Глава 15. «На тебя натравили чудовище!»

В этот раз я ничего с собой не брала: ни коньяк, ни чайник, ни печенье. Обойдётся. Всё равно от него благодарности не дождёшься. Поэтому я просто переоделась в тёплый спортивный костюм, натянула двое носков и переместилась в избушку.

– Привет, Искорка, – сказал Азаллам.

В этот раз он не стал подходить вплотную. Наоборот, замер у противоположной стены. Выглядел он при этом как-то странно. Как будто боялся меня напугать.

– Привет. О, ты снова одет! А то в прошлый раз…

– Да. Одежду я создаю с помощью магии. Для того чтобы дважды явиться к тебе во сне, мне потребовалась вся доступная магия. Я высосал её до крупицы. Подчистую уничтожил свои резервы, – объяснил Аз.

– Не знала, что ты умеешь являться во снах. Я до последнего думала, что сны – это просто сны.

– Я и сам не ожидал, что получится, – признался он, не делая никаких попыток подойти ближе. – На это потребовалось невероятное количество сил. Если бы я не скопил благодаря тебе запас тепла, вряд ли у меня бы вышло проделать этот трюк. Даже один раз.

– И что, ты действительно мог умереть? Ты ведь не человек.

– Понятия не имею. Наверное. Ты не дала мне узнать ответ на этот вопрос, – он невесело хмыкнул. – А за предыдущие годы заточения ни разу не возникало подобной ситуации.

Мы помолчали. Потом я слезла со стола и присела на стул у печки. Аз так и остался стоять на месте.

– Ты хотел сообщить мне что-то срочное?

– Да. Но сначала… Прости меня.

– Что-что ты сказал? – насмешливо уточнила я. – А то просто мне послышалось…

– Я сказал – прости меня.

– Хорошо, – легко согласилась я. – Ты прощён.

– Нет. Ты забыла, что мне бесполезно врать? Я вижу, когда ты это делаешь.

Я развернула стул боком к печке, чтобы смотреть прямо на демона.

– Аз, я не думаю, что смогу забыть твой срыв. Ты напугал меня до мокрых штанов. И это не в переносном смысле, к сожалению. Зато я очень хорошо усвоила, что не стоит болтать с тобой, как с другом. Думаю, в произошедшем виновата я сама. Ведь ты сразу предупредил меня, что ты демон, а ещё упоминал, что жил в замке, со слугами. А я расслабилась, начала с тобой шутить, как будто ты обычный парень с соседней улицы. Вела себя, как дура. Ведь ты мне намекал, что привык совсем к другому отношению. Тебя раньше боялись и уважали. А тут пришла я и давай кривляться, как мартышка, порядки свои устанавливать, навязывать мнение. Ещё сочувствовала и покровительственно подкармливала вкусняшками, как бездомного котёнка. Хорошо хоть по голове не трепала. И тебе приходилось это терпеть, потому что некуда деться из ловушки. Ты даже подыгрывал, а сам наверняка представлял, как в былые времена наказал бы меня за дерзость.

– Неправда! – рявкнул Аз. И тут же спохватился: – Прости. Не хотел повышать голос.

– Нет, ты повышай. Всё правильно. Мне не стоит расслабляться. Наверное, нам лучше свести общение к минимуму. Будут формальные отношения в стиле «Ты – мне, я – тебе». Так никто никого не обидит. Что скажешь?

– Я не согласен, – тут же ответил он.

– Почему? – Неужели он снова будет настаивать на близости, как в прошлый раз? Но, как выяснилось, Аз имел в виду совсем другое.

– Я хочу, чтобы ты снова увидела во мне друга.

– Это ужасная идея, – покачала головой я. – Друга можно подколоть, с ним можно затеять перепалку или даже поссориться без риска для жизни. А как с тобой? Рано или поздно я обязательно ляпну что-то, что выведет тебя из себя.

