Глава 20. Призрак скрытой линии

Конечно, мама выговаривала мне по поводу коньяка. Но беззлобно, больше подкалывала. Времени уже прошло достаточно, да и вряд ли она с самого начала злилась всерьёз. Иначе в тот же день позвонила бы мне и лично всё высказала по телефону. Гораздо больше беспокойства у неё вызвали мои израненные губы. Я сказала, что поскользнулась и ударилась лицом. Врать было неприятно, но правду ей точно знать не нужно. А так она слегка пожурила меня за неосторожность (больше сочувствуя) и успокоилась.

Мы заехали в магазин, я набрала вкусняшек, чтобы ночью отметить с Азом успешное выполнение самой главной части нашего плана. Ведь что ни говори, а он заслужил мою благодарность! Хотя вот сейчас было почему-то неловко за внезапную вспышку страсти. Надеюсь, он не решил, что это теперь норма? Потому что отчаянные времена, конечно, требуют отчаянных мер, но… Ну не готова я к отношениям с демоном! Да ещё запертым в шаре! Ведь мы же планируем сотрудничать с ним и дальше. Если сейчас поддаться страстям, то во что это в итоге выльется? Вдруг я влюблюсь всерьёз? Всю жизнь прожить в одиночестве, имея возможность только ненадолго навещать любимого? А будет ли это чувство взаимным? Способен ли демон вообще любить? Далеко не в первый раз я задаю себе эти вопросы…

Или ещё вариант: у меня когда-нибудь появится бойфренд, а увлечение Азом сойдёт на нет. Будет свинством с моей стороны однажды заявить: «Между нами всё кончено. Я нашла настоящего парня. Оставайся в своём шаре, а я буду жить реальной жизнью». Нет уж. Оптимальный выход – свести всё к хорошей прочной дружбе и деловому сотрудничеству. Наверное, девушке моего возраста не полагается так глубоко над всем этим задумываться, но за последнее время я, кажется, здорово повзрослела. Мне уже несколько раз приходилось балансировать на краю, рассчитывать каждое своё действие, защищать близких, которые даже и не подозревали, что они в опасности. Попробуй после этого почувствовать себя беззаботным ребёнком!

Перед тем как переместиться к Азалламу, я плотно поужинала и долго отмокала в горячей ванне, чтобы потом отдать ему как можно больше тепла. Он это заслужил.

Мама и Арсений уже спали, когда я, одевшись потеплее, и подхватив чайник и вкусняшки, перенеслась в шар. А там меня ждал сюрприз.

– Ого! – воскликнула я. Аз едва успел подхватить принесённое мной богатство, которое чуть не выпало из ослабевших рук. – Как ты это сделал?

– Потратил небольшую часть своих тепловых запасов. Мне показалось, что тебе должно понравиться, – признался демон, после чего с довольным видом достал творожное печенье из упаковки и тут же его зажевал.

А я спустилась со стола и принялась разглядывать преображённую избушку. Во-первых, окна стали настоящими. Небольшими, но настоящими! Правда, Аз покрыл их морозным узором, чтобы создать впечатление, что домик стоит где-нибудь в реальном мире, а не в шаре на моей тумбочке. Во-вторых, печь теперь выглядела на удивление уютно. Она была выложена аккуратными красными и белыми кирпичиками, которые не успели ещё раскрошиться и закоптиться. Были и другие изменения: неровный дощатый пол с неплотно пригнанными досками превратился в добротный дубовый паркет, стулья обзавелись мягкими сидениями, обитыми бордовой тканью, а у стола появилась тяжёлая полированная столешница и резные ножки.

– Это на один раз? Или так и останется? – с восторгом спросила я.

– Так и останется. Чтобы внести эти изменения потребовалось не так уж много тепла. Вот если бы я решил увеличить объём помещения или прибавить лишние этажи, тогда да, пришлось бы беспрерывно расходовать тепло, чтобы удерживать размеры.

– Мне очень нравится! – искренне сказала я. – Слушай, а если я покажу тебе картинки с красивыми интерьерами, ты сможешь их воплотить в жизнь?

– Смогу. Только если ты попросишь создать совсем что-то новое, то этот новый предмет будет требовать постоянной подпитки теплом. А если просто преобразить внешний вид уже имеющегося, то тепло понадобится только для того, чтобы осуществить само изменение. Понимаешь?

– Не очень.

– Ну, к примеру, окна здесь уже были, только они были снаружи. То есть, я их просто изменил. Но если ты попросишь меня добавить новые окна, то они уже будут тянуть тепло. Или вот стулья. Я могу превратить их в кресла – это легко. Но если ты попросишь помимо них создать ещё диван, то диван будет расходовать мои силы.

