Глава 11

Ника

– Ты что, переживаешь насчёт вечера? – спрашивает меня Анна, гоняя по тарелке салат. – Не стоит, это очередное скучное мероприятие, где кто-нибудь обязательно напьётся и выкинет пару фортелей. Или сотрудник, или партнёр.

– Это неизбежно, – кивает Ира. – В прошлом году к концу вечера кто-то решил спеть караоке с приглашёнными музыкантами. А в позапрошлом – искупнуться в бассейне при полном параде.

Мы сидим в кафе «Милки» недалеко от офиса. Вышли пообедать. Да, мероприятие может быть скучным и предсказуемым, но я несу за него ответственность. Если кто-то из гостей действительно захочет почудить, чем это может мне грозить? Надеюсь, ничем.

– Матвей Сергеевич рекламирует это очередное мероприятие, как вечеринку, – бормочу я, – вечеринок я ещё не устраивала.

Девочки смеются. Да, шеф сказал, что мы должны расслабиться, повеселиться, как следует, потанцевать от души. Только дело в том, что на вечере будут примерно пятьсот человек – люди из наших других подразделений, клиенты, учредители, даже конкуренты.

– Надеюсь, он не ждёт, что мы напьёмся, запрыгнем на барную стойку и спляшем? – хихикает Ира.

Предположение такое нелепое, но с самого утра от Матвея Сергеевича прилетело письмо по корпоративной почте. Что-то там по поводу «Десять способов сделать вечеринку незабываемой». Вот теперь пойми: он шутил или серьёзно? Потому что некоторые советы уж слишком двусмысленные, а список конкурсных мероприятий больше подойдёт для пьяных гостей на свадьбе, чем для сотрудников престижной фирмы и их партнёров.

– Если что-то пойдёт не так, претензии посыплются на мою голову, – заявляю я.

– Не на твою, а на Пашину, – с важным видом замечает Аня. – Тем более, на вечере будет его семья. Скажут, что он плохо влияет на атмосферу в коллективе и распустил сотрудников.

Я пожимаю плечами и пытаюсь не смотреть на хитро прищурившуюся Иру. Она, словно ищейка, взяла след. На меня, чёрт её дери. Копает ведь в верном направлении. Ира в фирме знала всё и про всех, она не была треплом, но у неё то и дело изо рта вываливалась информация. Скорее по неосторожности, чем по злобости душевной.

– Ага… я понимаю. Ника… ты не хочешь разочаровать Павлика?

– Павлика? – мои глаза округляются, и мы все дружно прыскаем со смеху.

Так Варганова ещё никто не называл.

На лице у Ирки, когда она успокаивается, написано самодовольство, будто она знает секрет на миллион.

– Ну, конечно, я не хочу его разочаровать, – соглашаюсь я. – Он ведь мой босс, а это первое крупное мероприятие, в котором я принимаю участие после перевода.

– Ой-ой-ой, – Ира грозит мне пальцем, – а я не об этом!

Аня следом подсыпает в огонь дровишек.

– Тебе нравится работать с Варгановым?

И почему мне чувствуется двойной подтекст в этом простом вопросе.

– Да, он прекрасный руководитель, – нейтрально замечаю я, а сама думаю, нравится ли мне работать с Пашей.

Это то, на что я не знаю ответа. Он хороший начальник, всегда поможет, он никогда не ругает ни за что, всё объясняет, разжёвывает до мелочей и никогда не теряет терпения и самообладания. Мне нравится, что мы подружились. Отчего-то теперь я чувствую себя менее одиноко в Нижнем Новогороде.

Но мне определённо не нравится, что каждый раз, когда я оказываюсь рядом с ним, мне хочется его потрогать. Ослабить галстук, смахнуть пылинку с рукава, откинуть чёлку со лба и прочие глупости – это постоянно возникает в моей голове. А с телом творится что-то неладное, как только мы оказываемся в паре метров друг от друга. Но больше всего мне не нравятся воспоминания – о его мягких губах на моей шее, о вкусе его языка, скользящего по моему рту, о том, как Паша прижимает меня к себе и тихо стонет.

