Глава 8

— Он вор? — с недоумением спросила Страйка.

Ответом был холодный взгляд и пожатие плечами. Разбойники вокруг подступали к нам, смыкая кольцо. Вокруг раздавались недовольные возгласы, сыпались предложения, как расправиться с лихим вором, оставившим бандитов без законной добычи, а так же стали раздавались угрозы и подозрения в наш адрес. Вроде бы мы с Аргусом за одно, а значит нас нужно подвергнуть такому же наказанию, как и нашего спутника.

Мы со Страйком были не согласны с такой постановкой вопроса, а Аргус сыпал заверениями, что ему приписали чужие заслуги, а он в прошлом месяце вообще в другом месте был. Старший лейтенант спокойно вложил в свои ладони оружие с явным намерением оказать сопротивление, если нам будет угрожать реальная опасность.

И тут начался штурм нашего мобиля. Аргус, поняв, что отступать дальше некуда, запрыгнул обратно к нам в салон, а Страйк закрыл прозрачный купол. Даже если разбойники увидели скользящее движение, то особо не поняли, что бы это означало. Их оружие начало прицельный обстрел с небольшого расстояния. Пули ударялись о купол, усиленный магией, выбивая искры, рикошетили. И хотя я знала о том, что никаким оружием невозможно пробить корпус легкого мобиля, мне было жутко ловить взглядом направленные на нас дула, изрыгающие пламя вместе с вылетающими пулями.

— Аргус, ты же говорил, что знаешь пароли, — недовольно произнес Страйк.

— Конечно, знаю, — ответил тот, вздрагивая от сыпавшихся градом звуков, — Кто ж знал, что они узнали о моем удачном деле?

— Так значит, это все-таки ты украл то золото? — теперь уже я поинтересовалась.

— Ну, я, — сознался вор.

Тон у него был неуверенным, и варьировался от довольного собой, что ему удалось такое рискованное дело, и до полного раскаяния в тщете своей выжить в этой переделке.

— Если бы мы этого вора с собой не взяли, то давно уже долетели до холма, — сказал Страйк.

— Не долетели бы, — тут же отозвался Аргус.

— Ты бы нас в еще какую-нибудь засаду направил? — резко развернулся к нему старлей и направил на нашего пассажира оружие.

— Нет, конечно! — шарахнулся тут же назад к спинке сиденья вор, — Ловушки эти недавно поставили. Только думаю, она не одна, наверняка Руперт ими снабдил весь лес. И завал тот не просто так там образовался.

— Слушайте! Хватит о ловушках рассуждать! — врезалась в их разговор, — Делайте что-нибудь! Нас же здесь сейчас взорвут!

Действительно опасность только нарастала. К мобилю через небольшую площадь уже катили какое-то орудие, которое опознала по направленному в нашу сторону жерлу, причем калибр явно претендовал на то, чтобы переместить наше транспортное средство вместе с пассажирами в мир иной.

Мужчины оглянулись на грозную пушку, прониклись серьезностью проблемы и прекратили пререкаться. Страйк стал что-то быстро нажимать на приборах, задавая программу обороны. Об этом догадалась по тому, как всплывали команды оповещения, что именно включилось и готово к работе. Кажется, старший лейтенант решил принять бой. Вокруг нас начали открываться небольшие порталы, а в них просовывались жерла уже нашего оружия. Это немного охладило пыл нападающих, но в то же время активировало деятельность вокруг огромной пушки. Я сжалась в своем кресле, тихо попискивая от испуга. Мне уже казалось, что папин план с замужеством был не такой уж пыткой в противовес тому, что сейчас я вполне могу переселиться в мир иной с минуты на минуту.

Залп! Причем одновременный от нас и от разбойников. Наши пульсары выдали заряды, подпитанные магией и устремились в людей, а в грозное, направленное на нас оружие, которое в свою очередь изрыгнуло пламя. Снаряд размером с огромную дыню со свистом рассек воздух и долбанул в прозрачный купол. Гром, пламя, мой визг и трещины, разбежавшиеся по мощному стеклу. Пламя от взорвавшегося заряда окутало нас, наполняя салон мобиля едким газом. Я закашлялась, а Страйк сделал еще один выстрел, добивая остатки огромной пушки. Разбойники бесславно начали отступление, стараясь спрятаться за выступающие углы каменных зданий. Обстрел нашего транспорта с их стороны продолжался, не принося никаких новых повреждений.

Система безопасности начала попискивать, оповещая, что трещины могут быть восстановлены. Корпус окутала зеленоватая дымка магии, немного смазав обзор и в то же время проникая внутрь трещин. Неорганическая магия принялась за свою работу, восстанавливая материал, из которого был изготовлен купол. Система вентиляции очищала воздух в салоне, разгоняя смрад и давая чистый кислород.

Я отняла руки от лица и стала встревожено оглядываться. Страйк изредка посматривал на нападавших и был занят системами мобиля. Аргус сидел с обалдевшим видом на заднем сиденье и никак не мог прийти в себя от произошедшего. Вид у него был такой, будто он уже попрощался с жизнью и сейчас не понимал, каким образом вдруг задержался на этом свете. При этом отказывался верить, что угроза прошла.

