Глава девятая. Будни нашего городка.

Ну наконец то, одна. Совсем одна. Нет, я ничего не имею против сэра Бэрримэра. Приятный во всех отношениях молодой человек. Но время от времени я начинаю испытывать ненависть ко всему человечеству в целом и ко всем его представителям персонально. Конечно за исключением бабули, Маришки и частично красотки Джо. Впрочем они-то все как раз очень тонко чувствовали мои душевные терзания и старались в этот период ко мне на глаза не попадаться. Во избежании.

Как мне все-таки не хватает Маришки. Даже поговорить не с кем. А может удастся ее каким-то образом выдернуть в Эдем. А что, это - мысль. По большому счету ее на Земле ничего не держит. Ну не стоит же серьезно относится к ее планам по поводу начальника отдела. Не Маришкин уровень. А здесь мы на пару могли бы здорово развернутся.

Складывается впечатление, что это общество, вспоминая вводную лекцию Бэримэра, и вправду чересчур консервативно. С одной стороны подобный менталитет должен защищать ее обитателей от стороннего влияния. С другой стороны - полное отсутствие иммунитета к схемам и идеям, которые были неоднократно опробованы на той же Земле. И пример мошенничества с лордом Арденом тому наглядное подтверждение.

Нет, я вовсе не утверждаю, что мы с Маришкой тут же станем строить в Эдеме финансовую пирамиду по типу МММ. Но девушку всегда должен беспокоить вопрос, где брать деньги на булавки и другие жизненно необходимые вещи. Не веке же мне висеть на шее у лорда Лэстера, который положа руку на сердце, мне совершенно ничего не должен. Просто шефу Тайной канцелярии крупно не повезло.

Так что вопрос построения собственной системы финансового благополучия выносим на первый план, конечно не забывая об освоении магических ментальных умений. И здесь Маришка мне очень бы пригодилась. Узнать бы, как ее переправить в Эдем. Неужели только с помощью Аденаиды Истермановны. Не хотелось бы.

Блонда, перестань врать хотя бы сама себе. При чем здесь финансовое благополучие, схемы и аферы. Признайся, тебе ужаса страшно быть одной в этом совершенно чужом тебе мире. А Маришка нужна тебе только для того, что бы поплакаться у подруги на плече и услышать ее жизнеутверждающее — война фигня, главное маневры. Не боись, Блонда, прорвемся.

Не боись Блонда, прорвемся, повторила я сама себе. А если хочешь с кем нибудь поговорить, так у тебя на выбор сразу два собеседника - Заза, браслет благодарно звякнул в ответ на упоминание его имени, и демон Голубого Хамелеона. Вот с него то и начнем.

- Эй , Леопольд, подлый трус выходи. И не надо делать вид, что ты меня не слышишь. Когда не надо, так ты тут же норовишь вставить свои пять копеек. А сейчас видите ли затаился. Давай отвечай. Будем обсуждать условия твоего магического договора. И то, как ты должен себя вести, что бы максимально обеспечить мне пресловутое благо.

- Девочка, - раздался в голове Милкин голос, правда с рокочущими и шипящими обертонами. -Ты ничего не перепутала? Я демон пятого круга. А не какой то паршивый кот Леопольд. Великий демон Голубого Хамелеона. Впредь будешь только так и не иначе ко мне обращаться. Я командовал легионом младших духов в то время, когда твои предки в звериных шкурах охотились на мамонтов.

- Не может быть, - изумилась я. Последнего мамонта, судя по моим сведениям, забили где-то 10-15 тысяч лет тому назад. - Неужели ты такой старый?

- Ну, не настолько, - смутился демон, утратив в голосе значительную часть апломба.

- Так сколько тебе лет,- продолжала настаивать я.

- Триста пятьдесят, - буркнула Милка у меня в голове.

- Ха, а туда же, ровесник мамонтов. Будешь ты мне условия ставить, как тебя называть. Захочу и станешь Чебурашкой. Да триста пятьдесят лет назад у нас на Земле как раз последних демонов на костре сжигали. Про инквизицию слышал? То -то же.

