Глава 14

Натаниэль

Идея нанять женщину настоящего боевого мага хорошей казалась только на первый взгляд. Элья Каториона собрала в себе все отвратительные качества боевых магов и женщин. Она была как любой боевой маг заносчива, бескомпромиссна, подчинялась правилам, которые установили вышестоящие и требовала подчинения нижестоящих. При этом, как любая женщина была въедлива, местами слишком принципиальны и совершенно точно докучлива. Вот что ей могло потребоваться в ночи? Хотя, стоило признаться, сейчас ее визит был кстати. О чем я думал, когда тащил Рину к себе в кабинет? Оставаться с ней наедине было совершенно неразумно.

Но общаться с Каторионой не было никакого желания. И не пошлешь, потому что ну нет у нас таких специалистов. То, что элья согласилась поработать в академии по контракту минимум три года — великая удача. Если кто и сможет сделать из избалованных аристократок боевых магов — так это она. Ну а я на месте ректора временно — потерплю это неудобство.

— Минуточку, элья! — отозвался я на третий по счету стук и открыл дверь, не спеша пропускать ночную гостью внутрь. Но … не нужны были приглашения. Она бесцеремонно протиснулась мимо меня и прошла в кабинет.

— Это еще что за… — спросила она, уставившись на недовольно зыркающую из-под стола Тварь. Вот кто додумался назвать так домашнего питомца? Только Рина!

— Не обращайте внимания. Это важный свидетель по делу. — Я отмахнулся и для верности кинул в Тварь несколькими печеньями, чтобы она не вздумала сожрать ценного сотрудника. Вид у мелкой зверюшки был крайне недружелюбный. Правда, увидев еду, создание подобрело. Правда, подозреваю ненадолго. Несмотря на весьма скромные размеры, еду Тварь поглощала молниеносно.

— Гранд-мэрш, я, конечно, понимаю, что у вас… — возмущенно начала она. — А под «вами» я имею в виду не вас лично, а страну нет опыта в работе с женскими группами боевых магов, но должно же у них быть хоть какое-то понятие дисциплины? Уважения к старшим и понимания, зачем они вообще тут учатся?

— Ну… будьте снисходительны к девушкам, — осторожно заметил я, пытаясь понять, в какую сторону она клонит. Впрочем, элья не собиралась ходить вокруг да около и выложила свои претензии. — Во-первых, их не спрашивали, хотят ли они учиться, а отправили сюда в приказном порядке. Согласитесь, не лучший стимул для прилежания. Во-вторых, это убийство… оно всех заставило нервничать.

— Гранд-мэрш, это будущие боевые маги! — отрезала она. — И я считаю недопустимым давать им столько воли. Возьмем хотя бы Рину Флорейн… я допускаю, что в условиях экспериментальной группы, за то, что она устроила сегодня на смотре ее нельзя отчислить, но я, кажется, четко обозначила наказание. Могу я рассчитывать на уважение и послушание!

— И в чем проблема? — Все же тяжело работать с такими ответственными людьми.

— Ее нет в месте заключения!

— Ну, простите. — Я пожал плечами, лихорадочно соображая сдать Рину или нет. Решил, что всем будет спокойнее, если я этого не сделаю. — Я ее отпустил перед отбоем.

— Но почему?

— Потому что не вижу разницы, где именно ночевать.

— Вот как так можно? — Щеки эльи покраснели. Похоже, я ее разозлил. — Я наказываю, вы прощаете! Мы не сможем так подготовить боевых магов! Они выйдут отсюда избалованными папиными дочками!

— Каториона, Рина устала, у нее разболелась голова, она все осознала и раскаялась. К тому же у меня есть подозрение, что ее подставили с этим грифоном. Не все парни хотят, чтобы с ними учились девушки. Вы же в курсе нашего менталитета. Эту группу многие восприняли в штыки не только за пределами академии, но и внутри ее. Рину бросил жених, как только узнал, что она будет учиться здесь. И этот пример показателен! Я еще раз прошу снисхождения.

— Но девушки нет и в ее комнате! Что вы скажете на это?

— Ну значит, она у своего жениха.

— У того, который ее бросил? — Элья изогнула бровь и хмыкнула, а я мысленно выругался. — И вы считаете это нормально?

