилла — радостно вскрикнув, она бросилась мимо меня к девушке и затрясла ее руку в крепком рукопожатии. Миловидное лицо кудряшки просияло.

− Ленка! Очень, очень рада знакомству! — воскликнула Лидилла.

Понимая, что «Ленка» здесь вряд ли уменьшительное от «Елены», я благоразумно молчала. Я разглядывала ее, едва ли не открыв от удивления рот, а она терпеливо ждала, пока соберется вся группа. Слишком широко расставленные круглые глаза. Отчетливо очерченная туникой вторая пара грудей под первой. Это была модификация, или мозг снова обманывает меня?

− Нам рассказывали о том, что вы проводите здесь исследования, но я и подумать не могла, что Ининджер направит вас встречать нашу группу! — тараторила Лидилла, пока остальные выбирались из Ворот. — Рада, очень рада, что вы будете сопровождать нас!

− Это невеста принца, если что, — сообщил мне вполголоса Керридар, краем глаза поглядывая в сторону величественно шагнувшего в этот мир Ининджера. — Силенка Прештладжен.

Я взглянула на девушку уже с интересом другого рода. Отметила и доброту, буквально излучаемую зелеными глазами, и естественность экзотической красоты, и изящность жестов. Безусловно, аристократка. В каждом жесте девушки чувствовалась уверенность в себе, и, пересекая поляну, чтобы пожать руку ожидающему сбора группы Ининджеру, она двигалась как королева.

Я и Керр поспешили занять свои места в становящейся уже привычной шеренге. Я отметила по ходу дела, что все мы после перемещения немного изменились внешне, хотя остались вполне узнаваемыми. Ининджер, кстати, выглядел еще величественнее.

Заложив руки за спину, наш учитель откинул голову назад и заговорил:

− Приветствую вас в Ясном лесу Дайтерри. И поздравляю вас с первым прыжком. Все вы выдержали его с честью.

Он остановился перед нами, и девушка встала рядом с ним, все так же ласково улыбаясь.

− Рядом со мной Силенка, биолог, профессор биохимии, исследователь мира Дайтерри, лучшая выпускница Школы и просто девушка, которой я безгранично восхищаюсь и которую люблю как дочь. Силенка будет вашим здешним Патроном сопровождения. Ей вы должны подчиняться так же беспрекословно, как подчиняетесь своим Патронам в Белом мире. Она сопроводит вас до резиденции, где вы переночуете, и откуда назавтра вам предстоит отправиться в деревню Дайтерри для встречи с местными жителями.

Он помолчал.

— Если есть вопросы — самое время их задать.

Керр поднял голову.

— А костер развести можно?

Кто-то из девушек фыркнул, Ининджер наградил Керридара и меня — видимо, за компанию — взглядом своих пронзи…

Я замерла, поймав себя на мысли, которую озвучила Керридару чуть позже вечером. Наверное, многие видели глаза слепых, в кино, может быть, в жизни. Темные зрачки, не реагирующие на свет, взгляд, направленный вроде бы и на тебя, но в то же время расфокусированный как у новорожденного. У Ининджера в Белом мире был именно такой взгляд. Тяжелый, темный — и невидящий. Но здесь он не просто смотрел в сторону звука. Я поняла, что при прыжке его слепота просто пропала. Он действительно глядел на меня и Керра, он действительно восхищался Силенкой, он действительно щурился от солнца, запрокинув голову в небо.

Перемещение между мирами не только добавляло нам лишние пальцы или пару жабр — Дансти говорила мне о том, что при переходе в морские миры у нее еще и парочка плавников вырастает — оно еще и давало возможность стать здоровым. Аргента не зря говорил о том, что многие отдали бы кучу денег за то, чтобы побывать на другой планете. Теперь я его слова понимала. Инвалид мог стать при переходе здоровым красавцем, умирающая от рака девушка получала возможность прожить целую жизнь в мире, где время движется быстрее. При наличии денег можно было прожить не одну жизнь.

