Глава 20. Извинения дракона

Эльза вернулась в свои апартаменты. Одежда оказалась уже разобранной – аккуратно развешанной в шкафу, разложенной по полкам. Блондинка Ритан ждала ее, стоя у двери с почтительным, но напряженным лицом. – Госпожа, вам нужно выбрать платье к балу, – напомнила она. – Я сообщу дворецкому, и вам подберут украшения. Эльза посмотрела на нее спокойно. – У меня уже всё подобрано. Всё уже есть. Ритан моргнула, но промолчала. Эльза спросила: – А где Ася? Ритан чуть помялась, отвела глаза. – Ася отлучилась. Отпросилась куда-то. Эльза кивнула, ничего не сказала. – Помочь вам переодеться? – предложила Ритан, уже переступая порог, готовая услужить. И тут заметила. – О… госпожа. У вас одежда… – она не договорила. – Вся в катышках. И в каком-то мусоре. А на руках… у вас ранки. Позвать лекаря? Эльза усмехнулась. – Лекарь уже здесь. Всё в порядке. Иди. Я сама справлюсь. Буду готовиться к балу. Ритан поклонилась и вышла. *** Эльза переоделась, на ходу исцеляя себя магией, в легкое трикотажное платье, в котором удобно двигаться. Села на диван. Подумать. Взвесить. Она уже знала, какое платье наденет. Решение пришло еще в кустах, когда шипы впивались в кожу, а над головой шептались двое. Но оставалось другое – макияж. Для девушки лучший макияж – это свежая, сияющая кожа. А для этого нужны витамины. И спокойствие. И хороший сон. И пара хитрых лекарских составов, которые ускорят восстановление после стресса. Эльза вызвала слугу – не дворецкого, не Ритан, а простого парня, который дежурил у дверей. Заказала еду. – Апельсины, фрукты, зелень, немного мяса и яиц. И если есть – свежую петрушку, лимоны и оливковое масло. Слуга поклонился и ушел. Она села в медитативную позу. Закрыла глаза. Сначала – очищение. Она мягко прогнала магию по телу, едва ощутимо, собирая усталость и грязь в один комок, и вытолкнула наружу через пальцы рук. Сделала так три раза. Потом – запуск восстановления. Поток пошел теплее, глубже, заставляя клетки обновляться быстрее, подтягивая кожу, убирая синяки под глазами. В дверь постучали. – Войдите, – разрешила Эльза, не открывая глаз и не вставая. Вошел Ашер, выпрямился, окинул комнату быстрым взглядом и снова посмотрел на нее. – Госпожа, – начал дворецкий, – вы так и не выбрали платье. Настоятельно рекомендую определиться, иначе мы не успеем подготовить украшения. Эльза открыла глаза. Посмотрела на него спокойно, даже с легкой усмешкой. – Хорошо. Я готова рассмотреть варианты. Пусть принесут украшения ко всем платьям. Я посмотрю, что к чему, и решу. Ашер чуть склонил голову. – Будет исполнено. – И еще, – добавила Эльза, – мне нужны кое-какие лекарские составы. Настойка женьшеня и тонизирующий состав номер пять. Дворецкий замялся. Помолчал. – Госпожа, лекарские составы просто так не выдаются. Нужно разрешение… – Я целитель и выписываю их себе, – спокойно перебила Эльза. – Предоставьте их мне. Он посмотрел на нее долгим взглядом и ничего не сказал – ни да, ни нет. Кивнул и развернулся к выходу. Когда Эльза уже закончила восстановление и собиралась в душ, в дверь снова постучались. На пороге вновь стоял Ашер , в его голосе появилась стальная нотка: – Госпожа, вас вызывает Дерек Фортис. Я провожу вас. У вас на сборы не больше пяти минут. Эльза не шелохнулась. Только бровь чуть приподнялась. «Это и есть его: я зайду и навещу, – промелькнула язвительная мысль. – Так себе, если честно». Но реагировать сейчас она не планировала, потому что яркое шоу требует выверенной и спокойной подготовки. – Хорошо, – сказала она ровно. – Я скоро выйду. Дверь закрылась. Она осталась одна. Посмотрела на свои руки – чистые, ухоженные, без ранок. Кожа уже дышала, наливаясь здоровьем. Она провела пальцами по косе – и нащупала что-то мягкое и приятное. Свежий, еще не полностью распустившийся бутон. Нежный. Живой. Эльза взяла его в руки, покрутила, поднесла к лицу. Лепестки были насыщенно красными, бархатными. Она не помнила, когда успела его сорвать. Не помнила, как он оказался в косе, но он был здесь. И она решила: это знак! Она переоделась в