Так, смутить похоже удалось. Теперь надо бы его припугнуть посильнее.

- Да у меня со времен Альбигойских войн генетически заложен опыт но укрощению таких как ты.

Похоже припугнуть не удалось. Опять рокочущие нотки в голосе появились

- Девочка. Ты сама себя слышишь. Где ты, а где инквизиция. И не заблуждайся. Если мой предыдущий хозяин и впал в старческий маразм перед смертью, то это вовсе не значит, что я позволил ему заключить договор, который бы меня чем-то ограничил. А уж обмануть твоего спецназначенца, все равно, что игрушку у ребенка отобрать.

На это и возразить нечего. И вправду Сэр Бэримэр слишком доверчив. Ничему его жизнь не учит. Впрочем все мужики одинаковы.

- А как же магическая клятва не причинять мне вред и действовать во благо, - поинтересовалась я у Демона.

Снова голос поменялся Теперь этакий вальяжный и снисходительный.

- Девочка,

Он что по другому ко мне обращаться не может, демонстрирует таким образом моральное превосходство или лелеет собственные комплексы. Ладно, я и потерпеть готова. Во всяком случае пока.

- Я сам буду решать, что может пойти тебе на пользу, а что во вред. Захочу например и не подпущу к тебе ни одного Духа. Вспомни как с Кешей было. Ну и как ты инициализацию после этого проходить станешь. И все заметь исключительно ради твоего блага. Духи вредны, любой тебе это подтвердит. Да и мало ли что можно придумать при такой расплывчатой формулировке.

- Так, что будь умницей, слушайся меня во всем и впредь обращайся ко мне не иначе как Великий демон Голубого Хамелеона. А я в этом случае о тебе позабочусь.

- А если я сниму кулон и заброшу его куда нибудь в самое темное место.

- Нашла чем испугать, - захихикал демон. - Ты только себе при этом жизнь испортишь. Не забывай, что в своем натуральном виде ты вызовешь очень много и очень неприятных вопросов. А я просто впаду в спячку. Стану медитировать и познавать Вселенную.

Да, пришлось с сожалением согласится. Этим пожалуй я демона не испугаю.

А если я разобью твой камень? Мне показалось, что Кеша очень дорожит своей пирамидкой.

Хихиканье сменилось гомерическим хохотом.

- Девочка-а - ха-ха.

Достал уже этой девочкой.

- Ты просто не представляешь, о чем говоришь. Как ты собралась его разбить. Молотком что ли. Лучше головой по сапфиру постучи, пользы больше будет. Может поумнеешь. Да на Эдеме нет такой силы, которая могла бы разрушить Голубой Хамелеон. Сапфир сам по себе достаточно прочен. Но в нашем случае он связан структурой демона пятого круга.

Даже кольцо правды не нужно, чтобы понять, что он не врет.

Все, больше идей нет. Я с раздражением сорвала с себя кулон и бросила его на столик. Похоже в этот раз Демон меня переиграл. Сволочь рогатая.

Чтобы немного себя успокоить, взяла в руки статуэтку бабули, небрежно брошенную спецназначенцем и начала ее разглядывать. Не сосчитать, как часто в детстве я игралась с ней, придумывая разные самые невероятные истории.

- Странно, подумалось мне. В детстве я обожала давать имена всем вещам и предметам меня окружающим. У меня были куклы Ленка и Власа, тапочки Чапки, любимое зеленое платье Листочек. В прихожей стояло Большое зеркало Бум-Бум, а чайник гордо именовался Рыка. Все предметы, которые меня окружали в детстве, приобрели собственные имена. Все, за за исключением этой статуэтки. Она всегда оставалась бабулиной статуэткой.

Статуэтка здорово напоминала Голливудского Оскара. Тот же размер, правда, покрытие не золотистое а серебристо-голубоватое. И весит не 3 килограмма а от силы полтора. Зато фигурка практически идентична. Этакий невнятный рыцарь с мечом на цилиндрической подставке.

