Глава 18

Афина

Очередное утро я просыпаюсь с надеждой, что все это мне только приснилось. Однако мужские голоса, доносящиеся с моей кухни, вместе с запахом еды говорят мне, что это все реально, что я не одна в своей квартире. Уже несколько дней Андрей и Богдан приходят сюда по очереди.

Странное дело, в зависимости от моего настроения и от предмета разговора с ним, Чили в моем сознании превращается периодически в Андрея и обратно. То, что сегодня я про себя называю его Андреем, по всей видимости хороший знак. Да, я не была одна уже несколько дней, но сегодняшним утром мое раздражение по поводу этого уже не так велико. Я привыкаю?

— Доброе утро, — бормочу я, заходя на кухню. Оба парня поворачивают головы на меня и широко улыбаются.

Господи, они просто великолепны. Я уже успела убедиться, что все «Беркуты» чертовски мужественны и сексуальны, но эти двое…

В присутствии Богдана у меня всегда пульс учащается, еще с самой нашей первой встречи. А вот в Андрее, надо признать, каким бы обаятельным он не был, я вижу только друга, не более. Ну, или возможно также отца моего ребенка.

Ух, и надо же было мне попасть в такую ситуацию. Женщине, которая годами не ходила на свидания и не занималась сексом. Теперь я даже не знаю, от кого беременна.

На Богдане нет футболки. Линии его мышц так и зовут пройтись по его обнаженному торсу руками и языком. Он держит в руках венчик, взбивая что-то в миске. В той миске, которая хранилась у меня в шкафу на самой верхней полке, потому что я очень редко ей пользуюсь.

Они быстро освоились на моей кухне, в моей квартире…

А я не люблю, когда вторгаются на мою территорию.

Так. Стоп. Я рискую испортить себе настроение, если буду продолжать думать в этом направлении.

— Что ты готовишь? — спрашиваю Богдана.

— Блинчики. Ты упомянула, что тебя потянуло на сладкое, вот я и решил…

— Ух ты, — присаживаюсь на стул. В основном для того, чтобы не растечься лужицей на полу перед ним.

— Не уверен, что у меня получится хорошо… — он начинает мяться.

— Я как раз говорил Бо, что мы могли бы съездить в ту кофейню, про которую Роман всегда упоминает. Там самые лучшие десерты города.

— Вы выпустите меня погулять? — наклонив голову, пытаюсь шутить. А что еще мне остается делать? Не впадать же в истерику?

— Мы поедем туда все вместе, — невозмутимо отвечает Андрей.

Кто бы сомневался? На самом деле, я очень благодарна им за помощь. Если бы не они, я бы сейчас наверное была в панике и в ужасе от того, что мой бывший может вернуться. За прошедшие несколько дней я поверила в то, что они помогали бы мне, даже если бы я не была беременна от одного из них.

— Сварить тебе кофе? — вмешивается Богдан, вклиниваясь между нами, загораживая Андрею обзор на меня. Его взгляд скользит по моим обнаженным ногам и заставляет меня плотнее запахнуть мой шелковый халат. Черт. Мне нужно было надеть что-то посущественнее.

— Нет! — Андрей обходит его. — Женщинам во время беременности рекомендуется ограничивать употребление кофеина.

— Откуда такие познания? — хмуриться Богдан.

— Я прочитал в интернете. Вот, держи, — Андрей протягивает мне тарелку с бутербродами. — Сейчас я налью тебе сок. Или молоко. Что ты хочешь?

Я чувствую себя неловко, начиная есть под пристальными взглядами парней. Такое чувство, что они решили контролировать не только потребление мной кофеина, но и еды.

И все-таки мое раздражение возвращается. Внутренний голос подсказывает мне, что это не только из-за того, что я привыкла быть одна. Я просто не знаю, как реагировать на такую заботу со стороны мужчины. Меня пугает, что я могу привыкнуть к этому, а потом, когда надо мной не будет нависать опасность в виде бывшего мужа, и когда ребята в один прекрасный день перестанут чувствовать себя обязанными, они исчезнут. Я лишусь этой заботы и внимания. Лучше все же не привыкать. Мне надо быть сильной. Так же как и всегда.

— Я уже несколько дней не появлялась в офисе. Это недопустимо. Сегодня я намерена выйти на работу, — твердо произношу, покончив с бутербродами.

— Нет, Афина, — выражение лица Богдана становится серьезным.

— Бо, слушай, — начинает Андрей. — Мы и правда не можем держать ее взаперти вечно. Будем отвозить ее на работу и забирать с работы.

Глядя на тот, как Богдан напрягается всем телом, я решаю, что будет умно с моей стороны, ничего не говорить. Но не могу удержаться от того, чтобы не приподнять многозначительно брови. Нас двое против одного.

И вообще, не переусердствуют ли они с опекой? Периодически у меня возникает чувство, что они мне что-то недоговаривают. Надеюсь, они не подумают, что я неблагодарная стерва, но я не только чувствую себя некомфортно во всей этой обрушившейся на меня ситуации, но и мое настроение скачет, меняясь со скоростью света. Наверняка, это все гормоны.

