Глава 42. Разбитое зеркало

Эльза сидела на полу, прислонившись спиной к кровати, и смотрела в одну точку. В комнате стало темно, только луна заглядывала в окно и рисовала на стене бледный прямоугольник света. Подруги нашли ее в таком состоянии через несколько часов после того, как она вернулась от Румуса. – Эльза? – Дора осторожно приоткрыла дверь. – Что случилось? Дерек написал, что тебя лучше поддержать. – Всё хорошо, – ответила она ровным голосом, но пустым, слишком пустым. – Я просто хочу побыть одна. – Ну уж нет, – Дора медленно вошла в комнату, за ней – Ирма. – Мы тебя не бросим. Рассказывай. Эльза молчала. Но потом слова полились – сначала медленно, потом быстрее, будто прорвало плотину. Про Румуса. Про то, как она слышала, как он торговался. Про то, что она для него оказалась разменной монетой, товаром, который можно продать. – А ведь я считала деньги, радовалась, – сокрушалась она с горькой усмешкой. – Думала, всё хорошо. А оказалось… я для них – просто товар. Дора сидела, сжав кулаки, а Ирма гладила Эльзу по плечу и молчала, потому что слова тут бессильны. – Но самое страшное, – продолжала Эльза, – я ведь знала, что он скользкий. Игнис говорил. Дерек говорил мне. А я слушала сердце, а не голову. И теперь… Она не договорила. *** На следующий день академия гудела. Новость разлетелась с такой скоростью, будто у нее выросли крылья. В коридорах, в столовой, на лекциях – везде шепот, шушуканье, взгляды, брошенные исподтишка: «Слышала? Румус продал Эльзу. Да, ту самую, целительницу. Он хотел ее продать, как лошадь». Эльза шла по коридору и чувствовала, как эти взгляды впиваются в спину. – Дора, ты обещала никому не говорить, – прошептала она, когда они остались вдвоем. – Я никому и не говорила! – вспыхнула Дора, и в ее глазах отразилась искренняя обида. – Клянусь, я хранила всё в тайне! Эльза вздохнула. «Тогда кто же?» – пронеслось у нее в голове. Потом она вспомнила улыбку Игниса. Как он подначивал, подталкивал… Он предупреждал, но как будто заранее знал. – Игнис! – воскликнула она вслух. И в этом имени не было вопроса. *** Крэг узнал новости позже всех, но реакция его оказалась самой бурной. Он уже схватил боевой молот, но Кайл перехватил его буквально у двери: – Стой! Ты куда? – Убью! – голос Крэга прозвучал страшно – глухо, как подземный гул. – Он посмел так с ней… он продавал ее, Кайл! – Я знаю, – Кайл крепче сжал руку друга. – Но ты подожди. Сначала узнай, что сама Эльза думает. Может, она хочет сама его убить? Крэг замер. Подумал. Кивнул. Потом медленно опустил молот. – Ты прав, – согласился он. – Сначала к ней. Орк появился у дверей ее общежития в сумерках. Постучал. Она открыла и на мгновение замерла: Крэг в дверном проеме смотрелся огромным, словно слон в посудной лавке. Она его впустила. Он пошел к стулу. Стул под ним жалобно скрипнул, будто прощался с жизнью. – Я всё знаю, – сказал он прямо, без предисловий. – И я готов. Если скажешь – я разберусь с ним. По-мужски. Обломаю ему рога и вставлю… в другое место. Эльза удивленно моргнула, потом уголки ее губ дрогнули, и она впервые за два дня улыбнулась. Она опустила глаза. – Я знала, что он скользкий. Игнис говорил, сам Дерек говорил, что он мне не подходит. Да и у меня были кое-какие сомнения, но всё же я предпочла думать, что это всё – попытки нас рассорить. И я не слушала их. Она замолчала, провела рукой по лицу. – И теперь так больно… Крэг вздохнул, буркнув: – Прости. Я должен был тебя защитить от него. Я узнал, что афродизиак подсыпали тебе по его заказу. Но не рассказал тебе сразу, подумал, что ты не поверишь или подумаешь, что я вмешиваюсь в ваши отношения. И этот случай я попросил не афишировать. Вейлон сказал, что разберется тихо. – Подлец! – скрипнула Эльза зубами, и взгляд ее стал воинственным. – Всю жизнь у меня будешь от ревматизма страдать. Крэг слегка улыбнулся, наклонился вперед – огромный, сильный, уверенный – и сказал ровно: – Есть способ отвлечься. Черная вылазка. Когда сосредоточен на деле, время бежит быстрее. И все заботы уходят прочь. Эльза подняла на него глаза: – Прямо сейчас? – А что тянуть? – Крэг усмехнулся. – Собирайся! Там, где мы будем, тебе некогда будет думать о предателях. И она, сама не зная почему, кивнула. Ей хотелось вырваться. Убежать. Вдохнуть свежий воздух, в котором нет запаха лжи. – Идем, – сказала она. Крэг встал, и под ним стул издал последний вздох и развалился. Он всегда оказывался рядом, когда он нужен. И этого достаточно. Хотя теперь ей нужен новый стул.