Глава 14

Пятница оказалась очень насыщенной событиями: суд, признание Марины, мои разбитые розовые очки, незабываемая встреча у Артема Максимовича. Какой бы впечатляющей не была сцена в приемной, даже она не смогла изгнать мысли об Алексе, Марине и их ребенке. Боже, они ведь семья, а я… случайная, мимоходом прошедшая женщина в их судьбе. Слезы, душившие меня в машине Натана Олеговича, потекли потоком по щекам. Теперь — то я одна и меня никто не увидит, можно позволить себе слабость. Босс на уроке, как и все учителя, ученики. Осознание этого смело последние границы, я отдалась лавине эмоций.

Дикарка пыталась успокоить меня, нашептывала, мурлыкала, но мне было не до нее. Слезы текли, а горечь не уходила, наоборот, еще сильнее впивалась в меня, терзая. Боль в груди не давала свободно дышать. Воздуха не хватало, но чем больший вдох я пыталась сделать, тем больнее становилось.

— Люда, что с вами? Где болит? Вы поранились?

Натан Олегович схватил меня со стула и перенес на диван. Я не могла и двух слов связать, лишь всхлипывала. Мужчина, наверно, понял, что я не ранена, и притянул меня к себе сильнее. Я попыталась оттолкнуть его, разум потихоньку возвращался ко мне, сигнализируя о недопустимом поведении с начальством. Однако Натан быстро сломил мое сопротивление, и уже через секунду я самозабвенно поливала слезами его белоснежную рубашку, вдыхая аромат духов.

Не знаю, сколько мы так просидели, но когда я пришла в себя, не знала, куда прятать глаза от стыда.

— Простите, Натан Олегович, — почти прошептала я, слезая с его колен. Какой ужас. Если бы кто — то вошел, а мы тут так сидим?

Мои ладони легли на щеки, пытаясь хоть как — то остудить их.

— Просто Натан, и на «ты», — мимоходом поправил меня мужчина и, схватив за руку, дернул на себя, возвращая в свои объятья.

— Люда, что у тебя случилось? Все живы — здоровы?

Босс нависал надо мной, всматриваясь в лицо, ища хоть какое — то объяснение моему странному поведению, а я смогла лишь кивнуть в ответ на его вопрос.

— У вас какие — то проблемы? Нужна помощь, деньги?

Я замотала головой, так и не найдя сил сказать хоть что — то.

— Люда, я не отпущу тебя, пока ты все не расскажешь мне.

Его заявление просто выбило из колеи. Что мне ему сказать? Что я влюбилась в чужого мужа? Что сегодня получила хороший жизненный урок? Или, быть может, поклясться, что больше никогда не влюблюсь? Нет, не потому, что буду всю жизнь ждать Алекса, нет, а потому что больше такой глупости в жизни не совершу! Хватит с меня всего этого.

— Люда.

Босс легонько встряхнул меня. Видно, пауза слишком затянулась.

— Простите, но это слишком личное.

— Я вас не отпущу, — почти прорычал мужчина.

— Хорошо, — сдалась я, — мне разбили сердце. Это было больно, но познавательно. Простите за непрофессионализм и за то, что вам довелось увидеть. Я очень сожалею о своем поведении и впредь обязуюсь вести себя…

Договорить я не успела — меня притянули к себе и поцеловали. Прикосновения губ были нежными, легкими, а вот объятья — чересчур крепкими, отодвинуться не было и шанса. Босс не требовал, он просил, искушал, и я сдалась.

Мне было так холодно, так одиноко, больно, а от него шла такая волна теплоты, нежности, заботы. Да и эмоции дикарки передались мне, сопротивляться ей сил у меня не осталось.

Натан Олегович углубил поцелуй, и с моих губ слетел тихий стон, руки больше не отталкивали мужчину, а притягивали за шею. Я отвечала со всем пылом. Удивительно, но эта близость сейчас была мне так необходима. Она заставляла меня чувствовать себя живой, желанной, нужной.

