ГЛАВА 21

Василиса взяла все управление ситуацией в свои руки, когда увидела, как хмурые Макс и Юля приближаются к дому. Выгнала всех скулящих вертихвосток, кроме Зины, через заднюю дверь на улицу. Не до них сейчас, а эти глупые малолетки спорить еще взялись, что хотят с Максом пообщаться, им, видите ли, обещали. Васька им ничего не обещала, поэтому безжалостно отправила восвояси.

Дети ничего не понимали, и если Данька тут же нашел себе занятие, решал логические задачки, то Стас ныл, когда ему уже можно будет пойти погулять с ребятами.

Юлю трясло, она чувствовала, что прыгает в неизведанную пропасть, но обратно пути для отступления не было. Увидев полные тревоги глаза Кондрата, успокоила его, что все нормально. Он не поверил, но не стал настаивать, понимая, что сейчас не время. Надо найти силы пережить этот кошмар. А знакомство Макса с сыном представлялось ей во все более мрачных красках.

Но увидев Стаса, Макс просто застыл столбом, жадно разглядывая его, убеждаясь, что да, внешняя копия растет. Именно таким он и был в детстве. Он стоял с кучей пакетов в руках, подарками детям, и не знал, что делать дальше, что говорить?

Как же Юля оказалась права, нелегко подойти к сыну, и сказать: здравствуй, я твой новый папа. Нельзя торопить события, иначе навредишь своему же родному сыну. Сейчас он просто с горечью наслаждался моментом встречи со своим ребенком, унял свою бешенную одержимость, нашел его…

Убедился, что сын существует, задорный мальчуган, с некоторым подозрением разглядывающий самого Максима. И с любопытством смотрел на пакеты, видимо, догадываясь, что там детские игрушки.

Юлька впервые в жизни, была благодарна Ваське. Та, словно не чувствуя возникшей неловкости, весело щебетала обо всем и сразу, о погоде, о песнях и конкуренции в шоу-бизнесе. Юля даже вяло подумала, какой прекрасный шумовой фон вместо давящей тишины.

Макс требовательно смотрел на Юлю, предлагая ей дальше действовать, представлять их со Стасом друг другу. Или так и будут стоять застывшими истуканами под воркование странной тетеньки с именем Вася? Он не очень понимал, кто она такая, кем приходиться Юле, не знал, что можно говорить, а что нет.

— Сынок, Стасик, я хочу тебя познакомить... — она подошла к старшему сыну, стараясь всем видом показать, что все отлично, она справляется с ситуацией. — Это Максим... — она показала в его сторону. — Он очень хочет познакомиться с тобой...

— Привет, Стас! — протянул дрожащую руку для знакомства Максим.

— Ага, привет… — неуверенно протянул Стас, не понимая, чего хотят от него взрослые, кто этот дядя с кучей пакетов.

Он уже разглядел сквозь шуршащий прозрачный пакет радиоуправляемую машину, и очень надеялся, что именно ему ее и подарят. Девчонки, глупые подружки Зины верещали, пока их вынужденно загнали в дом, что этот дядька величайший из людей. В чем его величие, Стас разобрался не сразу, оказалось, песни поет. Странно все это…

Этот Максим, конечно, крутой дядька, машина у него клевая, и соседи были в восторге от его приезда, но великих людей, по рассказам в школе, и по книгам, он представлял другими. Вот, там Юрий Гагарин, это великий человек, известный во всем мире, им в школе каждый год в апреле рассказывают о полете первого человека в космос.

— Стас, я очень хочу с тобой подружиться…

Максим не выпустил руки своего сына, он так и произносил про себя: «мой сын». Осуществилась мечта последних недель, он достиг своей цели, сыщиков можно распускать за ненадобностью. А что теперь ему делать дальше? Как устанавливать контакт со Стасом? Таким неуверенным Макс не был никогда в жизни.

— Ты не против…? — уточнил Максим.

— Мам! — обратился за помощью к матери Стас, умоляя маму подсказать, можно ли дружить с этим дядькой или нет? А если мама будет против?

Вот, с дядей Кондратом все было понятнее, мама сразу представила его, как своего друга. И все говорят, что это мамин новый жених, и они с Данькой были совсем не против. Вчера перед сном как раз обсуждали с братом, будет свадьба у мамы или нет? И что надо дарить? И когда Кондрата можно будет папой называть? Но они шепотом, чтоб мама не услышала, а то ей тогда не очень понравился разговор про дядю Кондрата, и она грозилась передумать. Не, они с Данькой дураками не были, и терпеливо подождут, когда мама с дядей Кондратом поженятся.