— Выпустите меня! — совершенно нелогично потребовал вор.

— Куда? Хочешь, чтобы люди Руперта тебя растерзали? — кинул через плечо Страйк.

— Я … я … я, — он не знал, что сказать, но инстинкт ему подсказывал, что пора бежать.

Спасение пришло с неожиданной стороны. В какой-то момент мы почувствовали, что перестрелка перестала быть такой интенсивной, а в конце одной из улиц показались несколько человек. Эта группа приближалась к нам не торопясь, люди, заметив их, присоединялись, и к тому моменту, когда подошли к нам, вокруг уже снова собралась огромная толпа. Вновь крики вокруг нашего мобиля стали агрессивными и весьма радостными.

— Руперт, — выдохнул Аргус.

Я с интересом и беспокойством стала рассматривать подошедшую к нам группу, стараясь опознать предводителя этих разбойников. Расстояние было достаточное, и все же одна огромная фигура выделялась на общем фоне. Это был высокий мужчина с длинными каштановыми волосами, уверенная поза выдавала в нем главного среди всего этого безумия. Уважительные жесты в его сторону лишь утверждали меня в мысли, что это и есть тот самый Руперт. Главный разбойник слушал то, что ему рассказывали, а так же он скользил взглядом по нашему мобилю и посматривал на дымящиеся останки своей пушки. Я переводила встревоженный взгляд с него на Страйка, ожидая от последнего каких-то решений. Аргус как-то сжался на заднем сиденье, потрепанная одежда придавала всей его фигуре поникший вид.

— Лесной народ приветствует вас, — вдруг раздался громкий мужской голос над площадью.

Наш переводчик послушно передал слова Руперта, а это именно он их произнес, а затем вокруг воцарилась тишина. Страйк немного помедлил, разглядывая главу разбойников, а затем нажал на кнопку, и купол с тихим шелестом соскользнул в сторону. Затем старший лейтенант поднялся с кресла и соскочил на землю рядом с мобилем. Я поначалу замешкалась, а потом последовала его примеру.

Представляю, как мы странно смотрелись среди местного населения. Наша военная форма со множеством карманов, оружие, высокие ботинки на ногах. Грозный вид старлея со шрамом на левой щеке, и моя перепуганная фигурка рядом с ним. Однако я старалась стоять рядом с ним достойно и невозмутимо, понимая, что от этого первого контакта очень многое зависит.

— Вооруженные силы Союза миров приветствуют вас, — солидно произнес Страйк, а переводчик повторил его слова на местном наречии.

Вокруг толпа заинтересовано загудела. Руперт сделал навстречу нам несколько шагов и остановился, видимо, ожидая того же. Страйк уверенно направился к предводителю, я же не осмелилась покидать мобиль. Все же рядом с родным транспортом было хоть немного спокойней. Судя по одобрительному взгляду, брошенному в мою сторону Рупертом, такое решение оказалось верным. Мужчины сошлись на середине площади и, помедлив лишь мгновение, пожали друг другу руки.

— Фух! — громко выдохнул за моей спиной в мобиле Аргус, отчего я вздрогнула от неожиданности.

— Что ты меня пугаешь?! — зашипела недовольно на него.

— Руперт признал твоего мужчину, — пододвинувшись и свесившись через край ко мне, прошептал восторженным тоном вор.

— Он не мой мужчина, — тихо прокомментировала ему.

— Да? Так ты свободна? — заинтересованно спросил он меня.

Вот о чем он думает, когда нас только что чуть не убили? Еще угроза не развеялась окончательно, а этот уже вновь посматривает в мою сторону с интересом. Ответила ему недовольным и смертельно убивающим взглядом, но заинтересованность в мужском взгляде не пропала, он лишь откинулся обратно на свое сиденье с довольной улыбкой. Даже предполагать не хочу, что он там себе придумал.

Все мое внимание переключилось на мужчин в центре площади. Оба одного роста, широкоплечие. Сейчас разбойник стоял ближе, и можно рассмотреть подробно этого человека, возглавившего такое количество народа. Черты лица запоминающиеся, темные волосы, стриженные, не длиннее мочек ушей, слегка завивались. Но это не придавало его облику манерности, что часто происходило с мужчинами, прошедшими такую операцию в моей клинике. Наоборот, только подчеркивало его мужественность, резкие черты лица и властное выражение.

Страйк и Руперт разговаривали негромко, до меня иногда доносились лишь отдельные реплики, и то только потому, что переводчик не всегда убавлял звук. Впрочем, переговоры закончились достаточно быстро, не заставив меня тревожиться слишком долго.

— Лесные жители, — громко произнес над всей площадью Руперт, привлекая к себе внимание, — К нам в гости прибыли интересные люди. Они из другого мира. Невежливо было с нашей стороны встретить их оружием.

— С ними Аргус Легкая рука! — раздался голос из толпы.