Руки Натана больше не удерживали, они гладили спину, ласкали, сжимали. Я таяла, позволяя мужчине делать все, что он хотел. Его губы спустились на шею и прокладывали дорожку вниз к вырезу блузки. Я заерзала на коленях, подставляя тело для ласк. Эмоции Реи, мои — все слилось воедино, а рациональные мысли и реальность остались где — то далеко. Нами руководили желание и инстинкты. Снежный барс босса нетерпеливо порыкивал, а моя дикарка ластилась к нему.

Сквозь пелену страсти я увидела свою Рею. Она была белой тигрицей. Совсем молоденькая, небольшая в холке, среднего размера, такая миниатюрная малышка с огромными васильковыми глазами. Она заигрывала со снежным барсом, даже за ухо его укусила. Вот негодница! А я сама? Натан Олегович уже успел расстегнуть мою блузку и гладил через тонкое кружево грудь. Его ласка не могла оставить мое тело равнодушным, оно выгнулось навстречу.

— Что я делаю?! Он ведь мой начальник! — Здравый смысл вернулся ко мне, и пока вновь эмоции не взяли верх, я резко рванула из рук мужчины. Застегивая блузку дрожащими руками, отбежала к своему столу.

— Мы не должны были. Вы мой начальник. Это неправильно.

— Люда, я давно хотел вам сказать…

— Нет, не надо! Ничего не говорите. Между нами ничего быть не может. Вы босс, я ваша подчиненная. Только деловые отношения, ничего более, если вас это не устраивает, я сегодня же напишу заявление на увольнение.

— Не нужно, я вас услышал, Людмила Олеговна. Прошу прощения.

Мужчина зашел к себе в кабинет. Я рухнула на кресло — ноги уже не держали. Закрыв лицо руками, я тихонько застонала. Ну вот за что мне все это? Что за карма? Опять босс и снова чужой мужчина, который, кстати, сюда приехал за невестой!

Я усмехнулась. Конечно, для него я тоже могу стать удобным вариантом, пока не нашлась пропажа. Только я больше не готова быть случайной женщиной.

Натан

Мужчина сидел за столом, откинув голову на кресло. На его губах играла довольная улыбка. Как страстно отвечала ему Люда! Когда он поддался порыву и полез к ней с поцелуями, то ожидал получить пощечину. Каким же сюрпризом для него оказался ее оклик! Эти минуты стали его личным раем. А появление белой тигрицы и вовсе затуманило разум. Вот что от него скрывал Ал! Значит, его женщина полукровка. Натан довольно усмехнулся: вот так удача! Люду выбрали оба — и мужчина, и зверь. Теперь она никуда от них не спрячется.

Пусть Натану пришлось отступить, чтобы успокоить девушку. Общаться с ней на «вы» он не хотел, но только так она бы снова почувствовала себя в безопасности. Вдруг возьмет и напишет заявление на увольнение. И как он тогда без нее? Нет, несколько дней придется довольствоваться деловыми отношениями, пока он опять не усыпит ее бдительность.

Что ж, с Людой будет непросто, но она стоит всех его уступок.

— Людмила, вызовите ко мне Ирину Михайловну, — нажав на коммутатор, вежливо попросил мужчина.

— Одну секунду.

Голос Людмилы дрогнул. Она все еще не отошла от их близости. Натан вспомнил ее такие мягкие, сладкие губы и чуть не застонал от досады. Ему было мало, он хотел еще.

— Скоро, — пообещал он самому себе.

Мечты о Людмиле прервал вихрь под названием Ирина. Она ворвалась в кабинет и чуть ли не с порога затараторила:

— Что за пожар? Ты же в курсе, что снял меня с урока?

За две короткие фразы женщина успела дойти до стола директора и даже скрестить руки на груди, демонстрируя свое недовольство.

