Глава 23. Искушение

Утро после бала выдалось теплым и неторопливым. Эльза позволила себе роскошь просто быть. Никуда не торопиться. Никого не спасать. Сначала была ванна. Ритан, ее верная помощница, подобрала идеальную температуру и предложила стандартные ароматические добавки. Но Эльза, будучи мудрее, выбрала две лечебные настойки: одну для увлажнения кожи, другую для полного расслабления. Она закрыла глаза, откинула голову на край и попыталась погрузиться в нирвану тишины. Однако несколько назойливых мыслей, словно непрошеные гости, не давали покоя. Рина! С одной стороны – не хотелось ей помогать. С другой – Эльза не любила несправедливость. И Рина, при всей своей колючести, была хорошей девушкой. Правильной. Сильной. Эльза понимала, что не простит себе, если не поможет ей. Но как передать информацию, чтобы, во-первых, не подставиться самой, а во-вторых, быть уверенной, что Рина всё поймет правильно? – Ася, – позвала Эльза, но появилась только Ритан. – Аси нет. – А почему? – Не знаю. – Тогда сходи узнай, – велела Эльза и вернулась к водному расслаблению... Но расслабляться не удавалось. И тогда она поняла: утихомирить их может только действие. Вода уже начала остывать. Для Эльзы это стало негласным сигналом: пора действовать. На завтрак она выпила два тонизирующих коктейля, съела несколько яиц с чем-то, очень напоминающим шпинат и авокадо. Но главным блюдом стала рыба – поистине волшебный вкус: запеченная, с хрустящей золотистой корочкой и нежной, тающей на языке серединой. Эльза ела с истинным наслаждением. Но ее взгляд был сосредоточен, выдавая, что она что-то обдумывает. Пару раз она грациозно повертела вилкой, видимо, прикидывая, как лучше ее использовать. Ритан, стоявшая неподалеку, тихо заметила: – Так не подобает леди. Эльза лишь улыбнулась, а затем поинтересовалась: – Так где, ты говоришь, Ася? – Не знаю. Она отпросилась еще с утра. На весь день. – Хм… – Но она еще во дворце. Сегодня никого не отпускают, пока не накормят всех оставшихся гостей. Она наверняка на кухне помогает, – отчеканила Ритан. – Вам не нравится, как я вас обслуживаю? – уже тише и с опаской спросила она. – Всё хорошо, – успокоила Эльза и уточнила: – А до скольких обычно спят господа? – До обеда… – усмехнулась Ритан. Эльза лишь стала активнее есть. Надо успеть… После завтрака – короткая медитация. Она направила энергию в нужное русло, чтобы все эти вкусности пошли в дело, а не отложились там, где не надо. Тело отозвалось приятной наполненностью и легкостью одновременно. Наконец-то в ее глазах блеснул огонек предвкушения. Прогулка. Ничто так не улучшает усвоение пищи, как приятное времяпрепровождение на свежем воздухе, особенно если воздух пахнет цветами и интригой. Она надела фиолетовое платье. Не бальное, то уже занимало полшкафа. Это другое – Дора дала ей из своих закромов. Платье с тонкими бретельками сидело по фигуре довольно хорошо, хотя книзу расширялось, создавая волны ткани и красивые оборки. Но была одна проблема: верх платья настолько открытый, что никакой бюстгальтер под ним не спрячешь. А гулять весь день без него было чревато конфузами. Но Эльзе нужно было именно оно. Она повертелась перед зеркалом и вдруг вспомнила про целительский скотч – тот самый, телесного цвета, который лекари использовали в лазарете, чтобы фиксировать рану и лекарство на ней. Клейкий, но нежный к коже. Настоящая находка. Она аккуратно наклеила его в форме корсета на талию и грудь, сделала так, чтобы ничего не было заметно, и надела платье. Выглядело это сногсшибательно. Фиолетовый цвет ей прекрасно шел. Ткань струилась по фигуре, открывала плечи, подчеркивала грудь. Всё остальное – кожа, волосы, легкий загар после двух недель в пустыне – играло на контрасте. Украшения к фиолетовому платью у нее были. Длинные серьги в стиле «мистик» – с переливами, с фиолетово-лиловым отливом. Она покрутила их, примерила, но что-то было не то. Не хватало. Не