Глава 33

Ян

Проходит одно барбекю, второе, третье. Я жду от нее ответа, как манны небесной, но тишина становится оглушительной.

Несколько недель тянутся мучительно долго, каждый день приносит какое-то серое разочарование. Я начинаю думать, что Аглая Людвиговна мне приснилась, просто исчезла, растворилась в воздухе.

И вот, когда я почти смирился с неизбежным, Иннокентий и Захарий приглашают меня в баню. Как водится, многие вопросы решаются именно там, в атмосфере пара и расслабления. Собираясь, я надеюсь, что смена обстановки поможет мне отвлечься от навязчивых мыслей, но сколь же я наивен!

Мы сидим в предбаннике, распаренные, обмотанные полотенцами. Поддерживаем неспешные разговоры: от последних новостей до планов на будущее.

Вдруг Иннокентий выдает:

— О-о-о, кстати, мужики, я же забыл вам рассказать! Я же с Губановым недавно столкнулся. Он пансионат собрался строить, небольшой, но с процедурными, массажными и косметическими кабинетами. И знаешь где, Ян? Никогда не догадаешься, — обращается ко мне с хитринкой в глазах.

Мое сердце замирает, как будто чего-то ждет. Я чувствую: сейчас прозвучит что-то важное, способное изменить все.

— И где же?

— Недалеко от твоей деревни! — продолжает Иннокентий, смеясь, наслаждаясь моим ожиданием. — Ему там природа понравилась и…

Он делает театральную паузу, широко улыбаясь. Эта улыбка, полная самодовольства, безумно меня бесит.

— Что и? — выдыхаю я, ощущая, как внутри меня нарастает злость.

Я предчувствую какой-то подвох, какую-то неприятную новость.

— К нему с местным проектантом…

— Проектировщиком, — жестко исправляю.

— Неважно. Так вот. С макетами и чертежами явилась бывшая директриса твоего санатория. Ну та, помнишь, которую ты назвал невоспитанной хамкой. В общем, она предложила Губанову проект, все продумала и рассказала. И он согласился строить! Прикинь?

Я пытаюсь осмыслить услышанное, но меня аж тошнит. В животе все сжимается. Директриса моего санатория? Она? И Губанов?

— Говорит, баба огонь! — продолжает нервировать меня Иннокентий, не замечая моего состояния. — Такая землю носом будет рыть для достижения цели. Упертая. Думаю, они сработаются. Но и красавица. Очень хороша. Он уже поимел ее, сказал, что она супер не только в делах.

Внутри меня что-то взрывается. Неожиданно даже для самого себя я бью кулаком по столу. Тарелки с раками и сухарями подпрыгивают, рассыпая крошки.

— С чего ты взял, что они любовники? — зло шиплю я, чувствуя, как кровь приливает к лицу.

Друзья недоумевают, глядя на меня. Слишком много эмоций, надо успокоиться. Но как⁈

— Это все, что тебя интересует? — усмехается Иннокентий. — А то, что Губановский пансионат с твоим отелем будет соперничать, что, по сути, он у тебя под носом будет маячить, тебя не волнует?

Сжав зубы, молчу. На самом деле, да! Меня почему-то гораздо сильнее волнует первое, чем второе. Волнует, что она и Губанов могли… А ведь есть еще Игнат. Губанов ходок… Как она его уговорила? Неужели они не просто связаны? Судя по словам Иннокентия, они в очень близких отношениях.

Я убого жду от нее ответа, какого-то знака, какого-то подтверждения того, что между нами есть искра… А она, оказывается, уже давно и прочно связана с Губановым!

Это как удар под дых. Все мои попытки успокоиться рушатся в одно мгновение. Мне кажется, у меня сейчас пар носом повалит. Она отказалась от моего предложения и вместо этого решила сотрудничать с моим конкурентом! Это не женщина — это беда!