— Хм, — теперь Руперт нахмурился и посмотрел в сторону нашего мобиля. Этот взгляд отмечал все мельчайшие детали: притихшего Аргуса на заднем сиденье, меня, стоящую рядом, купол, с затягивающимися трещинами, а так же наши свертки внутри салона. Кажется, именно они привлекли наибольшее внимание. Я невольно тоже оглянулась туда, но ничего, достойного внимания, не заметила.

— С Аргусом я лично побеседую, — озвучил свое решение глава разбойников, — А наших гостей прошу встретить достойно!

После этих слов я выдохнула с облегчением. И так день прошел в сплошном стрессе, хотелось, чтобы хоть он наконец-то закончился.

— Все хорошо закончилось, — произнесла я с облегчением.

Только вот Аргус был иного мнения.

— Ничего подобного! Вы не знаете Руперта, — зашипел он мне, снова перегнувшись через борт мобиля, — Он ничего не делает просто так.

— Может быть он все же заинтересован в нашем визите? — резонно возразила ему.

— Суровый? Да он разбойник! Сама подумай, зачем ему могли понадобиться какие-то пришельцы? — сделал огромные глаза Аргус, стараясь на что-то мне намекнуть.

— Э-э-э, — многозначительно протянула я.

— Ваши пожитки, — многозначительно просветил вор, — Он уже понял, что пушкой вас не пробьешь. Так лучше из вас сделать друзей и тихо ночью обокрасть, чем устраивать здесь войну. Между прочим, Руперт очень гордится своим поселением.

Эта новая информация не вселила в меня никакой надежды. Только я выдохнула, что хоть теперь сможем нормально отдохнуть и выспаться, так теперь над нами нависла угроза кражи. Но ведь главарь разбойников не думает, что мы вот так просто спустим ему потерю вещей? Или у него на нас особые планы?

В это время к нам подошел Страйк.

— Лейтенант, Аргус говорит… — начала я запальчиво.

— Капитан, снимите с себя переводчика, — резко бросил мне старлей.

— Зачем? — вцепилась я в прибор на своей шее.

— Затем, что капсула позволяет вам и так разговаривать на местном наречии, а если есть необходимость, то можно перейти на родной, — пояснил он мне.

Поняв всю разумность доводов, потянула прибор с шеи. За моими действиями с интересом следил Аргус. Поймала его жадный взгляд и тут же появилось желание сунуть прибор куда-нибудь подальше от воровских рук. Вот что за место такое? Как-то не привыкла я следить за своими вещами, потому что дома по индикаторам всегда все можно найти. Конечно, бывали такие профессионалы, что снимали эти маячки, но это касалось крупных вещей, а уж никак такого простого прибора, как переводчик. Ну, и мир!

— Аргус сказал, — медленно начала говорить я, старательно к себе прислушиваясь: на родном ли говорю? — что Руперт заинтересовался нашими вещами.

— Понял, — кивнул коротко головой старлей и нажал на панели несколько кнопок, после чего прозрачный купол с тихим шелестом закрылся, и сигнализация тихо крякнула. Синие огоньки начали пробегать по корпусу.

Мы направились к Руперту, внимательно наблюдавшему за всеми нашими действиями, Аргус старался держаться за спиной глыбообразного Страйка. Честно говоря, я бы тоже там спряталась, но свободного места там уже не было, так что пришлось выпрямить спину и зашагать к главе разбойников. В тот самый момент, когда мы подошли к мужчине, сигнализация взвыла дурным голосом. Обернувшись, успела еще увидеть, как падают на землю несколько обезвреженных воров, покусившихся на армейское имущество. Это вам не честных граждан грабить, за нами вся мощь армейская стоит.

— Это как понимать? — вздернул свою бровь со шрамом Страйк.

— Я разберусь, — коротко сказал Руперт, нахмурив брови.

Только почему-то мне показалось, что действовали эти обездвиженные по его приказу. Вряд ли кто-то решился бы на ограбление в нашем присутствии, а уж тем более под взглядом главаря. Скорей всего, ожидали проверить нашу реакцию, да надежность охраны. Тела отволокли в сторону — то ли оказать первую помощь, то ли изучить. Мы же направились за Рупертом.

Все тело требовало отдыха. Себе я при этом даже в мыслях не позволяла думать, что сейчас могла бы сидеть за свадебным столом, пить дорогое вино и улыбаться неизвестным мне гостям, а чуть позже демонстративно запереть дверь спальни перед носом внезапно обретенного мужа. Кстати, последняя мысль, про выбранного жениха, неожиданно взбодрила. Ведь именно навязываемый брак заставил меня встать ни свет, ни заря и влететь в полном смысле слова во все эти приключения на свои прекрасные вторые девяносто.

Удивительно, но капсула сделала свое дело. Я не только понимала, о чем говорят вокруг, но даже могла произнести на местном несколько слов. Отрывочных, с жутким акцентом, заставившим хохотать окружающих над моим произношением, но вполне узнаваемо. За что получила много уважительных слов в свой адрес. Только я старалась не забывать, что нахожусь среди воров, а потому старалась поглядывать на собственные карманы, куда поглубже запихнула все, что могла.

Интересно, как у них тут с удобствами? А то я только утром на себя смотрелась в зеркало.