Глава 19

Он был тут. Стоял на краю крыши, на парапете, сжимая в тонких пальцах сигарету. Дымок плыл в воздухе тонкой белесой струйкой и доносил едва заметный запах дорого табака. Не думала, что Сильх курит. Демоны, я вообще не предполагала, что когда-нибудь увижу курящего фейри. Это нечто из ряда вон. Совсем не в их природе. Фейри снобы, которые слишком любят себя и заботятся о своем здоровье.

Длинные белые волосы развевались за спиной, в тонкие косички, в которые убраны пряди на висках были вплетены цепочки — красиво и странно. Как не путаются? Я смотрела на него и думала, почему вдруг осталась слепа к его красоте, хищной грации, положению, в конце концов? С Сильхом у нас было гораздо больше общего, чем с Натаниэлем. Но последний заставлял плакать и желать, а этого просто хотелось поддержать и накормить.

— Зачем пришла? — не оборачиваясь, довольно грубо спросил он. Услышал, значит. Сильх, вообще, напоминал мне дикого зверя. Фейри на самом деле были ближе всех рас к природе, к животным. С острым зрением, тонким нюхом, невероятной силой и грацией. Хищным поведением, именно поэтому сигарета в его руках смотрелась настолько странно. Это примерно то же самое, что увидеть курящую пуму.

— Тебя весь день не было, — произнесла я и приблизилась, остановившись в метре от перил, на которых балансировал фейри. Сегодня я не боялась, что он упадет. Сегодня я боялась, что он меня не простит, а мне был нужен друг. Да и ему, сдаётся тоже.

— Ну и что?

Он спрыгнул с парапета, развернувшись в воздухе, и оказался прямо передо мной. Холодные, отстранённые серебряные глаза, в которых сверкают звезды, презрительно сжатые в тонкую линию губы и напряженные скулы. Красив и неприступен. Но мне почему-то хотелось заржать. Но я побоялась, что Сильх не оценит. Сегодня он был не в духе даже больше чем обычно.

— Вот принесла поесть и кофе… — Я протянула ему, но парень не спешил брать. Даже руки демонстративно засунул в карманы. Да что с ним такое?

— Думаешь, это сработает? — презрительно выплюнул он.

— Что сработает? — Я нахмурилась. Вот что он какой сложный. Ну, не хочет есть не надо, сама съем.

— Сначала Элоиза с оленьими глазами, потом Сабрина с недвусмысленными предложениями…теперь ты с едой… думаешь: «О, принц Холмов отнесу-ка я ему сосиску в тесте, и он будет моим!» Так ведь, Рина? И ты туда же? Хочешь манипулировать… считаешь себя неотразимой. Я ведь тебе почти поверил, считал, что мы можем стать друзьями, но ты такая же, как они.

— Что? — Я фыркнула и закатила глаза. — А ты не страдаешь низким самомнением, принц холмов. Считаешь меня хищницей, которая хочет заполучить тебя? — Я скорчила пугающую рожицу и подошла к парню почти вплотную. В уголках его губ на секунду мелькнула улыбка.

— Не ври, что это не так… — печально попросил меня он и чуть отступил. — Но мне это неинтересно.

— Не по девушкам, значит… — с притворной печалью протянула я, заметив, как фейри перекосило.

— Это значит, я люблю охотиться сам. На того, кого хочу и тогда, когда хочу.

— Да расслабься. — Я вздохнула и снова протянула ему кофе с пирогами. — Это просто еда. Ты не нужен мне. Не веришь?

— Не особо, — отозвался он, но подношение принял. Уже что-то.

— Я если я скажу, что уже ревела сегодня ночью из-за парня? — внезапно выпалила я признание, которое даже девчонкам побоялась сделать. — И этот парень не ты. Поверишь?

— Адам?

— Я тебя умоляю! — Я закатила глаза. — Адам законченная глава в моей книге. Нет, Сильх. Он упустил свой шанс, показал свое истинное лицо, а я, знаешь ли, стерва. Я не прощаю слабость, дурость и предательство. В моих мыслях не он, но и не ты.

— А кто?

— Не скажу… это неважно. Но… — Я невесело хмыкнула. — Иногда я думаю, что лучше бы это был ты. Ровесник, красив, богат…

— Поверь… — Фейри наконец ответил на усмешку. — Не знаю, кто заставил тебя плакать, но я не лучше. Расскажешь?

— Сказала же, нет. Я не нужна ему. Смысл об этом говорить? Переживу. Но оттолкнул он меня красиво… даже не поспоришь.

— Знаешь… — Он уставился в закат и отхлебнул кофе. Поморщился, потому что напиток уже остыл, посмотрел на него с брезгливостью, но потом отпил еще. — Иногда мы отталкиваем тех, кто нам дорог, потому что боимся. Или нам кажется, что так будет правильно.