— Я считаю, что мне надо глобально найти убийцу, а сейчас лечь спать! День был адски длинным. А Рина… с утра она будет на занятиях и не доставит вам больше проблем. Я вам обещаю.

— Хорошо. Но впредь мне бы не хотелось, чтобы вы вмешивались в мой воспитательный процесс. Это подорвет мой авторитет.

— Как скажете, элья, — отозвался я, надеясь, что она уйдет и не станет продолжать тему.

***

Рина

— Ну, уходи же! — Молила я у себя в голове, стараясь сидеть тихо, как мышь. Если попадусь, Грифониха будет орать, а мне бы этого не хотелось.

— Но я не считаю возможным оставлять это без внимания… — упрямо распиналась она, доставая Натаниэля, который поражал своим непробиваемым терпением.

— Конечно, но не в этот раз, — пояснял он. — Хорошо? Я поступил не совсем правильно, но если вы наказали, я отпустил, вы наказали еще за это… как думаете, к чему это приведет?

— Ни к чему хорошему, — согласилась Грифониха. — Но за ночевку в комнате парня? Это тоже оставить. Как есть?

Меня вообще удивило, что гранд-мэрш стал меня покрывать. Думала, просто сделает вид, будто не в курсе, где я и отошлет нашего куратора подальше, предоставив мне самой с утра разбираться с неприятностями. Но нет, вступился, и душу затопило нежностью.

— Ну… — Натаниэль явно подбирал слова, возникла затянувшаяся пауза, прежде чем он продолжил. — Вы, конечно, можете навестить принца фейри и попробовать лично убедиться в том, что Рина ночует у него. Но потом не рассказывайте мне про неуважение, и не требуйте повлиять.

— В смысле?

— В прямом, — чуть жестче заметил гранд-мэрш. — Если Сильх вас пошлет, будет неудобно, обидно и сделать вы ничего с ним не сможете.

— За такое отчисляют! — возмутилась она.

— Не принцев фейри, которым благоволит король, — отрезал Натаниэль. — Неужели вы не понимаете, что его величество рассчитывает, что фейри, который женился на обычной девушке и закончил академию, будет на его стороне? Ключевое тут женился и закончил. Он вас из окна своей комнаты выкинуть может и его все равно не отчислят. Поэтому не искушайте судьбу и не проверяйте на прочность свой авторитет. Идите спать. А с утра сделайте вид, будто спали вы всю ночь, а не шатались по академии, пытаясь узнать то, чего знать вам не хочется.

— Но это неправильно!

— Зато душе спокойнее. — Натаниэль поставил точку в разговоре и Грифониха наконец-то удалилась. Я выдохнула, но с сожалением отметила, что чай в чашке остыл. Это вот совсем грустно.

— Вылезай давай! — приказал гранд-мэрш, и я осторожно показалась из шкафа. По лицу Натаниэля было видно — время доверительных разговоров прошло. Он не станет меня слушать.

— А сейчас Рина, ты рысью побежишь к себе спать и не дай боги, с утра проспишь пару эльи, я лично приду и отправлю тебя до конца года чистить грифоньи клетки. И ночевать будешь там же! Ты ведь прекрасно спелась с Черным, вот и будешь с ним жить. Все понятно?

— Понятно! — Я часто-часто закивала. Вести душевные беседы расхотелось. Передо мной стоял ректор и гранд-мэрш. А разговор у меня был к Натаниэлю.

— Ну и что тогда стоишь?

— Мы бы это… — Я кивнула в сторону стола. — Тварь забрать.

— Тварь останется тут, — отрезал он. — Ей с утра еще труп искать.

— Ну-у… — Я с сомнением посмотрела на печально сидящую под столом собаку. — Это вы с ней решите. Никто еще не мог заставить Тварь ночевать там, где ей не хочется. Даже специальная магическая клетка.

— У меня таких Тварей вон, целая академия. Как-то справляюсь, — уперся Натаниэль. Ну и демоны с ним. Сам же с утра придет, с просьбой найти поганку. Но кто я такая, чтобы мешать гранд-мэршу развлекаться. Его право, а я хочу спать.

Если сейчас не лягу, то точно могу проспать пару Грифонихи. И тогда однозначно стану самой нелюбимой ученицей. Не то чтобы меня сильно волновала чья-то любовь, но хотелось бы отучиться нормально, без конфликтов и без пересдач по несколько раз всех профильных предметов.

