Глава 6

Еще раз прошлась пальцами осторожно по коже вокруг шва, проверяя припухшие ткани. Мужчина был бледен. Только сейчас перевела взгляд на лицо, впервые обратив внимание на его внешность, до этого как-то не до того было. «А он красивый» — мелькнула мысль. Прямые черные брови, тонкие губы будто улыбались, широкие скулы. И волосы, что роскошными кольцами разметались вокруг головы. На мочках ушей красовались сережки. Не скажу, что для меня это было необычно, в высшем свете и не на такое насмотришься, но здесь, в совершенно ином мире, это было странно. Не выглядели небольшие серьги украшением. Мочки ушей проколоты, колечко проходило насквозь, но стыка и в помине было. Интересно, каким образом так можно закрепить их? На небольшом кольце свободно передвигались символы-подвески, вот они крепились обычно, через небольшое ушкО. Убедившись в завершении операции, дотронулась до странных украшений. В тот самый миг меня, раненного, и все небольшое пространство вокруг накрыл магическая вспышка.

— Капитан! — раздался встревоженный голос лейтенанта, а затем меня смело одним резким рывком, вырвав из-под воздействия магического поля.

— Что это было? — судорожно сглотнула.

— Капитан, вас никогда не учили очень осторожно обращаться с символами в других мирах? — спросил недовольным тоном Страйк.

— Обычно в другие миры я отправлялась в отпуск, и под надежной охраной, — повинилась тут же я.

До меня уже дошло, что именно мое прикосновение к побрякушке на левом ухе аборигена активировало магию. Лейтенант все еще прикрывал меня своим телом от магического поля, и я начала возится под ним, пытаясь обрести свободу передвижения.

Лейтенант понял мое желание, но отодвинулся в сторону только когда, оглянувшись назад, понял, что опасность не угрожает. Мужчина в очередной раз рискнул собой, чтобы прикрыть меня от взрыва. Вот только перед моим взглядом происходило что-то непонятное.

Голубая дымка под сферическим куполом, принятым мною за взрывную волну, окутывала неподвижное тело раненного, при этом было видно, что она активно взаимодействует с живыми тканями. Не могу толком объяснить, но было такое чувство, что магия входит в тело аборигена и, кажется, регенерирует его. Странно: только помечтала о градиосе, и вот странные побрякушки на мочках ушей мужчины воздействуют примерно так же, как мой необходимый аппарат.

— Что там за символы были? — спросил меня старлей, выводя из задумчивости.

— То ли молния, то ли змея, — озадаченно ответила ему.

— Похоже, что они как-то соединены с этим аборигеном и сейчас вкачивают в него магию, возвращая к жизни, — произнес Страйк, не сводя внимательного взгляда с раненного.

— Думаешь? — только и успела спросить.

В тот же миг местный абориген подскочил на ноги с грозным горловым звуком, будто собирался напасть, выдал оглушающий клич, взмахнул руками и повернулся в нашу сторону.

— Началось, — почти по слогам сказал старший лейтенант, и в его руке оказалось оружие, стреляющее пульсарами.

Такие были только на вооружении в армии, оно било на поражение, нанося ощутимые раны. После пульсаров весьма сложно было вновь поднять раненного на ноги. Не люблю такое оружие. Я со смесью страха и неудовольствия, что сейчас старлей одним выстрелом уничтожит дело рук моих, переводила взгляд с аборигена, быстро набиравшегося сил, на Страйка.

В этот момент мой пациент пошатнулся и упал на одно колено, оружие, готовое выстрелить, дрогнуло в руке моего спутника. Я же, не задумываясь, бросилась бегом, подскочив на ноги, к аборигену. Как врач, я прекрасно понимала, что после кровопотери мужчине необходим покой, а не такие резкие движения, тем более спровоцированные магией, а не собственными силами.

Обхватила за плечи и постаралась вновь уложить своего пациента, но он оказался упрямым. Не желая сдаваться, он вскинул голову, и мы встретились взглядами.

— Я врач, а вы только что перенесли операцию, не делайте резких движений, — сказала ему и вновь попыталась уложить мужчину на прежнее место.

В ответ абориген что-то гаркнул мне, и переводчик послушно произнес на родном языке:

— Уйди, женщина!

Разумеется! Мои слова о том, что я сделала ему операцию и вернула жизнь, остались без внимания.

— Я врач, — уже с нажимом произнесла, — Я только что сделала тебе операцию и вернула к жизни. Твои сережки, — показала рукой на свои уши и потом показала на его побрякушки, — помогли тебе восстановиться.

Ошарашенный взгляд стал ответом на мою информацию. Мужчина замер в неестественном полупоклоне, и уже готов был подчиниться нажиму с моей стороны и лечь на подстилку, перепачканную его кровью, как к нам сделал шаг старший лейтенант. Абориген тут же вскинулся и потянулся рукой за откинутой в сторону палкой.

— Это мой напарник, он мне помогал, — тут же поспешила внести ясность.

Кольцо на моей шее послушно что-то крякало на местном диалекте, переводя мои слова. Абориген смотрел ошарашенным взглядом на устройство, потом переводил недоумевающий взгляд на мои губы, затем снова прислушивался к переводу.