— Ты кого-то отталкивал? — заинтересованно спросила я и подалась вперед.

Сильх невесело хмыкнул и сказал.

— Можно и так сказать. Но она виртуозно вонзила мне нож в спину. Первая.

— Ты из-за этого грустный?

— Нет. Это было давно. Завтра родительский день, а у меня сложные отношения с отцом, сестрой… да и с мачехой. И вообще, я сбежал сюда в надежде, что не увижу их в ближайшие несколько лет.

— А они приедут?

— Непременно. Не упустят такой шанс. Боевая академия защищает своих студентов. Поступил сюда и все… никто не навестит тебя против воли, никто не напомнит об обязательствах до конца обучения. Никто не посмеет забрать…это защита. И только в родительский день двери открыты.

— Тебе угрожает опасность?

— Нет, мне угрожает несколько неприятных минут или часов. Меня попробуют уговорить вернуться. Но я выбрал свой путь и он за пределами Холмов. Но кого волнует наш личный выбор?

— Я могу чем-нибудь помочь? — слова вырвались сами по себе, но Сильх повернулся ко мне и криво усмехнулся.

— Ты ведь знаешь, как опасно предлагать подобное фейри?

— А я рисковая…

— Заметил уже…

Сильх не ответил мне ничего, просто вручил стаканчик с недопитым кофе, развернулся и ушел. Боги, что в голове у этого двинутого? Как с ним вообще можно общаться? Не завидую я его девушке. Интересно, кто воткнул ему нож в спину? Сабрина? Что-то непохоже. Я не заметила у Сильха к ней никаких чувств. Жаль, что я не узнаю.

Я еще немного постояла на крыше, вдыхая свежий ночной воздух, посмотрела на зажигающиеся на потемневшем небе звезды, а потом пошла спать, уговаривая себя, что следующий день будет непременно лучше, чем этот. Ведь завтра праздник и приезд родителей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Ты где была? — с порога спросила меня Сабрина, словно подозревала в чем-то нехорошем. Вот не зря говорят, что у влюблённых женщин обострена интуиция. По крайней мере, по части поиска соперниц. Я хоть не была соперницей Сабрины, но все равно поежилась. Если она узнала бы, что я непринужденно болтала с Сильхом на крыше, у меня появился бы враг. А враждовать с Сабриной я не хотела, поэтому ответила ей как можно беспечнее.

— Да так… гуляла, — и прошла к нам в комнату. Зейна и Элоиза последовали за мной, явно чтобы завалить вопросами. Их моя показная беспечность не обманула. Все же скрывать что-либо в женском коллективе еще тот квест. Слишком много глаз и ушей.

Как я и подозревала, едва закрылась дверь, меня ждал допрос.

— Рина скажи, ты снова сошлась с Адамом? — строго спросила Элоиза и уперла руки в бока.

Слава великим богам я не пила и не ела, а то бы непременно подавилась от этого идиотского предположения.

— С чего такое умозаключение?

— Ну… — Элоиза засмущалась и не сразу подобрала слова. На помощь ей пришла Зейна.

— Мы думаем, у тебя есть парень. Из-за него ты была вчера расстроена, а сегодня к нему бегала мириться.

— Глупости, — отмахнулась я и демонстративно перевела внимание на Тварь, которая уже пять минут прыгала на задних лапках возле моего колена, тщетно надеясь привлечь внимание хозяйки. — Особенно глупо думать, что я когда-нибудь вернусь к Адаму! Это бред.

Девчонки еще пытались ко мне приставать, но я уверенно держала оборону. Ничего не знаю. Никакого парня нет, просто гуляла. Они не поверили, и даже немного обиделись, но доставать все же перестали, и мы пошли спать. Завтра с утра должны приехать родители, и я по-настоящему ждала встречи с ними. Прошло совсем немного времени, но я уже скучала без них.

Сутра подорвалась пораньше. Впрочем, так и все остальные. Предстоящий визит короля, первая демонстрация нашей силы в стенах Боевой академии, родители, по которым мы успели соскучиться — все это заставляло переживать и суетиться. Я своих даже выбежала встречать на улицу.

— Моя милая, как ты похудела! — воскликнула мама, обдав меня ароматом дорогих духов. — Но тебе непозволительно хорошо. Я так переживала, что учеба в подобном месте придаст тебе мужские черты. Но ты все та же милая девочка!

— Хорошо выглядишь дочь, сдержанно поприветствовал меня отец и тут же отвлекся.

Я удивилась, что папа переключился на разговор с отцом Адама, который мне весьма вежливо кивнул и даже улыбнулся. Они сейчас серьезно? При прошлой встрече, папа едва за меч не схватился.

— Мама, я что-то не знаю? — подозрительно поинтересовалась я, но мама лишь рассмеялась, как мне показалась несколько натужно.

