Глава 26

Вот что бывает, когда непреодолимая сила…

сталкивается с неподвижным предметом

Резко включился потолочный свет, и я тут же посмотрела по сторонам. Я в какой–то пустой квартире. Панорамные окна открывали вид на всю Мелиту. С такого ракурса она бы вся уместилась на моей ладони.

Я попыталась встать, но поняла, что привязана к металлическому стулу, чьи ножки привинчены к полу. Блин! Глаза защипало от капель пота, стекающего со лба.

К сожалению, закричать я тоже не могла. Во рту мешал кляп из чего–то солоноватого. Отчего мне жутко захотелось пить. Просто до судорог.

Еще разочек дернулась, и последняя надежда освободиться растаяла в небытии.

– М–м–м–м!!! – завопила я, когда мне на голову вылили ведро ледяной воды. Она парализовала меня на несколько минут. Сердце отбило множество хаотичных ударов и замерло. Я заморгала, желая избавиться от мокрой пелены и втянула носом затхлый воздух. Да, здесь воняло прелыми носками и сгоревшим деревом. Не знаю почему. Просто мое обоняние было слишком обострено сейчас.

Возможно, я там, где когда–то случился пожар. Судя по чистеньким стенам и новенькому полу, тут провели ремонт. Совсем недавно.

– Пришла в себя, курва? – к моему горлу прижалась холодная сталь. Я выгнулась вперед и пальчики ног скукожились.

Мужчина, угрожавший лезвием, мазнул губами мое ухо и продолжил:

– За всё приходится платить, да, детка? Даже зато в чем ты не виновата и к чему не имеешь никакого отношения. Мир – жесток. И крайне безумен. Ни одному человеку больше нельзя доверять свои тайны. Стоит только озвучить кругленькую сумму, как хвалебные оды долгу и чести, моментально превращаются в пепел. Ты когда–нибудь видела отражение денег в глазах тех, с кем была знакома? Чувствовала этот тошнотворный запах предательства, ради скромной такой выгоды? – он провел тупым краем лезвия поперек моей шеи и спустился ниже. Вдоль сонной артерии подобрался к ключице и ковырнул ее самым острием. Тонкая струйка крови потекла мне под майку и впиталась в белую ткань.

– М–м–м–м…– провыла я, а он резанул широкую бретельку и влажный материал скользнул с моей груди. Торчащий сосок предстал перед хищным взглядом ублюдка, и я ощутила его возбуждение всем телом. Зажмурилась крепко, дабы сохранить какое–никакое спокойствие.

Мужик обошел меня и крутанул ножом перед моим горящим лицом. Через мгновение он присел и продемонстрировал мне свою рожу. Густая борода, кустистые брови, глубокие карие глаза. Он выглядел байкером на отдыхе, с парочкой толстых денежных пачек в кожаной кофре.

– Что? Не нравятся мои ласки и внимание?

Подбросил нож и тот характерно скрипнул в его руке после поимки. Мне показалось, я услышала лязг металла в этом коротком моменте.

Я снова замычала, заёрзала и что есть мочи, рванула руками. Но путы были крепки. Запястья заломило от боли и от жжения, оставленного тонким канатом.

Ублюдок громко рассмеялся. Эхо его заливистого смеха разнеслось по пустому помещению и впечаталось в стёкла. Снаружи прогремел гром. Как вовремя, блин. Только дождя не хватало для пущей угрозы.

– Ладно, детка, сейчас я выну кляп и, если ты заорешь, я тебя прикончу. Воткну этот нож, – повертел орудие, – тебе в пизду и чуть–чуть подправлю твою «пилотку». Поняла?

Я кивнула.

Сунув нож за пояс, мужик приблизился, сорвал повязку и выбросил ее. Я облизнула потрескавшиеся губы и шумно сглотнула.

– Кто ты? Что тебе нужно?

– Ты неправильно ставишь вопрос, детка. – Уперся руками в колени и заглянул мне в глаза. – Кто ты и что тебе нужно от меня. Так вернее.

Меня встряхнуло от его дерьмового дыхания с нотками дорогого табака. Я поняла, он не случайный персонаж. Им кто–то руководил. Причем очень умело.

– Тебя наняли похитить и убить меня, – слова прокатились по глотке с болью, – ты наёмник.