Неудивительно, что все вокруг заявляют, что уже где-то видели эту статуэтку. Наверняка регулярно смотрят светскую хронику с Земли.

А в детстве я фантазировала, что моя бабуля в молодости была знаменитой кино дивой. Вот она идет по красной дорожке. В роскошном черном платье с глубоким вырезом и в шляпке, украшенной страусиными перьями. Мельтешат вспышки фотоаппаратов. Потом ей вручают Оскар. А потом уже я иду по этой самой дорожке.

Мечты, мечты. А все окончилось тем, что я стукнула статуэткой Александра Илларионовича по голове и он упал на пол обливаясь кровью, И пусть эта ужасная картинка только плод моего воображения, навеянного Аденаидой Истермановной, но боюсь что теперь она навсегда будет связана в мой голове с бабулиной статуэткой. Вот бы так же стукнуть статуэткой по кулону Голубого Хамелеона, чтобы он знал как обижать меня такую умную и красивую.

Взяла и легонько стукнула.

-Да, вы что, - чертыхнулась я, когда в голове немного прояснилось. Это что такой радикальный способ утилизации мебели. Хорошо хоть кресло осталось на месте.

Я стояла в на том самом месте, где только что находился столик с бабулиной статуэткой в руках, а в метре от меня висел демон, вылитая копия профессора Адама Смита, только размером поменьше и без преподавательской мантии.

Хорошо хоть нечто в виде набедренной повязки прикрывало чрево. Иначе совсем неудобно бы получилось. Все-таки одинокая девушка и практически обнаженный демон, мало ли что можно надумать.

Полуметровый демон висел напротив меня, судорожно сжимая в руках кулон с голубым сапфиром и мелко и часто дрожал.

- Знакомься, Блонда, это наверняка Великий демон Голубого Хамелеона, - вслух произнесла я .

- Ну что вы, леди Блонда, дрожащим голосом возразим Демон, испугано косясь на бабулину статуэтку, которую я покачивала в руках. Если хотите, можете называть меня Леопольдом, или Чебурашкой. Я не обижусь. И большая к вам просьба. Не могли бы вы держать эту штуку, которая у вас в руках, от меня подальше.

- А что случилось, - язвительно поинтересовалась я, откуда такая покладистость.

- Прекращайте издеваться, попросил Демон грустным голосом. Не знаю где вы достали эту гадость и совершенно не хочу знать, что это вообще такое, но твердо убежден, что с помощью вашей статуэтки вполне по силам разбить мой сапфир. И никакая внутренняя структура мне не поможет. Да вы, леди и сами обо всем догадались. Так что давайте заключим мир. Я готов вам подчиняться, вы же постарайтесь не очень меня напрягать своими закидонами.

- Ну что же, меня все устраивает. Буду называть тебя Милкой. Можешь давать мне дельные и не очень советы и даже спорить со мной. Все -таки с тобой не так скучно будет.

- А теперь объясни мне, что, собственно, произошло.

- Да я и сам не знаю. Я ведь никогда раньше, после заточения в камень, не покидал сапфир. А левитировать не мог даже, когда был свободным Бесом. Это до того как меня Старец поймал.

- Наверное, после того, как вы меня статуэткой стукнули и я понял, что эта штука вполне может разрушить носитель, и тут вы правы, для демона амулета - это мгновенное и окончательное развоплощение.

- Так вот я настолько испугался, что похоже перепрыгнул на новый круг развития. Слышали наверное, что эмоции для нас все. Схватил сапфир и попытался сбежать. Почти тоже самое, что с Кешей произошло, только он послабее будет и меня испугался, а я вот от вашей статуэтки запаниковал.

- Так что,- с удивлением принялась я рассматривать бабулину статуэтку. - Это тоже артефакт? И в нем заточен демон фиг знает какого круга?

- Ну, уж - нет. Я не знаю, что это такое, но демона в статуэтке точно нет. Там вообще ничего нет. Просто чернота.