Провожать Натаниэль меня не стал. Я вернулась с комнату. Девчонкам, которых разбудила, рассказала версию гранд-мэрша, чтобы ни у кого не возникло вопросов, и нырнула под одеяло. Элоиза этой ночью больше не приходила. Видимо, встреча с бывшим куратором произвела на нее неизгладимое впечатление. Меня это удивляло, еще могла понять, почему при жизни Элоиза его опасалась, но смысл боятся после смерти? Зато я выспалась и даже успела на первую пару.

Как ни странно проблем с Тварью у Натаниэля не возникло. Правда, об этом я узнала из косвенных источников. Собаку он мне вернул не сам. Точнее мне просто передали, что градн-мэрш благодарит за содействие и отвез Тварь родителям, так как в академии нельзя держать домашних питомцев. Ну что же, он снова сделал свой выбор за нас. Чем дальше, тем больше мне казалось, что нас я просто придумала.

В течение следующих пары недель, мне так и не удалось поговорить с Натаниэлем. Я вообще не успевала ничего, кроме учебы, да и гранд-мэрш снова избегал меня. А еще Грифониха оказалась настоящей грифонихой! Она всерьез вознамерилась сделать из нас не просто боевых магов, а лучшую группу в академии. Причем, наше мнение в расчет не принималось. Это было для нее делом чести, а нам осталось только повиноваться. Мы учились, как никогда ранее. Бегали до завтрака, корпели над конспектами до обеда, потом снова занимались совершенствованием физической формы и боевых навыков, а после готовились к следующему дню до самой ночи. И так каждый день без выходных и возможности отвлечься. Я даже снова вспомнила о том, как сильно не хотела тут учиться. А ведь начала забывать и даже находила плюсы в своем новом положении. Грифониха же расставила все по своим местам. Мне было трудно, и от этого я страдала. Правда, успехи вызывали восторг и прилив адреналина. Но они случали реже, чем провалы.

Я знала, что нашли труп еще одной девушки, убитой около двух лет назад. Элоизу этот факт взбудоражили мы еще пару раз выбирались на место ее убийства, но что я могла сделать? У нее вспомнить, что произошло перед ее смертью, не получилось. Я уговаривала ее показаться еще кому-нибудь кроме меня, но Элоиза не хотела. Аргумент у нее был и весомый — она знала, что ее убила не я. А вот всех остальных подозревала. Но я надеялась, что рано или поздно призрак подружки осознает, что вдвоем мы не справимся.

В академии появились несколько столичных дознавателей. Их в помощь Натаниэлю и ночные прогулки пришлось прекратить, а гранд-мэрш ректор стал для меня совершенно недосягаемой фигурой. Он вечно куда-то бежал и был не один. На меня он внимания не обращал, и я со временем стала считать, что, быть может, этот разговор давно потерял свою актуальность? Не сложилось, так бывает. К тому же кроме объяснения с Натаниэлем в моей жизни было предостаточно проблем и сегодня их только прибавилось.

Близилась сессия, зима и завершение состязаний у Адама. Каждый из пунктов сулил для меня неприятности. Я не вылезала из конспектов, задания Адама с каждым разом становились все бредовее, но сейчас мы вышли на финишную прямую и я серьёзно рассчитывала на победу. Очередной этап он должен огласить сегодня вечером. По этому поводу я даже проснулась с утра не в дурном настроении, бросила взгляд за окно и сразу же погрустнела.

Землю тонким слоем покрывал снег… плохое предзнаменование для нас с Сильхом. Зимний праздник всегда устраивали через десять дней после первого снега. Я, конечно, надеялась, что вдруг его величество забудет о нашей свадьбе, но нет. Этого не случилось. Уже к обеду мне приехали на примерку платья, а вместе с ними модистка и пресса. Прямо в академию! Про нашу свадьбу не просто не забыли, из нее планировали сделать шоу, в котором у меня не было желания участвовать.

В итоге на завтрак я отправилась с пониманием, сегодня я сожру одного конкретного фейри, который обещал уладить проблему, но вместо этого предпочел делать вид, будто ее не существует.

