Глава 6. Тогда. Ингибиторы и либидо

Я до последнего не знала, заедет ли Топольский за мной или все отменяется. В том числе и моя карьера. Что он имел в виду этим своим «свободна»? Отправил восвояси из кабинета, или из “FIBO” в целом? День прошел в беспокойном ожидании того самого телефонного звонка, или хуже того — мейла. К моему облегчению, судьбоносного сообщения не случилось. Была надежда, что раз не уволили сразу, то и вовсе пронесет, а то после такого промаха даже заступничество Генерального может не спасти…

И все же чемодан я собрала. На всякий случай. Раз никто не уволил, значит никто не отменял последнее предложение Топольского, и нужно действовать, как будто ничего такого не произошло. Как будто я не обвинила начальство в сексуальном домогательстве и не подняла руку на будущего Альфу.

Черт, Игнашева, идиотизм — это не лечится…

Ровно в восемь утра на мобильник пришло короткое сообщение:

«Жду внизу».

Уф, неужели-таки пронесло?! Андрей, действительно, ждал меня внизу, возле служебной машины. Кивнул вместо приветствия, на холенной морде не отразилось ни единой эмоции. Шофер уложил багаж, любезно открыл дверь, помог усесться на заднее сидение и все под изучающим взглядом ликана. Волчара еще потоптался возле машины, хмыкнул, но все же сел сзади. Ну да, начальство не ездит рядом с шофером, даже если это означает делить два квадратных метра с двинутой истеричкой.

— Андрей, я хотела извиниться…

Сказано было не вежливости ради, я на самом деле осознала сколько всего наворотила за предыдущий день, но порыв не оценили по достоинству.

— Не стоит, — качнул головой ликой, — я понимаю.

Что он понимает? Ничего он про меня не знает! Ничего не может понимать! Мой гребанный холерический характер опять затребовал разборок, а еще лучше скандала, но кроме нас в машине был шофер, а значит есть риск того, что любое мое слово будет интерпретировано против меня. И разнесено по офису в виде сочной сплетни. Нет уж, этого мне точно не нужно, поэтому для разнообразия побуду послушной девочкой.

Остаток дороги до аэропорта прошел на удивление мирно. Топольский все же оттаял после моего недоизвинения, и завел разговор об изменениях в предложении инвесторов, увлекая в обсуждение показателей и результатов расчетов, ну а я засунула все неуместные мысли куда подальше и сосредоточилась на работе. Полезно для карьеры.

В Домодедово меня ждал очередной сюрприз, поколебавший решимость не закатывать сцен. Топольский заказал для нас обоих бизнес-лаунж. Вроде бы ничего особенного, вполне оправдано деловой поездкой, вот только я точно знала, что согласно политике фирмы, я еще не доросла до того, чтобы мои расходы на такой уровень комфорта покрывались за счет компании. Или Топольский пробил эти поблажки для меня, или заплатил из своих денег. Опять же, разумно, не разделяться же в зале ожидания, тем более что сумма для него смешная, но… Но именно из таких мелочей и складывается… всякое разное, так?

Впрочем, от накручивания себя я очень быстро отвлеклась и тому была шикарная причина. Даже несколько. Одаренные. Андрей выбрал самый крутой лаунж из всех, такой, где можно было встретить живую легенду. И не одну. Никогда до этого не видела Одаренных в реальности, но между тем ни на секунду не усомнилась, кто именно расположился на диванах и в креслах в зоне отдыха.

— Ты себе или шею свернешь, или челюсть отвиснет, — сухо прокомментировал мое изумление ликан. — Даже не знаю, что будет смотреться забавней.

Невзирая на слова, ничего веселого в его тоне не было. Только после сказанного обратила внимание напряжение, охватившее волка и на тот факт, что кроме него других ликанов в лаунже не было.

— Не перепутал ли ты часом конуру, песик? — насмешливый голос раздался прямо за спиной, от чего я чуть позорно не подпрыгнула. — Блохастым здесь не место.

