Глава 7 · Тетя Глаша — грозовая туча

Пару часов я провела на жаре, вскапывая, высаживая, пересаживая и слушая нравоучения. Ближе к 10 утра явилась заспанная Алиса, потребовала кашу, а затем, подкрепившись, — лейку. На нее закон о порядке не распространялся и, признаться, я немного завидовала. Не знаю, почему мама испытывала слабость именно к моей дочери, но с самого рождения Алиска была у нее на особом счету. Ей многое спускалось и позволялось, к ее рассказам о динозаврах, принцессах и единорогах проявлялось повышенное внимание. «В отличие от моих рассказов о злодеяниях припадочного начальника», — злорадно подумалось мне. С другой стороны, мамин фокус внимания сместился, и через какое-то время мне удалось ускользнуть в дом.

Я планировала поплакаться от души и, раз уж родная мать променяла меня на помидоры, пришлось найти другие свободные уши. Я спряталась в дальней комнате, достала телефон и начала видеозвонок.

— Ленка, ну ты совсем совести не имеешь, у нас тут 8 утра! Все понимаю, мир, труд, май, но что за демонстрация в такую рань⁈

Моя старшая сестра Сашка говорила громким шепотом и улыбалась до ушей.

— Кто бы говорил о совести! — возмутилась я. — Я тут одна, с двумя детьми, мамой и ее рассадой. Я поясницу больше не чувствую!

— Это потому, что надо заниматься спортом! Вот я собираюсь на пробежку!

Она отодвинула телефон, и я увидела стройную фигурку сестры в модном спортивном комбинезоне цвета фуксии. Светлые волосы собраны в хвост, на лице, тронутом первым загаром, уже проступили веснушки.

— Хорошо тебе там в твоих Лондонах! А у нас тут после первой же пробежки костей не соберешь. Тут только по пересеченной местности бег получится.

— И то правда! — засмеялась Сашка. — Как там мама? Уже загоняла тебя?

— В 7 утра подъем! — заныла я.

— Во всем должен быть порядок! — произнесли мы хором, цитируя мамино главное высказывание.

— Ленка, ну я хотела бы приехать, правда! Я так соскучилась! Но врач не разрешает перелет. В этом месяце еще одну попытку делаем!

Сашка и ее муж Антон уже не первый год пытались забеременеть. Начали еще здесь, а потом Антона по работе перевели в лондонский офис IT-отдела крупного банка. Они переехали. И какая-то новая подружка рассказала Сашке про врача, настоящего волшебника. «Так и сказала, у него все рожают!» — сообщила вдохновленная сестра. Я порадовалась и скрестила пальцы. Моих детей Сашка обожала. Когда Петька был маленький, приезжала почти каждый день, Алиску с рук не спускала все детство.

Я не рассказывала сестре, что творилось в моей семье, пока не решилась на развод. Узнав правду, Сашка была в ярости, грозилась придушить Диму и лично привезла мастера, чтобы сменить замки в квартире. В тот самый день она взяла с меня слово рассказывать обо всем, что меня расстроит.

— Ладно, я тебя прощаю, — великодушно сказала я. — Мои будущие племянники важнее рассады! Но я планирую активно плакаться, так что готовь утешительные слова!

Этих слов у Сашки нашлось в избытке. Марк Евгеньевич был назван всеми максимально уничижительными существительными и прилагательными, какие только нашлись в словаре будущей матери. Я отвела душу!

— Ох! Вот это и называется семейная поддержка, сестренка! — благодарно сообщила я.

— В любое время готова! И не переживай, если этот напыщенный козел не успокоится, увольняйся, я с деньгами помогу!

— Спасибо, Саш!

— Зачем еще нужны сестры⁈ Кстати, это не мамин голос? Тебя зовет?

Похоже, мама и правда заметила мое отсутствие, и теперь имя блудной дочери разносилось по всей округе. Я распрощалась с Сашкой, пожелала ей удачи и, чувствуя себя довольной и отмщенной, вернулась к труду на земле.

Когда я вышла из дома, в саду внезапно появилась еще одна персона. Калитка распахнулась, едва не слетев с петель, и вошла во всех смыслах внушительная дама. На вид за шестьдесят, в традиционных для дачных народов облегающих бриджах, широкой футболке и шляпе-панаме. Она была крупной, крепкой и даже с виду казалась человеком, с которым лучше не спорить. Лично я таких побаиваюсь. Но мама с восторгом подскочила, как будто увидела дорогую гостью.

— Глаша! Дети, поздоровайтесь с тетей Глашей!

Дети поздоровались. Я тоже.

— А я-то думаю, что это Ольга Петровна ко мне не идет! А к Ольге Петровне внуки приехали! Счастливый Ольга Петровна человек! — пробасила тетя Глаша.

— А вы кто? — спросила Алиса.

— Тетя Глаша — очень важный человек! — объяснила мама. — Глава поселка! Всего полгода как купила дом по соседству, а уже столько полезных дел сделала.

— Да ничего толком не сделала, — отмахнулась тетя Глаша. — Дорогу еще асфальтировать, воду нормально провести. Я ж всю жизнь прорабом…

Тут она остановила свой взгляд на мне.

— Это твоя Сашка что ли?

— Это моя Лена, младшенькая. В разводе.

Ну конечно. Какие еще могут быть у меня характеристики!

— Это интересно, — задумчиво проговорила тетя Глаша, но тут, к счастью для меня, у нее зазвонил телефон. — Але! Да? Нет! Сегодня! А я сказала сегодня! Сынок, если тебе показалось, что мы это обсуждаем, то тебе показалось! Приедешь сегодня. Мамочке банку с огурцами некому открыть. До встречи! Чао!

И она закончила разговор. Но мне почему-то показалось, что тетя Глаша могла бы открыть банку взглядом, если бы захотела.