6

Илья Северский

Фотостудия «Алиса»

— Как она?

Разин сдержанно спрашивает о своей сестрёнке. Я не злюсь на неё, на него тоже. Гадкое чувство, которым я давлюсь на протяжении часа в машине, адресовано одному абоненту — мне.

Злость. Вина. Бессилие.

Как добиться внимания Алисы, если она смотрит на меня…

Как на кусок дерьма?

Нет. Принцесса видит во мне предателя. Это гораздо хуже, чем никчемное существо, не достойное находиться рядом.

Её боль заставляет меня сомневаться в том, что делаю.

Зачем приехал?

Кажется, что новая жизнь её вполне устраивает. Поляков тоже. Обвожу взглядом салон автомобиля премиум класса. Ноздри вздрагивают о злости. Что я могу дать принцессе? Драгоценности? Собственную студию в центре города? Безопасность?

Пожалуй, все, что Алиса может от меня получить, — крепкое тело, которым можно укрыться от пуль. У меня нет миллионов на карте. Отсутствует возможность сделать её моделью. Я могу предложить ей лишь сердце и все, что копилось в нем на протяжении семи лет разлуки. Только… Нужны ли ей эти чувства?

— Ты там умер что ли? — Костя нервничает, и не зря.

Чем дольше я нахожусь здесь, вне зоны видимости Разиной, тем сильнее желание уехать обратно и вернуться к своей бессмысленной жизни.

— Тебя какие показатели интересуют?

— Все! — гаркает в динамик, заставляя уголки губ дернуться вверх.

Школьные годы давно позади, а мне до сих пор нравится выводить заносчивого братца любимой девушки из себя. Это, определенно, высшая степень кайфа — видеть, как его лицо искажается от злости.

— Физически на все сто, как с душевным состоянием, не знаю.

Вру. Ей плохо, потому что столкнулась с прошлым. Может, дело и не во мне вовсе, а в том, что она отвязалась от воспоминаний и любом напоминании о семье и… обо мне. Я сам принял такое решение. Пусть под давлением обстоятельств и её безумной мамаши. НО, инициатором разрыва был я. Этого не изменить. Алиса права. Я не имею права вот так являться и диктовать свои правила.

— Так узнай, — братец-близнец Разиной играет на моей нервной системе все тем же смычком. — Или любовь у вас была только на словах?

Как будто я не вертел в голове такой вариант. Пока служил по контракту, столько всего мысленно перемолотил, как только себя не отговаривал от встречи! Все напрасно! Есть другие девушки. Хорошие. Порядочные. И много их противоположностей. Можно выбрать любую. Ни с одной не было и намека на то, что вспыхнуло между мной и Алисой. Не просто секс с любимой девочкой. Соитие душ. Плотный контакт на всех уровнях. Сегодня все клетки организма прострелило осознанием того, что она — моя, и я не хочу отдавать её мужику, у которого денег немерено. Во мне два желания: уйти с пониманием, что я ничего не смогу ей дать, чего она действительно заслуживает, и остаться, вернуть, присвоить и больше никогда не отпускать. Второе перевешивает на чаше весов. Сильно. Эгоизм? Пускай.

— Не беси меня, Костян.

— Лучше бы сам поехал.

Усмехаюсь. Сам бы он не поехал. Чего-чего, а хваленой смелости появиться на глазах у сестры у него не хватит. И мы оба это знаем. Только я спокойно смогу сообщить Алисе о том, что её новую «свободную» жизнь контролировали и грамотно направляли в нужное русло.

— Приезжай. Она будет рада, — в ответ раздается странное сопение.

Костя молчит. Последняя встреча брата и сестры состоялась летом, когда Алису забирали домой. Точнее, забирал он, Костя. Нам повезло, что не кто-то другой. Обмануть кудрявого врага оказалось проще простого, а потом началось самое интересное и… губительное.

Скриплю зубами, вспоминая день на вокзале, когда вместо понятного объяснения, я не издал и звука. Тогда я был полон решимости. Уверенность в правильности поступка давала сил отпустить Алису, и я отпустил…

— Мстительная сволочь ты, Северский, — усмехается. — Не уверен, что Лиса захочет меня видеть.

— Захочет.

Или нет. Если она узнает, что брат был в курсе контроля, то вероятность прощения и встречи с поцелуями и объятиями теряет былую прелесть, пропитываясь горечью от обмана. Он понимает это, поэтому дал мне координаты и отправил в качестве подушки безопасности. Продуманный гад. Время его не меняет.

— Я позже позвоню, — сбрасывает вызов без прощальных слов.

Фоном идёт детский лепет. Улыбаюсь. У Костяна очаровательная дочка. Кудрявая рыжая малышка, которая через несколько лет точно начнет покорять сердца мальчишек. Белая зависть пожирает изнутри.

Я ещё некоторое время кручу телефон в руке, глядя на панорамные окна студии. Взгляд падает на коробку авторского шоколада и кофе от Полякова для принцессы. Я должен отнести ей, но руки не поднимаются взять знак внимания другого мужчины и принести ей на блюдечке. Так я добровольно поставлю подпись под их связью.

Нет.

Открываю сайт с доставкой еды, делаю заказ, основываясь на воспоминаниях. Глупо надеяться, что Разина так просто все мне простит, но попытка не пытка, как говорится. Жду курьера, и когда он привозит заказ, беру пакет, ставлю тачку на сигналку и иду к принцессе.

Сердце не железное и срывается на неровные скачки, стоит мне только переступить порог студии. Глаза мгновенно выискивают Алису. Она сидит на диванчике. Быстро вытирает щеки, хмурится и ничего не говорит, когда подхожу ближе и ставлю пакет на столик.

— Что это?

Её не удается говорить со мной холодно. Голос срывается. Губы дрожат. В глазах, которые она от меня усердно прячет, вижу эмоции. Их много, а значит не все потеряно, и есть за что воевать.

Вместо ответа вытаскиваю на стол сэндвичи, хот-доги, картошку фри и латте с сиропом. Те гадости, которые мы ели, сбежав из школы.

Алиса смотрит на еду, не моргая. Венка на шее стремительно пульсирует. Зрачки расширяются. Грудная клетка резко идет вверх. Она поднимает на меня взгляд и начинает часто моргать.

— Ты издеваешься надо мной? — шелестит еле слышно. — Что я тебе сделала, Илья?

Её голос задевает за живое. Больно видеть, как она мучается, и что виной тому я. Переламываю себя и сажусь рядом. Вздрагивает. Спина становится неестественно прямой.

— Давай поговорим, Алиса.

— Нам не о чем. Все, что ты сказал, это бред. Уходи.

Замолкаем. Я никогда послушным мальчиком не был. И сейчас вряд ли буду. Скриплю зубами, отбрасывая мысли о Леди и Бродяге. Мы это уже проходили, и принцесса принимала меня таким. Без копейки в кармане.

— Я не умею красиво говорить, Алиса. И прощение просить поздно, но я могу ответить на все твои вопросы. У тебя же есть ко мне вопросы?

Отчаянно качает головой. Волосы переливаются. Снова длинные, как у диснеевской принцессы. Она нереально красивая и женственная.

— Спрашивай. Я на все отвечу.