Глава 10. О доверии

Я засыпала, прижавшись спиной к спине Бена. Так вышло, в деревне нас положили на одну кровать. Так-то ничего удивительного, это не гостиница, в домах обычно лишнего места нет. Тут и свои дети впятером на одной кровати спят. Бен дернулся было вначале, тихо сказал мне, что может поспать на полу. Но это было бы слишком странно, вызвало бы вопросы. Не стоит. Так что он придвинулся к стенке насколько это возможно, а я с краю, чтобы можно было встать, если нужно и не перелезать через него.

Места было немного, поэтому отодвинуться так, чтобы не касаться друг друга, не выходило. Разве что совсем на край. Так что я хорошо ощущала его глубокое, хоть и чуть-чуть рваное дыхание. Чуть напряженное. Все это довольно странно, конечно. Но так уж вышло.

Я очень долго не могла уснуть, старалась не вертеться и не мешать, хотя совсем уж не вертеться не выходило. Бен лежал тихо, не двигаясь. Заснула уже почти под утро.

А когда проснулась, поняла, что Бена нет, и начинает светать.

Где-то на кухне шорохи, кажется, хозяйка уже встала и готовит завтрак.

Пора вставать, наверно? Хотя я понимала, что не выспалась совсем.

Бена я нашла на улице, он с каким-то местным мужиком обсуждал лодку.

— Селедка! — махнул мне рукой. — Ты чего так рано?

— А сам чего? — фыркнула я. — Мы на этом поплывем?

Небольшая весельная лодка без паруса.

— Тут не так далеко, — пожал плечами Бен. — К обеду уже на месте будем.

— Эт ты хватил, парень! — не поверил мужик. — Хорошо если к вечеру. И то, столько грести…

— Я хорошо гребу, — заверил Бен. — Я уже плавал, был там. Да и море сегодня спокойное. Сейчас позавтракаем и отправимся.

Так-то я в способностях Бена я не сомневалась, уже успела посмотреть.

Нас накормили кашей и пирогом с рыбой, завернули с собой.

Край острова виднелся далеко в туманной дымке. Бен сказал, что нам нужно немного обогнуть слева, там будет хороший пологий спуск, где можно оставить лодку, а если просто прямо — тут скалы. Потом передохнем немного и пойдем дальше пешком.

Греб он действительно как-то не по-человечески быстро, технично, без широких замахов, экономично и словно совсем без усилий. Но лодка летела вперед. Я думала вначале предложить подменить его, но тут очевидно, что я и близко так не смогу. Что ж, это специфика его силы, у каждого есть своя сильная сторона. Со временем я разберусь со своей.

Где-то через час солнце поднялось выше и начало припекать, Бен снял рубашку. Жарко же, тем более, если активно работать. Босиком, ботинки он снял еще когда толкал лодку в воду, закатав до колен штаны… Вот так близко… плечи у него широкие, сильные руки, при каждом движении видно, как работают мышцы, хоть анатомию изучай. Честно говоря, я не могла не смотреть на него, чувствовала, что краснею, смущаюсь, но не смотреть не могу. Бен старательно делал вид, что ничего такого в моих взглядах не замечает, хотя я видела, как довольно улыбался.

И все равно, словно действительно нчиего… он рассказывал истории об учебе, о Рике, друзьях, о том, как они в прошлом году обошли все побережье. Я тоже рассказывала о себе.

К концу второго часа скалы были уже совсем близко, мы повернули, пошли вдоль берега. И вот только здесь я почувствовала, как Бен начинает немного уставать. Нет, веслами он работал все так же технично, но разговаривать стал меньше, дыхание сбиваться начало, на висках заблестели капельки пота. Оно конечно, может и от жары, припекать стало серьезно, но любой нормальный человек устал бы уже давно.

Мелькнула мысль, что если бы мне пришлось так плыть самой, я и бы и до вечера не справилась.

— Устал? — спросила я.

Бен усмехнулся.

