Глава 20

Его глаза – это никакой не шоколад. Это две пропасти в никуда, черные дыры в космосе. Мне нельзя было поднимать взгляд и смотреть в них. Это почти гипноз.

Шеф касается кончиком пальца уголка моего рта, наверное, вытирает соус.

- Вы немного запачкались, - говорит.

А дальше делает то, от чего у меня замирает сердце. Облизывает тот самый палец, которым только что касался моего рта. Делает это совершенно невозмутимо и тут же сообщает:

- Надо чуть больше соли.

О, нет шеф! Надо чуть больше перца!

И, скорее всего, под воздействием гипноза его глаз, я делаю шаг вперед, отчего наши тела соприкасаются, заставляя меня совершенно непроизвольно дрожать. И, закинув руки за крепкую мужскую шею, прижимаюсь своими губами к его рту!

Наши широко открытые от удивления глаза встречаются взглядами. И я бы еще поспорила, кто из нас в данный момент больше ошарашен – он или я! Он берет мое лицо в свои широкие ладони и немного отодвигает, продолжая неотрывно и изучающе смотреть.

- Что ты делаешь? – спрашивает, вроде и так не понятно, чем я занята.

- Целую вас… тебя, - говорю, сама страшась своих слов и того, чем они мне могут аукнуться. Краснею. Сначала щеки, потом шея, а за нею и грудь. Заливаюсь кипятком, даже дышать трудно.

- Это я и так понял, - усмехается как-то кривовато. – Ты понимаешь, ЧТО делаешь? Отдаешь себе отчет?

- Ну… как сказать. Я понимаю, что ты – главный судья на отборе и все такое…

- Все такое? – приподнимает бровь.

- Я… мне… наверное, нужно идти. Прости… те, - делаю неловкую попытку улизнуть.

Но меня не отпускают! Все так же держат за лицо и внимательно смотрят непроницаемым черным взглядом.

- Глупышка, - говорит на выдохе.

А в следующую секунду я таки получаю свой поцелуй. Со вкусом вишни и специй, сливок и тыквы. Горячий, острый, прожигающий до самого нутра. Заставляющий хвататься за стоящего рядом мужчину как за единственную опору. Впиваться ногтями в его затылок, путаться в волосах, задыхаться от недостатка воздуха и захлебываться его избытком.

Я даже не понимаю, что чувствую, когда шеф Оурэн прерывает поцелуй так же внезапно, как его начал, прижимает мою щеку к своей груди и легко поглаживает ладонью по спине. Успокаивающе, умиротворяюще.

Но я почему-то чувствую себя брошенной. И несчастной. На глаза наворачиваются слезы. Наверное, я бы разревелась. Сама не зная почему, возможно от переизбытка чувств, или от усталости. Но весь страдальческий настрой моментально сбивает оглушительный…

- А-а-апчхи! – едва успеваю прикрыть рот. – Апчхи!

Испуганно поднимаю голову, ожидая чего угодно, но… Шеф улыбается. И протягивает мне салфетку.

Выхватываю ее и отхожу, чтобы высморкаться.

- Извини…те…

- Давай не выкать, если мы наедине, как ты на это смотришь? – спрашивает.

- Положительно. Апчхи! Извини… мне неловко, но, кажется, у меня аллергия на твой одеколон. Апчхи!

- Ничего. Это скоро пройдет, - улыбается больше глазами, чем губами. – Проводить тебя до комнаты?

- Нет! В смысле, не надо. Думаю, будет очень неловко, если нас кто-то встретит… Еще слухи всякие поползут…

- Конечно, поползут, - согласно кивает головой шеф. – Тогда до завтра.

- Да, до завтра, - выхожу из комнаты и уже на пороге, прежде чем закроется дверь, слышу…

- Если завтра тебе придет подарок, сделай одолжение, не отказывайся.

До завтра. Ха! До сегодня! Когда я выхожу из комнаты, плотно закрыв за собой дверь, в окна коридора уже весело светит рассветное солнце. Да уж, подремала.