Андрей спокойно развернулся к говорящему, хотя я ожидала низкого рыка или других проявлений альфовости. Некоторые за такие слова и вовсе на лоскутки бы разорвали.

— Конрад, я тоже рад тебя видеть, — и протянул руку для пожатия, в очередной раз расшатывая мою уверенности в знании повадок Двуликих.

Названный Конрадом, высокий блондин с легкой рыжинкой в длинных волосах, изумрудно-зелеными глазами и возвышенной красотой настоящего Одаренного посмотрел на ладонь волка, словно на ней была грязь или еще что-то, а потом… со смехом пожал ее.

— Самообладание на уровне, поздравляю, делаешь успехи, — Конрад хлопнул ликана по плечу, перевел взгляд на меня. — Хм, Первая Метка. Твоя сучка? Опустился до людей? Думал, Топольские более разборчивы в связях.

Видимо, на меня его вежливость не распространялась. Или… или продолжает провоцировать Андрея, проверяя на прочность. Или меня? Я интересна Одаренному? Конрад смерил пристальным взглядом, а мне показалось, что меня просветили рентгеном. В груди будто что-то щелкнуло, а Метка неприятно заколола. Под этими зелеными прожекторами было очень неуютно, но, что удивительно, мой характер даже не пытался проявиться. Вместо этого я повернулась к Топольскому, должно быть, на одних инстинктах ища поддержки, защиты, но…

— Олеся, посиди тут, нам с Конрадом нужно обсудить… дела семьи.

Если у меня и были сомнения по поводу того, мог ли Топольский или его отец быть тем самым Альфой, что поставил мне Первую Метку, после этой реплики они завязи на корню. Я и раньше слышала о волчьих кланах, свято блюдущих правило «чистой крови» — никаких смешанных браков. Похоже Топольские были как раз из таких. Открытие было… болезненным. Досада? Сожаление? Я никак не могла подобрать точное слово, чтобы описать свои чувства. Острые чувства. Такие, что я даже прекратила невежливо пялиться на прочих Одаренных.

Разговор с Конрадом у Андрея получился долгим, так что на посадку я пошла без босса, радуясь возможности избежать внимания этого надменного ведьмака или мага, кем он там был. Топольский появился в салоне бизнес-класса в самом конце, когда я уже было подумала, что улечу без него.

— Извини, — услышала я, стоило ему усесться рядом.

На секунду мне показалось, что это и вовсе галлюцинация, так тихо прозвучало одно единственное слово.

— Между Одаренными и Двуликими древняя… вражда.

Про войну между двумя супер-расами, которая чуть было не уничтожила всю планету к чертям собачим мы все знали из общего курса истории, ничего нового. Делили власть и таки поделили в конце концов, правда ряды Высших сильно поредели, а у ликанов осталось не так уж и много Альф, но какое это имеет отношение ко мне?

— С Конрадом у нас старая… дружба.

Об этом я тоже догадалась. Перепалка между ними была явно разыграна.

— Леся…

Ласковое обращение подействовало как кнут, выводя из молчаливого состояния:

— Олеся, Андрей. Предпочитаю полное имя, без уменьшительно-ласкательных.

Топольский хмыкнул, поднимая ладони:

— Понял. Только деловые отношения. Ладно, пусть будет так.

Возможно, мне показалось, но уши уловили еще одно слово — «пока».

Перелет прошел довольно легко. Отгородившись от Андрея наушниками и марафоном из тупых комедий, я получила свою передышку, позволяющую хоть как-то успокоить бредовые мысли. Вывод напрашивался только один — колбасит по эмоциональному спектру не только меня, но и Андрея и ни к чему хорошему это привести не может, а значит что? А значит работаем, Игнашева!