- Все не могу больше без носителя, - произнес мой собеседник визуально истончаясь и втягиваясь в камень. Кулон медленно приземлился на пол.

- Э, а кто столик возвращать будет, - возмутилась я.

- Это - не ко мне , это к грузчикам, или к плотникам, или к столярам, на ваше усмотрение, леди, раздался как будто издали ехидный Милкин голос.

Жизнь постепенно вошла в спокойное русло. Я вскакивала по утрам, приводила себя в порядок, потом завтракала, бежала на пары, руководствуясь информацией браслета, слушала лекции, обедала, занималась в библиотеке, ужинала, возвращалась к себе в комнату, нежилась в ванной, ложилась спать и так день за днем. Все как будто замерло в преддверии двух знаковых событий - Инициализации Духом и Осеннего Императорского бала.

Конечно каждый день на этот событийный скелет накладывалось что-то свое, особенное.

Я успела познакомится со своими сокурсниками. С некоторыми тут же вступила в негласное соревнование за умы и симпатии большинства. Это в первую очередь касалось шестерки мажоров, которые объединились в устойчивую группировку и пытались навязывать свое превосходство остальным. По формальным признакам, фамилия первого круга, я сама должна была войти в эту группу, а может и возглавить ее. Но как-то не сложилось.

Так что моими клевретами стали те самые трое наглых типов, оккупировавших галерку. Они таки полностью ее отбили от поползновений остальных первокурсников и весело проводили там время, скрываясь от преподавательских глаз. Вся троица оказалась детьми баронов из Лесного края, земляками сержанта Петерса. Хорошие ребята. Мне они очень понравились.

Много позже я поинтересовалась у сэра Бэримера, откуда у бедных баронов из Лесного края деньги на оплату образования в престижной Магической Академии. К этому времени я поняла, что речь идет о действительно очень крупных суммах.

Невразумительный ответ спецназначенца сводился к тому, что через Лесной пролегает торговый путь из Запретного Леса в центр Империи. И что вообще то все жители Лесного края очень благородные люди. В случае конфликта они всегда, ну почти всегда, оставляют торговцам самую ценную для них вещь. Как оказалось речь шла о жизни последних. Короче разбойничают помаленьку.

Через несколько дней появился сэр Бэримэр. Он с гордостью продемонстрировал мне полное отсутствие синяка у себя под глазом. Оказывается лорд Лэстер настолько проникся информацией о возможных неприятностях, связанных с оплатой моего обучения, что разрешил спецназначенцу обратится к целителю.

Судя по всему, комиссия из центрального аппарата была прекрасно осведомлена о возможном финансовом нарушении и потирая руки готовила убойный для шефа Тайной канцелярии акт, посвященный в основном грандиозному факту коррупции. Агент тайной Канцелярии в Казначействе доложил, что Главный казначей Империи загодя записался на аудиенцию к Императору, что бы представить акт проверки и по возможности поглубже окунуть лорда Лестера в дерьмо. Только вот не сложилось. И все благодаря информации, доведенной шефу сэром Бэримэром.

Остаток недели был посвящен выполнению спецназначенцем личного поручения лорда Лестера по поиску крысы в стенах Тайной канцелярии, которая сливала информацию в Казначейство. Таковая в конечном итоге была обнаружена и показательно наказана.

При этом агент казначейства ни сном ни духом не знал о том, что у лорда Лэстера появилась дочь. Он просто передал по инстанции информацию о переселенце с Земли, оформленном по третьей категории. А уж там сопоставили эти сведения с изменением в Реестре.

А я еще грешила на местных аналитиков. Впрочем, возможно в казначействе работают ребята посерьезнее, нежели в Тайной канцелярии. Все таки деньги счет любят.

Так вот, когда сэр Бэримэр доложился шефу о проделанной работе, тот настолько растрогался, что захотел представить спецназначенца к награде. Но к несчастью для последнего, в процессе доклада лорд Лэстер узнал величину суммы, которую ему пришлось выложить из собственного кармана, дабы компенсировать бюджетные затраты. Эта цифра настолько потрясла лорда Лестера, что он снова попытался поставить синяк под глаз докладчику.