Юркой мышкой пробираюсь в наши с Ритой апартаменты. Девушка спит без задних ног, слегка посапывая во сне. Я быстро скидываю вещи на стул и ныряю под одеяло. Ложусь на бок, закрываю глаза. Удивительное дело, думала, что буду ворочаться без сна, но стоит только представить шоколадные глаза шефа, как мгновенно отрубаюсь, словно кто из розетки шнур выдернул.

- Ира! Ира! Ну Ира, блин!! Просыпайся!!

- По-о-однимите мне веки! – мычу утробно, цитируя классика.

- Ир? Ты чего? Заболела? – пугается Ритка, не проходившая в школе Гоголя.

- Недоспала, - отвечаю хрипловато.

- Ну уже и не доспишь. Пора вставать. У нас и так полчаса на сборы. Сейчас будет завтрак, пышное застолье, к которому и мы тоже приложили рученьки.

- Какое счастье, - отвечаю с сарказмом, утыкаясь носом в подушку и мечтая, чтобы меня оставили в покое.

Раздается резкий стук в дверь.

- Вставай, давай! – кричит уже от двери Ритка.

Слышу, как она выходит в гостиную, потом стук закрываемой двери и шаги к спальне.

- Так-с… а теперь скажи мне по секрету, кто это снабжает тебя такими дорогущими подарками?

Приходится все-таки вылезти из подушки и краем глаза посмотреть, о чем вообще Рита говорит. Девушка стоит, держа в руках коробки и смотрит на меня не очень любезно… Почему?

Мне будет очень жаль, если это зависть…

- Ты ведь не наделала никаких глупостей? – спрашивает Рита, и я облегченно выдыхаю, она просто беспокоится обо мне.

- Нет, глупостей не наделала, а вот умностей – сколько хочешь, - отвечаю со смешком и бодро выскакиваю из-под одеяла, выхватывая коробки и сваливая их все на кровать.

- Там в гостиной еще цветы, у меня рук не хватило, чтобы и их унести, - бурчит Рита.

Взвизгнув от восторга, выбегаю в другую комнату и замираю. Красота какая! На столе, в вазе, стоит изысканный букет. Белые цветы. Похожи на пионы, но не они. Подхожу ближе, принюхиваясь. О-о! Какой аромат! Свежий, слегка с горчинкой и, словно, с росой. Будто они еще минуту назад цвели где-то на неведомых лугах.

На глаза наворачиваются слезы. Мужчины никогда не дарили мне цветов. Не… ну был один случай, когда Вовка из соседнего подъезда без слов впихнул мне в руки гвоздичку на праздник восьмого марта, и было это в далеком девятом классе. А еще я на сто процентов уверена, что он ее спёр из букета своей мамы – учительницы.

А эти цветы… это не сворованная гвоздичка… Блин! Приятно-то как!

- Ну что ты там застряла?? Мы опоздаем! – доносится из соседний комнаты раздраженный голос Риты, мгновенно приводящий меня в чувство.

- Бегу! – наклоняюсь, напоследок еще раз вдыхая аромат белоснежных цветов, и быстро возвращаюсь в спальню.

- Давай одеваться, подарки рассмотришь потом, - командует Рита.

Но я уже увидела знакомые мне вензеля на коробках, потому упрямлюсь.

- Нет, я сначала посмотрю, что прислали. Думаю, там будет как раз то, что мне может пригодится на сегодня.

И кидаюсь распаковывать все присланное, в душе визжа от восторга, но снаружи выдавая себя разве что легким дрожанием нетерпеливых пальцев.

В самой первой коробочке, которую я распаковываю, лежат в шахматном порядке разноцветные шоколадные конфеты.

- Ну все. Это точно ухажер. Цветы и шоколад – классика, - авторитетно заявляет Рита.

- Может, и ухажер, - говорю и не могу не улыбаться.

Надо же, за мной ухаживают. И кто? Взрослый, шикарный мужчина. Все, как я мечтала! В большой коробке лежит новое платье. Такого же фасона с высокой талией, как и предыдущее, нежного, сливочного оттенка, вышитое серебром по корсету и подолу.