— Нам уже недалеко, — обернулся, вглядываясь в береговые скалы. — Вон, видишь, там выступающая скала впереди? Сосна на вершине. Вот за ней будет бухта, там можно выйти на берег. Можно искупаться, если захочешь, время есть.

— Ага, — неуверенно сказала я. — То есть, купаться я хочу, вообще люблю плавать, но… не знаю…

— У тебя ведь есть во что потом переодеться? — спросил Бен. — А вечером остановимся у ручейка, там можно одежду от соли немного постирать.

Да, у меня есть, я взяла с собой. Где-нибудь за камнями переодеться… в крайнем случае Бен просто отвернется. Он отвернется ведь? Мы здесь одни… Но купаться голой, как та девушка, Лаура, я не готова.

И еще примерно час до скалы. Только кажется, что близко, а на самом деле не так. Да и Бен грести начал немного медленнее.

Когда наконец подошли к берегу, Бен выпрыгнул в воду, чуть выше колена было, затащил лодку на берег вместе со мной. И так потянулся, наконец, расправляя плечи и спину, с наслаждением, даже со стоном, встряхнул руками, что я невольно заулыбалась.

— Непросто было?

Он засмеялся.

— Да уж! Но ничего, это полезно, — оттащил лодку подальше, привязал в кустах. — Пойдешь купаться? Только недолго. Потом тогда перекусим и пойдем.

Быстро стащил штаны, оставшись в льняных подштанниках, и прямо с разбегу, поднимая брызги, влетел в воду.

Ну что ж, я тоже.

Верхнюю одежду сняла, у рубашки закатала рукава до локтей.

Честно сказать, голой купаться лучше. Не здесь, конечно. Но дома я как-то бегала на речку ночью одна… Но и так можно. Прохлада воды манила.

Я видела, как Бен нырнул и долго плыл под водой, потом вынырнул уже довольно далеко от берега и широки гребками поплыл дальше. Не так уж он и устал, выходит.

Я заходила в воду осторожно, привыкая к воде. Да и заход каменистый, у края воды мелкая галька, но дальше прямо булыжники попадаются, надо осторожнее наступать. Прохладно, да, здесь ощущается холодное течение у берега. А волн почти нет.

Никогда раньше не купалась в море. Так удивительно.

Когда зашла настолько глубоко, чтобы окунуться, Бен был уже далеко. Ну и ладно, я просто немного поплаваю, после жаркого солнца очень приятно в воде. Соленая! Надо же, я не и думала, что такая соленая в море вода, соль остается на губах… С непривычки немного тяжеловато, у нас только река была и не такая уж большая, там просто некуда далеко плыть. Но стоит немного расслабиться… навстречу волнам… и они подхватывают тебя, качают почти без усилий. Сказочно хорошо.

Где-то там вдалеке Бен снова нырнул, вынырнул и поплыл обратно ко мне.

Я помахала ему рукой.

— Как тебе море? — крикнул он.

— Отлично!

— Ты хорошо плаваешь!

— Ты тоже!

Он весело фыркнул.

— Я родился на побережье. Уж что-что, а плавать умею сколько себя помню.

— А мы все лето торчали на речке. Сначала, когда маленькие были — в пруду у дома, но там реально по пояс, не поплаваешь. Так что бегали на речку потом.

— С братьями?

— Да.

— Еще поплаваешь? Я, наверно, уже на берег.

Нам ведь еще идти сегодня, искать место, ставить палатку…

— Я тоже. Карагона ведь тоже недалеко от берега, успею наплаваться еще.

Обратно Бен не торопился, тихо и размеренно плыл рядом со мной.

— А правда, что водники могут дышать под водой? — спросила я.

— Не все, но некоторые умеют. Аль, который к нам в «Кашалота» приходил, он скорее может надолго дыхание задерживать. И еще умеет формировать воздушный пузырь, в котором долго находится под водой. А вот Лаура — она может плавать под водой часами, как рыба. Так как-то дыхание перестраивается, мне объясняли, но я так толком не смог понять.

— А русалок ты видел?