Мне нужно было найти Сиьха. Или Натаниэля. А, возможно сначала Сильха, а оптом Натаниэля, но этим планам не суждено было сбыться. В коридоре меня поймала сияющая мама, которая сказала, что король прислал целых двадцать платьев на примерку. Она была такой радостной, будто платья предназначались ей. А я не хотела их мерить! Для меня это обозначало бы принять поражение. Если я выберу платье, значит, признаю, что свадьба будет. Но я до сих пор не смирилась с этой мыслью и не собиралась мириться.

— Может, ты разрешишь мне сначала позавтракать? — недовольно спросила я, надеясь, что если попаду в столовую, то потом там и затеряюсь. От примерки это не спасет, но я хотя бы успею с кем-нибудь поговорить. — И вообще, что ты делаешь в академии? Почему примерка тут? Признайся, это твоя идея? Неужели нельзя было оставить это на выходные, съездить в салон или принять модистов дома! К чему эта нелепая публичность!

— Нет, конечно! Идея не моя! — Она состроила максимально оскорбленное выражение лица. — Я просто выполняю приказ короля. И тебе советую делать тоже самое. Это будет правильно.

— Нет. Неправильно, — уперлась я. И мне хочется есть, а потом у меня занятия, которые пропускать нельзя.

— Ты на сегодня освобождена. А мерить платья с корсетом на сытый желудок, не лучшая идея. Не находишь?

Я вообще находила, что мерить платья на свадьбу, которую надеешься расстроить не лучшая идея. Но подозреваю, мама об этом слышать не хотела.

— Ага, ты это моему новому куратору скажи! — фыркнула я, но спорить с мамой бесполезно. Если она решила, что надо мерить платья до завтрака, значит, я иду мерить платья до завтрака, хотя, ей богу, я предпочла бы сидеть на паре Грифонихи. Все что угодно, но не подготовка к этой нелепой свадьбе.

— Пошли, Рина. Ну это же просто примерка! — уговаривала мама, обманчиво мягким голосом, позволяя мне согласиться по-хорошему. Но я знала, если этого не произойдет, родительница пустит в ход тяжелую артиллерию. — Ты же всегда любила!

— Мама, это примерка платьев перед свадьбой, которую я надеюсь избежать! Неужели ты разницы не видишь? — прошипела я, но послушно пошла за родительницей следом, с надеждой оглядываясь через плечо, в надежде, что откуда-нибудь придет спасение. И мне почти повезло.

— Рина Флорейнс! Снова ты на особом положении! — настиг меня окрик Грифонихи, и я от радости даже подпрыгнула вместе с мамой. Правда, мама кипела от возмущения. — Почему мне говорят, что тебя сегодня не будет на занятиях! Ты что успеваешь лучше всех?

— О чем это вы таком говорите?! — надменно поинтересовалась она, но на Гирифониху холодные взгляды аристократок в ндцатом поколении не действовали. Ее интересовала только моя посещаемость.

— Я с радостью пойду с вами! — тут же сказала я.

— Ты с радостью пойдешь мерить платья! — уперлась мама. — Это приказ короля.

«Что съела?» — читалось в мамином торжествующем взгляде, направленном на Грифониху.

— Рина, тебе пора уже определиться, что тебе важнее учеба или личная жизнь? — холодно сказала куратор, намеренно игнорируя маму.

— Она и определилась, — ответила за меня мама и подхватила под локоть. — Поэтому и идет мерить платья, присланные самим королем.

А я как идиотка молчала, потому что не могла сказать Грифонихе, где я видела эту свадьбу, поэтому просто опустила глаза и послушно стояла рядом с мамой.

— Рина, после примерки у тебя отработка. Надеюсь, ты найдешь время для учебы.

— После примерки у нее обед со мной! — встряла мама, но тут уж я не дала решать за меня и ответила.

— Конечно, я приду, элья.

— Но… — возмутилась родительница, и я разозлилась окончательно.

— Если ты не забыла, наше обучение тут тоже приказ короля, — отрезала я. — Не кажется, что исполнять одни приказы и игнорировать другие — это как-то не совсем честно.

Мама пожала губы, но спорить не стала, просто уверенно пошла по коридору. Я отправилась следом, гадая, где меня ждут двадцать платьев, из которых я должна выбрать одно для мероприятия, которое я могла сравнить только с казнью.