– Всё ясно! Значит, подумаю, как преобразить имеющееся!

Я необыкновенно воодушевилась, представив, что можно сделать из этой избушки! Потом, правда, немного остыла. Зачем преображать избушку в соответствие с моими вкусами? Главное, чтобы Азу нравилось. Я-то всё равно не смогу проводить в ней много времени.

– Ой, чуть не забыла! Скорей забери у меня тепло, Аз! А потом попьём чаю, я снова разогреюсь и повторим. Только не отказывайся! Для меня это важно. Хочу отблагодарить тебя за помощь.

Он, помедлив, кивнул. По правде говоря, я немного волновалась, что он воспользуется ситуацией, и начнёт ко мне приставать, но Аз, как ни странно, вёл себя очень прилично. Тепло забрал быстро, руки не распускал. Правда, я всё равно чувствовала, как он при этом напряжён. И ощущать это было приятно. Ведь и я, признаться, сдерживалась еле-еле.

С трудом отстранившись, Аз хрипло заметил:

– Думаю, после чая можно тепло не передавать. Ты и так в этот раз отдала мне его с избытком. Хватило на то, чтобы не только пополнить, но и увеличить запасы.

– Что? – Я подняла на него затуманенный взгляд, не особенно вслушиваясь в то, что он говорит. Азаллам зарычал, отошёл в противоположный конец избушки и уткнулся лбом в стену, чтобы на меня не смотреть. Нам обоим понадобилось время, чтобы прийти в себя. Блин, надеюсь, постепенно это пройдёт. Как можно общаться, когда между нами буквально искрится воздух? Наверное, всё дело в том, что ещё слишком свежи воспоминания о сегодняшнем срыве.

– Ну что, будем пить чай? – наконец, сказала я с напускным оживлением. Аз охотно поддержал игру. И началось безумное чаепитие.

Я немного расслабилась, только когда демон начал с искренним удовольствием пробовать принесённые мной сладости. Наблюдать за его детской радостью было приятно. Правда, всё это в итоге оказалось для меня ловушкой. Ведь я и сама не заметила, как переключилась на то, что начала пристально рассматривать самого Аза.

Мой взгляд скользнул на его сильные, перевитые венами руки, покрытые неизвестными символами. Интересно, что они значат? Обманывая саму себя, что рассматриваю символы, я с каким-то болезненным удовольствием наблюдала, как ходят под смуглой кожей мышцы, когда он подносит ко рту кружку. В какой-то момент Аз облизнул губы, покрытые крошками от печенья, и я подавилась дыханием. Буквально всё в нём вызывало непристойные мысли: длинные пальцы, встрёпанные густые волосы, часть мускулистой груди, приоткрытая треугольным воротом. Я прикипела к ней взглядом, ощущая невероятно сильное желание провести языком по гладкой смуглой коже. В горле пересохло. Я не сразу заметила, когда Аз перестал жевать.

– Прекрати, – хрипло сказал он. Его глаза снова начали мерцать. Я отчётливо видела пляшущие в них красные блики. Внезапно до меня дошло, что теперь меня совсем не пугает его демонический облик. Теперь он намертво сросся для меня с вполне определёнными воспоминаниями.

– Что прекратить? – не сразу ответила я.

– Думать о том, о чём ты думаешь. Ты ведь хотела перевести наши отношения в дружеские.

– Да. А ты не хочешь?

– Хорошо подумав, я тоже пришёл к выводу, что так будет лучше. Дружба – это безопасно. Меньше поводов для ссор. Однажды я тебя едва не потерял и больше не хочу переживать подобное.

– Раньше тебя это не останавливало, – почему-то от его слов кольнула нелогичная обида. Впрочем, я быстро с ней справилась. – Прости. Сама не знаю, что со мной происходит. Наверное, это просто побочный эффект. Я где-то читала, что, когда два человека переживают какие-то приключения и вместе проходят через опасности, между ними возникает сильное влечение. Думаю, это пройдёт, когда история с Германом закончится.

– Будем надеяться, – нахмурившись, кивнул демон. Обнадёженным он при этом не выглядел. Внезапно я кое-что вспомнила.

– Аз, ты ведь говорил, что эта линия с Германом, которой мы придерживаемся, почти прорисована. То есть, не полностью. А сейчас она уже прорисовалась?

Аз почему-то медлил с ответом. Мне очень не понравилось его задумчивое лицо.

– Только не говори, что завтра я увижу его не в последний раз! – взмолилась, ощущая, как от волнения сводит живот.

