Глава 12

- Правда? – спрашивает шеф, продолжая меня с интересом рассматривать, как невиданную доселе зверушку.

- Абсолютная, - еще и киваю для большей убедительности.

Следом за этим наступает минутка молчания. Главный судья явно о чем-то глубоко задумался, а мне становится неловко, потому что я не понимаю: мне уже нужно уйти, или он еще что-то хочет сказать?

- Ну… я пойду? – спрашиваю как-то уж очень неуверенно.

- Вам не хватает уверенности, - тут же, словно подслушав мои мысли, внезапно сообщает шеф.

- Что? – хлопаю глазами.

- Как так получается, что на кухне, когда готовите, вы – смелая, склонная к экспериментам, бойкая? А за пределами кухни – нервная и пассивная?

- Кхм… гм… э-э-э…

- Вот об этом я и говорю. Не думайте, что я не заметил пристрастного отношения к вам некоторых конкурсантов. Но это не моя проблема, а ваша. Почему же вы не решаете ее?

- Решаю. Стараюсь не попадаться им на глаза.

- Это не решение, а избегание неприятностей. А если их долго избегать, чаще всего они накапливаются и становятся большой проблемой. Что тогда вы станете делать?

- Не знаю. Я потом подумаю…

- Знаете, почему конкурсантка Жуар и остальные выбрали вас предметом своим шуток?

- Она невзлюбила меня с первого взгляда, я даже еще ничего не успела сказать…

- Они видят в вас потенциального победителя, - перебивает меня шеф, пристально сканируя взглядом цвета крепкого кофе. – Честно в конкурсе победить не могут, пока что. Им не хватает мастерства. Поэтому они выбрали путь наименьшего сопротивления: сломать вас вне конкурса. Заставить уйти, освободив одно из мест в тройке лидеров.

- Я что-то такое предполагала… - отвечаю с грустью.

- Вас это расстраивает? – спрашивает удивленно.

- Ну да… когда все против меня, да, расстраивает.

- Ясно. Я был о вас лучшего мнения.

Эта фраза заставляет меня ощутить обиду и даже где-то злость. Надо же. Был лучшего мнения! А мне что до того, какое мнение у него было?!

- То есть, вы думали, что я расчетливая и эгоистичная стерва, которой наплевать на желания других? – говорю со злостью.

- Нет. Я думал – вы лидер, способный спокойно переносить не лучшее мнение о себе менее талантливых и трудолюбивых коллег.

- Жаль вас разочаровывать…

- Я не был очарован, потому и не разочаровался, - перебивает шеф в свойственной ему совершенно отмороженной манере. – Меня немного сбил с толку тот факт, что вы собираете вокруг себя странную, но весьма перспективную группу конкурсантов. Предполагал – это стратегия, но сейчас понимаю, что вы так дружите.

Слово «дружите» главный судья произносит так, словно ему предложили дегустировать несколько видов манной каши в детском саду.

- В любом случае, за вами интересно наблюдать, - шеф щедро отсыпает комплиментов. – Складывается ощущение, что у вас раздвоение личности. На конкурсе одна, в обычной жизни – другая. Хочется верить, что вы все-таки поймете, где находитесь и перестанете так безмятежно подставляться. Будет жаль, если талант, подобный вашему, так и останется ни с чем, не раскрывшись в полной мере.

На этих словах шеф разворачивается и уходит, не оглянувшись, не попрощавшись, вообще никак не показав, что мы сейчас беседовали о чем-то весьма интересном и важном, дающем определенные мысли для размышления.

Постояв несколько секунд, поразмышляв, быстрым шагом возвращаюсь к месту нашей ночевки. Укладываюсь на ложе, прижавшись спиной к спине уже спящей Риты и за секунду засыпаю, утомленная сегодняшними приключениями.