Бен засмеялся. Да, я пристаю с расспросами как ребенок.

— Я нет. Вот Хорхе рассказывал, что видел русалок, когда они к затонувшим кораблям ныряли.

— Они не опасны?

— Насколько я знаю, русалки не нападают на людей, вообще стараются избегать. Временами наблюдают издалека, но обычно просто уплывают. Думаю, магу особенно бояться нечего. Но обычных людей могут утащить на дно.

— Зачем?

— Не знаю. Наверно, если люди их чем-то напугают или разозлят.

Уже почти у берега… Мы выплыли чуть подальше к скале, не там, где заходили, здесь больше камней. Я уже почти чувствовала валуны под ногами. А Бен уже стоял, протянул мне руку.

— Давай, а то скользко.

— Не поскользнись сам!

Он только фыркнул.

Но, стоило выйти где-то по пояс, и я поняла, что вода держит уже не так хорошо. Набегающие волны толкают в спину. Еще шаг и… ух! Я действительно поскользнулась на камнях, и нырнула бы, если бы Бен не подхватил.

Он вообще даже не просто поддержал, а как-то разом подхватил и… И так и потащил на берег на руках. Ой…

Я даже замерла, дышать перестала. Меня никогда никто на руках не таскал, разве что совсем в детстве.

Бен отпустил уже на песке, поставил на ноги. И видимо тут заметил мои слегка ошалевшие глаза.

— Прости… — чуть неуверенно, тихо сказал он. — Не бойся. Я не…

— Я не боюсь.

Я смотрела ему в глаза. Так близко. Он уже отпустил, но все равно.

Видела, как Бен сглотнул, кадык дернулся.

И еще немного словно старался собраться с мыслями.

— Иногда мне кажется, ты как-то слишком мне доверяешь, — сказал совсем тихо, немного хрипло.

— А не должна?

Честно сказать, внутренне немного напряглась.

Он чуть заметно покачал головой — нет.

— Да нет, конечно, — а сказал совсем не так. — Я точно ничего плохого не сделаю. Но ты ведь меня совсем не знаешь.

— И что я должна знать?

— Ну… я точно далеко не праведник. И вообще…

Не каждая бы девушка пошла вот так неизвестно куда с парнем, которого знает буквально два дня? И только вдвоем.

Внутри кольнуло.

— Знаешь, — сказала я, — просто рядом с тобой я чувствую себя немного котенком, подобранным в подворотне. Пользы от меня никакой, одни блохи. Но вроде жалко… А ты не из тех, кто будет обижать котят. И даже здесь мы сейчас здесь только потому, что ты обещал кровь гарпии в обмен на то, что твоя знакомая поможет мне. А мог бы спокойно сидеть дома. Не для себя…

Немного не так, но я не знаю, как лучше объяснить.

Бен так смотрел… я не могла понять — улыбается он или хмурится.

Все же улыбается скорее.

— Почему бы не прогуляться? — сказал он.

— Ты ведь сам сказал, что никогда особо не интересовался приключениями.

— Я сказал, что это интересно только в хорошей компании, — он улыбнулся как-то шире, хоть все еще не очень уверено. — Ладно, пойдем сушиться уже, — и как-то так выдохнул. — Поедим и пойдем. Вон там на склоне чабрец растет. Хочешь чаю с чабрецом, приблудный котенок?

* * *

Первую гарпию мы видели еще до заката.

Я оказалась не готова.

Мы шли и до места стоянки у ручейка, о котором говорил Бен, оставалось не так далеко, когда в небе появилась она…

Бен первый среагировал, и разом — пшш, нас накрыл купол щита. Бен схватил меня за руку.

— Стой. Вон там, смотри.

Вначале мне показалось — крупная птица.

Бен скинул рюкзак, принялся арбалет доставать. Так-то сегодня мы еще охоту не планировали, но раз летит, то глупо упускать.

Учуяв нас, гарпия пронзительно закричала, да так, что захотелось спрятаться, зажав уши.