Кажется, я начинала понимать, почему Перла так не торопится домой.

— Скоро закат, — сказал Ининджер, проводив взглядом светило, покидающее небосклон. — Вам пора. Желаю всем удачно провести время. Рад был тебя повидать, Силенка.

И он исчез в Воротах, оставив нас на попечение невесты Лакса. Всего на поляне, таким образом, нас оказалось семеро: наша здешняя Патронесса, я, Керр, Лидилла, Малгмар и две девушки, имен которых я не помнила. Кстати, как и я, они обе на лекциях оказывались в поле зрения убийственного сарказма красавицы Бель, но если меня ее насмешки сбивали с толку и заставляли злиться, то этим двоим все казалось ни по чем.

Пока Лидилла расспрашивала Силенку о том, чем мы станем заниматься в резиденции, я прикидывала, каким же образом мы будем выбираться с этого глухого пятачка. Стволы окружающих поляну деревьев стояли так плотно, что между ними не смог бы проскочить и заяц. Правда, в этом мире не было зайцев.

Здесь вообще не было животных, если не считать птиц. Тишина, изредка нарушаемая лишь шелестом листвы в верхушках деревьев-великанов под порывами ветра, наполняла пространство. Так странно было не слышать хотя бы редкого кукования кукушки. Так странно было находиться здесь, за миллион миллионов световых лет от дома в компании таких же инопланетян, как и я.

От невеселых мыслей меня отвлек гомон остальных. Я увидела, что все смотрят в небо и перевела взгляд туда же. Прямо над нашим пятачком парила похожая на орла птица с невероятной величины размахом крыльев. Она опускалась все ниже и ниже. Птица собиралась приземлиться посреди поляны и поднимала крыльями настоящий ураган. Мы опасливо прижались к деревьям, но нужды в этом не было — едва этот орел-мутант спустился пониже, стало видно, что к брюху его привязана корзина, в которой сидит человек.

Еще ниже — и мы распознали виденного ранее только на картинках дайт.

С виду дайт напоминают людей. У них похожие очертания тела и головы. На этом сходство заканчивается. Дайт не дышат, они получают живительный кислород прямо из воздуха с помощью зеленых наростов на поверхности тела. Следовательно, они не носят одежды и у них нет носа. Все туловище дайт имеет красивый, но несколько необычный для любого нормального человеческого существа зелено-коричневый цвет. Веток, служащих руками, у них может быть несколько — от двух до десятка. У этого было четыре, и смотрелось странно. Язык их — смесь щелкающих звуков, издаваемая трением друг о друга пластинок на ветках-руках. Клещу-переводчику пришлось постараться, чтобы превратить этот деревянный перестук в нормальную речь.

− Приветствую вас. Меня зовут… — Серия труднопроизносимых звуков была милосердно превращена переводчиком во что-то вроде «Щлк». — Я пришел с миром.

Не знаю, как остальные, но я застыла, открыв рот. Впервые я видела существо, разумное существо, так разительно отличающееся от человека. Даже огромная, высотой с дом птица не произвела такого впечатления. Щлк тоже замер, видимо, понимая нашу реакцию и позволяя нам прийти в себя. Дружелюбно улыбаясь, наблюдала за нами и Силенка.

− Стилгмар, — услышала я свой голос и едва сама не подпрыгнула от неожиданности, обнаружив, что каким-то образом оказалась впереди группы и уже глажу его тело в ритуальном приветствии.

Прикосновение оказалось приятным. Словно провела рукой по теплому мху. Пальцы-веточки, коих у Щлка оказалось великое множество, нежно пощекотали мою ладонь, отпустили.

− Рада знакомству, — выговорила я, стараясь не думать о том, что органы дыхания для дайт — одновременно и органы выделения.

Следом за мной под одобрительным взглядом нашей наставницы к Щлку приблизились и остальные. Я отступила чуть назад, сама не понимая, что на меня нашло. Оробела-то я так же, как все.