– Считаешь себя очень умной? – шлепнул меня по щеке, оставшись в полусогнутом положении. Я поморщилась. – Не надо. Так у меня быстрее теряется контроль. А мы ведь не хотим, чтобы я кокнул тебя раньше времени, да? Нам же сначала надо кое–что обсудить.

Не успела я ответить, он схватил меня за волосы и сильно натянул их. Я подумала, вырвет вместе с луковицами.

– Ты же просто шлюха, решившая лечь под одного серьезного дяденьку и выведать все его секреты. Получилось? Дяденька купился?

– Пошел ты…– стиснула зубы.

– Зря ты так, детка.

До оранжевых искр перед глазами ударил меня в живот и чиркнул ножом по бедру. Кровь закапала на пол с поразительной методичностью. Кап, кап, кап…каждые две секунды.

– Кто тебя нанял? – прохрипела я, всеми силами подавляя боль.

– Я слыхал у тебя есть миленькая татуировка на пояснице. Что там? Корона с лезвиями вместо зубцов? Дай–ка глянуть.

Зашел мне за спину, присел и разрезал майку ровно над копчиком. Присвистнул с усмешкой.

– Сексуально для такой шлюшки как ты. Я бы с удовольствием кончил на это художество. А потом тебе в рот. – Пробулькал гортанно. – У меня уже встал, детка.

Просвистел глухо.

– Рада за тебя, – тихонько покашляла, – но в другой жизни и с какой–нибудь другой шлюхой, козел.

Мне бы лучше помолчать, но боль, бешеное сердцебиение и полное отсутствие эмоциональных блокаторов сделали из меня бесстрашного Джейсона Стейтема. Я готова ценой жизни получить свободу и всадить пулю в башку своего похитителя.

В темноте раздалось жужжание. Похоже на квадрокоптер или вентилятор.

– Сука. – Мерзавец разрезал веревки на моих руках и ногах, ухватил меня за шею и толкнул к двери, за которой расположилась просторная ванна. Бесшумно запер нас на замок. – А твой ебарь шустрый. Не прошло их двух часов, а он уже прискакал за тобой на одном из коней всадников апокалипсиса.

Сказав это, он прижал меня к себе спиной и вдавил нож меж грудей. Неловкое движение и мне конец.

– Тебе много заплатили. Я могу больше. Ты же понимаешь, чья я жена.

Я вцепилась ему в бока, потому что пятки заскользили по кафелю.

– Ты ему не жена, а резиновая баба, которую он трахает от скуки.

Глаза чуть привыкли ко мгле, и я смогла различить зеркало на встроенном шкафчике, унитаз, буквально в метре от нас и отблеск стеклянной перегородки душевой кабины, падающий на белую стену. Все это сложилось в картинку, в которую я не вписывалась.

– Кто бы не предложил тебе эту грязную работу, он не учёл несколько вещей.

– И чего же, детка? – острие впилось мне в кожу. Я притаилась.

– Иногда, хрупкие девочки могут ломать носы и давать по яйцам мужикам, вроде тебя.

Я врезала ему локтем в ребра, затем зарядила затылком куда–то в челюсть и отскочила к унитазу, не ощутив прикосновения ножа к плечу. Ублюдок ранил меня, неуклюже качнувшись. Но я не растерялась, не впала в болевую кому. Я вскочила на толчок и с наскока запрыгнула на него, норовя выдавить большими пальцами глаза из орбит.

– А–а–а, сучка, – заорал он и поймал мои запястья, сдавил их до хруста, – убью, нахуй!!!

Дверь бахнула в стену с легкой ноги Ильфара и выстрел отправил бородатую сволочь на тот свет. Падая, эта туша потянула меня за собой. Я оседлала его и заколотила кулаками по потной спине. Злость вырвалась наружу с криками, проклятиями и дикими слезами.

Потом я взглянула на свои красные ладони и оторопела.

– Мия? – Ильфар спрятал пистолет, опустился передо мной на корточки и коснулся моих плеч. – Он мёртв.

Я отвела взгляд от дрожащих рук и уставилась на мужчину, приехавшего меня спасать.

С трудом вдохнув, я бросилась в его объятия и вдохнула аромат безопасного терпкого грейпфрута.