Глава 8

Я позвонила Натану лишь когда авто подруги выехало со двора, из-за этого едва успела прибраться в кухне. Босс вышел из лифта как раз тогда, когда я возвращалась в квартиру от мусоропровода.

— Встречаешь? — улыбнулся мужчина.

— Почти.

На пороге уже стояли чемоданы и сумки.

— Не густо. Решила брать по минимуму? — оценил мои старания мужчина.

— Взяла лишь необходимое на ближайшие месяцы. Думаю, скоро большинство вещей станут на меня малы и придется обновлять гардероб.

— И то верно. — Натан подхватил сразу две сумки и два чемодана, оставив тот, что на колесиках.

— Давай ты пока проверишь, все ли выключила, перекрыла, а я спущу багаж и вернусь.

Натан ждал возражений, я видела это по его лицу.

— Хорошо.

Спорить мне не хотелось, и вообще, мне стоит быть более благодарной мужчине. Ради меня он поменял свои планы, я влезла в его личное пространство со своими проблемами. Это нечестно по отношению к боссу.

Все дорогу я была самая покладистость.

— Так, ладно, говори, что произошло? Ты что-то натворила?

— Что?

Я огляделась и непонимающе посмотрела на босса. О чем он?

— С тобой что-то не так. Ты не просишь переключить радио, не перечишь мне, не задаешь вопросы. Я несколько минут назад специально предложил купить пиццу с анчоусами, и ты ни слова не сказала против, хотя терпеть их не можешь. Поэтому я хочу знать, насколько велика катастрофа?

Я растерялась от подобного откровения и не знала, что мне делать — плакать или смеяться, а главное, что ответить Натану?

— Просто пытаюсь быть более удобной. У тебя ведь своя жизнь, а я свалилась как снег на голову.

— Ты решила подстроиться под меня? — Натан выгнул бровь и еще раз окинул меня взглядом, отрываясь от дороги.

— Думаю, с моей стороны это было бы правильным, — уверенно заявила я.

— Ясно, — хмуро ответил мужчина.

Натан замолчал, а я так и не поняла, что ему ясно и как мне вести себя, поэтому решила не проявлять инициативу и насладиться ночным городом за окном.

Натан

Господи, нельзя оставлять женщин наедине! Это же можно было такое надумать? Решила быть удобной, незаметной и только один Двуликий знает, какой еще.

Мне не нужна тень Люды, без своего мнения, без вызова в голубых глазах. И вот что теперь мне с ней делать? Кажется, я начинаю понимать отца и его советы, а ведь еще недавно думал, что это все вздор. Вернее Люда — не мама, с ней не придется жить, как на пороховой бочке. Какой же я был наивный.

Хорошо хоть, призналась, сам бы я до такого вывода точно не дошел. Я ведь уже решил, что произошло что-то страшное. Что было бы логично, учитывая их посиделки с Ирой, о которых Люда, кстати, даже не обмолвилась. Надеюсь, это не Ира подвела мою жену к такой абсурдной идее?

Я медленно выдохнул и пошел выпить воды. Нужно успокоиться, пока Люда раскладывает свои чемоданы в спальне. Она и так притихла, как мышка.

Хотя… хочет не спорить со мной? Дать мне максимум привычной свободы? Хм… а это можно использовать в своих целях! Уверен, долго Люда сама не выдержит, а за неделю «покорности» я смогу приручить девушку сильнее.

Люда

Наверно, все же не стоило признаваться Натану в своей идее. Босс как-то резко помрачнел и ушел в себя. Разбирание чемоданов успокаивало и помогало разложить по полочкам не только вещи, но и мысли. Кажется, мне стоит извиниться перед мужчиной и спросить его самого, как он видит наше совместное проживание. Да, разговор двух взрослых людей — это то, что я должна была сделать с самого начала, а не пускаться в фантазии.

Поправив на себе тунику, я решительно направилась в гостиную. В огромной комнате с приглушенным светом я не сразу заметила Натана. Мужчина шагнул в мою сторону, и я растеряла всю уверенность. Он был почти раздет! О боже, я и не думала, что у него настолько натренированное тело! И да, у него есть кубики на животе. То, что скрывала футболка, теперь стало для меня доступным. И какого черта?

Мой вопрос так и застрял в горле.

— Знаешь, я подумал, твоя идея не так уж и плоха, как мне показалось вначале. Мы, оборотни, любим свободу в движениях, поэтому дома я всегда хожу так. Мне нравится чувствовать голыми ногами холод пола, и футболки, майки уже начали раздражать. Они обтягивают и сковывают движения. Через несколько недель я, наверное, привык бы, но раз ты сама сказала, что будешь не против, то… Или ты передумала?

— Нет, конечно нет. — Я замотала головой. — Ты у себя дома, и если тебе так удобнее, привычнее, я ничего не имею против.

В голове были одни восклицательные знаки. Меня и так физически тянуло к мужчине, неважно уже почему. То ли из-за связи дикарки с Алом, то ли от того, что мое тело соскучилось по ласке. Сейчас это уже не имело значения, важнее было другое. Что мне теперь-то делать? Признаться в том, что я поторопилась с предложением — нельзя. А находиться так близко и не прикасаться — это просто мазохизм.

— Я заказал пиццу, сейчас вот выбираю фильм на вечер. Посмотришь со мной?

Тем временем Натан ловко перепрыгнул через спинку дивана и уселся на него. Я не отрывала взгляда от мужчины, каждое движение завораживало.

— Наверно, нет. Уже поздно.