– Не выведет, – с неожиданной горячностью сказал Азаллам. – Ты думаешь, только ты испугалась? Я едва не спятил, когда понял, что натворил. Я со всей ясностью осознал, что ты никогда больше не воспользуешься шаром, и впервые за всё время заточения почувствовал отчаяние. Как я себя ненавидел в этот момент! Не думаю, что ещё хоть раз захочу пройти через это.

Не знаю, врал ли он, но мне всё равно было приятно это слышать. Однако я запретила себе поддаваться эмоциям и ровно заметила:

– Чего переживать-то? Ты ведь сам сказал, что рано или поздно к тебе занесёт другого человека, с которым можно заключить сделку.

– Именно так я пытался себя успокоить. Но стоило мне представить, что вместо тебя придёт кто-то другой, как изнутри снова поднималась ярость. Я был готов убить всех, кто посмеет явиться и занять твоё место.

Я задумалась. У меня не было никаких причин верить Азалламу. Заточённому демону волей-неволей пришлось бы освоить искусную актёрскую игру, чтобы использовать единственного за долгое время человека, которого занесло в шар. Ведь я-то не могу читать его мысли. Если бы я была в заточении долгое время, я бы ещё не так вертелась и крутилась, уверяя посетителя в том, что только он – мой единственный лучик света, и другого мне не надо. Угу. Надо быть полной дурой, чтобы поверить демону, который недавно собирался меня задушить и сделал бы это без колебаний.

Азаллам слышал мои мысли, но молчал. И правильно. Ведь после всех приведённых себе разумных доводов я всё равно приняла самое идиотское решение из возможных. Азаллам с облегчением выдохнул и спросил:

– Можно подойти?

Я удивилась. Он спрашивал разрешения? Хотя… ведь с помощью своих сверхъестественных способностей он наверняка видел, в каком состоянии я вернулась от него в тот раз. И теперь справедливо полагал, что его приближение может всколыхнуть во мне прежний ужас.

– Нет, – твёрдо ответила я. А потом встала и подошла к нему сама. Не без трепета заглянула в глаза, которые не так давно полыхали адским пламенем. Он не двигался и даже как будто не дышал. – Ответь мне на один вопрос. Когда ты явился во сне второй раз, ты знал, что теоретически это может тебя убить?

Он кивнул.

– Ладно, мир, – сказала я. – Надеюсь, мне не придётся пожалеть о своём решении. – Внезапно в мою голову пришла мысль, что надо ковать железо, пока горячо. Поэтому я поспешно добавила: – Но сотрудничать будем на моих условиях. Ты не будешь давать мне рекомендации, которые требуют от меня что-то украсть или кого-то соблазнить. Если, конечно, от этого не зависит моя жизнь или жизнь близких. Согласен?

– Да, – без задержки ответил он. – Только знаешь, когда ты услышишь, из-за чего я явился к тебе в сон, ты наверняка пожалеешь, что я не попросил тебя всего лишь что-то украсть. Думаю, даже соблазнение отчима покажется тебе не особенно сложным.

– О господи. Что же ты с этого не начал-то?! – воскликнула я, перепугавшись не на шутку.

Зачем расшаркиваться? Ведь ясно же, что как только я услышу про опасность, сразу забуду про всё остальное. И извинений не потребуется.

– Поэтому и не начал. Я хотел, чтобы ты сначала простила меня по-настоящему, а не из-за крайней на то необходимости.

– Ладно, теперь-то уж мы всё уладили, ведь так? Тогда не тяни, рассказывай!

Азаллам, наконец, отлепился от своей стены и прошёл к печке, случайно или намеренно потёршись об меня предплечьем. Он не стал садиться на мой стул, а пододвинул себе второй. Дождавшись, пока я нетерпеливо устроюсь рядом, он, наконец, перешёл к делу.

– Помнишь, я говорил, что твой отчим стоит перед выбором? Плохая новость – он выбрал не тот путь, на который мы рассчитывали.

– Как не тот? Он же в тюрьме!