Чувства его я понимала легко, сама находилась в какой-то нереальной прострации. Незнакомый язык, переводчик, старающийся донести мою мысль до пациента. Но сейчас главным были не чувства мои или чужие, а здоровье только что прооперированного мужчины. Даже в моей суперсовременной клинике ни один пациент не вскакивал через нескольких минут, как отошел наркоз. Тут мы без него обошлись, конечно, но все же не стоит так быстро вскакивать на ноги и пытаться убить собственного хирурга с помощником.

— Вы странно выглядите, — вновь послушно перевело каркающую речь устройство на моей шее.

— Мы, э-э-э… — замялась, оглядываясь на Страйка.

Как объяснить аборигену, что мы из мира людей, обследующих его Волшебный мир для дальнейшего захвата территории? Ведь прибьет, несмотря на свое ранение!

— Старший лейтенант Страйк, это капитан Норд, — подойдя ближе, представился мой спутник, — регулярная армия Союза.

— Союза? Что-то не слышал о таком государстве, — покачал головой пациент.

— Это другой мир, — начал объяснять старлей, — Точнее, объединение нескольких миров, отсюда такое название.

Несколько секунд мужчина рассматривал нас, одежду, мои инструменты, которые начала собирать в свою сумку, предназначенную не только для хранения, но и чистки и дезинфекции. Пока абориген приходил в себя, я времени не стала тратить, а спокойно упаковывала свое имущество. Что бы он там себе ни решил, а лучше все иметь под рукой.

— Раз вы спасли меня, то теперь я считаю себя вашим должником, — спустя некоторое время решился возобновить разговор абориген, — Мое имя Аргус.

— Денира, — протянула ему руку для пожатия.

Мужчина с некоторым сомнением посмотрел на нее, а потом накрыл мои пальцы своей широкой ладонью, пожав в знак приветствия. Что ж, может быть, не все так плохо? Будем надеяться, что один друг в этом неизученном мире у нас уже есть.

— Лейтенант Страйк, — после моего представления протянул руку аборигену старлей.

— Оба военные? — поинтересовался мой пациент, усевшись удобнее на подстилке.

Видно было, что он несколько освоился с ситуацией, и теперь расспрашивает нас из любопытства. Его палка лежала все так же в стороне, а сам он проверил мои слова, пощупав шов, уже почти заросший на груди. Удивительно, что магия способна творить такие вещи. Все же градиос позволяет быстро восстанавливаться, но ему далеко до таких вот высот регенерации.

— Я врач, хотя и служу в армии, — при последних словах покосилась на старлея, ожидая едких замечаний в свой адрес.

На вопрос Аргуса Страйк только кивнул утвердительно, не вдаваясь в подробности. Я же вновь пожалела, что не просмотрела сеть на предмет специфики моей части. Как-то не очень волновало: зная, что сама буду хирургом, пусть и военным, но при этом не представляла даже, какой род войск у моей части. Старательно делая вид, что все так и должно быть, отошла к сумкам, вытащенным из самолета страшим лейтенантом. Мой спутник уже находился там и что-то распаковывал.

— Какой у нас теперь план спасения? — тихо спросила Страйка.

— Сейчас соберу мобиль, а потом постараемся определить направление, где возможно искривление пространства, — спокойно ответил мне спутник, будто о развилке на автобане.

Может быть, ему привычно такое положение дел, а вот у меня начиналась тихая паника. Если во время операции все было просто и знакомо, потому мне удавалось сохранять уравновешенность внутри себя, то сейчас с каждой минутой мне становилось все хуже и хуже.

— Откуда у нас мобиль? — спросила я, стараясь отвлечься от слишком паникерских мыслей.

— Из самолета вынес, — спокойно ответил старлей и продемонстрировал мне детали обшивки.

В моем понимании, мобиль должен быть из чего-то, похожего на металопластик, здесь же только основа твердая, а вот обшивка напоминала прорезиненный брезент или мягкий пластик. Я не автолюбитель, чтобы точно опознать материал, но, видимо, для армии специально такие производят. Легкие, которые можно быстро собрать, как конструктор, мобили. Засмотрелась на то, как ловко старлей соединяет все части, я бы даже под руководством инструктора такое не повторила бы.

На моих глазах из разрозненных частей мобиль обрел свои формы буквально за полчаса. Аргус, немного отсидевшись в стороне, подошел к нам и тоже с интересом наблюдал за ловкими движениями старшего лейтенанта. Тот не прятался и не пытался что-либо скрыть от аборигена, но в то же время не позволяя тому сунуть руку хоть к какому-то предмету. Я же не претендовала на то, чтобы поучаствовать в процессе, меня вполне устраивало, что военный сам занялся этим сложным делом.

Когда же Страйк поставил панель управления и подключил все разъемы, вспыхнула карта местности и началось сканирование, приборы при этом возмущенно попискивали. Аргус недовольно хмыкал и пытался сунуть любопытный нос даже сюда. Я же махнула рукой на мужчин, пусть сами разбираются между собой. Страйк односложно отвечал на вопросы местного, стараясь выдавать минимум информации, мне оставалось лишь ожидать, когда старший лейтенант сделает выводы и сообщит направление.