Бежать! Срочно от этого всего, от самой себя!

— Брось, всего девять часов — детское время. Завтра выходной.

Я замялась, и тогда Натан сделал решающий выстрел:

— Ты же видела, какая у меня большая семья? Я привык к шумным вечерам, а здесь так непривычно тихо.

— Хорошо, но только один фильм.

— По рукам! — Натан счастливо улыбнулся, и вся его мрачность ушла. Вернулся уже давно знакомый, привычный начальник.

Час спустя…

Находясь в кольце рук босса, прислоняясь спиной к его голой груди, я пожалела миллион раз о своем опрометчивом поступке! Какой черт меня вообще за язык дернул?

Если бы я поняла, что мужчина издевается надо мной или хочет проучить, давно бы все прекратила, но Натан был таким искренним! У меня и язык не поворачивался сказать «нет»!

Может, комедийную мелодраму? О, а давай на полу посидим? Иди ко мне, а то спина устанет! А дальше тихие комментарии на ушко, мягкие случайные проглаживания и этот чертов парфюм. За час безобидного просмотра фильма я превратилась в один сплошной оголенный нерв.

Я искусала все губы и произнесла сотню молитв, мечтая о завершении этой сладкой пытки. Когда фильм закончился, я почти пулей вскочила на ноги и принялась убирать в комнате.

— Я схожу в тренажерный зал. Хочу перед сном немного размяться.

— Хорошо. Я тогда первая в душ.

Едва голая спина Натана исчезла, я буквально рухнула на кресло. Что-то в моем плане держать дистанцию и наладить деловые партнерские отношения пошло не так.

Что именно не так, я поняла уже перед сном. Быстро искупавшись, я надела свою самую строгую пижаму из всех возможных — с кучей мелких пуговиц под самое горло, с широкими бесформенными штанами на резинке — и юркнула под одеяло.

Я почти задремала, как в комнату из ванны зашел Натан. В одних боксерах! Он что, издевается? Он так собирается лечь в кровать ко мне? Под одно одеяло?

— Как же мне надоело спать в спортивных штанах. Вот я сегодня кайфану, — счастливо протянул мужчина и улегся рядом, сильно потеснив меня.

Мне оставалось только закрыть глаза и прожить быстрее этот день.

Алекс

Ночь давно уже опустилась на улицы, и надо бы ехать домой, но Алекс все еще катался по ночному городу, слушая диск парней. Незаметно сам для себя он завернул на нужную улицу и подъехал к до боли знакомому дому. Свет в окне уже не горел.

— Наверно, спит.

Парни отчитались, что сегодня они вернулись из стаи и господин Чибис подвез Милу домой, а сам удалился. Хотел бы мужчина знать, что они там делали? Успокаивало лишь то, что они не остались вдвоем. Чутье подсказывало, что Чибис не так прост и его хождение вокруг Милы не такое уж безобидное, как он хочет показать. В его глазах Алекс видел искреннюю заинтересованность девушкой и решительность. Последнее пугало больше всего. Можно потерять Милу, если соперник начнет действовать. Сейчас ему нечего ей предложить. Алексу нужно еще немного времени, но оно играет не в его пользу. Если честно, у Алекса было слишком мало союзников. Только когда это его останавливало?

Последний раз взглянув на Милино окно, мужчина поехал домой к жене. Жизнь с Мариной стала терпимой и четко распланированной. Они, словно два поезда, спешили по своим направлениям, а вечером встречались на вокзале. Атмосфера между ними из льдисто-враждебной перетекла в прохладно-отстраненную.

Утром они завтракали в тишине и каждый уезжал по своим делам: Алекс — в банк, а Марина — в стаю. В течение дня они могли обменяться несколькими эсэмэсками по делу: что купить, что взять, куда не забыть позвонить. Деловые отношения между двумя взрослыми людьми, которые вынуждены мириться с присутствием друг друга в одном пространстве. А вечером… вечером никто не спешил домой. Если супруги и встречались, то расходились, как в море корабли.

Вот и сейчас, когда Алекс зашел и бросил Марине скупое «привет», женщина лишь на миг оторвала взгляд от документов, кивнула ему и вновь вернулась к своему занятию.

Снимая на ходу вещи, мужчина быстро пересек гостиную и направился в свою спальню. На этом общение между супругами закончилось. Больше не было теплых встреч, вкусных семейных ужинов, просмотров фильмов или валяния в кровати. Все это кануло в Лету. Их история не стала счастливой, хоть и могла. Сейчас уже слишком поздно об этом говорить, да и не чувствовал Алекс скорби по этому поводу. Было и прошло, если бы не ребенок, он бы и не вспомнил о своей ошибке. Никак иначе он не воспринимал прошлые года жизни с выдуманным человеком. Марина тоже не стремилась что-то спасти. Ее новая жизнь складывалась так, как давно мечтала женщина: власть в стае, верный Матвей рядом и желанный ребенок. Алекс был вынужденным ненужным бонусом в этом уравнении. Она могла бы избавиться от этого баланса, но способ ее не радовал. В конце концов, она благодарна мужу. В свое время он спас ее от отца и стаи. К тому же он отец ее сына, что она скажет своему ребенку, когда он спросит об Алексе? Что убила его, чтобы не мешался… Нет, пусть все идет как идет. Их брак давно изжил себя, оба супруга поставили на нем жирный крест и стали жить дальше.

Два человека, случайные попутчики, которые едут в одном вагоне и ждут свою остановку с названием «Счастье». Вот кто они друг другу.