— Сынок, Максим очень хороший человек и я ему доверяю. — успокоила его Юля, стараясь скрыть дрожь в голосе. Только бы не заплакать перед сыном, не испугать его. — Значит, ты тоже можешь…

— Мам, он как дядя Кондрат, твой друг?

Догадался Стас и тут же улыбнулся Максу. Ему нравились мамины друзья, вот недавно приезжали тетя Ника и дядя Леша, они такие классные оказались, особенно рыженькая высокая тетя. Стас вглядывался в дядю Максима, не очень понимая, кого тот ему напоминает? Такое знакомое лицо, наверное, по телевизору видел, он же песни поет…

— Стас, мы с тобой теперь родные, близкие люди…

Попытался хоть что-то объяснить ребенку Максим, которого передернуло от сравнения с Кондратом. Сразу становилось понятно, что Стас в восторге от нового мужчины Юли. От этого больно кольнуло в сердце, вот значит, как выглядит конкуренция за душу ребенка и отцовская собственническая ревность. Это приносило разрушающую боль, обжигало сомнением, а будет ли ребенок с таким восторгом говорить и он нем? Макс чувствовал, как у него наворачиваются непрошенные предательские слезы в глазах. У него, у взрослого мужика…

Зина, поначалу ничего не соображавшая, такую бурю эмоций вызвал приезд самого Максим Подгорного, от песен которого они с девчонками фанатели, начала прозревать. Пелена восторга и поклонения стала немного спадать, вот он рядом, и ничего сверхъестественного не происходило. Макс, конечно, клевый до умопомрачения, и девчонки засыпали ее шквалом вопросов, почему он приехал, о чем разговаривает с Юлей? До этого самого момента Зина не знала ответов на эти вопросы.

Проступающее понимание на уровне подсознания было таким страшным и немыслимым, что в груди как будто перекрыли кислород. Зина стала судорожно хватать воздух ртом. Видимо, у всех была эта пелена, и никто не заметил потрясающего внешнего сходства Стаса и Макса. Но после слов Макса о родных близких людях, оставалось сделать только один вывод. Зина только не понимала, КАК это могло случиться? Ведь в то время Юля была замужем за Сережей, замечательным человеком, о котором все родные вспоминали с тоской, всегда говорили, как повезло Юленьке встретить такого заботливого и любящего мужчину? У Зины был только один вопрос к сестре:

— Юля, как ты могла?! А как же Сережа…?— с ужасом в голосе воскликнула Зина и упала в обморок от переизбытка чувств.

***

Суета вокруг Зины отвлекла всех от напряженного знакомства сына с отцом. Васька тут же велела Максу переложить Зину на диван в комнате, Юлю отправила за водой, отодвинула испуганного Стаса и велела прибежавшему Даньке открыть окно, чтобы впустить в душную комнату свежего воздуха.

Пришедшую в себя, безумно смущенную Зину, Васька велела Максу вынести на свежий воздух, настолько бледной выглядела потрясенная девочка. Но тут Васька просчиталась, забыв о подружках Зины, которых вроде как разогнала. Оказалось, они сгруппировались вокруг дома и сидели, как мышки, ожидая, когда появиться Макс, и можно будет с ним пофотографироваться, взять автограф, и вообще, высказать ему кучу восторгов.

Выходящий Макс из дома с Зиной на руках, вызвал истеричный шквал среди ее подружек, одна девочка, самая впечатлительная, которая видела якобы Бога, сама готова была хлопнуться в обморок. Васька разозленная возмутительно истеричной пасторалью, рявкнула на них:

— Дуры, не видите девке плохо? Разбежались все на километр!

Юля, за всем, что происходит, наблюдала, как во сне. С ней это происходит или это дурной сон? Она, привыкшая все и всегда держать под контролем, сейчас отдала все бразды правления в Васькины руки, и была ей бесконечно благодарна.

Юля понимала, что не избежать тяжелого разговора с Зиной, у бедной сестренки порушились все выстроенные схемы и шаблоны: Сергей был святой, Витя плохой, а тут вдруг Макс оказался отцом Стаса.

Зину уже привели в чувство, и она, забившись в угол скамейки, тихонечко подвывала, размазывая слезы по лицу. Макс сидел рядом, приобняв ее, успокаивал милыми ничего не значившими словами, понимая, что стал причиной обморока сестры Юли, догадавшейся об его отцовстве. Происходило черт, знает чего, но именно это как-то сблизило его с семьей Юли. Стас крутился рядом, тоже желая поучаствовать в спасении любимой Зиночки, задавал вопросы о самочувствии, они даже с сыном перекинулись парой слов.

