Глава 34

Ян

Перешагиваю через груду свежеструганных балок, стараясь не смотреть на суету, развернувшуюся вокруг. Воздух густой, насыщенный запахом древесины. Вокруг витает пыль и еще что-то неуловимо тревожное. Судя по тому, что я вижу, строительство продвигается с невероятной скоростью.

— Быстро ты стройку развернул, — обращаюсь я к Губанову как можно равнодушнее.

Осмотревшись, вижу, как ловко рабочие орудуют инструментами, как поднимаются стены, как натягиваются веревки, очерчивая контуры будущих помещений.

— Ну а что тянуть-то? Кто первым построит, того и тапки, верно, Ян? — раздается голос Губанова. — Понял ты меня, друг?

Подойдя, он хлопает меня по плечу. Это панибратство выбешивает. Чувствую напряжение собственных мышц под его рукой.

Окидываю его взглядом. Губанов как будто бы похудел, его лицо стало более резким. Одежда новая, явно дорогая и модная. Сидит как влитая.

Смотрю на него, пытаясь прочесть что-то в глазах, а там привычная деловая хватка, только усиленная каким-то новым, почти хищным блеском. Мне все это не нравится.

— Да куда уж понятнее? — отвечаю как можно более ровно, но внутри закрадывается нехорошая мысль, липкая, словно строительный раствор.

Я знаю Губанова давно. Знаю его амбиции, его жажду победы. Но сейчас — в этом стремительном строительстве, в этой новой одежде, в этом странном блеске глаз — я вижу нечто большее, чем просто деловую конкуренцию.

Личный мотив…

«Старается для новой любовницы», — эта мысль впивается в мое сознание как острый осколок.

У Губанова всегда была слабость к красивым женщинам, он не начал бы эту стройку просто так. И я уверен, что его новая любовница — Аглая!

Аглая. Сильная, смелая, красивая, с копной густых волос, с глазами, которые могут быть одновременно нежными и стальными. Она умеет очаровывать, умеет добиваться своего. И Губанов, похоже, попал под ее чары.

«Он точно старается для нее», — проносится в голове, пока Губанов демонстрирует свой бицепс одному из бригадиров в оранжевой каске.

Внутри поднимается волна тошнотворной горечи. Это не просто бизнес-проект. Это гонка за расположение женщины. И Губанов, как всегда, решил использовать все свои ресурсы, чтобы выиграть.

Только откуда знает, как сильно я заинтересован?

— Как поживает супруга?

— Болеет, — пожимает плечами Губанов. — У нее всего два состояния: она либо чем-то недовольна, либо чем-то больна.

Он смеется над своей шуткой, а я продолжаю смотреть на строящийся пансионат. Я вижу в нем не просто здание, а поле битвы.

— Пусть выздоравливает.

— Спасибо.

А потом я теряю и слух, и зрение, ничего не вижу и не слышу. Я просто чувствую ее приближение. Легкое, но настойчивое покалывание в кончиках пальцев, внезапное тепло, разливающееся в груди…

К стройке подъезжает обычная тачка отечественного автопрома. Старенькая, видавшая виды «девятка», с облупившейся краской и слегка помятым крылом. Она подскакивает на ухабах и кочках, словно живая, спотыкаясь и оседая в лужах строительной грязи. Тормозит перед нами с отчетливым кряхтением.

Аглая еще не вышла из машины, но я уже ощущаю знакомое волнение. Оно накатывает волнами, заставляя сердце биться быстрее.