красное платье, что предоставили ей во дворце. Оно легло на плечи как вторая кожа, струилось по фигуре. Распустила волосы, сделала мягкие волны – и уложила их так, чтобы они падали на плечи естественно, небрежно, будто сама природа постаралась. И закрепила на заколке этот бутон, аккуратно раскрыв его пальцами, помогая лепесткам распрямиться. Он стал больше. Ярче. Заметнее. Эльза посмотрела в зеркало. Выглядела она сногсшибательно. Платье оказалось не слишком вечерним – скорее легким, почти летним, воздушным, и хорошо подчеркивало фигуру. Красный цвет привлекал внимание и подчеркивал медовые глаза, свежесть лица. Кожа после медитаций и витаминов сияла изнутри, губы она сделала ярче, нанеся помаду в цвет бутона. Она вышла в коридор. Дворецкий Ашер ждал и удивленно замер – смотрел на нее, как на видение, как на что-то невозможное. Открыл рот и не сразу закрыл. На секунду его идеально вышколенное лицо потеряло маску бесстрастности. – Вам сюда, госпожа, – произнес он, наконец, и голос его дрогнул. Она медленно ступала, грациозно, чувствуя, как платье струится за ней, как бутон покачивается в волосах, как каждый ее шаг отдается эхом. Слуги, стражники, прохожие останавливались и глазели на нее. И она чувствовала восхищенные взгляды, и это приятно грело ее Эго, восстанавливая самооценку и гася все плохие мысли. На лице непроизвольно зацвела естественная улыбка… Когда человек счастлив, он улыбается, не замечая это. Ашер привел ее к главной лестнице, а дальше на первом этаже к выходу на небольшую поляну, где еще вчера Рина и Ким спорили про будущее стаи. Здесь оказался накрыт длинный стол. Несколько стульев, скамейки. Красивое спокойное место. За столом сидели: Астер, Рина, Румус и Дерек. Когда она вышла через открытую дворецким дверь, парни непроизвольно вздохнули. Дерек замер. Весь его вид – поза, лицо, глаза – говорили о том, что он потерял дар речи. Он смотрел на нее так, будто видел впервые. С восхищением. С восторгом. Эльза шикарно выглядела. И знала это. Она плавно подошла к столу, где Румус уже встал, чтобы помочь ей сесть на стул. Он непроизвольно потянул к ней руку, но Эльза прошла мимо, проигнорировав его. – Добрый день, Дерек…. Румус, Астер… Рина, – приветствовала она, расположив имена согласно иерархии в стае. И голос ее звучал нежно, даже заискивающе. Но это не предвещало ничего хорошего. – Ты попросил меня прийти, – сказала она спокойно Дереку. – Как видишь, я готовлюсь к балу и немного занята. Времени мало. Что ты хотел? Румус смотрел на нее с удивлением. Астер – с вежливым интересом. А Рина не взглянула вовсе и сидела чуть поодаль, опустив глаза в стол, напряженная, застывшая, будто ждала приговора. Дерек строго перевел взгляд на драконицу. – Рина, – требовательно сказал он. – Я жду. Эльза не вмешивалась. Стояла ровно, величественно. Рина, явно перебарывая себя, сжала руки в кулаки и выдохнула: – Эльза… извини меня. За мои слова. Я извиняюсь. Голос ее был напряженным, недовольным, но в нём слышалось и другое – боль. Эльза выдержала паузу, посмотрела на Рину сверху вниз – не высокомерно, а снисходительно, как взрослая на нашкодившего ребенка. – Я тебя прощаю, – безразлично ответила она. – И ты меня прости. Я не хотела тебя подставить – просто поехала по своим делам. Я взрослая девушка и сама решаю, как мне жить и что мне делать. Она мягко улыбнулась – примиряюще. – Давай мириться. И прекрасно проведем время, пока мы здесь. Она глянула на Рину, та всё еще оставалась напряжена. А Дерек смотрел на Эльзу, не сводя глаз, и протянул к ней руку так же, как Румус. Она повернулась к нему, улыбнулась так лучезарно, что у него перехватило дыхание. – Инцидент исчерпан, – сказала она. – Но мне пора. Она развернулась и, не дожидаясь ответа, не оборачиваясь, спокойно пошла прочь. Платье струилось за ней. Бутон покачивался в волосах. А в груди – там, где еще недавно горела боль, теперь поселилась тишина. Не прощение. А решение жить собственной жизнью, лучше всех – так, как она хочет. А она хочет наслаждаться своей второй молодостью, красотой и жизнью.