И я честно сосредоточилась на работе. Для кого-то конференции это просто возможность вырваться из офисной рутины, побывать где-то еще, поглазеть на достопримечательности. Вегас в этом плане вообще страшная штука — тут жизнь кипит все двадцать четыре часа в сутки и если бы я была чуть более свободна в своих решениях, то обязательно пустилась бы во все тяжкие. Однако, случай в аэропорту еще раз напомнил, что какие бы я себе иллюзии не строила, просто так со мной никто не будет считаться. Я не Двуликая и уж тем более не Одаренная, для меня путь в комфортную жизнь может быть только один — отличиться так, чтобы по достоинству занять свое место. Терять все по вине глупых эмоций, когда желанный виток в жизни вот он, так близко, стоит только протянуть руку? Нет уж, ничто меня не остановит, не собьет с цели.

Рукопожатия, короткие беседы на прощупывание почвы, выступления спикеров, кофе-брейки и опять по кругу. Изматывающая, но неизбежная карусель-мясорубка, перемалывающая пустышек и выплевывающая недостаточно упорных. Первый шаг — это добиться приглашения за «круглый стол» по интересующей тематике, там общение уже на другом уровне, да и обмен опытом и знаниями дает тот самый буст, в котором я отчаянно нуждалась. Топольского я потеряла где-то в середине дня, чему была скорее рада, так как ничего не отвлекало от поставленной цели. Фокусировка на результате принесла свои плоды и к концу первого дня конференции — я все же получила заветное приглашение.

Успех стоило отпраздновать, побаловать себя хорошим виски в лобби баре отеля, а потом, чем черт не шутит, может быть, даже спустить пару сотен в казино. Еще лучше было бы оказаться на треке, слить лишнее возбуждение, вернуть эмоциональный баланс, но за неимением привычных отдушин сойдет и то, что предлагает Вегас.

В этом была моя первая ошибка.

В баре обнаружился Топольский. Флиртующий с какой-то кучерявой брюнеткой. Вся моя разумная сосредоточенность на цели испарилась, как вода в Невадской пустыне — моментально и бесследно. Можно было развернуться и найти любой другой бар, коих в Вегасе неимоверное количество, но… Но.

— Привет, Андрей, — подошла вплотную, а чертов волчара даже не дернулся.

Уверена, что он почувствовал мое приближение заранее. Гребанная ухмылка на холеной морде — лучшее тому подтверждение.

— Олеся? Я думал ты задержишься на ужине, — в выражении глаз промелькнуло что-то такое, что я не сразу смогла считать.

В этом была моя вторая ошибка.

— Познакомишь нас? — спросила, указывая на брюнетку.

Ухмылка стала шире. Гад, в отличии от меня, считал то, что хотел. Провокация в очередной раз удалась.

— Мы с Мари давно знакомы, с удовольствием обменялись воспоминаниями.

Даже не сомневаюсь! Они еще многим бы чем с удовольствием обменялись! Желание выцарапать очередной фифе глаза… И вот тут-то я, наконец, осознала, что Топольский, мать его, совершенно прав! Я ревную! Да не просто так, а как последняя психованная дура! Чувства зашкаливали, меня бросало в крайности, как во время… Черт-черт-черт! Неужели это тот самый период, когда Зов Метки становится сильней? Блядство, как я могла забыть об этом?! Нужно было принять двойную дозу блокаторов, а еще лучше закрыться в номере и не высовывать свой нос!

— Виски? — спросил волк, разворачиваясь ко мне. — Выпьешь со мной?

Красная шапочка. Я красная шапочка, которую вот-вот съест страшный серый волк.

И тут я совершила третью ошибку.

— С большим удовольствием.

Не отказалась от выпивки, не ушла. Вместо этого нарочито медленно села на высокий барный стул, нога на ногу, наклон головы. Взгляд Андрея опять изменился, но на этот раз я знала, что таится в глубине волчьих глаз.

Когда и куда исчезла Мари не уловила, просто в какой-то момент все внимание ликана сосредоточилось исключительно на мне. Черты заострились, в них стало намного больше звериного, словно мужчина себя не очень хорошо контролировал, но это не настораживало, наоборот. В моем измененном состоянии это было… забавно.

Виски согревал, расслаблял и в какой-то момент прозвучали роковые слова:

— У тебя такая улыбка…

— М? — Топольский уставился поверх стакана.