«Тебе просто хотелось показать Силенке, что почем, — сказал ехидно внутренний голос, и, когда я приказала ему тут же заткнуться, не послушался. — И пусть слух о том, что у тебя все хорошо, достигнет ушей Лакса… То есть, я хотела сказать, Владыки. Он ведь возлагает на тебя такие большие надежды».

«Мне нет до него дела, — подумала я с усилием. — Ни до Лакса и его ненависти ко мне, ни до Владыки».

«Есть».

− Нет! — сказала я вслух, и Силенка, как раз что-то оживленно говорившая Щлку, замолчала и посмотрела на меня.

− Отвечаешь на вопросы прежде чем из зададут, Стил, — хмыкнул Керридар, а я залилась краской. — Молодец!

Мы еще немного потолкались возле дайт, потом подошли к корзине. Высотой она была почти мне по грудь, по обеим сторонам размещались ряды сидений. Под ними я заметила ящики, но, поскольку дайт в пище и еде не нуждаются, сделала вывод, что это для нас. Так и оказалось. Силенка достала из ящика покрывало и пачку воды. Мы все разом вдруг ощутили жажду, и осушили ее в два счета. Рассевшись в корзине, мы укрылись покрывалом, которое дайт ловко пристегнул к крючкам на стенках корзины.

— Путешествие недолгое, но наверху нам будет холодно, — пояснила Силенка. — Держитесь за ручки, сейчас полетим.

Она сделала знак дайт, и тот громко застучал пластинками. Птица взмахнула огромными крыльями и взмыла в воздух. Корзина оторвалась от земли с легким толчком, и у меня захватило сердце. Впервые я летала на чем-то кроме самолета. Ощущение было невероятное.

Птица поднялась выше деревьев, тяжело развернулась в сторону заходящего солнца и взяла курс. Корзина перестала раскачиваться и выровнялась, внутри стало немного тише. Оглядев нас, Силенка улыбнулась, и на этот раз я улыбнулась вместе с ней. Мы, должно быть, и вправду выглядели ошарашенными.

− Йкк — единственная свободная перевозчица на день полета вокруг, — сказала она, перекрикивая шум ветра. — Большая удача, что Щлк уговорил ее лететь сюда. У перевозчиков работы всегда очень много. Если бы не они, нам пришлось бы потратить целую ночь на переход до резиденции. А здесь ночь — не самое благоприятное для прогулок время.

Я помнила об этом. Пожалуй, это единственное, что я запомнила о мире дайт сразу и намертво. Дикие деревья. В памяти всплыла лекция сарры Риангмар, и я почти увидела мысленным взором ее высокую фигуру, расхаживающую по аудитории.

«Ворота в мире Дайтерри открываются далеко от обитаемой разумными народами части леса. В дневное время большинство хищных деревьев пребывает в спячке, обусловленной необходимостью восполнить силы. Несомненно, это обусловлено типом метаболизма. Днем растения производят необходимый им для дыхания кислород, ночью — его потребляют и запасаются энергией. Запомните и запишите: в мире Дайтерри в ночное время уходить от Ворот по лесу запрещается».

Я огляделась. Еще несколько минут назад небо было светлым, теперь же я ясно заметила набегающую с запада темноту. Скорее бы прилететь в резиденцию. Не очень-то мне хотелось разгуливать по этому миру ночью.

Мы летели достаточно долго, чтобы солнце успело сесть. Наконец, впереди показалась какая-то конструкция из неизвестного мне материала, и птица, перестав махать крыльями, начала планировать в ее направлении. Я догадалась, что это и есть резиденция. Как оказалось — не ошиблась.

Двухэтажное здание выглядело на этой планете чужим, но я обрадовалась, увидев его. Темнота почти скрывала очертания здания, превращая его в подобие призрака. В глубине, за шторами горел свет. Подобно путеводной звезде он указывал птице путь, и вот она, в последний раз взмахнув огромными крыльями, опустила корзину на поляну перед домом.

— Выходим.