— Перестань дорогая. Мы вращаемся в одни кругах. Что теперь до конца жизни плевать друг другу в спину?

— Плевать не плевать, но Адам меня бросил и, если ты помнишь, весьма неприятным образом. Если бы не наш куратор, я бы опозорилась.

— Но позора не произошло. Ты вела себя безупречно, ну а Адам одумается. В его возрасте твой отец тоже был импульсивен.

— Нет уж! — Я фыркнула. — Пусть не одумывается.

— Ты все еще на него злишься? — с сочувствием спросила мама и погладила меня по руке, а я с недоумением посмотрела на родительницу, а потом вспомнила. Мы ведь не общались, и она не в курсе, как ведет себя Адам в академии.

— Мам, я на него не обижаюсь, просто после того случая у меня открылись глаза. А здесь… здесь он ведет себя так, как привык. Удивительно мерзко. Так что все, что ни делается к лучшему.

— Конечно, дорогая. — Мама не стала спорить. — А теперь покажи мне все тут. Я хочу видеть, как ты тут устроилась.

— Пошли!

Я кивнула и потянула ее за собой, заметив Сильха. Он стоял почти за моей спиной совсем недалеко от того места, где вели увлеченную беседу папа и отец Адама. Сильх задумчиво смотрел в сторону ворот и подпирал плечом стену. Тоже ждет своих? Он вроде бы не хотел никого видеть. Лукавил или надеется не пустить их дальше двора академии?

Как выяснилось, сама для себя незаметно я привыкла к учебе в академии и успела изучить тут каждый уголок, а теперь с удовольствием устраивала маме экскурсию, показывая, где находятся аудитории, столовая, наши апартаменты, тренажерные залы. Хотела даже к грифонам отвести, но тут мама уверенно отказалась.

— Ну что же… — настороженно произнесла она. — Я думала, тут будет хуже. Вполне достойное место. Не такой судьбы я желала своей дочери, но в мыслях успела себе надумать страшное. То, что вас тут обижают, гоняют и удобств никаких. Представляла что в академии казарма. Правда, я там ни разу не была, — отчего-то смутилась она. Мама у меня вообще нигде не была, домашнее обучение и свадьба в восемнадцать лет. А после светские вечера, модные салоны, благотворительные мероприятия.

— Рина, тудыть тебя за ногу, почему еще тут? — От вопля мэрша Адриана я подпрыгнула, а мама замерла с непередаваемым выражением на красивом породистом лице. — Мэм, простите!

Он приложил руки к груди и взглянул на маму весьма скорбно.

— Но сами понимаете, студенты, что б их. Все нервы вытрепали. А так при вас… да мне бы и в голову не пришло повысить голос!

— Да я-то при чем? — вклинилась в разговор я, потому что мама уже настроилась защищать свою кровиночку от нападок. А мне оно надо? Сама разберусь.

— Вас обыскался этот столичный герцог, странной ориентации… говорит у вас, как его этот… финальный прогон, а что-то не в порядке с костюмами.

— Что может быть не в порядке с костюмами? — удивилась я. — Вчера же доставили из города.

— Вот я даже вникать не хочу, скоро прибудет его величество, мне еще встречу организовывать. Не до вас. И где эти грифоньи отродья — четвертый курс!? Не видела?

Я отрицательно помотала головой, а Мэрш умчался, оставив нас мамой в коридоре. Я-то уже привыкла, а вот она выглядела задумчивой. Постояла немного и произнесла.

— Знаешь, возможно, я поспешила с выводами…ну, когда говорила про достойное место.

— Да не бери в голову! — отмахнулась я. — Тут все как, папа. Ору много, а…

— Рина… — Мама сурово сдвинула брови к переносице. О папе у нас в семье или хорошо, или никак. Поэтому я послушно закрыла тему и предложила. — Давай я провожу тебя в зал, а сама пойду готовиться, а то герцог Эствудский будет нервничать.

— Это тот самый… — протянула мама.

— Ну не знаю тот и или не тот.

— Говорят, лучшие шоу королевства вышли из-под его руки. Гениальный постановщик.

— Значит, тот. — Я пожала плечами. — Это Натаниэль его притащил.

— Натаниэль? — Мама вздернула идеально выщипанную бровь, а я внезапно вспыхнула.

— Ну то есть гранд-мэрш Лерье. Он наш куратор.

— Тогда понятно. Они кузены по матерям. — Мама улыбнулась, а я выдохнула, понимая, что буря миновала.

— А я думала друзья. Он его так представил.

— Одно другому не мешает. Согласись?

Проводила маму в зал. Там накрыли столы для гостей и уже вовсю собирались родители и другие приглашенные, а сама ломанулась в зал, где проходили репетиции. Что же за бешеный день?