Глава 46. Тайлан

Стоило дверям в гостиную раскрыться, я решил, что прятаться с меня довольно, и вышел в гостиную.

— Морана, помогите, молю! — бухнувшись на колени перед Марой, со слезами на глазах попросила София, которая была не похожа на себя саму от беспокойства. Последнее, что я ожидал от этой женщины — что она показательно встанет перед кем-то на колени, настолько надменной и гордой София мне казалась. Но вот София в нашей с Марой гостиной, взъерошенная, в небрежной одежде, простоволосая и с таким волнением и страхом в глазах, что невольно проникнешься ее тревогами.

— Как давно начались схватки? — полностью сосредоточившись на Софии, задала Мара вопрос строгим, серьезным тоном, как делала всегда, когда дело доходило до работы. Меня всегда восхищала ее полная самоотдача своему делу: как бы плохо ей не было самой, если дело касается целительского дела, она отбрасывала все собственные чувства, отдаваясь лишь делу.

— Четыре часа назад, — с готовностью ответила София, поднимаясь с колен, после жеста Мораны, требующего подняться. Младшая жена императора, преданно смотрела в глаза эльфийки и ждала ее решения.

Я встал рядом с Мораной, оттесняя ее подальше от Ксина, что держался в стороне, молча наблюдая за развитием событий, но я видел напряжение и досаду в его взгляде, от внезапного появления вампирши.

— Мы… у нас никого нет, кто мог бы принять роды, — запнувшись, поведала София, на секунду отведя взгляд и нервно заламывая пальцы под спокойным взглядом моей богини. — Я не ожидала, что роды начнутся так скоро: наши целители оказались скомпрометированы, а эльфийские не успели прибыть. Самое скорое — сегодня ближе к ночи, но мы не можем больше ждать. Что-то… что-то идет не так. Я боюсь за Стефу и сына… — окончательно потеряв контроль, с надрывом выдохнула София, более не сдерживая слез, что катились по ее белоснежным щекам. — Морана, спасите их… — полузадушено выдохнула София. — Мне больше не на кого положиться.

Морана спокойно выслушала каждое слово девушки, а после задала один единственный вопрос, от которого София вздрогнула:

— Значит ли это, что вы доверяете мне жизнь ваших любимых?

— Я верю, что вы единственная, кто сможет помочь… — запальчиво вскинула подбородок глава тайной канцелярии и поджала губы, словно ожидала удара, пока Морана медлила с ответом. Я покосился на любимую, заметив еле заметную усмешку в уголках ее губ. Почувствовав мой взгляд, она улыбнулась шире и подмигнула мне.

— Твой дар пробудился очень вовремя, Тайлан, — произнесла она то, что заставило меня напрячься. Не думает же она, что?.. Но именно это Мара и думала, уверенно кивнув девушке и делая шаг в сторону выхода из комнаты. София не смогла сдержать вздоха облегчения. — Времени мало, мне нужна будет твоя помощь, Тай.

— Но… — начал, было, я, по-прежнему на эльфийском, так как мы были не одни, а выставлять на показ свое умение полиглота я не желал. Но наткнулся на теплый взгляд голубых глаз и мягкую, ободряющую улыбку, что невольно заткнулся.

— Ты сможешь, не сомневайся. Я научу, — пообещала Мара таким тоном, что я не осмелился возразить. На самом деле, когда она говорит таким тоном и смотрит на меня, как на всемогущего героя, я и сам начинаю в это верить… — Лучше поторопиться, — уже другим тоном обратилась она к Софии. Та коротко кивнула и повела нас в императорские покои, что были на другом этаже и в другом крыле дворца. Ксин последовал за нами, что меня нервировало, но ругаться в данных обстоятельствах я не желал. Тем более, если учитывать, что он — друг семьи, то, возможно, ему как раз нужно быть там. Даже больше, чем мне.