Зина млела в объятиях и комплиментах Максима, заметив, с какой завистью, почти ненавистью на нее смотрели подружки. Васька тоже это заметила, и погнала девчонок к воротам, от греха подальше, уже собиралась их сопроводить за территорию участка, как одна заревела белугой, другие подхватили это плач, и ей пришлось сдаться, предупредив, что если они хоть шаг сделают от ворот дома, то вылетят отсюда со скоростью света. Испуганные такой возмутительной перспективы лишиться возможности смотреть на Максима, они согласно закивали.

— Устроили тут оперный театр! Солистки хреновы! — возмутилась Василиса, но с некоторой нежностью добавила. — Дуры малолетние…

Она их немного понимала, кумир приехал личной персоной. Но она то взрослая разумная женщина, не поведется на этого поющего пижона, хотя мужчина он очень привлекательный. Но вот Алексей, который давеча приезжал, был крутым мужиком со стальными яйцами, а этот модный кавалер ей казался излишне изнеженным. Не в ее вкусе, поэтому в ниц она падать не собиралась, хоть он и известный человек.

И еще, сегодня что-то изменилось в самой Ваське, после несусветного срама устроенного Витькой. Такие мужики, как Кондрат и Кадык произвели на нее неизгладимое впечатление, вот даже на искалеченного парня можно положиться, как он бился за свою Юльку, а Кадык потряс ее силой характера и нерушимой верой в свои патриотическо-рыцарские идеалы. И еще, после сговора с Кадыком, который ее просил приглядывать за Юлей и Кондратом, она чувствовала ответственность за зарождавшуюся семейную ячейку.

Васька как раз возвращалась обратно к дому, когда заметила, как Зина подскочила к апатично на все реагирующей Юльке, причем обе были в шоке разного качества.

— Юля, ты мне не ответила, как ты могла? — взвизгнула возмущённая Зина, наступая на сестру.

— Зиночка, давай потом поговорим… — умоляюще попросила Юля.

Но это визг сестры вывел ее из ступора, она оглянулась вокруг. Кондрат в беспокойстве метался между ними, рванув то к одной, потом решил подъехать наперерез Зине, не зная, как остановить безумие. Макс растерялся от напора девчонки, до этого безжизненно повисшей у него на руках. Ее сыновья испугано переводили взгляды с одного взрослого на другого, не зная, что происходит, единственное понимая, что это что-то очень плохое. Мамочка расстроена, а всегда добрая Зиночка с такой злостью кричит.

— Ребятки, у нас же в доме там подарки для вас! Пойдем скорее смотреть! — Васька подхватила мальчишек за руки, и почти силой потащила в дом. Но сопротивлялись они недолго, особенно Стас, которому не терпелось добраться до радиоуправляемой машины.

— Теть Вась, а можно? — возбужденным шепотом спросил он.

— Можно, Стасик, даже нужно! — Васька захлопнула дверь за собой и детьми, понимая, что в этом разговоре обойдутся без нее.

***

Что хотела услышать в ответ Зина? Юля понимала шоковое состояние сестры, но агрессивного нападения в такой момент не ожидала.

— Юля, что ты сделала с Сережей? — в Зине никак не унимались злость и разочарование сестрой, которой всегда восхищалась, мечтая быть похожей на нее. — Я думала… у тебя с Сережей была любовь?! Мечтала, чтоб у меня тоже так было! А ты ему изменяла… Он уже умер, а ты его предала… — она несколько смущенно посмотрела на Макса, но остановиться уже не могла, пока Юля ей все не объяснит. Да, и что тут объяснять, сестра подло изменяла такому чудесному мужу, как Сергей.

— Зина, послушай меня… — Юля понимала злость своей маленькой сестрички, но что ей можно рассказать, чтоб не шокировать еще больше. — Мне больно тебе об этом говорить… Я думала, что тебе никогда не придется об этом узнать… Я не могу объяснить тебе всего и сразу, просто… Хочу, чтоб ты понимала, что Сережа обо всем знал…

— Как знал…? Он же остался с тобой жить… — недоверчиво прошептала Зина, потом ее осенила догадка. — Он тебя так любил, что смог простить?