– И что? Это совсем не значит, что он не сможет оттуда выбраться. У него есть план. И один из пунктов этого плана – избавиться от тебя. Для этого он обратился за помощью. Он натравил на тебя настоящее чудовище, Искорка. Я говорю про того человека, из-за которого большая часть вероятностных линий до сих пор не прорисовалась до конца. Потому что он совершенно непредсказуем. В любой момент он может полностью изменить ход событий.

Мне стало очень страшно. Я мгновенно вообразила себе огромного отвратительного мужика с окровавленным тесаком, который наблюдает за мной из темноты.

– Нет, это не мужик с ножом, – покачал головой Азаллам.– Всё намного хуже…

Я никак не могла понять, почему он мнётся и с такой осторожностью подбирает слова. Ведь самое ужасное уже прозвучало. Но, как оказалось, я ошиблась.

– Есть ли хоть какой-то шанс избежать встречи? – спросила, обхватив себя руками.

– Нет. Ты с ним уже встретилась, Искорка. И даже один раз впустила его в свою квартиру.

Я вдруг поняла, что задыхаюсь.

– Герман? – прохрипела еле-еле. Аз кивнул, глядя на меня с жалостью.

Мне понадобилось много времени, чтобы прийти в себя. Я никак не хотела верить, что Герман связан с моим отчимом. У меня даже мелькала мысль, что Азаллам нарочно сказал это, так как испугался, что из-за Германа он не сможет полноценно мной манипулировать. Почему-то сам демон не спешил убеждать меня в обратном, хоть и знал, о чём я думаю.

– Нет, я не верю! Герман – не чудовище. Ты говоришь так, словно он опасный психопат. Но я с ним общалась! И я искренне считаю, что он умнее большинства моих знакомых. У меня часто складывалось впечатление, что он видит намного больше, чем другие люди… Иногда я вообще думала, что он настоящий гений.

– Так и есть. Гений и безумец. Самое опасное сочетание из всех, – просто сказал Азаллам. И помолчав, добавил: – А ещё самое привлекательное. Ведь ты оценила его поистине убийственное обаяние?

– Не верю, – упрямилась я. Но, к сожалению, верила. Память начала подкидывать мне разные эпизоды, которые после слов Аза внезапно обрели смысл. – И что же он хочет? Убить меня?

На последнем вопросе голос дрогнул.

– Нет. К счастью или к сожалению, ты сумела его зацепить по-настоящему. Как у вас говорят, он на тебя запал. В этом твоё спасение, Искорка. Но тебе будет очень сложно.

Я помолчала, а потом сказала:

– Я не справлюсь, Аз. Ты правильно заметил насчёт обаяния. Герман действует на меня, как… как… В общем, у меня в его присутствии просто перекрывает мозги. Нет, нет. Слишком поздно. Я не смогу сопротивляться ему. Во-первых, он даже наркомана сумел заболтать так, что тот выбросил нож и сбежал! Во-вторых… – Я закрыла лицо руками и простонала: – Бог ты мой, кажется, я по уши влюбилась в психопата! Да ещё и в психопата, которого подослал отчим!

– Всё ты сможешь, – как-то резковато ответил демон.

– Может, пойти другим путём? Ты сам сказал, что он на меня запал. Возможно, получится перетянуть его на свою сторону? – пробормотала я, вообще его не слушая.

– Значит, ты думаешь, что влюблена в него так сильно, что не сможешь сопротивляться этому чувству? – ровно сказал демон, разворачиваясь ко мне всем корпусом. – На самом деле тебе только так кажется.

Я убрала руки от лица и посмотрела на него, собираясь ответить, но не успела. Аз привстал со стула, стремительно подался вперёд и поцеловал меня прежде, чем я успела опомниться. Поцелуй был лёгкий и быстрый, но всё равно обжигающий. Он сразу же отстранился, а я как-то невольно потянулась следом, словно не хотела его отпускать, и только после этого опомнилась.