— Присядь, пожалуйста.

Натан старался ничем не выдать себя, но, видно, Ирина смогла что — то заметить. Она не только беспрекословно выполнила его просьбу, а и настороженно протянула:

— Та — ак, ты меня пугаешь, Нат.

Директор поморщился и понял, что нужно идти ва — банк. Нажав на коммуникатор, дал распоряжение секретарше:

— Люда, два чая и коробку рахат — лукума.

— Натан, кто — то умер? К чему мои любимые сладости?

Ира всерьез заволновалась, и Натан поспешил ее успокоить:

— Нет — нет. Скорее наоборот.

Слишком поспешил и, кажется, немного перестарался. Ира растерялась лишь на миг, а затем засыпала его вопросами.

— Ожил, что ли? Так вроде бы зомби уже лет триста не поднимались. У нас, что, появился некромант?

— Нет, Ир. Я собираюсь в командировку, и ты едешь со мной.

— С чего вдруг? У тебя Люда есть, а у меня дела, и вообще.

Женщина даже фыркнула от недовольства. Натан устало вздохнул и решил просто сказать новость. Подготовить к разговору женщину все равно не удалось. Все его попытки быть деликатным провалились.

— Илья нашелся.

— Хоть Иван, хоть Матвей, не собираюсь по гостиницам… — начала Ира, но затем оборвала свою речь и растерянно захлопала глазами. — Мой Илья?

— Да. По крайне мере, по документам мужчина с таким именем и фамилией организовал и спонсирует два частных детдома для талантливых спортсменов.

Женщина притихла, нервно барабаня по столу пальцами и время от времени то хмуря брови, то прикусывая губу, будто подбирала вопросы и сама же на них отвечала. Натан решил не торопить Иру и дать ей возможность осмыслить услышанное.

— Вот ваш чай.

В кабинет зашла Люда. Улыбка сползла с ее губ, когда она взглянула на присутствующих.

— Людмила, документы от Артема не пришли?

Натан решил отвлечь девушку делом.

— Так вроде бы завтра только будут, — ответила Люда, освобождая поднос от чашек и коробки восточных сладостей.

— Проверьте почту, пожалуйста, — мягко настоял на своем начальник, выпроваживая девушку из кабинета.

— Хорошо.

Уход Люды оживил Ирину.

— Натан, это может быть он? Есть какое — нибудь фото? Видеозапись?

— Артем должен сбросить всю имеющуюся информацию, но в любом случае мы должны лично все проверить.

Ира кивнула и потянулась за чашкой. Через несколько глотков чая и парочки съеденных кусочков рахат — лукума Ирина тихо призналась:

— Поверить не могу. Я столько лет его искала, и лучшие сыщики ничего не находили.

Натан тоже думал об этом и даже позволил себе сделать несколько предположений.

— Или находили и тебе не рассказывали. Я не знаю, что там у вас произошло, но Илья бывает убедителен в доводах. Возможно, сыщики просто говорили тебе то, что он требовал.

— А отец? — Ира схватилась за эту ниточку и, поставив чашку на стол, сдвинулась на край стула. — Он ведь сказал, что Илья умер. Как альфа стаи он почувствовал разрыв связи. И могила! — подскочив с места, почти выкрикнула она. — Я ведь ездила на могилу.

— Ира, ты ведь взрослая девочка, правда? Дядя Миша мог и соврать.

— Зачем?

Она непонимающе уставилась на мужчину. Натан не спешил отвечать. К Ирине пришло понимание, и она медленно осела на стул.

— Ир, ты на тень была похожа. Постоянно хмурая, задумчивая, бродила по дому, словно призрак. Ни улыбки, ни блеска в глазах — смотреть было больно, — мягко начал мужчина и бережно взял девушку за руку. Она оказалась ледяной, и Натан стал мягко растирать замерзшие пальцы.