Нет, ещё больше мне не нравится, что на выходных я заснула у него дома, практически прилегла к нему на колени.

И также мне не нравится то, что сегодня он пришёл в той же самой рубашке, что и вчера.

Это может о многом сказать: например, что Варганов не ночевал дома.

Меня должно это волновать? Точно нет… Но… почему же волнует?

Пока я тут предаюсь своим невесёлым мыслям, девочки продолжают обсуждать Варганова. Кажется, я пропустила добрую часть их размышлений, но когда Ирка ляпает, что он, скорее всего, поселился в шикарном номере «Шератона», чтобы водить туда всяких цыпочек, я зачем-то возражаю и пробалтываюсь, что у него милая квартира без особых изысков. И без цыпочек.

– Ты что, была у него дома? – округляет глаза Анна.

Я краснею, чем выдаю себя с головой, так что обратного пути нет.

– Мы просто посмотрели фильм и поболтали. Мы живём рядом. Мы нормально общаемся, – я перевожу взгляд с Ани на Иру и обратно. – А что в этом такого? Варганов со всеми любезно общается.

Ира усмехается.

– Да брось уже. Он любезен на работе с коллегами. Насколько знаю, домой он фильм посмотреть никого не звал. Может, он ещё и ужин для тебя приготовил?

– Ну, мы перекусили, – пожимаю плечами.

Да, Ира в чём-то права. Варганов ко всем коллегам и подчинённым относится одинаково: лояльно, прямо, с юмором, по-дружески местами, но никого… никого он не подпускает к себе слишком близко. Он никогда не ходит с другими руководителями в бар по пятницам, не ездит на шашлыки на дачи, не сближается до той степени, чтобы проводить внерабочее время вместе.

А я… ну я знаю, как он работает над проектами, какой чай любит, могу рассказать, какую музыку он слушает. Электронную и инди-поп. Или какая у него любимая книга. «Повелитель мух» Голдинга. Или фильмы. Голливудские комедии из девяностых.

Девчонки улыбаются так многозначительно, что приходится вопросительно посмотреть на них.

– Вы же знаете, у меня в Нижнем вообще друзей нет, с кем бы я могла провести время. Это был знак вежливости от шефа.

Ира с пониманием кивает. Только понимание у неё какое-то своё.

– Да, у Павла отличные рабочие отношения со всеми в компании. Это и добрые подшучивания, и помощь в трудных профессиональных ситуациях, он ведь реально профи. Но никого он не зовёт к себе в гости. Тем более, на ужин. Тем более, посмотреть кино.

Меня прошивает от этой мысли насквозь. Тогда почему Варганов и я так много времени проводим вместе вне работы? Почему он предложил мне общаться, как друзья? И почему в этом чёртовом кафе так душно?!

– Обед? Кино? И всё? – ещё многозначительнее тянет Ира.

– Ника, ты можешь нам сказать, – кивает Аня.

– Больше ничего! – быстро отвечаю, запихивая в дальнюю память, рвущиеся наружу воспоминания, как мы пьяные целовались у моей квартиры. – Клянусь! Ничего между мной и шефом нет! – добавляю, видя скепсис в глазах девочек.

Ирка пожимает плечами, очевидно понимая, что я не юлю. Наклоняется ближе и шепчет.

– Ну, ты только не переживай и не думай о чём-то больше. Он постоянно флиртует. Как сумасшедший. Это у него в крови.

Так к чему эти слова? Эти намёки? То она пытается выбить из меня признание, что у нас с боссом близкие отношения, то заявляет, что это его типичное поведение? Мне становится неприятно.

Через полчаса мы расплачиваемся за обед и возвращаемся с девочками в офис. Подойдя к своему столу, я вижу папку, на которую приклеен широкий розовый стикер. Бумажка исписана ровным подчерком Варганова. Там что-то вроде: я знаю, у тебя много дел, но можешь посмотреть? И смайлик, пририсованный снизу. Кажется, он пытался изобразить и смущение, и надежду одновременно. Невольно я улыбаюсь в ответ.