– Ты что творишь? – спросила я растерянно и зачем-то прикоснулась пальцем к собственным губам, как будто сомневалась, что они остались на прежнем месте. – Мы только с тобой помирились, а ты…

– Это был оправданный риск. Ради спасения твоей жизни, – Аз даже не пытался изобразить раскаяние. Он невозмутимо повернулся к огню, словно ничего особенного не произошло. Я же замолчала, анализируя собственную реакцию. Потом до меня с запозданием дошли его последние слова.

– Ради спасения?

– Да. Если ты влюблена в Германа… – он снова посмотрел мне в глаза и жёстко закончил: – Почему тогда ты так реагируешь на мою близость?

И в самом деле. Мне понравилось, когда меня целовал Герман. Его настойчивые поцелуи определённо вызывали физическую реакцию. Но не сразу. В первые мгновения был протест. На Азаллама же моё тело реагирует очень остро. То, что сейчас было, нельзя даже назвать поцелуем. И всё равно лавина ощущений буквально оглушила меня. Я до сих пор чувствовала, как горят мои губы. А если вспомнить, как закончилась вторая передача ему тепла…

– Ты прав, Аз! Спасибо! Теперь мне всё ясно! – обрадовалась я. Хотя радоваться было совершенно нечему. – Я не влюбилась! Видимо, я так странно реагирую на всех привлекательных и жутких мужчин! Это какой-то особенный тип психического отклонения!

Кажется, Азалл ждал какого-то другого вывода. По крайней мере, вид у него стал кислый.

– Да, всё сходится, – тем временем развивала я свою мысль. – Ведь по логике после недавней нашей стычки я должна была сильно испугаться, когда ты так резко приблизился к моему лицу. А я возбуди… эээ…

– Да-да, договаривай, – дьявольски ухмыльнулся Аз.

– Не суть, – отмахнулась я. Сейчас мне было не до взаимных подначек. Как только схлынули эмоции от выходки демона, меня вновь начало потряхивать от волнения. – Так что ты предлагаешь делать? И кстати, как отчиму удалось перетянуть Германа на свою сторону? Герман ведь явно не из тех, кому можно навязать свою точку зрения.

– А вот тут интересная история. Герман приходится твоему бывшему отчиму племянником. С родителями он не взаимодействует, а вот с дядей у него довольно близкие отношения. Насколько это возможно, конечно. Они видятся редко, но… Скажем так – Герман общается с ним почти на равных. И даже иногда принимает к сведению его доводы, не пытаясь при этом залезть к нему в мозг. Почему дело обстоит так – сложно сказать. Возможно, отчим как-то помог ему в детстве, или не осуждал его за его странности. Так далеко в прошлое я посмотреть не могу, к сожалению. К слову, все остальные, с кем плотно общается Герман, рано или поздно ломаются. Он умело сводит их с ума и постепенно подчиняет их себе. У него мало друзей, но все они боготворят его и совершенно неспособны противостоять его влиянию. Он буквально создал из них секту имени себя. Твой отчим рассудил, что общение с Германом не пройдёт для тебя бесследно. Правда, он не рассчитывал, что ты сумеешь зацепить племянника всерьёз. Он вообще убеждён, что Герман попросту неспособен хоть что-то чувствовать. Однако ты, Искорка, уникальная девушка. У тебя уже не в первый раз получается невозможное. Именно поэтому я уверен, что ты сможешь выпутаться из этой истории.

Я слушала Аза и чувствовала внутри сосущую пустоту. Мне казалось, что я лечу в пропасть. Теперь все слова и действия Германа виделись в другом свете. Я вдруг осознала, почему он так гениально сыграл роль маньяка на сцене театра! Он не играл! Наоборот, во время нашего общения он искусно играл роль обычного человека, а на сцене он ненадолго скинул маску и стал самим собой!

– Аз, – сглотнув, позвала я. – А что должен был сделать со мной Герман по задумке Валерия?