- Красота-а-а, - говорю восхищенно, бережно проводя рукой по вышивке.

- Там еще маленькая коробочка, - сообщает мне глазастая Рита.

Поискав взглядом, действительно, нахожу маленькую коробочку среди слоев подола. Открываю и закрываю.

- Что? Что там? – Рита пытливо вглядывается в мое лицо. – Ну покажи.

Снова открываю коробочку и демонстрирую девушке.

- У-у-ух ты! – Рита бросает на меня беглый взгляд, потом снова смотрит на украшения. – Это очень дорогой жемчуг. Такие оттенки добывают только в озерном крае, у них там особый перламутр из-за обилия каких-то водорослей.

В коробочке лежат жемчужные сережки светлого зеленовато-голубоватого цвета. И такого же оттенка нитка жемчуга на шею.

- Ты уверена, что ничего не хочешь рассказать? Мужчина, который дарит такие подарки… либо настроен очень серьезно, либо пускает пыль в глаза, чтобы… - говорит Рита, но я ее перебиваю.

- Чтобы что? Попользоваться? Лишить невинности? Переспать и бросить? И? Может, в вашем королевстве утраченная невинность и большое горе, но в том мире, откуда я, она не имеет такого значения, как двести лет назад. И вообще… я не хочу больше об этом говорить! Давай одеваться, а то и правда, опоздаем.

И да, я все-таки надеваю принесенный наряд и украшения, хоть Рита и поджимает губы. Мне все равно! Да, подарок дорогой! Но! Я для себя уже все давно решила. И без сегодняшнего подарка.

Рэй встречает нас на входе в тронный зал.

- Ух ты! – говорит, вроде нам обеим, но понятно, что мне.

- Спасибо, - отвечаем мы с Ритой вразнобой.

- Пошли, девчонки, я уже заприметил столик с напитками, возьмем себе по стакану, пока остальные не размели.

Рэй по-хозяйски заводит нас в зал и придает нужное направление. Возле стола мы выбираем себе напитки и отходим к балкону. Чтобы и свежий воздух был, и чтобы меньше отсвечивать.

- Как настроение? Боевое? – Рэй доволен и лучист, просто любо-дорого смотреть. – Среди наших ходит слушок, что остался последний конкурс, после которого и определят полуфинальный состав. А там уже – каждый сам за себя. Финал на носу. Мне до сих пор не верится, что я замахнулся так высоко, рискнул и попал в яблочко. А ведь мне все говорили, что я – глупец и не сдюжу. А я сдюжил!

- Погоди радоваться-то, - Рита вносит пессимистическую нотку в общий тон разговора. – Ты еще не прошел даже полуфинал.

- Неважно! Я до него ДОШЕЛ! Ты не представляешь, какое это ощущение! Я – бастард, выброшенный собственным отцом куда подальше и стою тут, в тронном зале! А вчера даже разговаривал с самим королем!

- Ты пил? – спрашиваю, внезапно озарившись мыслью, откуда у Рэя с утра пораньше такой оптимизм и бодрость духа.

- Гы-ы. Только компот. Честное слово! – блондин взлохмачивает челку. – Я почти не спал. Столько мыслей.

- Тут я тебя понимаю, - как-то грустно поддакивает Рита.

- Господа конкурсанты! Прошу к столу! – таракан Дали делает изящный взмах рукой, приглашая нас проследовать за ним.

Дверь открывается и перед нами возникает огромная терраса, укрытая плетущимися розами и уставленная сервированными столами. По центру самый длинный – королевский. По бокам для нас и приглашенных вельмож.

Рэй быстренько занимает нам три места рядышком с самого краю, поближе к королевскому столу. Я бы предпочла сидеть с другой стороны, но… не отрываться же от коллектива.

Едва мы занимаем свои места, приходят вельможи и усаживаются за стол напротив. Последними заходят те, кто сидит за королевским столом, ну и сам король.

