Глава 25. Душевные муки

Я с трудом поднялась, чувствуя себя полностью разбитой. Как эмоционально, так и физически. Руки слушались еле-еле, тело обмякло. Хотелось лечь в сугроб и умереть. Но тут зазвонил телефон.

– Лика, ты там в порядке? – спросила мама.

– Угу, – ответила я, не разжимая губ. Говорить в таком состоянии не стоило, иначе по голосу станет ясно, что всё совсем не в порядке.

– Мы немного задержимся, не теряй нас. Сборы слегка… затянулись, – она смущённо хихикнула. Будь я в нормальном состоянии, наверняка подколола бы её на тему того, что, находясь в пустой квартире вдвоём с Арсением, меньше всего хочется сосредоточиться на сборе вещей.

– Угу, – снова ответила я.

– Ты там занята чем-то? Или ешь? – рассеянно уточнила мама. Кажется, её мысли витали где-то далеко.

– Угу…

– Ладно, тогда не буду мешать. Мы постараемся закончить тут побыстрее. Если что, не жди нас, ложись спать. До встречи, малышка.

Я отключилась. Звонок мамы заставил меня собраться. Надо понемногу двигаться в сторону дома. На улице я долго не продержусь: вечером ощутимо похолодало.

Конечно, домой хотелось идти меньше всего, ведь там ждал шар с Азалламом.

А я до сих пор не знала, что мне делать. Гадкая лавка исчезла, оставив вопросы без ответов.

С чего вообще Злата взяла, что у лавки благородные мотивы?

Может быть, после потери предыдущей хозяйки она свихнулась и задумала ввергнуть Вселенную в хаос? Поэтому взяла себе молодую неопытную хозяйку, задурила ей голову, а потом нашла первую попавшуюся девчонку в отчаянном положении и всучила ей опасный шар?

Интересно, почему мысль о том, что Аз – бог-завоеватель, не вызывает у меня никаких сомнений? Может, я всегда в глубине души подозревала что-то подобное? И что же он такого натворил, раз его именем ругаются?

Мысли прыгали с одного на другое, а ещё всё больше давила необходимость сделать выбор. Я должна была решить, как мне действовать.

Проблема была в том, что в данной ситуации хорошего решения попросту не существовало.

Поэтому мне приходилось выбирать между плохим и откровенно ужасным.

Была ли вероятность, что Аз исправился за время заточения? О, как бы мне хотелось в это верить! Но почему он врал? Почему предпочёл назваться демоном, хотя знал, что в нашем мире демон ассоциируется прежде всего со злом? Может, потому, что даже демоны выглядели святыми по сравнению с ним? Хотя, с другой стороны, на демона он больше всего и походил со своими светящимися от злости глазищами. Так что назовись он добрым волшебником или ангелом, я бы не поверила.

Ладно. Главный вопрос – мог ли он исправиться?

Со своим положением он точно не смирился. Для того чтобы это понять, не нужно было даже читать мысли.

Когда я только попала в шар, он мне кратко пересказывал свою историю. Конечно, большая часть её была ложью, но… если бы он раскаялся, то в своём рассказе наверняка выставил бы себя плохим парнем. Раскаявшиеся люди говорят что-нибудь, вроде: «Я был таким дураком», «Я сделал ошибку», «Я заслужил это наказание». В изложении Аза всё было наоборот. Он – хороший, его тюремщики – гадкие завистники.

Конечно, с тех пор, как он мне это рассказывал, прошло некоторое время. Значительное и наполненное событиями для меня, но лишь миг для него. Особенно если сравнивать с общим сроком заточения. Глупо думать, что за этот период я смогла его изменить.

Или всё же?..

Зачем-то ведь он потратил драгоценное тепло на то, чтобы переделать избушку, создать зал и платье? А ещё явился во сны, израсходовав на это свои запасы.

И всё равно он мне врал.

И не только о том, что он демон.

Он врал насчёт главного. Всё это время он тайком расходовал взятое у меня тепло на то, чтобы повредить свою ловушку.

Он видел, как я мучаюсь из-за своей влюблённости в того, кто навек заточён в шаре, но даже не намекнул мне, что может выбраться. Почему? Боялся, что я не захочу ему помочь? Или просто в его дальнейших планах после освобождения не было места для меня?

Всё это время он мог попросту манипулировать мной.

Ведь я в конце концов свято уверовала, что нуждаюсь в Азалламе.

Если подумать, с его возможностями очень легко можно заставить перепуганную девчонку поверить, что она только чудом избежала опасности. Чтобы без его советов она боялась и шаг сделать!