Поэтому сэр Бэримэр, сославшись на неотложные дела, связанные с подготовкой к Осеннему Императорскому балу, быстро ретировался в Ротсельбург мне в помощь и в ближайшее время не предполагал объявляться по основному месту службы.

На следующий день по прибытию, после окончания занятий, сэр Бэример сопроводил меня к баронессе Риола на предмет овладения премудростями светского этикета. Сразу на выходе из ворот нас ожидал самодвижущий экипаж с водителем, оказавшимся при ближайшем рассмотрении сержантом Пэтерсом. Мы тихонько поехали в сторону Ротсельбурга, до которого и неспешными шагом можно было добраться минут за десять.

Мое первое турне по Эдему. Ротсельбурга мне удивительно понравился, этакий небольшой уютный городок викторианского стиля, застроенный в основном двухэтажными каменными домами. Дороги мощенные гранитным булыжником. Большая, красиво украшенная центральная площадь со скульптурой Генриха 4 в конце и Портальной аркой посредине. И главное люди Неспешно шагающие горожане и конечно дамы, глядя на которых в голове тут же возникают слова Кюрхен, Кирхен, Киндер.

В салоне у баронессы Риолы нас уже ждали. Ради нашего визита деятельность борделя была временно приостановлена, а барышни наряжены в соответствующие случаю наряды, дабы на личном примере продемонстрировать мне тонкости придворного этикета.

Предполагалось, что обучение будет проходить на первом этаже, в большом холле заставленном мягкой мебелью — пуфиками, кушетками, диванчикам. Мое девичье увлечение новеллами Куприна и Мопассана подсказало, что именно здесь обычно и происходит первое действие по соблазнителю клиента.

Со слов баронессы я поняла, что самое главное на Осеннем балу не перебрать шампанским. На какие бы хитрости не шли кавалеры, в попытках споить свою партнершу, дама должна демонстрировать трезвый образ жизни и сохранять ясность мышления вплоть до окончания мероприятия. Правда мне показалось, что в основе этой рекомендации лежит личный негативный опыт самой баронессы.

Следующим по значимости является умение танцевать. Баронесса опасалась, что за оставшееся время она не сможет должным образом обучить меня этому искусств. Не очень то и нужно. Учитывая тот факт, что основной танец, исполняемый на балу, это Земной Венский Вальс и то , что с подачи бабули я пять лет своей жизни убила на занятия бальными танцами, готова была поспорить о том, а кто кого обучать должен.

И наконец самое важное. Правильно выполненный реверанс перед монаршей особой. Вот для демонстрации этого элемента и были приглашены сотрудницы борделя. Оказывается при исполнении реверанса девушка должна была обеспечить сюзерену максимально полный обзор своего тела. От этого подчас зависела дальнейшая судьба не только молодой особы, но и всего ее семейства.

Наиболее талантливым особам при реверансе удавалось продемонстрировать Императору даже свои трусики. И это через декольте.

Ну и нравы у них тут. Нет уж в этой категории я не с кем соревноваться не собираюсь.

И после этого Бэримэр рассказывает мне о устойчивом консерватизме, присущем высшему свету Эдема. Впрочем я снова лезу куда то со своим уставом. Блонда, вспомни какие нравы царили на Земле при дворе короля Людовика 14 и заткнись пожалуйста.

И все равно Император здесь, судя по всему, еще тот тип.

Надеюсь, Блонда, ты не ляпнешь что-то подобное в слух. А то у твоего браслета хватить ума отправить в информационную систему запрос о том что за тип у нас Император. Вернее не хватит ума. Заза конечно лапочка, но туповат немного. Надо бы его эмоционально простимулировать, пусть развивается. Не то, что Милка. Демон Голубого Хамелеона еще та язва и зараза. Правда на него очень благотворно действует, когда по вечерам, отправляясь в ванную, я снимаю с шеи кулон и вешаю его на бабулину статуэтку. Следующие пол дня как шелковый.

