Глава 42

Как только за Леной закрылась дверь, так сразу же Демид отбросил книгу. Да и до этого он лишь делал вид, что читает, на самом деле не понимал ни слова. Как и себя он тоже не понимал, сколько ни анализировал собственное состояние.

С одной стороны, ему было очень спокойно. Лена рядом с ним. Он видит ее и даже может потрогать, если рискнет, конечно. С другой стороны, он видел совсем не ту Лену, к которой привык. Сейчас она была новой и казалась ему незнакомкой. Притягательной, очаровательной, желанной, но такой далекой. Демиду нравилось исподтишка наблюдать за ней, как хлопочет она по дому. Его дому, украшая тот собой, наполняя его чем-то по-настоящему ценным. Девушка отлично вписывалась в его жизнь, и постепенно желание, чтобы она осталась в ней навсегда, только росло. Но это же желание и мучило его невероятно, ведь пока оно было из ряда невыполнимых. А Лена, несмотря на близость, ускользала из его рук.

Вот и сейчас она отправилась ни куда-нибудь, а на свидание с тем придурком, которому он мало набил морду. Надо было разукрасить того посильнее, а еще лучше — убить!

Демид сжал кулаки и встал с кресла. Двигаться получалось все еще с трудом, но ноги его крепли, и он сам это замечал. Теперь он верил, что совсем скоро станет полноценным человеком, вернется в строй. Нужно только потерпеть.

Как раз в тот момент, когда он преодолел последнюю ступеньку лестницы, в дом его пожаловал гость.

— Как продвигается процесс возвращения к привычной жизни? — с порога поинтересовался брат.

Илья выглядел помолодевшим прям. В который раз Демид подумал, что отдых пошел брату на пользу.

— Замечательно! — настроился он на волну Ильи и отозвался с не меньшей бравадой. Правда, сначала доковылял до дивана — ноги стремительно слабели, что Демида невероятно злило. — Особенно с такой-то сиделкой, — внимательно пригляделся к брату, подмечая малейшую реакцию.

Впрочем, реакция была совсем не такая, на какую Демид рассчитывал. Илья снисходительно улыбнулся и умозаключил:

— Я рад, что мой выбор пришелся тебе по вкусу.

— Выбор-то пришелся, а вот мотивы мне совершенно не понятны. Может, объяснишь?

— Обязательно, — кивнул Илья и направился к бару. — Только горло сначала промочу. Тебе не предлагаю, ты ж пока на таблетках…

Демид терпеливо ждал, пока брат хозяйничал в его доме. Ну и заговорил тот снова, только когда опустился с ним рядом на диван.

— Объясняю… — отхлебнул Илья из бокала предварительно. — Ты собственными руками и по собственной глупости умудрился разрушить собственную жизнь. И я говорю о той жизни, что ты получил в дар с появлением в ней Лены. Не уверен, что сам ты бы предпринял какие-нибудь шаги к сближению. Ну вот и пришлось мне самому взяться за это дело, — после короткой но емкой речи брат снова отхлебнул виски. Занюхать предпочел рукавом рубашки. Демид даже не сдержал улыбки — так потешно и как-то по-деревенски это у брата получилось.

— А тебе не говорили, что вмешиваться в чужую жизнь нехорошо? — прищурился Демид.

— Ну, мать с отцом воспитывали нас с тобой одинаково. Думаю, на моем месте ты поступил бы так же.

— Я почему-то так не думаю… — задумчиво отозвался Демид. — И не уверен, что твоя стратегия принесет нужные плоды.

— А тут все будет зависеть от тебя, — повернулся к нему Илья, — и от твоего умения очаровывать женщин. Лену тебе предстоит завоевать во второй раз.

— И отбить ее у того… идиота? — последнее слово он выплюнул со злостью.

Представить не мог свою Лену рядом с тем недоумком. А стоило воображению подкинуть картинку их целующихся, как и вовсе кровавая завеса падала на глаза. Хотелось все вокруг крушить и бить-бить…

— Слушай, не мне тебя учить, как вести себя с женщинами. Опыта у тебя в этом деле поболее будет. Я же семьянин, — со смехом развел руками Илья. — Моя Милка, вон, вообще называет меня человеком старой закалки, словно я старикан какой-то. И главное, мать свою таковой не считает — говорит, что она у нас современная. А отец, значит, старпер.

— Для старпера ты слишком изобретателен, — хмыкнул Демид. — А я дурак! — с чувством добавил.

— Еще какой! — кивнул брат. — Что, не знаешь теперь, как и подобраться к любимой?

— Да она другая… Я даже не знаю, о чем можно заговорить с ней. И такая деловая ходит…

— Ну с хорошим человеком всегда есть о чем поговорить. Попробуй абстрагируйся, представь, что она действительно сиделка…

— Ага! Сиделка, от вида которой я мгновенно возбуждаюсь и готов закипеть. Ты хоть понимаешь, как мне трудно сдерживать себя?! А когда она такая… сдерживаться еще труднее.

Последующие минут пять Демид наблюдал, как брат его самозабвенно хохочет. Самому же ему было совсем не до смеха. И он боялся вечера, когда должна вернуться с прогулки или со свидания Лена. Что если он не выдержит и набросится на нее? Или, еще хуже, наговорит ей грубости, не в силах справиться с ревностью, что буквально съедает его? Она же тогда просто уйдет. И никакое сострадание тут не поможет.

С братом они просидели и прообщались почти до десяти. Чем меньше времени оставалось до возвращения Лены (а он не сомневался в ее пунктуальности), тем сильнее нервничал Демид. От внимания брата это не укрылось. Пожелав ему удачи, Илья преспокойненько отбыл домой, к семье. Демид же затаился в ожидании, в тщетной надежде хоть чуточку успокоиться.