– Он должен был влюбить тебя в себя, а после этого постепенно превратить в психопатку. Многие ваши знакомые и так из-за отчима считают тебя ненормальной. Так что если ты действительно такой станешь, у него появится шанс доказать в суде, что никакого домогательства не было. Вкупе с показаниями ваших соседей и даже родственников это поможет повернуть дело в его пользу.

– Почему же он раньше не познакомил меня с Германом? – пробормотала я. – Ведь тогда ему не нужно было прикладывать столько стараний, чтобы меня подставить.

– Потому что Герман делает только то, что хочет сам. Твой отчим не может им управлять. По большей части он старается держаться подальше от племянника. Но сейчас Валерия прижало. У него просто не осталось другого выхода. Поэтому он рискнул и обратился к опасному родственничку за помощью. Герман услышал подробный рассказ о том, как ты соблазнила и подставила его дядю. Расчёт оправдался: Герман заинтересовался тобой. Его позабавила история, и он захотел лично познакомиться с девушкой, которая сумела обвести вокруг пальца хитрого и умного Валерия.

Мы помолчали.

– Что мне надо делать, Аз? – наконец, задала я самый главный вопрос.

– Большая часть вероятностных линий, как я уже сказал, ещё не прорисовалась до конца. Герман непредсказуем. Он может в любой момент изменить сценарий. Но есть одна завершённая линия аж со средней вероятностью. Исход почти наверняка будет благоприятным, если, конечно, ты всё сделаешь правильно. Слышишь? Вероятность гораздо больше, чем тогда, с отчимом!

– Угу, – кивнула ничуть не успокоенная я. – Давай ближе к делу, Аз. А то я грохнусь в обморок и дам тебе возможность высосать из меня всё тепло.

– Думаешь, я воспользуюсь ситуацией? – оскорбился он, но, увидев мой взгляд, осёкся, вздохнул и перешёл к главному. – Ты, сама того не зная, нащупала единственно верную линию поведения и случайно совершила несколько правильных поступков подряд, благодаря чему Герман считает тебя практически идеалом. Практически. Пока ещё он не уверился в этом полностью. Что такое идеал для психопата? Это набор определённых качеств, очень строгий и конкретный. Он не признаёт оттенков и полумер. Для него есть чёрное и белое. С одной стороны – в этом твоё спасение. С другой – сейчас ты ходишь по краю. Ведь если ты ошибёшься и сделаешь что-то не так, Герман просто растерзает тебя. Он не простит тебе разочарования. Ты станешь для него разрушительницей его мечты, которая притворилась тем, кем не является, специально, чтобы сделать ему больно. Такова логика искривлённого разума. Зато пока ты остаёшься для него идеалом, он готов для тебя на всё и будет оберегать тебя до последнего. Даже если ты скажешь ему отделаться от отчима, он это сделает без колебаний.

Я содрогнулась. В голове сразу всплыло недавнее воспоминание. Я как наяву увидела глаза Германа напротив своих и услышала его голос: «За тебя я любого порву на лоскуты. Даже собственного дядю не пожалею, если ты меня попросишь». Я зажмурилась и помотала головой. Это не помогло. В ушах тут же зазвучал его шёпот: «Ты как подарочек, который приготовили специально для меня. Такая отзывчивая и послушная».

Аз тем временем продолжал меня добивать:

– Сейчас он восхищён тобой. Он давным-давно создал в своём искривлённом сознании образ, которому поклоняется, и в настоящий момент ты невероятно близка к этому образу. Твоя задача – сделать так, чтобы он окончательно уверился, что ты – именно тот недостижимый идеал, который он искал всю свою жизнь. Как только ты это сделаешь, он просто не сможет причинить тебе вред. Закрепить это в его подсознании – только первый шаг, Искорка. Второй шаг – показать, что рядом с ним тебе грозит опасность. Едва он это поймёт, он сам предложит тебе расстаться, чтобы уберечь тебя. Ты для него станешь чем-то вроде божества, светом, который наполняет смыслом его существование. Живым воплощением мечты, совершенным произведением искусства, без которого мир снова станет тусклым и пустым. И он захочет сохранить тебя любой ценой. Но не дай тебе боги выйти из образа! Тогда вся его вера окажется бессмысленной. Ты столкнёшься со слепой яростью психопата, которого лишили самого ценного.

