Глава 25

Устала от бесконечных переписок, сил нет. Засыпаю, как будто меня выжали досуха. До работы мне сегодня точно не добраться, это просто нереально. Слишком тяжело. Ну в самом деле, не умирать же из-за санатория?

Лихорадка треплет, жар сводит с ума. Сколько уже прошло времени? День? Два? Невозможно сосчитать. Кажется, я сплю, но сон какой-то мучительный, липкий. И он, этот Ян Аристархович, не отпускает даже во сне. Я вижу его грозную фигуру, размахивающую кипой бумаг, слышу его обещания снести все к чертям — и санаторий, и мой дом.

Пью таблетки, пытаюсь сбить температуру, но бред не отступает. И вот сквозь пелену жара я слышу голос. Женский. Сначала мне кажется, что это Вера, но нет… Это не она.

— За что ты так со мной? — шепчет голос, полный отчаяния.

Римма⁈ Сидит на краешке моего дивана, вся в слезах, опухшая, заплаканная. От былой красоты не осталось и следа.

Я пытаюсь понять, что происходит. Как она сюда попала? И когда это мы успели стать подругами?

— Зачем ты рассказала ему про свадьбу? Он бросил меня.

Я пытаюсь собраться с мыслями, но голова раскалывается.

— У меня встречный вопрос. А зачем Игнат пустил тебя сюда?

— Твой любимый мужчина на лесопилке, — всхлипывает она, вытирая нос, а мне режет слух то, как она назвала Игната. — Я следила. Его мать ключ под ковриком оставила. И калитку не закрыла. Зачем ты рассказала Яну? Ты разрушила мою жизнь! Ты меня уничтожила!

Она хватает меня за ворот майки и начинает трясти.

— Тише, тише! Успокойся, — пытаюсь я ее урезонить. — Насколько я помню, ты сама рассказала моей помощнице о планах на свадьбу у нас в санатории.

У Риммы на голове настоящее птичье гнездо, выглядит она ужасно. Будто упала с сеновала. Она снова всхлипывает, оглядываясь и принюхиваясь.

Понимаю, о чем она.

— Это гвоздика, розмарин и мята. Народное средство от моли. А еще чеснок к люстре привязали, чтобы вирус мой убить, — вздыхаю я, закатывая глаза. — Не спрашивай…

— Да, я сказала про свадьбу. Но я думала, что… Я не знаю, что я думала. Он взял меня за руку, он вроде как повернулся ко мне. Мне казалось, осталось чуть-чуть…

Задохнувшись, Римма поднимается, бросается к старому столику в центре комнаты и жадно отпивает из моего стакана.

— Опрометчиво, — комментирую я ее поступок. — Заболеешь же!

— А мне плевать! — неожиданно громко вскрикивает она, давясь. — Я без него жить не могу! Пусть я умру! Неужели ты не понимаешь, что такое любовь? Когда в груди на разрыв, когда сердце в пятки, когда не можешь дышать без него⁈

Честно говоря, я совершенно не понимаю всей этой драмы и переживаний. У меня голова занята другим — я волнуюсь за санаторий, за дело всей моей жизни. А все эти «страдашки» просто не моя тема, я в этом не вижу смысла.

— Честно говоря, нет. Я не могу дышать из-за соплей, это да, — отвечаю я, поморщившись. — Бестужев, конечно, симпатичный, но чтобы так убиваться? — качаю головой. — Даже не представляю, что

должен сделать для меня мужчина, чтобы я волосы на голове рвала в случае нашего расставания.

Римма смотрит на меня с таким выражением на лице, будто я не просто простужена, а страдаю от серьезного психического заболевания. В ее глазах читается не только беспокойство, но и некое недоумение, как будто я представляю собой загадку, которую она не может разгадать.

— Ну не всем дано познать истинную любовь, — пытаюсь я подстроиться, — ну что я могу поделать? Я так из-за этого переживаю! — делаю страдальческую физиономию.

Вздохнув, Римма продолжает делиться своим горем, и я чувствую, что меня начинает утомлять вся эта ситуация. Ее голос дрожит, глаза полны слез, и я очень-очень стараюсь сопереживать. Но в то же время меня терзает вопрос: почему именно я? Почему она выбрала меня в качестве слушателя, когда вокруг столько людей, готовых поддержать?

Тех, кто разбирается в этих си-сю му-сю!

Я слушаю ее, стараясь проникнуться, но по факту едва сдерживаю зевок. Я не психолог, не специалист, просто человек, который болеет.

Ее история полна боли и утрат, и я понимаю, что иногда просто быть рядом — это уже много. Но все же, в глубине души, мне хочется стукнуть ее по голове подушкой, чтобы перестала ныть и отвлеклась на что-нибудь.

— Я так и знала, поэтому примчалась в этот затрапезный санаторий! Я как чувствовала. Он так смотрел на твою Веру! Я прямо поняла сразу, что он на нее запал.

— Вера? — от такой новости у меня просто не остается слов. Глаза распахиваются от удивления, как будто хотят выскочить на лоб. — Ты думаешь, что он бросил тебя из-за Веры?

— Ну конечно! Поэтому я попросила брата разобраться с ней.

— Что ты сделала с Верой⁈

От испуга у меня волосы становятся дыбом.