Мы высыпали из корзины, и после пары прощальных слов Щлк снова поднялся в воздух, направляясь в ту деревню, куда завтра мы должны были прийти с дружеским визитом. Ему тоже не хотелось задерживаться до наступления ночи.

Мы направились к дому, держась друг друга. Темнота была неприветливой, и даже рука Лидиллы, сжавшая мою руку, показалась мне опорой. Но Силенка почти тут же сказала, что нужды в осторожности нет.

— До леса далеко. Плюс ко всему дом окружен ловушками. Здесь безопасно, расслабьтесь.

— Но если ты хочешь, Лиди, дорогая, ты можешь подержать меня за руку просто так, — сразу забалагурил осмелевший Керридар.

Мы подошли к раздвижной, напоминающей люк двери, Силенка нажала на кнопку, и створки разъехались. Внутри на самом деле горел свет, но не потому что наша Патронесса оказалась забывчивой и забыла перед уходом его погасить. Навстречу нам вышел мужчина, которого я уже знала. Силеяр, Яр собственной персоной. Он растерянно кивнул Силенке, как будто отвечая на незаданный вопрос.

— Мой брат, Яр, знакомьтесь, — представила кудряшка.

Вот даже как. Мы обменялись приветствиями, попутно разглядывая убранство дома. Мебель была прикручена к полу, каменные стены внутри оказались имитацией — подойдя ближе, я заметила похожие на каменную кладку панели из уже знакомого мне теплого пластика.

— Надо вас накормить, — сказал Яр, и я вдруг почувствовала, что действительно очень хочу есть.

Мы поели какой-то каши с зернами и разошлись по комнатам в дальнем конце коридора. Мальчики налево, девочки — направо, все как на Земле. Керр намекнул, что заглянет к нам попозже, если будет на то «пожелание сиятельных особ». Мы даже не обиделись — настолько это все звучало невинно. Пообещав присниться ему в сладком сне, я и Лидилла удалились в комнату, куда уже раньше ушли остальные.

На постелях лежали чистое белье и рубашки. Мы сняли туники, расшнуровали сандалии и с удовольствием забрались под одеяла.

Нам с Лидиллой не спалось. Безымянные девушки уже давно храпели, а мы с ней все перешептывались, обсуждая перемещение, Силенку и мир дайт.

— Боюсь я этих диких деревьев, — призналась она. — Ты знаешь, что сто лет назад поляна вокруг Ворот была размером с футбольное поле?

Переводчик запнулся на последних словах, и я поняла, что Лидилла, скорее всего, имела в виду какую-то беломирскую разновидность подобной игры.

— Излучение пугало деревья? — предположила я.

Ни о чем таком в учебнике не было написано.

— Угу. А теперь? Пятьдесят шагов туда, пятьдесят обратно. Птицы скоро не смогут туда садиться. — Она помолчала, а потом заговорила почти зловещим тоном. − Деревья обступили пятачок не случайно… Стоит сделать шаг ближе — и тебя утянет во тьму хищного леса… Если совет Патронов ничего не придумает, скоро мир Дайтерри будет закрыт для посещений.

Мы еще немного поговорили, потом замолчали, каждая во власти своих мыслей.

Закрыв глаза, я постаралась заснуть.

На какой-то миг я даже поверила в то, что в этом мире кошмары не будут меня мучить. Закрыв глаза и слушая тихое ровное дыхание девушек, спящих на соседних кроватях, я погрузилась в сон, из цепких объятий которого едва вырвалась.

В этом сне я чувствовала связавшие меня веревки. Я видела бородатого мужчину, тащившего меня прочь, видела его лицо и налитые кровью глаза. Я слышала крики других девушек, видела, как вспыхивают над землей огни, прорезая ночную тьму. А потом меня бросили на землю связанной. Надо мной склонились десятки бородатых лиц, их открытые рты скалились, а красные языки высовывались из-за частокола крупных желтых зубов и облизывали губы.

Я закричала и открыла глаза в мире Дайтерри.