зашло. Тогда Эльза открыла коробку с ожерельем. Большое, достаточно дорогое на вид – из той же серии «мистик», переливающееся разными цветами от фиолетового и лилового до сине-зеленого. Ожерелье обычно носят на шее, но Эльза сделала иначе. Ритан собрала ее волосы в «мальвинку» – так, что спереди они казались пышными, красиво собранными. А сзади – полная свобода: длинные, светло-каштановые пряди падали мягкой волной, шевелились при каждом шаге и жили своей легкой, независимой жизнью. А ожерельем украсила прическу так, что, когда Эльза поворачивалась, сзади открывалась неожиданная красота. Украшение сияло в волосах, притягивало взгляд. Ритан неподдельно восхищалась. Это украшение делало образ дорогим и красивым. И никто раньше так не носил. Эльза посмотрела в зеркало и улыбнулась. Даже она не ожидала, что будет так красиво. «Хорошо, – сказала она себе. – Просто отлично». Эльза вышла в сад. У нее была цель. В прошлую прогулку она заметила, что где-то здесь растут фиолетовые цветы. Не такие, как везде, более нежные, более яркие. Ей захотелось сорвать несколько, чтобы украсить прическу. Но была и другая причина, более щекотливая. Если кто-нибудь заметит ее у того самого места – у кустов, где вчера тайно встречались Астер и Ася, – она скажет, что ищет фиолетовые цветы. К фиолетовому платью. Логично. Не придерешься. Но прежде, чем найти то самое место, она несколько раз прошла мимо фиолетовых цветов, будто не замечая их. Она шла, вроде бы гуляя, но четко зная, куда идти, и наблюдала за территорией вокруг. Никого точно не было, когда она уже подходила к той самой зеленой беседке. Шаг ее стал тихим, спокойным, медленным. Заглянула вглубь. Никого. Ни Астера, ни Аси, ни души. Разочарование смешалось с облегчением. Она стояла в раздумьях, куда теперь пойти, оставить ли какой-нибудь привет молодым любовникам и, вообще, стоит ли лезть в это дело или нет. Она любовалась садом: в еще утреннем свете и тишине сад казался волшебным. Эльза развернулась и пошла в направлении своей беседки, как тут почти физически столкнулась с Кимом. Он был немного взволнован, задумчив, взгляд его был устремлен в себя, между бровей пролегла морщинка, и он нервно тер пальцем правой руки рот, казалось, он хочет заставить себя молчать или раздумывает, говорить или нет. Эльзу он заметил, скользнул взглядом по ней, почти незаметно кивнул и пропустил вперед. Эльза пошла гордо, чинно. И уже сделав пару шагов, услышала слова Кима. – А ты что тут делаешь? – возмущенно спросил он, недоумевая, будто подозревал Эльзу в чём-то очень-очень неприличном. Эльза состроила невинные глазки, обернулась, обдав Кима обворожительной улыбкой, и мило прощебетала: – Я ищу фиолетовые цветы. К одежде. Она сделала пас рукой, указывая не то на цвет платья, не то на свои шикарные формы, и устремила на Кима острый, игривый взгляд. – А ты что здесь делаешь? Возникла почти гробовая тишина. Ким напрягся, всё его хорошо тренированное тело стало одной натянутой пружиной, воздух стал гуще. – Э… гуляю… – ответил он охрипшим голосом. Эльза блеснула глазами, кажется, она искала бронзу, а нашла золото. – Ким, – примиряюще, заискивающе обратилась Эльза. – Поможешь найти фиолетовые цветы? Напряжение Кима спало, он оглядел ее с ног до головы одобрительно. – Конечно, – он поравнялся с ней. – Хорошо выглядишь, – заметил он без намека на смущение. Эльза одобрительно кивнула. Они пошли вместе, сначала поговорили о всякой ерунде – о погоде, о местах, что стоит посетить во дворце. О бале почти не разговаривали, Ким только многозначительно заметил, что Эльза выглядела шикарно, но для драконов важна иерархия. К чему он это сказал, Эльза не стала уточнять, а решила действовать по-другому. Она спросила Кима почти напрямую, остановившись на мгновение и повернувшись к нему: – Почему такой сильный, умный дракон из древнего влиятельного рода присоединился к стае Дерека, вместо того чтобы создать