И вот это — не опасно для людей? Я смотрела и у меня сердце замирало. Тогда чего она от нас хочет? Да, скорее птица на вид, можно подумать, что орел, только крупнее. И человеческое лицо… жуткое, с оскаленной пастью. Я понимала, что щит закрывает, и все равно хотелось спрятаться Бену за спину.

Бен и сам шагнул вперед с арбалетом в руках. Гарпия, увидев это, закричала снова. Какой-то очень человеческий и очень страшный крик.

— Они разумные? — тихо спросила я.

— Не очень. Умнее собак, но точно не как люди. Здесь наверно рядом гнездо.

— Их может быть много?

— Может, — сказал Бен. И я поняла, что становится все страшнее.

Бен стоял передо мной, почти совсем закрывая. Вскинул арбалет, взвел тетиву.

— Ты хорошо стреляешь? — спросила осторожно.

Он хмыкнул.

— Так себе, если честно. Рик хорошо стреляет, это его арбалет. Но огнем могу куда точнее. Не бойся, до нас она не достанет. Не так, так так.

Хорошо, да… Гарпия с криком неслась на нас.

Бен ждал. Я понимала, что он не хочет торопиться, пусть уж поближе и поточнее.

— У меня крепкий щит, так что не дергайся и не беги, — сказал Бен, не оборачиваясь на меня. — Она не пробьется.

— Угу…

Да, я стою.

Все нормально. Но я все равно чувствовала, как Бен напряжен, как вытянулся. Он готов… уже почти. Ждет момент.

И уже вот… Ну, давай же! А то у меня руки чешутся шарахнуть самой. Я тоже не умею, но ничего не могу с собой поделать.

Ближе.

Да, я понимала, что Бен хочет наверняка. И все равно не могла спокойно ждать.

Даже при том, что все очень быстро.

Еще…

Он выстрелил, когда гарпия была уже буквально в нескольких шагах. Попал! Гарпия дернулась, закричала… я видела, как стрела воткнулась в тело, но не убила сразу, гарпия не упала… Бен взводил арбалет снова… Не успевая… Еще мгновение и гарпия налетела на щит, ударившись о него, истерично забив крыльями, так близко, что я не сама заорала от страха. И инстинктивно ударила по ней.

Огонь!

Не рассчитала. Я вообще не очень это умею пока. Совсем не умею. Шарахнуть могу, а с расчетами совсем плохо. Поэтому шарахнула со всей силой и дурью, какая была. Так близко, что жаром обдало.

Бен успел развернуться и закрыть меня собой.

Близко… Там щит, конечно, но он защищает от того, что летит извне, а от моей магии защитить никак не мог. Меня отбросило.

Еще пару мгновений я приходила в себя. Потом поняла, что почти лежу на земле… на четвереньках стою. Бен на мне, закрывает.

Резко воняет паленым.

Ох, ты ж…

— Ну ты даешь! — фыркнул Бен мне на ухо, отпуская, с усилием поднимаясь на ноги. — Вот, твою ж…

Оглянулся через плечо, попытался отряхнуть пепел со спины.

Ох…

Потом глянул на меня снова.

— Не ударилась?

Я успела испугаться, что он меня сейчас за такое убьет, но ему было весело, улыбался, глаза смеялись.

— Прости… — все же попыталась я.

— Да брось! — усмехнулся он. — У тебя совершенно нормальная, правильная реакция. Да, технику надо отработать, но это дело опыта. А так, вот если на тебя летит орущая тварь, то лучше сначала бить, потом думать, иначе сожрет, и думать будет некогда. Все нормально.

И ухмыляется еще шире.

— Тебя не обожгло?

— Не, — он мотнул головой, делая шаг в сторону, подбирая рюкзак, осматривая его. — Я еще один щит успел подставить. Рюкзак чуть подпалило, но не прожгло, — поковырял пальцем. — Он крепкий… Нормально все. Ты только в следующий раз где-то в половину силы… в четверть.

— Ага, — согласилась я. — Надо потренироваться.