Мара уверенно вошла в спальню императрицы, крики которой были слышны даже в коридоре. Измученная, посеревшая от боли и мокрая от пота Стефэния лежала в разобранной, огромной постели, обложенная подушками, крепко сжимая руку мужа, который впервые на моей памяти показал свои настоящие чувства. На прекрасном, идеальном лице отражалась тревога и сожаление за жену, несмотря на то, что в перерывах между схватками, вампирша знатно материла муженька, обещая такие кары, что содрогнулся даже я в мужской солидарности.

— Софи! — увидев девушку, позвала Стефэния и протянула руки к бросившейся к ней темноволосой девушке. — Софи… Софи, любимая, не оставляй меня… Не оставляй… — задыхаясь, со слезами, просила Стефэния, с мольбой смотря в карие глаза Софии. — Софи… мне больно, — жалобно всхлипнула Стефэния. — Любовь моя, мне так больно… Не оставляй…

Помимо императорской четы, в комнате заметил Бьянку, которая нервно расхаживала из стороны в сторону, кусая дрожаший кулак и отчаянно сдерживающая слезы страха, что плескался в ее взгляде. Она искренне переживала за свою мачеху, что было заметно невооруженным взглядом. Причем, настолько, что, казалось, не видела ничего вокруг и даже не посмотрела на нас, когда мы вошли. На самом деле она едва не врезалась в меня, но я смог избежать столкновения, а она даже не отреагировала, смотря неотрывно в сторону постели, где императрицу застала очередная болезненная схватка.

Откровенно говоря, я видел в своей жизни много боли и крови. Даже сам был ее инициатором, нередко вынужденный пытать других. Но вот на родах присутствовал впервые и… честно сказать, это зрелище куда, как страшнее. От очередного надрывного крика боли меня бросило в холодный пот, а пальцы дрогнули.

Краем глаза заметил, как Ксин остановился в дверях, не решаясь пройти дальше. Но уже открывшейся картины ему хватило для того, чтобы значительно побледнеть.

Единственная, кто в этой комнате был спокоен и собран — это Морана. Она быстро подошла к постели, беспардонно отстранив императора, бесцеремонно откинула одеяло, открывая императрицу в одной нижней, полупрозрачной сорочке и коротко осмотрела ее, своими действиями ненадолго отвлекая все внимание на себя. Изумленная императрица даже прекратила крик, смотря на эльфийку полубезумным взглядом.

— Все будет хорошо, любимая, — целуя ладонь Стефэнии, заверяла София, лежа рядом с ней на постели. — Теперь все будет хорошо. Морана поможет! — горячо шептала София, улыбаясь сквозь слезы.

— Все вон, — холодно и бескомпромиссно потребовала Морана.

— Что? — рыкнул Алукард, оскалив на девушку клыки, отчего я ощутил угрозу и приблизился, но Морана посмотрела на него холодно и спокойно, просто произнеся:

— Если хотите, чтобы наследник выжил, закройте рот и делайте только то, что я говорю, — смотря ему прямо в глаза без страха, с твердой уверенностью в своих силах, потребовала Морана.

И… император дрогнул. Он бросил взгляд на постель, где извивалась Стефэния, чей вид уже невозможно было назвать здоровым, после вновь посмотрел на эльфийку, поджал губы и кивнул.

— В комнате со мной останется Тайлан, — заметила Морана, деловито закатывая рукава халата. — И София, — добавила Мара, когда та с сожалением отпускала судорожно сжатый кулак императрицы. Темноволосая брюнетка вздрогнула и с недоверием посмотрела в лицо моей богини. — Если желаете, — безразлично отозвалась Морана. Та сглотнула, благодарно кивнула и вновь прижалась к завизжавшей императрице. — Остальные — вон, — напомнила Морана.

— Мы можем чем-нибудь помочь? — вышла вперед Бьянка, с надеждой посмотрев в глаза Мораны.

Мара только молча покачала головой и указала взглядом на дверь из спальни. Им ничего не оставалось, кроме как подчиниться.

— София, — посмотрела она на девушку, привлекая ее внимание, пока деловито отбрасывала одеяло и разрывала ночнушку императрицы, открывая то, чего я видеть не должен был. — Достаньте мне самый острый нож, который сможете отыскать.