— Да, Зиночка, он меня простил…

Юля понимала, что сейчас немыслимо сказать сестре всю правду, разрушив ее наивные девичьи идеалы о Сереже и его любви, пусть лучше ее считает плохой.

Макс решил вмешаться, пока Юля не повесила на себя все грехи. Он вдруг взглянул на ситуацию в совершенно другом свете, Сергей принудил Юлю к решению завести от другого мужчины ИХ ребенка, и его маленькая подружка Синичкина всю жизнь молча страдает от того, на что ей пришлось пойти. Даже перед обвинениями сестры не хочет оправдываться, возлагая всю вину на себя.

— Зиночка, я хочу поговорить с тобой наедине. — попросил он, ласково заглядывая в глаза девочке.

— Максим…! — предупредила его Юля одним тоном голоса.

— Юля, не надо принимать меня за дурака! — отрезал он, отводя Зину подальше. — Зиночка, пойдем, посидим в вашей беседке, там у вас так уютно…

Он, не спеша, делая акценты на деталях, даже немного приукрашивая, рассказал Зине, что с Юлей они учились в одном классе, и были сначала большими друзьями, а потом и парой влюбленных. На что Зина так недоверчиво посмотрела на Макса, что ему пришлось подтвердить это еще раз.

Попытался объяснить девочке, что Сережа был хорошим человеком, не идеальным, как ей кажется, а просто хорошим… Неужели, спросил он себя, пора мне в сказочники переквалифицироваться? К первому мужи Юли, после того, что он сегодня узнал, кроме презрения и отвращения, ничего не испытывал. Но зачем об этом знать впечатлительной девочке?

Юля с Сережей были замечательной парой, но даже в таких парах случаются ссоры и недопонимания, и вот, в один из таких периодов «недопонимания», он встретился с Юлей, чувства на какое-то время вспыхнули снова между ними, результатом чего стало рождение Станислава. Все совершают ошибки в жизни, но разве такой чудесный мальчик может быть ошибкой или недоразумением?

Вот только, он, Максим долгое время ничего не знал о ребенке, и это уже его ошибка, которую он решил исправить, и стать для Стаса хорошим отцом, заботься о нем. И ему, Максиму, позарез нужна помощь Зины, один он не справиться. Не знает, что любит его сын, чем интересуется, в какие игры играет, и какие фильмы смотрит?

— Зиночка, ты поможешь мне? Я тебя очень прошу! И не злись на Юлю, она в тот момент не могла по-другому… Мы попробуем все исправить вместе, ради Стаса… — уговаривал он девочку.

Зина плакала уже от жалости к сестре, к Сереже, и сочувствия к Максу. Ее раздирали противоречивые чувства, ведь она ничего не знала, а стал обвинять сестру в предательстве. Макс встал, поднял Зину, заключил ее в крепкие объятия и еще некоторое время утешал, давая время выплакаться, прийти в себя от пережитого за сегодняшний день шока.

Зина испытывала жгучий стыд за то, что обидела сестру, и успокоившись, бросилась ее искать. Юля вместе с тетей Васей и Кондратом помогали детям распаковывать игрушки, восхищенно охали, громче всех старалась Василиса, каждый раз закатывала глаза, когда Стас ей показывал очередную машинку и автомат. Стасу и Даньке это настолько понравилось, что все распакованные игрушки, они в первую очередь несли на экспертизу тете Васе.

Зина тихо подошла к сестре, тронула за плечо. Юля с такой мукой в лице на нее посмотрела, что Зина не выдержала, и опять начала плакать.

— Юля, прости меня… — прошептала она, порывисто обнимая сестру.

Юля одними глазами спрашивала вошедшего в дом Макса, что ты ей рассказал? Но он только пожал плечами, мол, все нормально. И тут же включился в процесс распаковки детских игрушек, иногда удивляясь, а это он когда успел купить?

Зато у него была возможность в непринужденной обстановке расспросить сына о любимых предпочтениях и играх. Стас тут же загорелся, увидев неподдельный интерес в глазах Максима, и начал ему рассказывать, что в компьютерной игре прошел самый сложный уровень, а вот Егорка, хотя и старше его на год, еще не прошел этот уровень.

Макс в этот момент был почти счастлив. Все можно исправить, пусть и спустя столько лет. Этот его нежданный ребенок станет гордостью и надеждой, это ребенок не забудет отца при следующей встрече, и не спросит, кто ты такой. Пусть даже Стас пока не знает всей правды, он сделает для сына все возможное и невозможное, чтобы завоевать его любовь.