Меня затрясло. Я знала, что сейчас Аз не преувеличивает. Что он бы рад этого не говорить и не нагнетать обстановку, но я должна в полной мере осознать, с чем мне придётся столкнуться. Слишком велика цена ошибки.

– Я не справлюсь. Это невозможно, – сказала я. Мой голос звучал, как скрежет.

– На самом деле возможно. Я дам тебе точные инструкции. Это тяжело только в эмоциональном плане. Если отбросить лишние эмоции, то задача проще, чем была с отчимом. Потому что здесь тебе никого не придётся соблазнять. Качества, которыми восхищён Герман, по большей части у тебя есть. Иначе ты не смогла бы его так быстро влюбить в себя. Тебе не надо будет демонстрировать шикарную актёрскую игру – он это быстро раскусит, так как сам является великолепным актёром. Тебе надо быть собой. Ну, почти. Просто будут вещи, которые тебе делать никак нельзя, и эмоции, которые не стоит демонстрировать. А ещё придётся контролировать собственные слова. Понимаешь?

– Нет, Аз! – отчаянно завопила я. – Насколько проще было раньше! Я чувствовала себя в обществе Германа легко и свободно. А что теперь? Как можно расслабиться, зная, что рядом со мной вовсе не милый мальчик, а дьявол во плоти?! Есть вообще человек, способный выполнить это задание?!

– Есть, – твёрдо сказал Аз. – Это ты. Перестань психовать. Соберись! Вовсе он не дьявол во плоти. Если уж в твоей жизни и есть дьявол, то это я. Вряд ли после встречи с Германом тебе придётся менять штаны.

Я аж подпрыгнула от возмущения. А потом поняла, что Азалл нарочно заставляет меня переключиться на другие сильные эмоции.

– Аз, – хрипло попросила я. – Ты можешь ещё раз показать мне это своё лицо…

– Какое? – хмыкнул он.

– Ну то… чудовищное. Кажется, мне нужна сейчас шокотерапия.

– Не уверен…

– Аз…

– Хорошо. Но помни, что ты сама попросила. К сожалению, я не могу сейчас увидеть последствия того, что собираюсь сделать. Вероятности, которые касаются непосредственно шара, я обычно не вижу или вижу с перебоями и искажениями. Проще говоря, ловушка работает так, чтобы помешать мне просчитать способы выбраться из неё. Поэтому, Искорка, если ты снова испугаешься и сбежишь, то моей вины в этом не будет. Договорились?

– Да. Давай, Аз, я готова. Мне просто необходимо сейчас осознать, что Герман – всего лишь человек. А для этого я должна увидеть настоящего монст… эээ… демона.

Азалл кивнул и преобразился. Глаза заполыхали дьявольским огнём, лицо вроде бы осталось прежним, но при этом изменилось до неузнаваемости. Как оказалось, к этому невозможно подготовиться. Я не могла даже вдохнуть. Аз как будто источал неразбавленный, концентрированный ужас.

К счастью, он сохранял неподвижность. Если бы он хоть немного подался ко мне, дело снова закончилось бы мокрыми штанами. И это в лучшем случае. Нет, я никогда не привыкну видеть Азаллама таким. Как я могу бояться человека, когда на свете существует настоящее воплощение кошмара? Настолько чудовищное, что я в эти моменты невольно начинаю молиться высшим силам, чтобы адское создание никогда не покинуло этот шар!

Видение длилось лишь несколько мгновений. Потом Азаллам вернул прежний облик. Ещё через минуту я смогла, наконец, полноценно вдохнуть.

– Спасибо, – глухо сказала я, как только ко мне вернулся голос. – Это помогло. Теперь я готова выслушать твои инструкции.

– Хорошо. Итак…