Тоже поднялась на ноги, чуть качнуло. Бен мне руку подал, я схватилась. Потом отпустила. Ох… сердце все еще колотилось.

Ладно, мы живы, ничего страшного не произошло.

Бен подошел к гарпии, присел рядом. Вернее к тому, что от гарпии осталось.

Я тоже подошла.

А там головешки буквально. Все спеклось и обгорело, толком даже не понять, как эта тварь выглядела при жизни. Крупная… хотя не такая крупная, как мне в начале показалось. Размером с собаку. Ну, такую, среднюю собаку. Конечно, у нее когти, и если налетит, то мало не будет, но огромной она показалась скорее из-за размаха крыльев. Стрела припеклась где-то сбоку.

— Ты попал в нее, — сказала я.

— Пфф, — фыркнул Бен. — Как-то не очень помогло. Вот ты точно попала. Охренеть… Слушай, ну теперь я буду тебя бояться!

Ему весело. А мне, честно сказать, не очень, потому что я впервые вот так.

Даже коленки дрогнули. И губы… Вот сейчас вдруг запоздало накатило.

Таким ударом ведь и убить можно. Да легко…

Бен глянул на меня, поднялся, шагнул ближе.

— Ну, что ты, Селедка, — погладил меня по плечу. — Все же хорошо.

— Да, — я кивнула, постаралась взять себя в руки. — А почему она напала? Ты говорил, он не нападают на людей.

— Не нападают, — согласился Бен. — Не знаю, честно сказать. — Может быть, ее уже успел кто-то разозлить, может мы не первые охотники за последнее время. Тут случается. Но ничего, надо просто внимательнее быть. Здесь пещера есть неподалеку, можно на ночь остановиться. Безопаснее, чем на открытом месте. На вход поставить щит. И стоит успеть до сумерек.

Стрелу он вытащил и убрал к себе. Оперенье обгорело, но древко почти полностью осталось, и наконечник тоже. Так что не стоит разбрасываться, стрел не так много.

И кровь, конечно, тут выжимать уже не из чего.

А ведь если бы я не ударила и если бы Бен успел выстрелить снова, у нас уже убитая гарпия могла бы быть. И на этом можно было закончить.

Ладно. Все получится. Бен расстроенным точно не выглядит, даже как-то наоборот. Даже как-то поглядывает на меня с интересом. Не ожидал? Я сама не ожидала.

До пещеры оказалось еще около часа ходьбы. Это просто отлично, что Бен знал дорогу, сама бы я никогда не нашла. А на открытом месте теперь было страшновато, я шла, постоянно оглядываясь, прислушиваясь к каждому звуку, стараясь держаться к Бену поближе.

Темнело уже.

Бен запустил светлячка, тот залетел внутрь пещеры, освещая.

Мы явно не первые, кто тут ночевал. У входа старое кострище, много углей. Чуть дальше валяется пустая бутылка. Вот же… Тоже охотники? Возможно, они так разозлили этих тварей?

— Тут скорлупа, — сказал Бен, разглядывая что-то в углу. — Яйца гарпий. Если охотники разоряли гнезда, то не удивительно, что гарпии теперь на людей кидаются.

— А зачем им яйца?

— Кто знает, — пожал плечами Бен. — Может тоже на какие-то зелья. А может, хотят вырастить птенцов. Так-то гарпии не приручаются, но я где-то слышал, что если взять совсем новорожденных, то это возможно, они просто будут считать людей своими родителями. Почему тогда скорлупа только… но, может быть, что-то пошло не так.

— А сюда, внутрь, они ведь не залетят.

— Я поставлю завесу на вход, она задержит. Щит я ставлю хорошо, с ним проблем не будет. А вот с ударной магией, тут Рико прав, если нападут сразу несколько, то справиться будет непросто. Тут надежда на тебя.

Вот только сразу стаи гарпий мне не хватало!

— Думаешь, я справлюсь?

Не то, чтобы я не верю, но просто никогда как-то раньше не приходилось.