– Линия прорисовалась, – наконец, отозвался Аз. – Правда, с Германом нельзя быть уверенным в этом на сто процентов, но я почти уверен, что завтра всё пройдёт, как надо. Размытости на линии почти нет. Это значит – ты очень хорошо сработала сегодня.

– Но? – подтолкнула я. Ведь явно же было какое-то «но».

– Не знаю, – огорошил меня Азаллам. – Что-то не так. Что-то…

Его взгляд затуманился, словно он смотрел вглубь себя.

– Не молчи! – психанула я, вскакивая из-за стола. – Хватит говорить загадками! Почему постоянно, как только я чувствую уверенность, что вот-вот всё наладится, возникает какое-то «но»?! Сначала с отчимом, теперь с Германом! Наступит ли вообще время, когда мне и моим близким никто не угрожает, а?!

Словно и не заметив моей вспышки, Аз начал говорить, с осторожностью подбирая слова:

– Я не вижу линию Германа впереди. После завтрашнего дня всё обрывается.

– И что это значит?

– Пока, конечно, рано делать заключения. Если ты завтра напортачишь, то наверняка прорисуются новые линии. Но если ты всё сделаешь правильно, то ваши с Германом пути должны навсегда разойтись. Ведь я вижу только тех, с кем ты так или иначе связана.

– Но ведь это же хорошо? К чему тогда эти театральные паузы и игры лицом? Или ты что-то недоговариваешь?

Я попала в цель. Кулак Аза сжался. Он долго молчал, а потом неохотно ответил:

– Да я и сам не знаю. Может, это ерунда, но… С момента нашей встречи время от времени у меня появляется странное чувство, что существует какая-то скрытая линия. Как будто должна быть ещё вероятность, которую я не вижу. Ты когда-нибудь различала размытые силуэты уголками глаз, на самой границе зрения? Силуэты, которые исчезают, едва на них направишь прямой взгляд? Со мной происходит что-то похожее. Иногда, когда я смотрю на твоё будущее, до меня доносится какое-то смутное эхо из пустоты.

– Как это вообще возможно? – спросила я с беспокойством.

– Хороший вопрос. Создатели моей ловушки наложили много запретов. Возможно, скрытая линия связана с одним из таких запретов. К примеру, там есть что-то, во что мне ни в коем случае нельзя вмешиваться. Или в этой скрытой вероятности должно произойти что-то лично со мной или с шаром. Кто знает?

– А может эта линия быть связана с Германом? – ведь почему-то же он заговорил о ней именно сейчас.

– Не уверен. Не исключено, что он там есть. По крайней мере, когда я пытаюсь посмотреть его будущее, в пустоте мне снова начинает мерещиться призрак скрытой линии.

Мы помолчали.

– Хотя знаешь, вполне возможно, ничего там нет, – внезапно заявил Аз. – Это вполне могут быть шутки шара. Он специально меня путает, сбивает, создаёт помехи, чтобы я постоянно ощущал неуверенность и боялся манипулировать чужими вероятностями.

Он говорил с преувеличенной оживлённостью, словно пытался подбодрить то ли меня, то ли себя.

– Ладно, – решительно сказала я. – Будем придерживаться старого плана. А насчёт скрытой линии…

– Просто приходи ко мне почаще, и всё будет хорошо, – в этот раз уверенность демона уже не была наигранной. – Тогда я успею тебя предупредить, если вдруг что-то поменяется.

– Договорились.

Мы допили остывший чай. Аз выглядел так, словно жалел о том, что рассказал мне о своих тревогах.

– Ты готова к завтрашнему дню? – спросил он, первым прерывая натянутую паузу.

– Нет. То есть я, конечно, знаю, что нужно делать, но… не думаю, что в случае с Германом вообще возможно хоть на секунду почувствовать себя полностью готовой ко всему.

Я снова ощутила волнение. Конечно, в этот раз всё должно было произойти быстро, но это только в том случае, если, как выразился Аз, я не напортачу. Да и по эмоциональному накалу завтрашняя встреча явно превосходит сегодняшнюю. Нет, не время раскисать. Я справлюсь. Желая подбодрить себя ещё больше, я сказала Азу:

– Если завтра всё получится, отпразднуем это как следует!

Аз кивнул и задумался. Потом широко улыбнулся и заметил:

– У меня есть идея. Ты ведь любишь приятные сюрпризы?

– Ещё бы!

– Отлично. Кажется, я придумал, как можно с пользой потратить излишки тепла.

– Как?

– Узнаешь завтра. Уверен, тебе понравится. Как только закончишь с Германом, вернёшься домой, перенесёшься сюда, и мы это отпразднуем.