Во сне мне снится моё собственное кафе, в котором я готовлю горячий шоколад. А он никак не хочет собираться в цельную жидкость, все время расслаивается на молоко и какао. Я нервничаю, перемешиваю и перемешиваю жидкость, а из чашки мне постоянно говорят голосом шефа:

- Я был о вас лучшего мнения. Лучшего мнения.

Утром я просыпаюсь взъерошенная и злая. Шеф прав. Я действительно веду себя, как желе. Только меня тронешь – трясусь. Мне, конечно, было приятно слышать, что он и некоторые конкурсанты видят во мне потенциального победителя, очень воодушевляет. Но раз так, то конкуренция теперь вырастет в разы и надо соответствовать!

- Высокомерная стерва! – Рита недовольно плюхается рядом со мной на лежанку. – Реки ей мало!

- Что ты там бурчишь? – спрашиваю, вылезая из погреба собственных мыслей.

- Да эльфийка эта, стерва высокомерная. Пришла я, значит, к реке, смотрю – она умывается, косы в воде мочит. Я и предложила ей сплести волосы так, чтобы они красиво лежали на голове, а не тонули в реке. Хотела показать. А она меня таким взглядом окинула, словно к ней грязь обращается, ил с дна реки заговорил, а не человек! И сквозь зубы ответила, чтобы не лезла со своими советами туда, куда не просят. Гадина!

- А зачем ты вообще к ней полезла с советами? – спрашиваю удивленно.

- Не знаю… показалось, что она чем-то расстроена… короче, дура я, ясно?

- Ясно, чего ж тут неясного, - усмехаюсь. – Похоже, мы с тобой обе дуры, которым срочно нужно прекращать дружить со всеми подряд.

- Чего это ты? – Рита выпучивает на меня глаза.

- Да так… мысли вслух. Я немного заспалась. Что тут происходило, пока я спала?

- Ничего особенного. Сейчас будет завтрак. Тот здоровый бугай, что к тебе приставал, варит суп, довольный дополнительными балами, словно уже выиграл. Остальные разбрелись по лесу, ждут завтрак. Я слышала шум лопат и разговоры, думаю, рабочие уже приехали. Надеюсь, скоро дорогу разберут, и мы сможем продолжить путешествие. Надоел мне уже этот лес!

- И не говори, - вздыхаю, - я тоже не очень люблю пикники на природе. Мошки, комары, мухи. Бррр.

Встаю с лежака и с грустью рассматриваю собственную одежду. А ведь такой наряд был красивый. В таком и к королю на прием можно было. А теперь? Хочется плакать. И самое обидное, что стирка тут не поможет. На колене – несколько дырочек, пятна от грязи и травы въелись намертво. Одежда измялась и теперь больше похожа на тряпку.

- Не грусти, - говорит Рита, правильно истолковав мой унылый вид, - поищем тебе что-нибудь в моих чемоданах.

- Спасибо, - говорю, но понимаю, что в одеждах девушки буду выглядеть еще смешнее, ведь я почти вдвое ее худее и сантиметров на шесть-восемь ниже.

Завтрак, плавно перешедший в обед, проходит спокойно. Все довольно хлебают суп. Кстати, весьма вкусный. Надо отдать должное забияке – повар из него неплохой. Ровно тогда, когда заканчиваем, приходит шеф и объявляет:

- Прошу всех затушить костры и собрать посуду. Дорогу расчистили, мы можем отправляться в путь. На сборы у вас полчаса, настоятельно не рекомендую опаздывать к отправке поезда.

И смотрит на меня, словно это я все время куда-то опаздываю. В ответ высокомерно задираю нос. Неправда! Я всегда прихожу вовремя!

Едва шеф уходит, начинаются активные сборы. Пару раз мне на глаза попадается саламандра, бегающая от одного костра к другому и помогающая их тушить. Я собираю наши вещи, посуду, отдаю все Рэю: он – здоровый бугай, ему нести не тяжело. Он уходит, за ним Рита, я собираюсь идти третьей, но тут замечаю, что мы плохо затушили костер. Дрова дымят!