— После того, что сегодня видел — даже не сомневаюсь, — серьезно сказал Бен. — Ты только не торопись, а то от жареных тушек толку не будет. Ну и я очень постараюсь бить поточнее. Не знаю… в голову им надо целиться, что ли? У Рико получалось.

* * *

Спала я снова у Бена под боком. Так вышло.

Конечно, когда легли спать, то каждый сам по себе, завернувшись в теплый плащ. Вот плащ у Рико действительно отличный, очень теплый и мягкий. Но только заснуть в пещере, когда рядом летают гарпии — никак не выходило. Я долго вертелась, не могла успокоиться. Но все бы ничего, только с улицы начали доноситься далекие крики. Я вздрагивала каждый раз.

— Хочешь, я рядом посижу? — тихо предложил Бен.

— Да, — кивнула я. — Знаешь, я первый раз вот так, на улице, а не в доме под крышей сплю. Как-то не по себе. Когда в Карагону ехала, всегда ночевала в гостиницах.

— Ничего, — улыбнулся Бен. — Это нормально, потом привыкнешь. Так-то при нашей работе еще не раз придется. И практика у вас будет, тоже возят по разным местам.

— Да… — снова согласилась я, заворачиваясь в плащ как в одеяло по самые уши.

Бен сел рядом, протянул мне руку.

— Все нормально, Селедка, не волнуйся.

Я за руку взяла, сама ближе пододвинулась.

И вот, сначала просто рядом, потом как-то постепенно вышло, что почти прижимаюсь к нему, Бен даже не пытался отодвигаться и возражать. И рядом с ним действительно стало спокойнее.

Проснулась я вообще прижимаясь к нему спиной, а он осторожно обнимал меня. Правда стоило мне шевельнуться, и Бен сразу руку убрал.

Я немного повернулась к нему… его лицо оказалось так близко… глаза темно-серые, чуть в рыжину, длинные ресницы. Щетина на подбородке такая, что уже почти борода, быстро отрастает… вдруг ужасно захотелось потрогать, погладить по щеке, но я смогла удержаться.

— С добрым утром, — тихо сказал Бен, и что-то такое мелькнуло. — Выспалась?

— Я тебе не мешала?

Что-то в его взгляде меня все же смущало, как-то иначе.

Бен усмехнулся.

— Если честно, пока не встречал ни одного парня, который стал бы жаловаться, что ему мешает спать красивая девушка.

Вот тут кольнуло внутри.

Я даже сразу попыталась сесть.

— Вот уж, красивая девушка — это точно не про меня.

— Кто тебе такую глупость сказал? — честно удивился он. — Очень красивая.

— Маленькая и тощая, и вообще на девушку не похожа, — я села, обхватив колени руками.

Было приятно и чуть страшно одновременно. Я не очень понимала — что теперь?

Бен сел тоже.

— Хрупкая и изящная, — сказал он. — Ну, на счет хрупкой я уже не очень уверен, после той гарпии… — и заулыбался так. — Но вообще, я же сразу понял, что ты девушка, с самого начала. Я тебя как мальчика как-то никогда и не воспринимал, — и вдруг посерьезнел немного. — Я понимаю, что это может быть не слишком уместно сейчас. Но а когда будет уместно? Я тут просто лежал, смотрел на тебя и думал, что буду идиотом, если не скажу, что ты мне нравишься. Я ничего за это не прошу и не предлагаю, просто стоит быть честным, как думаешь? Ты, наверно, и сама все прекрасно видишь.

У меня ухнуло и заколотилось сердце. Я даже не знала, что думать теперь.

И да, я отлично вижу, хоть и боюсь признаться даже самой себе. Как признаться? Не очень понимаю, что мне с этим делать дальше.

А еще щеки горят и уши тоже совсем отчаянно.

— Да, наверно вижу, — тихо сказала я, очень стараясь говорить честно, хотя вдруг голос чуть сел. — Ты мне тоже нравишься. Но со мной такое в первый раз.