— Думаешь, дядя Миша железный? К тому же, возможно, сам Илья захотел оборвать связь и провел ритуал отречения, а твой отец просто не стал расследовать произошедшее и списал все на смерть оборотня.

Девушка подняла на него глаза, ее взгляд показывал, насколько она обескуражена услышанным, запутана в произошедшем и беззащитна перед собственным прошлым.

— Ир, мы во всем разберемся, — пообещал мужчина.

— Натан Олегович, документы пришли. Распечатать?

Сообщение от Людмилы было хорошей новостью, и директор поспешил ответить, нажав кнопку коммуникатора.

— Да, мы их ждем. Особенно если есть фото господина Сизанова.

— Несколько минут, — ответила секретарша.

Эти минуты, казалось, длились целый час. Иру била мелкая дрожь, но она молчала и вглядывалась внутрь чашки, будто пыталась что — то в ней рассмотреть. Натан сомневался, правильно ли он поступил, сказав все женщине? Если вернется прежняя Ира, он никогда себе этого не простит. Однако умолчать об Илье он все равно не мог.

Дверь открылась, и зашла Люда. Взгляды присутствующих сосредоточились на черной папке у нее в руках.

— Вот, возьмите. — Секретарша протянула Натану ответ на главный вопрос. Сейчас они узнают, жив ли мужчина, или кто — то просто использует его имя в своих интересах.

— Спасибо.

Как только Люда закрыла за собой дверь, Натан открыл папку и стал просматривать документы. Фото нашлось почти сразу.

Высокий крепкий мужчина в спортивной форме со свистком на шее махал рукой игроку на поле. Лицо было снято достаточно крупно, чтобы узнать оборотня.

— Держи.

Ира бережно взяла фото. Несколько секунд она молча рассматривала снимок, а потом по ее щекам побежали слезы.

— Гад! Какой же он гад! Ненавижу его! Сама, своими собственными руками придушу! Чтобы наверняка! И в могилке прикопаю, к тому же она уже есть!

— Ир, мы ведь ничего не знаем еще.

Натан попытался успокоить женщину, но та выставила руку вперед, останавливая его речь.

— Нат, давай без этой мужской солидарности! Сколько лет я его искала, сколько сыщиков нанимала! Ты действительно хочешь меня убедить, что ни один его не нашел?

Натан тяжело вздохнул — сказать ему было нечего. Ирина права в своих рассуждениях, как ни крути.

— Молчишь? Вот то — то же! Он знал, что я его ищу! Знал! Так что сам виноват.

Подавив вспышку гнева, Ира спросила:

— Когда выезжаем?

— В понедельник, скорее всего. В выходные тяжело уехать. Тем более мне нужно еще найти хотя бы временную замену Алисе Анатольевне, да и в связи с нашим отъездом опять поменять расписание.

— Ясно. — Ирина уже направилась к двери, но остановилась, не дойдя до нее несколько шагов. — Не смей его предупреждать о моем приезде. Пусть Люда вообще не называет фамилий, просто директор школы и его коллеги.

— Ир, все сделаю, как ты захочешь, — заверил женщину директор.

— Спасибо тебе, Нат. Это очень много для меня значит.

На этот раз голос Ирины звучал мягче, благодарность придушила злость. В конце концов, объектом ее злости был Илья, так что все свои эмоции тигрица решила приберечь для него одного.

Натан грустно улыбнулся, провожая женщину взглядом. Ира всегда была для него близким человеком. Ей в его жизни было отведено почетное место старшей сестры — зазнайки. Вредной до зубного скрежета, приставучей и в то же время такой родной, близкой.

Много лет назад, когда Илья ушел из стаи, Натан был подростком. Он мало что мог сделать. Вернее, ничего действительно дельного, но сейчас все изменилось.

Илья объяснится с Ирой. Если понадобится, Натан лично выбьет каждое его признание, но она получит все ответы на свои вопросы. Довольно! Настало время перевернуть эту страницу прошлого.