Да, он потратил всё тепло, явившись в сон. Но это по его словам! А вдруг мне показали искусно разыгранный спектакль? Я увидела разрушенный домик, увидела холодное тело, испугалась… Цель достигнута! Мы вновь помирились, и тут очень вовремя подвернулась очередная опасность в виде психопата Германа.

А что если… он специально подстроил всю историю с отчимом так, чтобы тот обратился к Герману?!

Вдруг были и другие, простые способы разделаться с отчимом?

Но Аз настаивал именно на соблазнении, так как знал, что в этом случае Валерий точно обратится к Герману! Ведь расправы с отчимом было маловато, чтобы я начала слепо ему доверять.

А потом он влюбил меня в себя и тем самым создал ещё один рычаг воздействия.

Я застонала и схватилась за голову. Так и с ума недолго сойти!

Внезапно где-то неподалеку раздался писк магнитного замка, лязг двери, а потом мужские голоса. Какая-то компания вышла из соседнего дома на улицу.

В этот момент я осознала, что так и стою на прежнем месте, не сдвинувшись ни на шаг.

Надо идти!

Судя по голосам, компания приближалась. Вот-вот они завернут за торец и увидят меня, одиноко торчащую посреди улицы. Я не стала их дожидаться. Может, ребята и хорошие. Может, они бы даже подсказали мне, как дойти до дома Арсения, но… Во-первых, лучше не проверять. Всё-таки вечер, дворы, народа нет. Во-вторых, сейчас я попросту не способна была поддерживать общение.

Поэтому заставила себя сдвинуться с места и зашагала в сторону дороги. Там всегда светло, ездят машины, попадаются прохожие.

На секунду накрыло ощущение дежавю – ночь, мороз, исчезнувшая лавка, а позади мужская компания… Стало даже немного не по себе. К счастью, впереди, между домами, показалась дорога.

Впрочем, судя по всему, беспокойство было напрасным. Меня наверняка видели, но не ускорялись и не окрикивали. Они по-прежнему держались на расстоянии и негромко беседовали между собой. Всё-таки, кажется, нормальные ребята.

Едва я вышла к дороге, как сразу же поняла, где нахожусь. До дома Арсения было совсем недалеко. Сейчас немного пройду вдоль проезжей части, потом пересеку улицу, нырну под арку и попаду в нужный двор.

Компания, кажется, отстала. А может, они свернули в другую сторону… По правде говоря, я забыла о них сразу, как только оказалась у дороги.

Чем ближе я подходила к дому, тем сильнее меня трясло.

Разумеется, не от холода.

Я до ужаса боялась того момента, когда увижу шар. Словно Аз мог пообщаться со мной через него. А вдруг он выйдет из домика?

Мне как-то очень ярко представилась картина, как маленький Аз отчаянно колотит крошечными кулачками по стеклу. Сердце сжалось.

Как это выдержать?

Ведь если я перенесусь в шар и поговорю с ним, он наверняка сумеет меня убедить, что исправился. И я поверю. Просто потому, что очень хочу поверить. Бог мой, да я готова цепляться за любую соломинку! А даже если убедительных аргументов не прозвучит… Да Азу, кажется, просто достаточно будет стоять молча напротив. Я сама придумаю ему оправдание.

Правильным было бы спрятать шар. В этот раз очень далеко. Желательно, увезти его куда-нибудь и закопать. Чтобы бог-завоеватель как можно дольше не смог оттуда выбраться.

Но мысль о том, чтобы похоронить Аза под землёй, вызывала у меня приступ удушья. Словно мы с ним были прочно связаны.

И ведь он наверняка явится сегодня ко мне в сон. Только теперь я буду точно знать, что это действительно он, а не игры подсознания. А потом я снова увижу в шаре разрушенный домик.

Нет, это невозможно вынести.

В общем, к тому моменту, как я прошла под аркой и оказалась в нужном дворе, я была еле живой от переживаний.

Двор казался вымершим. Время было позднее, да и мороз не располагал к прогулкам.

Я уже приближалась к подъезду, когда что-то услышала за спиной.

Обернулась.

Ко мне быстрым шагом приближался парень. В ярком свете расположенного над дверью фонаря я очень отчётливо видела его лицо.

От страха противно свело живот.

Это был Паша. Тот самый покрытый шрамами пёс Германа, который так и не простил мне любви хозяина.

В этот момент из-под арки показалось ещё трое парней.

– Держи её! – крикнул один из них.

Я отмерла и бросилась к подъезду, доставая из кармана ключ. Только бы успеть!