43

— Дань, — говорю лениво, положа голову на руки, — я не хочу на эту виллу. Грант нам и так подпишут. А если тебя журналисты в компании министра засветят? Только хуже будет. Опять слухи о взятках пойдут. Давай не полетим.

Он разлепляет ресницы, тянется к моей талии и, ухватив, на грудь себе притягивает. В макушку целует.

Теперь я ощущаю себя голой, и от этого неловко. Хотя на мне больше одежды, чем на нëм. Аж целых два чулка.

Лежу, уткнувшись носом в его кожу, дышу. Чувствую, как он пальцами гладит меня по спине. И эта так приятно. Гармонично. Голова отказывается включаться.

— Кать, надо, — вздыхает.

— Там придëтся опять слушать про сосуд с женской силой, генетический код и силу рода. Не моë это.

— Ну и что? Потерпи.

И потерпела может быть, но его категоричность задевает за живое. В нашей семье моë мнение вообще никак учитываться не будет, да?

Он поднимается, и тянется за брюками, рубашку подбирает.

— Тогда к моим на следующих выходных? — платье с пола беру, через ноги натягиваю.

— Девятого мне нужно быть на параде.

— Там же не один день… Можно в субботу.

— Остальные расписаны, ты же знаешь.

— А когда?

Как на ребëнка глупого смотрит, который леденец до ужина выпрашивает. Потом склоняется и в лоб целует.

Никогда, похоже.

— Помоги застегнуть, — встаю и спиной поворачиваюсь. Эту просьбу он без вопросов выполняет. Это можно.

Чувствую себя опустошенной.

Но, опять же, я не истеричка, чтобы на пустом месте обижаться. Он просто не понимает, как это для меня важно. Сейчас объясню на его языке, и всё поймёт.

— Дорогой, — сажусь на подлокотник, пока он последние пуговицами занимается, — помнишь, на первом свидании, когда ты подарил мне лилии, ты сказал, что идëшь в полной комплектации? Так вот. Я тоже так хочу. И моя семья — это обязательный элемент. Один из основных. Без них я буду несчастна. Понимаешь?

— Да.

В улыбке расплываюсь. Ну какой же молодец!

— Так мы полетим к ним?

— Нет.

Из груди что-то типа нервного кашля вырывается.

— А на виллу, значит, полетим?

— Именно, — невозмутимо.

Вот ведь баран упëртый!

— Для будущей жены, — за подбородок меня берëт, в глаза заглядывает, — я организую лучший отпуск в её жизни.

И целует. Так много коротких поцелуев, касаний. А при этом от своего не отступился ни на шаг.

Только я отступаю.

Даниил к столу уходит. Собирает сброшенные папки. Планшет каким-то образом на полу оказался.

Уже можно плакать?.. Чувствую себя обманутой. И назад уже не отмотаешь, после того что было.

Победил по всем фронтам. На нет свëл все мои попытки в независимость играть. А я что? Где моë место в нашей семье? И можно ли вообще то, что у нас будет, семьëй назвать?

— Домой хочу. В душ и переодеться, — бурчу.

— Хорошо, буду ждать, — в планшете что-то интересное увидел, читает.

Конечно, будешь!

Такое сокровище сговорчивое тебе досталось!

Одна туфелька у окна, вторая под стул забилась. Надеваю. Сумку беру. Пустота изнутри грызëт. Только что на седьмом небе звëзды ловила, а теперь…

Какая же я глупая. Секс с любовью спутать.

— Подожди, — слышу и останавливаюсь, пальцы на дверной ручке, — завтра в десять вылет. Секретарь Шетова расписание прислал.

Толкаю от себя.

Выхожу. Паши уже нет.

Стены офиса светлые, а всё равно давят.

Я вообще за себя никак постоять не могу?

Как же меня достало быть послушной! Даниил хоть бы раз меня услышал.

В кабинете своëм беру ключи от "Ламбы".

Коридоры наполовину пустые. Народ разбежался весь. Я чем хуже? Тоже убегаю.

В холле мимо зеркала проношусь. Боже… Где та леди, что блистала на встрече с семьëй министра? Что на голове?.. Помада на щеке. И я так через весь офис шла?

Мой скоростной красный бонус истосковался на парковке. Почти неделю без дела стоял. Запрыгиваю на водительское.

Телефон достаю. Открываю приложение поиска авиабилетов.

Ближайший рейс до Томска.

Пассажиры… Один пассажир. Только я.

Класс… Первого нет, придëтся брать бизнес. Я же невеста богача, который скоро станет в два раза богаче.

О! Есть самолёт. Через три часа. Великолепно.

Заказываю. Приятных выходных в Сочи, дорогой!

Пять лет назад летела в Москву экономом, сидела у туалета, с краю. Бывший не пустил к окошку, потому что "Ну ты же уже летала, а я в первый раз". Все локти тогда тележкой отбили.

По предпраздничным пробкам "Ламба", как улитка плетëтся, но вроде успеваю.

Волнуюсь ужасно. Будто я в федеральном розыске и из страны собираюсь бежать под чужим именем.

Шереметьево.

Родителей предупредить нужно.

Маме звоню — недоступно. Папе — тоже самое. Тëтю Люду набираю — аналогично. Это папина младшая сестра, живëт через улицу.

Да что такое? Дерево на телефонную вышку упало? Ладно. Будет сюрприз.

На стойке регистрации мне улыбается приятная женщина с изумрудными глазами. И я отвечаю искренней улыбкой.

Я еду домой!

"Отдохнула? Скоро вернëшься?" — за несколько минут до посадки пишет Даниил. Без меня не работается, да, дорогой?

Безумно хочу просто исчезнуть. Выключить телефон. И пусть он с ума сходит. Пусть ищет меня по всей Москве. Пусть поймëт, что жизнь без меня хуже жизни без гранта.

Но у меня, в отличие от некоторых, есть совесть, поэтому пишу "Завтра. Я улетела к родителям", и только после этого отключаюсь.

Сердце громко бьëтся, очень. Кажется, это всем слышно.

Объявляют посадку.

Назад пути нет. Выхожу из бизнес-зала. Люди льются галдящими ручьями. Делаю несколько шагов и замечаю двух одноклассниц. Дина и Марта. Главные наши заводилы. Насколько помню, обе не замужем. Пару лет назад в Москву переехали, а у меня всё не было времени встретиться.

Тоже к родителям на праздники?

Как же мир тесен.