— Что? — занервничала девушка, но ее вопрос утонул в очередном хриплом крике боли. — Зачем?

— Ребенок запутался в пуповине. Он не может родиться естественным путем, иначе его это задушит. Это убьет и его, и императрицу. Делайте только то, что я вам сказала. Без вопросов, — строго напомнила Морана. — Вы сами пришли ко мне за помощью, София. Если не доверяете — я могу уйти, как и обещала.

— Нет! — судорожно затрясла вампирша головой, с ужасом и паникой посмотрев на решительное лицо моей любимой. — Я все сделаю! — пообещала она, а после, поцеловав императрицу в висок и погладив ее вспотевшее лицо, она исчезла в воздухе.

Не успел я удивиться, как был отвлечен Марой, которая посмотрела на меня серьезно и, четко разделяя слова, приказала:

— Тай, слушай меня внимательно, — завладела она моим вниманием, пока дотронулась до лица Стефэнии, ласково погладив ее лоб кончиками пальцев. Императрица вздрогнула, а после выпустила облегченный вздох, закатила глаза и полностью поникла. — Я ввела ее в искусственный сон. Найди, чем можно связать ее ноги и руки, чтобы она не дернулась во сне.

Я понятливо кивнул, готовый заниматься всем, чем угодно, лишь бы не стоять без дела, во время родов женщины!

Порывшись в ближайшем комоде, я нашел то, что искал… а еще многое, чего не следовало бы, поняв, что личная жизнь императорской четы, довольно увлекательная, судя по моим находкам. Много взял на вооружение, но нечто не поддавалось определению, и было для меня загадкой. Но заострять внимание я не стал, беря две пары наручников на длинной цепи. Быстро закрепил их на запястьях и лодыжках императрицы, приковав к столбикам постели, а после посмотрел на Морану.

— Теперь садись у ее головы, положи ладони на ее виски и постарайся сделать так, чтобы она не ощутила боли и не очнулась посреди операции.

— Что ты будешь делать? — услышав слово «операция», занервничал я.

— Я достану этого ребенка из ее живота, — просто ответила Морана, пожав плечами, словно говорила об очевидных вещах. — Не думай об этом. Просто следуй моим указаниям.

— Но, как? — запаниковал я, вдруг осознав, что единственный раз, когда я пользовался своим новым даром — был неосознанным!

— Так же, как ты помог мне сегодня ночью. Просто думай о том, чего хочешь, представь, что твоя магия — это тепло в твоей крови, почувствуй ее, а после направь к своим рукам, думая о том, что необходимо сделать, — с улыбкой приблизилась ко мне Морана, поцеловала в уголок губ, положила пальцы на мои ладони, а их на голову бессознательной императрицы. Закрыл глаза и постарался успокоиться, прислушиваясь к собственным ощущениям. Неожиданно я почувствовал то, о чем она говорила. Я ощущал блуждающие в моем теле теплые, даже горячие потоки, который хаотично протекали по моим венам. А после постарался направить их в нужном направлении. Не с первого раза, но они подчинились, нехотя меняя направление в том, которое я им указал. — Вот видишь, — прошептала Морана, а я открыл глаза, увидев, как от моих ладоней распространяется тепло и неяркое свечение. Внезапно я ощутил организм вампирши под своими пальцами, как свой собственный. А еще… еще другого… маленького, еще слабого, но живого. И им двоим было больно, плохо и страшно. Это я ощутил так же ясно, как свои собственные чувства. — Я всегда верила в тебя, любимый, — заметила Морана, пока в комнате, вновь, словно из ниоткуда, появилась София, с тонким кинжалом в инкрустированных драгоценностями ножнах.

Тогда эльфийка отошла от меня, взяла оружие в руки, проверила его на остроту и уверенно кивнула.

— Приступим, — сделала она шаг к постели. — Сегодня никто не умрет, — добавила она с улыбкой, что придало мне уверенности, а София едва не осела на пол от облегчения, после обещания Мораны.