Глава 48

Расфасовывая остатки еды по контейнерам, а затем убирая их в холодильник, краем глаза заметила, как Воронцов зашёл на кухню, присел на стул и из угла за мной наблюдает.

— Чего пришёл, мужчины, что по гей-клубам не ходят, выгнали? — не оборачиваясь на мужчину, съязвила я.

— Нет, все спать собрались, — по шагам слышу, родственник приближается. — Настёна, пойдём, до озера прогуляемся, — Марат приобняв за талию, устроил свой подбородок у меня на плече.

— Ещё чего не хватало. Я с пьяными мужиками по лесу не шастаю.

— Совершенно правильно поступаешь. И как удачно сложилось, что я трезвый и не в лес тебя позвал, а на озеро.

— Никуда с тобой не пойду, я на тебя злая, — активно дёргая плечом, чтобы Воронцов убрал подбородок, прошипела я.

— И с чего вдруг? — шепнули мне в ухо и ещё теснее прижали к себе.

— Если бы ты сразу сказал, что аферу с шеф-поваром раскусил, я бы не понесла убыток. Между прочим, я Илье аж двадцать процентов накинула к заявленной заработной плате. Марат, если ты немедленно не прекратишь тереться об меня своей «кувалдой», я тебе такую пощёчину залеплю!

Чтобы не получить ту самую обещанную пощёчину, Воронцов принял меры — он крепко ухватил меня за запястья и преспокойно продолжил таранить мою попу ненормального размера агрегатом в штанах.

— Настёна, ты как будто первый день меня знаешь, шутки-шутками, а деньги — деньгами. Я, когда Илью провожал, сообщил, чтобы на прибавку даже не надеялся. Всё, конфликт между нами улажен, пошли скорей на озеро, пока солнце не до конца ещё село.

— Не пойду, не хочу кормить комаров.

Да, я вредная, но поживёшь с упырём под одной крышей — ещё и не такой станешь.

— Ладно, тогда ставлю вопрос так. Ты до озера добровольно ногами пойдёшь или предпочитаешь в принудительном порядке поехать у меня на плече?

Через минуту я висела на Воронцове вниз головой, и расстояние между мной и чёртовым озером сокращалось.

Какие выводы я сделала за прошедшую минуту. Первое — кричать вниз головой хоть и возможно, но сложно. Второе — Воронцов не боится щекотки от слова «совсем». Третье и самое важное — если Марат выдвинул ультиматум, хватай что-нибудь тяжёлое и бей его, пока сознание не потеряет, иначе у тебя нет ни единого шанса отвертеться, и ты будешь делать то, что он задумал.

— Марат, а как насчёт рыбалки? Папа же её отменил в свете новых событий? — вибрирующим от тряски голосом не без ехидства поинтересовалась я.

— Если ты намекаешь на гей-клуб и моё в нём пребывание, то не переживай, у нас в отношениях с Николаевичем полный порядок.

— Да быть такого не может. Это что же ему надо было наплести, чтобы….

— Что я был в этом клубе не единожды, а целых три раза, и если потребуется, ещё схожу и не поморщусь. Потому как процветание моей фирмы для меня куда важнее предрассудков. Знаешь, сколько моих партнёров, скажем так, в сауну девушек не пригласят? Ого-го сколько. И если дела с ними мне приносят доход, то плевать я хотел, кто именно их по ночам обнимает. Это исключительно их дело, — высказался Марат и сгрузил меня на землю. — А тебе, Настёна, надо срочно прекращать теряться перед отцом — это уже не смешно. Ведь с остальными ты себя ведёшь адекватно, не теряешься, а перед ним зачем-то бледнеешь и тушуешься. Он это чувствует, поэтому и постоянно поддевает. Дай ему уже отпор, или я это сделаю. Раз и навсегда научу Николаича обращаться с дочкой уважительно, как она того и заслуживает. Потому как умница и красавица, — если упрёки Воронцов произносил с неподдельным раздражением, то когда добрался до комплиментов, его голос стал вкрадчивым и соблазняющим, впрочем, как и взгляд.

Похоже, Марат меня к озеру принёс далеко не для того, чтобы красивым закатом любоваться…. 1439f7c

— Даже не вздумай вмешиваться в наши отношения с папой, если мне понадобится, сама разберусь. Кто-кто, а он меня любит, — оглядываясь вокруг себя, прикрикнула я на Марата.

На траве расстелено покрывало, корзинка стоит с фруктами, в ведёрке со льдом охлаждается бутылка шампанского, две переносных лампы тускло горят.

Ага, кто-то основательно подготовился.

— Он не единственный кто тебя любит, — серьёзным тоном заявил Воронцов, и у меня аж мурашки пробежали по телу. Вот хоть убивайте меня, не желаю я слушать признание в любви от Марата, а, похоже, всё к этому и идёт.

— Давно я таких закатов не видела, — посмотрев в сторону багровой полосы над горизонтом, восхитилась я и шустро присела на покрывало. — Полюбуемся на него молча, — непрозрачно намекнув родственнику, что обсуждение поднятой им темы меня не интересует, прижала колени к груди, уставилась на озеро и притихла.

Воронцов шумно вздохнул, но, как и просила, ничего не стал говорить. Вместо этого он сел у меня за спиной, якобы, чтобы не мёрзла, обнял и как совсем недавно вновь положил мне на плечо подбородок.

Красота неописуемая, за исключением шелеста травы и листвы деревьев от ветра — полная тишина. В объятиях Марата не только тепло, но и уютно. Мне даже показалось, что на какую-то долю секунды задремала. Кажется, если так продолжится и дальше, я на берегу хоть до рассвета с удовольствием просижу.

— Ты же помнишь, что должна мне поцелуй? Время настало, — через десять минут, а может быть и через час, шепнул Воронцов и, ловким движением уложив меня на покрывало, сверху навис.