— Все бывает впервые, — Бен поднялся на ноги. — Я за водой схожу, сварю кофе. Пойдешь? Ну, умыться там… Или подождешь? И ты не бойся, я… ну, я вовсе ничего такого от тебя не хочу и не собираюсь тянуть к тебе руки. Это ничего не меняет.

Ох, ты ж…

— Ко мне никто никогда не тянул руки, — совсем тихо сказала я. Сразу подумала, что не стоило наверно, как-то это не так звучит и вообще. Неуместно точно. Словно намек. Или не намек даже… Но вот я смотрела на Бена сейчас и…

Он облизал губы, словно пытаясь что-то решить.

Руку мне протянул, предлагая подняться. Я взяла… встала тоже. Он не отпустил, осторожно, вот как держал, мою ладонь большим пальцем погладил. Я поняла, что сердце колотится просто отчаянно.

— Я бы тянул, — чуть хрипло сказал Бен. — Но очень боюсь тебя напугать.

А я бы испугалась? Даже не знаю… Это так странно все.

— Я не ребенок…Мне все время кажется, что ты относишься ко мне как к ребенку. Но я точно совсем не ребенок. Мне через месяц девятнадцать. Я еще в прошлом году могла учиться поехать, но тогда не решилась.

Я ему едва до плеча достаю. Смотрю сейчас снизу вверх… вижу, как у него глаза темнеют… это так…

Одной рукой Бен держит меня за руку, другой вот сейчас осторожно дотрагивается до моей спины, сначала пальцами, потом ладонью, чуть меня к себе прижимая.

— Мне летом исполнилось двадцать, — сказал он. — Так что выходит, я всего на год тебя старше. Так обычно благородные мальчики ближе к восемнадцати получают аттестат гимназии и идут учиться дальше, а я вот не благородный, я раньше успел, но у меня и попроще аттестат. И уж очень хотелось сбежать из дома. А с тобой… если честно, то да, сначала почти как на ребенка на тебя смотрел, и это не вопрос возраста, пожалуй, это вопрос опыта. Ты такая домашняя и благополучная девочка, а я… ну, я не очень. У меня в жизни чего только не было. Но когда ты по гарпии шарахнула, — усмехнулся, немного сморщил нос, — понял, что стоит относиться серьезно.

— Если по гарпиям могу, то и по тебе могу тоже, если мне вдруг не понравится?

— Именно, — он довольно заулыбался, и очень осторожно коснулся губами моего лба. — К ручью пойдешь? Или потом сама?

Я невольно выдохнула. Уф… ну ничего такого прямо сейчас не будет, это просто разговоры. Я так сразу не готова. Просто он говорит, что я ему нравлюсь, и это так удивительно… И он мне нравится тоже. Потому что сейчас он ничего такого не пытается сделать.

К ручью? Лучше с ним, самой ходить тут у меня никакого желания.

— Да, пойдем.

Я даже рядом с Беном и то шла, постоянно поглядывая на небо. Насколько издалека я могу почувствовать приближение гарпии, если только магией? Вряд ли издалека, скорее к этому времени я уже успею увидеть или услышать.

— Потом к Черной скале пойдем, — сказал Бен. — Они там часто гнездятся. И лучше осторожно, не соваться прямо туда, а устроить засаду. Мы с Рико были, гарпии там по одному пути из ущелья периодически летают. Больше вечером и ночью, конечно. Но ночью, боюсь, я из арбалета не попаду. Ты хорошо в темноте видишь? Я вижу, но вот так, чтобы издалека попасть — вряд ли.

Да, я, пожалуй, тоже.

Вода в ручье ледяная, так, что сводит пальцы.

Я умылась немного. Мы набрали в котелок для каши и в кружки еще, чтобы прямо в них сварить кофе. Бен сказал, что для кофе он лучше магией нагреет, так равномернее и проще контролировать. А для каши надо побольше огня, там можно и нормальный костер развести.

Так что потом я взялась за кашу, а Бен за кофе.

А я все смотрела на него и пыталась понять — что-то изменилось для меня или нет? Как вообще все будет дальше?