Это была уже не первая порция, но я не могла бы сказать точно какая. Реальность подернулась приятной дымкой, а тело требовало…

— По ней хочется врезать.

Моя искренность была оценена по достоинству: Топольский расхохотался, чуть откидываясь на стуле, а у меня перехватило дыхание. Загорелая кожа в расстегнутом вороте, чуть взъерошенные волосы, легкая щетина.

— Ты неподражаема! — отсмеявшись Андрей поймал мой взгляд и тут же застыл.

Ноздри дернулись, кадык двинулся вверх-вниз. Между нами и всем остальным миром опустилась плотная завеса.

— Леся…

На этот раз ласка не вызвала отторжения, наоборот. От его хриплого голоса по позвоночнику прошлась горячая волна, оседая ровно там, где уже и так все пылало.

— Леся… — ликан еще раз тяжело сглотнул, — ты в фазе?

Вопрос не сразу дошел до воспаленного мозга, но когда это все же случилось… О, врезать захотелось еще сильней! Порыв был мгновенно остановлен, крепкие руки перехватили на полпути, плотно прижимая к стальному телу и моя агрессия в ту же секунду переплавилась обратно в возбуждение.

— Твою мать, Леся, что ты творишь… — хрип на ухо и еще одна обжигающая волна, подобно цунами сметающая остатки разума.

Очнулась только у дверей своего номера. Ну как, очнулась, смогла говорить, но ничего особо умного.

— Зайдешь?

Это я спросила?!

Какая-то часть меня пыталась достучаться сквозь вожделение, но куда там.

В шоколадных глазах напротив мелькнул опасный огонек, знаменующий начало моего конца, а я ему была только рада. Каждый миллиметр поджарого тела излучал секс, а эта полу-расстегнутая рубашка… Ничего так не хотелось, как пройтись языком по впадинке под кадыком.

— Ты пьяная.

— Уж точно не трезвая, но что с того?

— Ингибиторы…

— … ингибируются, а либидо… либидируется?

Я несла откровенную чушь, но кому какое дело?

— Не думаю, что есть такое слово.

— Да какая разница?! Есть слово или нет? Реальность, вот она.

— Вот она, — хрипло прошептал и сделал то, чего мне до боли хотелось.

Подошёл, склонился, все ещё не касаясь, но так близко, что дыхание сперло.

— И как твоё либидо?

Такой глупый вопрос…

— Есть.

Сиплый смех, через силу, словно даже дышать тяжело. Тяжело. На самом деле. Он так близко, так чертовски в моем личном пространстве, что его не осталось, того самого пространства, что личное. Все стало общим. Воздух, эмоции, желания. Я не думала, никаких «почему», «зачем», «что будет». Только здесь и сейчас. Только он и я.

Поцелуй случился громом. Громом посреди жаркого дня. Долгожданный, но все же внезапный и пугающий. Противоречивый, как сама… любовь. Черт, да! Можно было сколько угодно прятаться, убегать, но разве можно скрыться от судьбы? Особенно, если у неё такие сладкие шоколадные глаза?

— Ты теряешь контроль…

— А он у меня когда-либо был?

Пауза.

— Хорошо, что ты это понимаешь.

На самом деле я ничего не понимала. Совершенно. Если честно, то и не хотела ничего понимать. В эту секунду сложности были лишними, мешали. Все что имело значение — это исходящий от него жар и мое неудовлетворенное желание.

Сделав глубокий вдох, он втянул мой запах и закатил глаза. Его руки нагло блуждали по моим бедрам, лаская, сминая и это заводило еще больше. Его желание тоже было очевидным, еще сильнее разжигая мой собственный огонь.

В какой-то момент он сдался и с гортанным рыком впился в губы более жестким поцелуем. С той же страстью ответила, не желая выбирать между страхом и страстью. Ради этих мгновений я готова была отключить мозг, забыться, изменить собственным принципам. Плевать мне было на все, кроме его настойчивых губ и загребущих лап, все требовательнее сжимающихся на моей заднице…