Что-то я отвлеклась. Возвращаемся к этикету.

Основные движения, подхватить юбку, присесть, немного согнуться, дождаться благосклонного кивка, разогнутся и стремительно удалится. На этом все. Свои трусики я никому демонстрировать не намерена. Во всяком случае на Осеннем балу.

С обучением этикета покончено, теперь наряд для бала.

Баронесса разогнала своих сотрудниц и пригласила в зал модисток, которые с утра портальной аркой прибыли из столицы в Ротсельбург и ждали когда я их приму.

Как же, модисток она пригласила. Я ожидала двух от силы трех швей. Наивная. Да если бы эта армия появилась при Ватерлоо на стороне Наполеона, то у союзников не было бы никаких шансов.

Помещение оккупировали десятки, куда то спешащих деятельных людей. Они быстро освободили холл от мебели. По эффективности этот процесса превосходил даже Милкины фокусы со столами. После создания плацдарма для работы в центре зала началось сооружение помоста, напомнившего мне по грандиозности сцену на стадионе в родном городе. Это когда приезжала с гастролями зарубежная рок группа.

Одновременно стены были плотно завешены и заставлены зеркалами, и в процесс включились осветители, фокусирующие свет десятков софитов на центр помоста, при этом отчаянно друг с другом споря.

- Кажется у Архимеда получилось сжечь римский флот при осаде Сиракузы, сфокусировав свет от зеркал в одну точку. Они что решили повторить прямо здесь этот знаменитый физический эксперимент, - поинтересовалась я у баронессы Риолы, которая похоже была потрясена происходящим действием не менее моего.

К этому времени антураж дополнили витрины, демонстрирующие образцы тканей сотен расцветок и фактур. Потом появились манекены облаченные в платья всевозможных фасонов и в заключении перед нами предстала группа из пяти человек , возглавляемых джентльменом столь характерной наружности, что вопрос о его национальной принадлежности представлялся совершенно неуместным.

- Я мастер Изя Рабинович,- представился джентльмен. И мне выпала честь пошить для вас леди наряд к Осеннему Императорскому балу.

И после этого Бэримэр будет рассказывать мне, что переселение коренных обитателей техномиров в Эдем строго ограничено. Впрочем возможно на портных это ограничение не распространяется, одернула я себя.

По мановению руки мастера зал мгновенно опустел. Остались лишь наша группа, состоящая из меня, сэра Бэримэра, баронессы и сам Изя Рабинович со своими помощниками.

Что значит специалист высочайшего класса, восхитилась я мастером, придя в прекрасное расположение духа. Умеет же себя подать. Экую феерию устроил. Наверняка и платье станет настоящим шедевром маго-портняжного искусства.

Правда мое прекрасное настроение тут же исчезло , когда я прикинула в какую сумму лорду Лэстеру обойдется это театрализованное представление. Да одна только переправа портальной аркой такого числа бездельников из столицы в Ротсельбург по стоимости приближается к годовому бюджету баронства в Лесном крае. И это не самые значимые статьи расходов. А помост, а зеркала, а манекены ну и так далее. И наверняка на все это начислено еще процентов 40 накладных расходов за срочность и квалификацию.

Нет не 40 процентов, исправила я себя, глядя на лицо мастера Рабиновича светящееся от восторга. Не меньше 100 процентов.

Мне по большому счету не жаль денег шефа Тайной канцелярии. Но я подозреваю, что все затраты будут оплачены из суммы уже выделенной лордом Лэстером на мой гардероб. А я успела привыкнуть к мысли, что сама буду распоряжаться этими средствами.

После этого взглянула на Изю Рабиновича совсем другими глазами. Мошенник чертов. Так и норовит у бедной девушки последнюю копейку отобрать.

- Ну что приступим,- обратился ко мне мастер, предвкушающе потирая руки.