Стараюсь не сильно пристально смотреть на шефа, сидящего через три человека от Его Величества, но глаза сами постоянно туда зыркают. Исподтишка. Краешком. Но почти все время. Господи, так и косоглазие можно заработать!

Внезапно ловлю улыбающийся взгляд шоколадных глаз и, вспыхнув, наконец-то смотрю в тарелку. Пока переглядывалась, пропустила речь короля, после которой все, как обычно, сияющие и довольные. Интересно, дело в силе слова, или Его Величество обладает особым даром? Которым не гнушается пользоваться при каждом удобном случае. Надо будет спросить у шефа Оурэна, если не забуду…

Передо мной ставят закуску. Два тоненьких, чуть подсушенных, ломтика хлеба с авокадо, яйцом и лососем. По мне, закуска тяжеловата. После нее аппетит должен проснуться, а я так уже почти наелась. Хотя… если судить по Рэю и его голодным глазам, ему такая закуска в самый раз.

А на основное блюдо подают то самое, чем угощал меня шеф. За столом раздаются охи и ахи, Его Величество с довольной улыбкой рассказывает, что это та самая оленина, которую они с гостями поймали вчера, и которую непревзойденный мастер кулинарии Рутгер Оурэн использовал для создания съедобного шедевра, представленного на нашей тарелке.

По мне, сказано было слишком высокопарно, но гостям, опять же, понравилось. Речь была встречена аплодисментами, часть из которых перепала и шефу, вставшему и склонившему голову всего на секунду.

На десерт приносят… наполеон. С вишней и шоколадным кремом. Ну такое… По мне, оригинальный рецепт торта куда удачнее. Но я молчу и пью напитки.

После долгого и утомительного застолья нам позволено покинуть террасу и пойти прогуляться по парку. Мы втроем выходим на самую крайнюю аллейку и потихоньку топаем по ней, любуясь видами. И надо сказать, тут есть на что посмотреть. Садовники Величества даром хлеб не едят. Парк выглядит очень натурально, словно сама природа создала такой уютный уголок, и только по обрезанным кустам видно, что это дело рук человеческих.

- О, кстати, на счет той татуировки у саламандры, - вспоминает Рита. – Это узор истинной пары.

- Что? – переспрашиваю.

- У некоторых рас так происходит. Когда встречается истинная пара и между ними происходит контакт, ну типа поцелуй, или еще что… То, чаще всего, на запястье, но может быть и в других местах, появляется рисунок. Получается, что саламандра уже встретила свою пару.

- Поэтому и отказала тому рыжему, - подхватываю я. – И поэтому может практиковать магию!

- Именно! – тоном знатока подтверждает Рита. – Ой, там моя знакомая, а я хотела с ней поговорить. Увидимся!

Девушка машет нам рукой и быстро бежит в сторону стайки конкурсантов, притормозив возле миловидной брюнетки и начав ей что-то говорить.

Мы с Рэем сворачиваем на более узкую аллейку и неспеша идем дальше.

- Ты что-то притих, - говорю.

- Да что-то заволновался о завтрашнем конкурсе.

- Он будет завтра? Уже объявили?

- Ну да. Король сказал во время застолья. А ты не слышала? Мы же все за одним столом сидели. Ну ты даешь, и о чем только думала…

Ха, понятно о чем, о глазах одного очень классного шефа, - усмехаюсь про себя.

Болтая, мы выходим на небольшую стриженную полянку с фонтаном. И как раз возле него происходят какие-то разборки двух парней с Заримой!!

- ЭЙ! – воплю я. Когда один из них так пихает девушку, что она падает на землю, больно ударившись копчиком. – Рэй! Мы не можем не вмешаться!

- Ира, ты не знаешь, что там за разборки. Может… слушай, это гадко прозвучит, но может, она сама виновата.

Резко поднимаю глаза на Рэя.

- Ты прав, - говорю. – Это прозвучало ОЧЕНЬ гадко.

И, наплевав на все, бегу к саламандре. Никто не заслуживает, чтобы его били. НИКТО!