18

Даниил

Изогнулась, как кошка.

Какая же у неё шикарная фигура. С ума сойти. Где были мои глаза пять лет?

Воображение навязчиво рисует картинку, как я поворачиваю её спиной, прижимаю прямо к этому каталогу и беру сзади.

Она прогибается в пояснице, ладонями упирается в стекло. Вскидывает голову, а я наматываю на руку её волосы, заставляю сильнее выгнуть спину, приблизиться. Она стонет сладко, ротик приоткрывая. А эти губы, они же созданы для…

— Вы согласны?

— Да, — выпаливаю на автомате.

Блядь. О чëм она спрашивала? Собрался сейчас же.

Вот поэтому нельзя на работе романы заводить.

— Спасибо! Даниил Александрович, я всё передам Павлу. Ни о чëм не беспокойтесь.

Почему счастливая такая, что я только что пообещал? И за каким боком про хипстера этого недалëкого вспомнила?

Пальчиками тонкими стучит по глянцевой странице. Запястье голое, без браслета. Глупышка, не догадалась в рюкзачок заглянуть.

А я бы с радостью принял её благодарность. Прямо здесь, прямо под этим столом.

— Ещё раз, — щебечет, улыбаясь, — сегодня. Последний день.

Проблеск разума подсказывает: изменения нужно согласовать.

— Ладно, иди.

Сосредоточиться с ней невозможно.

В платье этом телесном, как голая. Ну что за походка перед начальником? Намеренно бёдрами виляет. Так и просит, чтоб я догнал, прижал к стене… да что со мной такое сегодня?

Судя по наряду и тому, как она весь день передо мной стелется, сны Кате снились такие же, как и мне.

Переиграла в недотрогу, девочка. Исправляет.

Перед тем, как окончательно выйти, ещё одной улыбкой в меня стреляет.

Считай, извинения приняты. Улыбаюсь в ответ.

Фух… Кофе нужен. Литр.

— Паш, двойной американо принеси, — говорю селектору.

— Будет сделано, — живо отвечает.

Хоть на что-то способен. Бариста бы из него получился нормальный.

Надо было Кате более прозрачно намекнуть, что я за ней утром заеду. Сюрприз сделать хотел. Фокусник херов. Полчаса под подъездом, до этого два часа грëбаных пробок, а она решила в кафе видите ли позавтракать.

И с каких пор права умственно отсталым выдают? Походу отменили обязательного психиатра, иначе такое количество дебилов на дороге не объяснить.

Чтоб я ещё хоть раз без водителя в час пик выехал…

Вспомнил. Катя сказала, что водителя подобрала. Вечером будет готов.

Красивая она сегодня, особенная. Всё-таки правду говорят, что влюблённая женщина расцветает.

Одно свидание и то не по плану, а какой эффект.

Справедливости ради, шансов устоять у девочки не было. Я-то себя знаю. А как пела звонко. Вы мне не нравитесь. Вы не в моëм вкусе. Почти поверил.

Но я тоже хорош. В лоб о таком говорить. Понятно, что её это смутило.

Беглого взгляда на каталог хватает, чтобы в памяти всплыла недавняя сцена. Фантазия, а такая яркая.

Всё-таки я профессионал. Столько лет не давал себе замечать в Кате женщину. Теперь уже не развидеть…

Лосев звонит.

Выдохнув, отвечаю.

Собраться и работать. Я себя уважать перестану, если до конца дня буду слюни, как подросток, пускать.

Давно такого не было. Да что там… никогда.

Следующие три часа с двойной силой впахиваю. В привычный ритм втягиваюсь.

Романов совсем свой отдел расслабил.

Горе у него. Бывшая с новым мужем ребёнка планируют. Начитался их личных переписок, хакер недоделанный. Ноет второй день. Мне это зачем знать? Заведи кота, ему жалуйся.

Выбесил.

Нужно зайти к Кате. Отвлечься.

Хипстера какого-то хрена на рабочем месте нет. Но тем лучше. Уши греть не будет.

Захожу без стука и застаю мою ассистентку, эффектно склонившуюся над своим столом. Ну точно нарывается.

— Даниил Александрович? Почему Вы пришли? Не дозвонились? — вспархивает удивлённо.

Рядом в кресле стоит широкая раскрытая сумка, из которой серые меховые уши торчат.

Какая милашка. Не может с моим подарком расстаться. Понимаю, что кролик хорош, но не до такой же степени, чтобы его всё время с собой носить.

Это она ещё сюрприз не видела.

— Нет, просто захотел тебя увидеть, — подхожу, а она упругими ягодицами в столешницу вжимается.

Подожди до вечера, девочка. Снесу ещё пару голов и займусь тобой.

Достаю мягкую игрушку за уши. Рюкзачок на месте, закрыт кожаными ремешками. Тяну за пряжку, не сводя глаз с Кати. Вынимаю красный бархатный мешочек.

— Даниил Александрович…

Как же она смущается классно. Губу закусывает — чистый секс.

— Внимательнее нужно быть, — достаю браслет, — дай руку.

Она растерянно протягивает кисть. Пальчики ледяные, хоть в кабинете тепло. Ускоренным пульсом голубая венка бьëтся.

Оплетая запястье, отмечаю, что ей идут бриллианты. Придают лоска.

— Даниил Александрович, там, в том опросе…

— Был вопрос про миллион? Я всегда превосхожу ожидания. Привыкай.

Она только улыбается робко. Глазами хлопает, слова подбирая.

Телефон звонит. Лосев.

Умеет же старый хрыч момент испортить. Кто бы другой звонил, сбросил бы. Но здесь нельзя. Не сейчас.

Демонстрирую Кате экран, и она с пониманием кивает. Иду к себе, по пути отвечая.

На следующие часы выпадаю из всех процессов. Проблемы с новым замом министра сами себя не уладят. Урод за спиной начальника мой грант уже каким-то шарлатанам успел пообещать. По любому подкупили, а как стелет гладко. Не удивлюсь, что именно его шайка приложила руки к той заказухе про меня.

Никогда не был сторонником методов девяностых, а этот прям сам напрашивается.