— Нестабильное искажение пространства находится недалеко, — наконец-то произнес мой спутник, — Несколько километров в сторону.

— Нестабильное? А это не опасно? — тут же подошла ближе к мобилю я.

— К стабильному придется даже на мобиле несколько дней перемещаться, — ответствовал Страйк.

Час от часу не легче! Я-то надеялась уже сегодня обосноваться на новом месте, а теперь придется в этом мире потерять несколько дней.

— Нас будут искать?

— Разумеется, будут, — согласился со мной Страйк, — Но они сначала будут сканировать уже изученные миры, и лишь потом перейдут на такие, как этот.

— Разве наш самолет не передал данные? — удивилась я.

— Передал. Только в этом мире нет стационарных передатчиков.

— И что это значит? — спросила я, предчувствуя только плохое.

— Сигнал о том, что мы вылетели из нашего пространства, ушел, а том, где мы оказались, некому передать, — с абсолютным спокойствием сообщил мне старший лейтенант.

— Замечательно, — выдохнула я недовольно.

— Я был здесь на разведке, — едва слышно произнес Страйк, понизив голос, чтобы Аргус не услышал.

— Да? — тут же оживилась я.

— Агрессивных племен здесь нет, но все же нужно быть осторожными, — так же едва слышно продолжил старлей, — у них здесь монархия.

— В смысле, королевская власть? — задумчиво потерла переносицу.

— Императорская.

— А еще вы во владениях Руперта Сурового, — неожиданно раздался рядом с нами гортанный голос Аргуса.

— Это еще кто такой? — повернулась к нему я.

— Руперт — самый кровожадный бандит в нашей Славной империи, — сказал мужчина так, будто гордился наличием в своем государстве такого головореза.

Волшебный мир уже начинал мне определенно не нравиться. Императорская власть, нет нормального перехода, магического барьера в помине нет! Зато есть недовольный старший лейтенант и весьма любопытный местный абориген, который, быстро оправившись после операции, теперь кидал в мою сторону заинтересованные взгляды. Уж не знаю, что носят в этом Волшебном мире женщины, но по моему мнению, армейская форма сидела на фигуре безобразно. Тут еще надо поработать над фасоном, чтобы это прилично смотрелось. Только кареглазого мужчину это нисколько не смущало. Он провожал глазами любое мое движение и, встретившись со мной взглядом, расцветал в улыбке. Сначала меня это не беспокоило, только потом специально стала держаться от него на расстоянии, прячась за глыбообразную фигуру старлея. Моему спутнику эти игры в пятнашки порядком надоели, и в тот раз, когда я, перемещаясь преимущественно задом, отдавила Страйк ногу, он не выдержал.

— Капитан, прекратите за меня прятаться!

— А почему он на меня все время смотрит? — косясь из-под его руки на аборигена, недовольно спросила старшего лейтенанта.

— Если человеку задать вопрос, то вполне можно получить на него ответ, — буркнул этот профи в политике ведения переговоров с местным населением незавоеванных миров.

— Как я у него спрошу? — задала риторический вопрос, не особо ожидая ответа, и все же я его получила. Причем совершенно в неожиданном виде, то есть уколом под лопатку!

— Ай! — взвыла тут же от неожиданности и болезненности укола, — Ты что творишь?

— Это капсула, — спокойно ответил мне старлей, — ускоряющая обмен веществ в организме.

— Зачем это мне? — недовольно спросила, потирая больно ноющую лопатку. До места укола дотянуться не получалось, руки не той длины.

— Она поможет быстрее изучить язык местных, ускоряя обмен между нейронами головного мозга. Тогда можно будет разговаривать, не пользуясь переводчиком, — прояснил он ситуацию.

— Предупредить нельзя было?

— А что бы это изменило? — пожал плечами в ответ Страйк, укладывая наши вещи в мобиль.

— Я бы подготовилась как-то, — недовольно буркнула ему.

Старший лейтенант занялся утрамбовкой вещей дальше, больше не обращая на меня внимания. Аргус же, пронаблюдав сцену между нами, подошел к нам ближе и внимательно осмотрел Страйка.

— У тебя очень быстрая реакция, — внимательно наблюдая за действиями мужчины, сказал абориген, — Я не заметил, как ты достал оружие.

— Это был шприц, — все еще недовольным тоном сообщила ему, вовсе не собираясь жаловаться на самоуправство старлея.

— Раз он нанес тебе ощутимую травму, значит, оружие, — со знанием дела сказал Аргус.

Объяснять ничего не стала, тем более Страйк как раз уложил все вещи в мобиль. Осталось распрощаться с местным и отправляться в путь. Поняв, что абориген не собирается нас покидать, а очень активно интересуется всем, что между нами происходит, тем более что переводчик послушно все до него доносил на местном диалекте, мы старались с моим спутником не обсуждать дальнейших планов. Нам необходимо быстро добраться до места, не афишируя их. Однако, как оказалось, у Аргуса на этот счет были свои соображения.