Подхожу к костру, отодвигаю ногой дрова. Огня нет. Но оставлять так нельзя. Раз есть дым – то и пламя может появиться. Наклоняюсь, чтобы набрать в ладони земли и высыпать на дымящиеся дрова и именно в этот момент вспыхивает огонь, цепляется зубами в рукав моей блузки, торопливо бежит вверх по руке, опаляя кожу!

Воплю так, что у самой в ушах звенит. Печет и болит! Пытаюсь разорвать рукав, сбить огонь. И тут на меня кто-то налетает. Прижимает огонь к моей руке, отчего боль становится просто невыносимой. Пытаюсь вырваться, оттолкнуть того, кто держится.

- Стой! Подожди секунду! – кричит мне в самое ухо девичий голос.

Что значит, подожди?? Как можно ждать, когда горит твоя кожа? Отталкиваю девушку, получаю подсечку и падаю лицом в землю, заорав еще громче теперь уже не только от боли, но и от неожиданности. Сверху на меня наваливаются, снова дергают горящую руку.

А потом внезапно вокруг нас оказывается толпа. Тяжесть с моей спины пропадает, меня поднимают с земли, прижимают к себе. Только по легкому запаху корицы узнаю Рэя.

- Что тут происходит? – в толпу конкурсантов, как нож в масло, врывается разъяренный шеф.

- Саламандра пыталась спалить рыжую! – тут же выдает кто-то из толпы собравшихся.

- Конкурсантка Афият, объяснитесь!

- Вернувшись в поезд, я обнаружила, что кое-что потеряла, свою очень дорогую и личную вещь. Решив, что она могла остаться на месте ночевки, я прибежала сюда и увидела, что у Иры горит рукав. Бросилась к ней, чтобы помочь, но конкурсантка Шевелёва была так напугана, что неправильно меня поняла, начала кричать и сопротивляться.

- Но в итоге, вам удалось загасить пламя? – спрашивает шеф, не сводя глаз с саламандры.

- Удалось, - отвечает девушка.

- Все ступайте в поезд, мы уже отъезжаем. Конкурсант Дорн, сопроводите пострадавшую в медпункт, первый вагон. Я подойду через минуту.

Все сразу же разбегаются, шеф остается и о чем-то еще разговаривает с саламандрой, мы же с Рэем потихоньку идем в медчасть.

- Рука очень болит? – спрашивает по дороге блондин.

- Болит, но сейчас уже намного меньше, чем пару минут назад, - отвечаю, с дрожью вспоминая пережитое.

- Она, и правда, пыталась тебя обжечь? – снова задет вопрос Рэй.

- Кто? Зарима? Не знаю…

- А что вообще произошло?

- Я заметила, что один из костров дымится. Все уже пошли к поезду, осталась я одна. Не могла же я тоже уйти? А вдруг лесной пожар? Наклонилась, чтобы присыпать землей дымящиеся дрова, а огонь внезапно вспыхнул и попал мне на рукав. А дальше… - передергиваю плечами, - появилась Зарима. Не знаю, что она пыталась сделать. Потушить, или добить меня. Но, к счастью, прибежали все остальные и теперь вот… я могу идти в медпункт. Надеюсь, у них есть очень сильное обезболивающее.

- Конечно, есть, - успокаивает меня Рэй. – Бедная, это же надо такое пережить. Ужас просто. А все эта зелень чумазая, саламандра!

- Это могла быть просто случайность…

- Думаешь? – переспрашивает Рэй.

- Я уже не знаю, что думать, если честно. В тех конкурсах, в которых я участвовала до сих пор, меня не пытались изуродовать или убить. Максимум, что было – это своровали ингредиенты и подсунули не те детали для мясорубки. А чтобы вот так… Я уже не уверена, что хочу тут оставаться. Я пришла на этот отбор, чтобы заработать денег и помочь маме. Но что, если что-то случится со мной? Кто тогда поможет и ей, и мне?