Глава 27. Мысли Его Величества.

Виктор Асторио Миротто.

Смотрю на эту сильную девушку и поражаюсь несгибаемости её духа.

Видно, что ей страшно, что она устала, но даже в таком состоянии она не терпит послаблений. Если она решит покинуть Игры, то сделает это, только честно проиграв. Уважаю и ценю таких людей. Очень хорошие качества для любого из ближнего круга, но...

Но с каждым этапом мне становится все сложнее сдерживать себя от того, чтобы не сорваться на арену и не защитить её от всего на свете.

Как же я сейчас разделяю негодование старого Жако! Это не место для такой, хоть и только с виду, хрупкой девушки.

Это какое-то... слишком сильное влечение. Мне жизненно необходимо находиться рядом с ней. Если вспомнить, как я прятался в кустах и смотрел за ее тренировками... Нет, мне не стыдно. Мне смешно – как мальчишка прыгал порталом по кустам.

Её глаза УЖЕ пленили мою душу. Мне становится тяжело скрывать своё отношение к ней, и это очень плохо!

В империи плетется заговор против правления рода Миротто. Жако доказал, что отца отравили неизвестным медленнодействующим ядом, покушение на дядю, с десяток покушений на меня. Тайная служба сбилась с ног, но уже есть свидетели, зацепки и следы.

Некоторые следы ведут к Луизанне Бурже. Пока нет никаких доказательств, только предположения. И одно из них, указывает на то, что она связанна с подачей заявки Анны. Ее видели в обществе господина Драна, члена комиссии, а через него проходят следы ко всем, кто под подозрением.

Ничего, всех выявим и всех накажем! Самое главное - не торопиться, что бы не спугнуть того, кто за этим стоит.

Есть подозрения, что кто-то один из участников Игр состоит в этом заговоре, поэтому нельзя показывать, что у меня есть чувства к Анне. Обычный интерес, как у любого человека, мужчины – да, но не более, иначе она будет в опасности.

Ццц..в опасности... На фоне этапов Игр это звучит смешно. Но традиции есть традиции, я не собираюсь их менять или упрощать. У нашего прародителя были все основания устраивать такой жестокий отбор, и веками его правота только подтверждается.

Мало кто знает, что тогда произошло – все записи тщательно уничтожены! Кроме одной, той, что хранится в личном сейфе императора. В ней говорится, что когда предатели почувствовали немного силы и вседозволенности, они решили надавить на императора Доминико и схватили его жену, маленькую дочь и часть ближнего круга, кто не предал императора. Они стали над ними издеваться, устраивать для себя кровавые зрелища и игры. Остатки ближнего круга как могли защищали императрицу с ее дочерью, но им не хватило сил...

Про императрицу и цесаревну удалили все записи и упоминания полностью, как будто их не существовало. Спустя время Доминико завел семью.

С тех пор Богатырские игры стали для рода Миротто способом почтить память, а для ближнего круга - проверкой способности защитить членов императорской семьи.

Пора присматриваться к участникам, многие уже начали проявлять свой характер. Тот же Стефанио, который тренировался с Анной, показывает хорошие качества.

А если Анна пройдет до конца? Какая должность ей подойдет больше всего из пяти?

Нет, надо вывести ее из игры. Рано или поздно я сорвусь, и тогда она будет в ещё большей опасности. Сама она отступать не будет, а тихо исчезнуть не выйдет - впервые за столько пройденных игр девушка! Она у всех перед глазами, о ней все говорят в столице.

Нет, тихо не получится. А когда Анна узнает об этом, может и не простить.

Надо бы поговорить с ней напрямую об этом.

— Их снять получится только с помощью Его Величества, — услышал я сквозь мысли целителя, — я могу убрать часть болевых ощущений…

Пора выходить из “тени портала”.

— Конечно, я помогу! Давай попробуем его расстегнуть, для начала.

А сам только сейчас увидел её руки, и это... великие прародители, просто ужасно! Даже не представляю себе, какую боль она сейчас испытывает.

Наверное мне должно быть стыдно, но одновременно с ужасом я испытал гордость за неё. Какая же мощь в ней спрятана?!

Открыл портал, как всегда, в самый защищенный кабинет. Целитель намек понял сразу и, поддерживая Анну, направил в портал. Напарник Анны со взглядом «мне всё равно, я иду с ней!» прошел следом. Я на это только усмехнулся, прошел и закрыл портал.

— Анна, присаживайся, запрокинь голову назад и прикрой глаза, — попросил я ее.

Без возражений она всё так и сделала.

Целитель Маарко держал эффект обезболивания, не прекращая, я же снял императорский запрет на вскрытие и медленно, без резких движений, с помощью магии начал отделять металл от кожи.

Сложность была только одна – не причинить боли Анне, и только благодаря Жако у нас это получилось.

Целитель сразу стал залечивать рану на руке, переходя к ногам, пострадавшим от ядовитого тумана. Лицо он уже залечил – через пару дней даже покраснений не останется.

Я так ушел в свои мысли, что сам не заметил, как нежно провел кончиками пальцев по ее щеке. Она вздрогнула, а я опомнился и резко убрал руку.

Я посмотрел ей в глаза и уверенно произнес:

— Анна, так дальше не может продолжаться. Этапы будут только сложнее. Предлагаю выбыть из Игры по причине использования магии.

Анна осмотрела запястья, потерла их ладонями, посмотрела на меня и ответила:

— Ваше Величество, это по правилам?

— И да, и нет. Магией запрещено пользоваться, но на тебе были антимагические браслеты, как и положено по правилам всем участникам, владеющим магией.

— Значит, я остаюсь! — решительно ответила она. — Я очень хочу домой, к семье. Вы знаете, что я здесь не по своей воле. Но уходить как трус?! Всем будет очевидно, что это только предлог! Я уйду только честным способом, выбыв по всем правилам!

— Ты погибнешь, если останешься! — прорычал я, нависая над Анной, уперев руки в подлокотники кресла. Моя рука сжалась в кулак, как будто я мог разорвать эти слова, как и её судьбу.

Она не отвернулась. В её глазах не было страха — только сталь и вызов.

— Тогда я умру как достойный богатырь, — ответила она тихо, но твёрдо.

У меня потемнело в глазах и сбилось дыхание от ее слов. Сердце стучало с такой силой, что в ушах был слышен только его стук. Сам не понимая, что творю, я схватил Анну за плечи, подтянул к себе и накинулся на её губы, как какое-то животное. Страстно, бешено.

Продолжая этот неистовый поцелуй, я чувствовал, как Анна отвечает мне с той же горячностью. Её руки скользнули вокруг моей шеи, притягивая ближе, а её губы двигались в такт моим, словно мы были созданы друг для друга. Всё вокруг исчезло — оставались только мы двое.

Мои пальцы зарылись в её волосы, лаская затылок, а её дыхание становилось всё более прерывистым. Я чувствовал, как её сердце колотится в унисон с моим, и это вызывало во мне что-то древнее, первобытное — чувство силы и одновременно полной беззащитности перед этой девушкой.

Наконец мы разомкнули поцелуй, но лишь на миг. Наши лбы соприкоснулись, а наши глаза встретились в тихом моменте понимания. В них читалась смесь удивления, страсти и чего-то большего, что требовало времени, чтобы раскрыться полностью.