— Ладно, вы поезжайте. А мне еще нужно заняться кое-какими делами, — сухо произносит Богдан.

******

Когда вечером я выхожу из офиса, Андрей тут как тут. Надеюсь, он не заметит разочарования на моем лице. Я думала, меня заберет с работы Богдан, раз отвозил Андрей.

— Как ты тут так быстро оказался? Ты ведь не знал, во сколько точно я закончу, — спрашиваю, когда он распахивает передо мной дверь машины.

— Я караулил поблизости.

— Мне так неудобно, что вы тратите все свое время на меня.

— Перестань, — он заводит двигатель, и тот издает приятное урчание. И машины у этих мужчин крутые и мощные, под стать владельцам.

— Извини, что я вас во все это втянула.

— Не говори так, Афина, — он кладет руку мне на живот.

— Это все из-за ребенка?

— Нет. Посмотри на меня. Это не из-за ребенка. Запомни это.

— А где Богдан? — и зачем я только спросила? Ведь говорила себе, что не буду спрашивать!

— Он, ммм… занят.

— Точно?

— Да. Они заняты кое-чем с другими парнями.

— Чем они заняты? Поисками моего мужа?

— От тебя ничего не скроешь, — он улыбается, постукивая пальцами по рулю.

— Может, пусть этим займется полиция?

— Нам пришлось бы слишком много объяснять им. К тому, же в любом случае они не будут работать усерднее и эффективнее, чем мы. Мы заинтересованные лица.

— Вы, должно быть, думаете, как я могла связаться с таким, как он?

— Люди часто притворяются не теми, кто они есть. Мы ничего плохого не думаем про тебя, — его голос мягкий и уверенный, но все же мне хочется объясниться.

— Поначалу он был таким обаятельным, ласковым, обходительным. Всегда старался угодить моим желаниям. Полная противоположность мужской фигуре, которую я видела с детства. Он был настолько не похож на моего деда, что я не сразу поняла, что это был всего лишь еще один способ контроля мужчины над женщиной. Просто более хитрый и завуалированный. Это сейчас я понимаю, что его расспросы о моем деде, на самом деле имели цель выяснить размеры его состояния. Его желание узнать побольше о моем детстве — был способ найти мои слабые места, чтобы узнать, как проще манипулировать мной. Он заставил меня поверить в его любовь. Окружил заботой и постепенно внушал мысль о том, что образование, мои карьерные устремления только разлучат нас. Если я пойду по этому пути, получается, что мой дед выиграет, ведь я буду делать то, что он от меня ожидал. На самом деле он хотел сделать меня полностью зависимой от него. Никаких друзей, учебы, работы. И все для того, чтобы запустить позже свои жадные руки в карман моего деда.

Перевожу дыхание, сбившееся от быстрой речи. Правду люди говорят о том, что в пути легче разоткровенничаться, когда собеседник смотрит на дорогу, и ты можешь говорить, глядя в окно на проплывающие мимо дома и машины в наступающих сумерках.

— Мне очень жаль, Афина.

— Только спустя несколько лет брака я узнала, каков он есть на самом деле. Когда он похвастался, что занимается махинациями со страховками и недвижимостью. Но когда он понял, что не увидит ни копейки из миллионов моего деда, он бросил меня. Просто уехал с холодной усмешкой на губах. И тогда я сказала себе, что больше никогда не буду зависеть от мужчины. Больше ни один мужчина не будет указывать мне, как жить.

— Я понимаю тебя. И больше, чем ты можешь представить. Мой дед... — Андрей шумно выдыхает через нос. — Он точно такой же. А ты похожа на мою маму. Она также сбежала из-под его гипер опеки замуж. А мой отец также рассчитывал на большое приданное, на часть состояния моего деда.

— Твой дедушка ничего ему не дал?

— Нет. Так он сказал мне. Вообще все это я знаю лишь с его слов. Я был слишком мал, когда родителей не стало.

— Что случилось с ними? Как ты оказался в детском доме? Ты не остался с дедом?

— Я не хочу говорить об этом.

— Ладно. Это не мое дело. Я понимаю.

— Прости. Я не хотел показаться грубым. Ты тут делишься со мной самым сокровенным. Я просто ни с кем и никогда не обсуждаю это.

— Я понимаю. Может, тогда ты расскажешь, почему тебя все называют Чили? Мне жутко интересно! — спрашиваю, надеясь перейти к какой-то легкой теме.

— В постели я горяч, как жгучий перец!

— Да, ладно тебе! Из-за этого?

— Приехали! — Андрей выключает двигатель и поворачивается ко мне.

Смотрю в окно на свой дом. Я даже не заметила, как быстро мы добрались.

— Пойдем, я провожу тебя до квартиры, — говорит он.

Это может означать только одно. Значит Богдан ждет меня внутри. Сегодня его очередь охранять мой сон. Мое настроение заметно улучшается от этой мысли.

Но, когда я вхожу в дом, меня встречает лишь тишина. Оборачиваюсь, чтобы спросить Андрея, когда его друг придет, но смотрю лишь на закрытую дверь.

Ну вот я и осталась одна. Не этого ли я хотела все эти дни?