15. Юля

— Я прихожу утром, а он спит на диване в приёмной, как сиротка, представляешь? — с энтузиазмом рассказывала мне новости о Котове Олеся Юрьевна.

Мы сидели с девочками на моей кухне, пили вино и мыли кости Максиму Викторовичу, точнее, только начали. После того как я сегодня не вышла на работу, коллеги приехали меня навестить. На самом деле им не терпелось выяснить, что же случилось у меня такого, что я рабочий день прогуляла, ведь прежде я так никогда не делала.

А сегодня ни с того ни с сего, просто не появилась в офисе, и телефон выключен у меня был до самого вечера. Мы только начали выпивать, поэтому секретарь и зашла издалека, но судя по количеству спиртного, которое принесла с собой спасательная делегация во главе с Тамарой Евгеньевной, засели мы надолго.

Полдня я отсыпалась после секс-марафона, который мне устроил вчера Котов, а ещё полдня ревела, коря себя за беспечность. Что делать дальше я не придумала, но этот внеплановый выходной я явно заслужила.

— Я же обычно раньше всех прихожу, но сегодня Максим Викторович меня удивил, — продолжила Олеся Юрьевна. — Еле его растолкала, и лучше бы я этого не делала. Злой весь день ходил, дёрганный.

Не выспался, просто, как и я, вот и был раздражительным. Слава богу, хоть не замёрз нигде. Я же его вчера выгнала голенького. Волновалась потом, как он там? Не случилось ли с ним чего-то плохого?

Скотина он, конечно, но это не отменяло моей тревоги за мужчину, ведь мы с ним стали близки, ближе уже некуда.

— Поругался с Василием Степановичем, — докладывала Верочка. — Из-за какого-то договора на поставки дерева. Сам на себя был сегодня Котик непохож.

Кажется, я знаю, из-за какого договора сыр-бор. Это тот, что у меня на тумбочке в спальне лежит. Я ведь его переделала, только вот передать Котову видно не судьба. Попрошу, наверное, девочек прихватить бумажки?

Уж не этот ли договор обсуждал вчера Василий Степанович по телефону? Если его, то с кем? И почему он так сильно заинтересован в подписании договора?

Это всё было странно, но голова совсем не соображала от горя, поэтому думать о делах фабрики мне было неохота. Тем более что я там больше не работаю.

Девочки наперебой рассказывали, как отвратительно прошёл сегодняшний рабочий день Максима Викторовича, хохоча над ним, как ненормальные, а меня совесть мучила. Я обещала Виктору Алексеевичу присматривать за его сыном и во всём ему помогать. А сама, что же?

Мало того что переспала с ним, так ещё и бросила в самую трудную минуту.

Это просто похмелье. Котов сам виноват в том, что остался без помощницы. Вот, пусть теперь хлебает полной ложкой, бессовестный!

— А ты чего молчишь, Юлька? — докопалась до меня Тамара Евгеньевна. — Вы вчера вместе с Котярой смылись? Ты поэтому на работу хрен положила?

Мне стало жарко. Эта женщина никогда не ходила вокруг да около, вот и сегодня не стала. Что ответить, мамочки? Признаться в том, что я пала от чар босса? Попалась на его удочку, как последняя лохушка? Да я от стыда умру быстрее, чем от похмелья.

Впрочем, мы уже добили первую бутылку красненького и откупорили вторую, так что чувствовала я себя гораздо лучше. Алкоголь медленно, но верно уносил все мои тревоги, улучшая настроение.

— Вот ещё! — как можно убедительнее фыркнула я. — Спать с боссом — фу!

— Да? — недоверчиво вскинула бровь завхоз. — А он так вчера на тебя смотрел! Все зенки проглядел. Я думала, слюнями весь пол зальёт.

— Разве? Я что-то не заметила.

— Пиздишь, ведь? А, Юлька? Колись давай! Максимке так с тобой понравилось, что он тебе выходной дал? Ну, не томи! Всё равно ведь узнаем правду!

Не узнаете, — мысленно успокоила я себя. Потому что я больше в офис ни ногой, а о вчерашнем корпоративе все забудут уже через неделю, как и обо мне.

Я открыла рот, чтобы отрицать всё до победного, как вдруг зазвонил домофон. Я никого не ждала, поэтому очень удивилась. Домофон всё звонил и звонил. Пришлось пойти в прихожую и снять трубку.

— Да?

— Юля! — раздался недовольный голос Котова в трубке. Я аж на месте подпрыгнула от неожиданности. — Что у тебя с телефоном, чёрт побери? Я весь день тебе дозвониться не могу!

— А… Зачем вы мне звонили? — удивилась я.

— Дверь открой и узнаешь!

Господи, он что, зайти хочет? Но у меня же тут девочки?

Они сразу догадаются, что у нас с Максимом Викторовичем всё было. Этого нельзя допустить ни в коем случае.

— Позвоните мне завтра, — предложила я. — Или попозже.

— Дверь открой, говорю! — настаивал Котов.

— Я сейчас не могу. Уходите! Завтра поговорим.

— Я не могу ждать до завтра, Юлечка. Впусти меня, пожалуйста, в подъезд, — перешёл на ласковый тон босс.

— Я же сказала…

— Ты там не одна, что ли? Кто там у тебя? Быстро открывай! Я всё равно зайду. По-хорошему открывай!

Это конец! Всё пропало!

Что же делать? Что?

Придётся его впустить. Он же не отвяжется?

Я нажала на кнопку, открывая подъезд, а потом бросилась на кухню.

— Девочки, прячьтесь! Там Котов приехал! — ляпнула я первое, что пришло в голову.

— Зачем?

— Куда?

— Что ему надо?

Женщины всполошились, словно к нам ОБЭП нагрянул. Мы, так-то, были не на работе, с чего им Котова бояться? Но мне было нужно, чтобы они не пересеклись с боссом.

— За договором, наверное, приехал. Не знаю… Скорее! Сюда! — я затолкала хохочущих подвыпивших коллег в спальню, надеясь, что Котов ненадолго, и потом мы продолжим наши посиделки. — Тихо сидите! — попросила я хохотушек, хватая с тумбочки те самые документы. — Постараюсь избавиться от босса поскорее.