свою собственную стаю? Ким замер от вопроса, их взгляды вновь встретились. И в этот раз Эльза смотрела изучающе, но в ней читалось новое, еле уловимое тепло. Не дождавшись ответа от него, Эльза продолжила: – Мне кажется, что ты в стае по собственным причинам. Ты хочешь получить тут что-то особенное. Она улыбнулась, смотря, как Ким нервно сглотнул. – Что-то или кого-то? – закончила она и, увидев реакцию, спокойно отвернулась. Она продолжила идти как ни в чём не бывало, хотя улыбка с ее лица больше не исчезала. – Ну кто я такая, чтобы осуждать или мешать любви?! Я скорее из тех, кто всегда хочет помочь любви, – говорила она обыденным тоном, будто о погоде. Рядом, на шаг позади, шел Ким, который вроде как вел ее к цветам. Он был молчалив, на лице его отражались разные эмоции: недовольство вопросом, стыд за то, что он как открытая книга, и какая-то вселенская грусть. – Ты знаешь, я сильно пересмотрела свое отношение к драконам, – сказала она, разворачиваясь к Киму на перекрестке. Он указал налево, и они продолжили движение. – В частности, к Астеру. Мне раньше казалось, что они с Риной идеальная пара. Но вот что я подумала… – рассуждала она, когда они уже подходили к огромной клумбе фиолетовых цветов. Ким неожиданно быстро поравнялся с ней, его взгляд стал более заинтересованным. А Эльза вдруг показала рукой на клумбу, на цветы, что она хочет. Ким послушно нагнулся сорвать их. – Так что ты подумала? – прозвучало из клумбы. Но Эльза уже огибала другую клумбу, смотря на пыльно-розовые пионы. Ким подошел к ней с цветами сзади и уже с нетерпением спросил: – Что ты подумала? Мимо прошло несколько служанок, неся подносы с едой. Эльза сделала вид, что смутилась, и прошептала Киму: – Не важно… не мое это дело. Взяла букет цветов и, сделав элегантный книксен, исчезла во дворце. Еще через несколько минут в своих апартаментах она уже надевала браслет, сделанный из букета васильков и фиолетовой ленточки, и паковала черные бриллианты и кое-какую одежду… – Карета подана, – сообщил Ашер. – Вы уверены, что сейчас время уезжать? После обеда господа явно захотят обсудить бал. Не лучше ли было бы ожидать их аудиенции во дворце? – со сдержанным нажимом повторил дворецкий. Но Эльза лишь помотала головой. – В любом случае я передал Дереку, что вы уезжаете. Вы можете сообщить мне больше деталей, госпожа. Надолго ли вы уезжаете, куда, Рина будет вас сопровождать? Все еще спят. Подождите, пока все проснутся. Но Эльза, не отвечая, уже выходила из апартаментов. Солнце уже начинало припекать, день обещал быть ярким, прекрасным и интересным. Дерек примчался, когда Эльза уже подходила к карете. С ним был Румус. – Ты сказала «я уезжаю», – Дерек выглядел растерянным. – Но куда? Зачем? Мы не поняли. – Я уезжаю в город, – спокойно ответила Эльза. – У меня встреча. – Мы поедем с тобой, – заявил Румус. – Нет. Она посмотрела на них по очереди. – Сейчас у меня встреча, и я хочу поехать одна. Если мне понадобится помощь, я напишу. Я вернусь вечером. – Возьми хотя бы Рину… – Мне не нужно, чтобы кто-то присутствовал на моих встречах, – перебила Эльза. – Всё. Я поехала. Дереку это не понравилось. Румусу тоже. Но они не нашли, что возразить. Они смотрели, как она садится в карету и не могли отвести глаз. Платье с тонкими бретельками открывало плечи и руки – с небольшими, но заметными мышцами. Ткань струилась по фигуре, и грудь, красиво подчеркнутая, стояла упруго и высоко, хотя было совершенно непонятно – как, потому что никакого нижнего белья не угадывалось. Когда она повернулась, они увидели спину. Фиолетовое колье сияло в ее пышных волосах, вплетенное в прическу «мальвинку» – шикарно, неожиданно, как корона. А когда она уже заносила ногу в карету, то поправила волосы рукой – и браслет на правой руке с васильками сверкнул на солнце. Красиво. Очень. Они стояли и молчали. Оба слегка растрепанные, еще не проснувшиеся и растерянные. Карета тронулась.