Я делаю шаг назад от стола и смотрю в распахнутый проём двери. Она открыта, как обычно. Это значит: у босса нет встреч, и он готов к диалогу, если надо. Ирка как-то пошутила, что это не готовность принять работников, а способ подслушать их, но я знаю, что всё не так. Варганову незачем нас подслушивать, он и так достаточно прозорлив и умён, чтобы всё понять самому.

Я вижу, как Паша, откинувшись на спинку кресла, разговаривает по телефону. Его голос приглушённый, ещё и потому, что шеф сидит в пол оборота к двери и больше слушает собеседника, отвечая короткими репликами.

Так… на нём новая рубашка. В офис он пришёл в другой. Переоделся? Я знаю, что в шкафу есть смена одежды на всякий случай.

«Господи… идиотка! – остаётся только одёргивать себя. – Ты не его мамочка или сестра! Или жена!»

Но это непонятное нелепое раздражение поселяется у меня в голове, а следом я ощущаю разочарование. Знаю, что говорят про него, знаю, что он гуляка и бабник. Только вот после того, как я узнала Варганова поближе, это не укладывается в моей голове. Он милый, заботливый, внимательный, понимающий, начитанный, интересный, глубокий… чёрт… я могу написать целый список его положительных качеств, и он будет – б-е-с-к-о-н-е-ч-н-ы-м!

Это разочарование видно от того, что Ира и остальные правы, а я всё же не знаю Варганова настоящего. А мне хочется, чтобы он был именно таким, каким я его считаю.

Если он провёл эту ночь с женщиной, это мог быть разовый вариант. А мог и не быть. Что если у Варганова кто-то появился? Кто-то постоянный, кто-то настоящий, кто-то серьёзный? Нет, от этих мыслей мне совсем не по себе.

Бросаю на него финальный взгляд. В пальцах левой руки он крутит длинный жёлтый карандаш. Это его постоянная привычка. Раздражающая! Он либо щёлкает ручкой об стол, либо издевается над канцелярией.

Внезапно Варганов поворачивается на кресле, заставая меня врасплох. Его тёмный взгляд натыкается на меня.

Попалась…

Но босс улыбается и коротко взмахивает рукой. Приходится сделать вдох-выдох и вернуться к работе.

* * *

Не знаю, сколько раз я пересматриваю это дурацкое видео? Сто? Больше? А волосы всё никак не желают укладываться в причёску! Практически рычу от разочарования. Может, ещё не поздно сбегать в парикмахерскую? Пусть там профессионал поколдует. Потому что я чувствую себя тотально безрукой и никчёмной.

Сегодня «вечеринка», я уже приняла душ, нанесла макияж, а теперь маюсь с причёской. Нет, определённо у меня получается, но некрасиво и неряшливо.

Вздыхая, я отбрасываю невидимки на столик. Пойти с распущенными? Правда платье, которое я выбрала для вечера, требует забранных волос.

Плюю на всё, собираю волосы на затылке несколькими невидимками и беру плойку, которую битый час искала в так до конца и не распакованных чемоданах. Кстати, надо бы заняться делом, привести в порядок вещи. Я подвиваю кончики волос, понятия не имея, что в конце получится. Выходит совсем недурно. Да, далеко от профессиональной укладки, но сойдёт.

Наношу на губы помаду смелого яркого оттенка. Обычно я такой не пользуюсь, но сегодня решаю, что можно. Мыслями переношусь во вчерашний день. К нашему последнему разговору с Варгановым.

– Итак, к вечеринке всё готово? – спрашивает он. – Это финальный план? – Паша взмахивает листами, которые я ему передаю.

Я ввожу его в курс некоторых изменений, акцентирую внимание на деталях, а он внезапно спрашивает:

– Ты что, всё ещё боишься?

– Не боюсь, а волнуюсь, – мягко поправляю.

– Всё пройдёт, как по маслу. Вот увидишь. Однако помимо подарков от компании для партнёров, есть ещё кое-что, – Паша внимательно смотрит на меня.

– Что?

– Половина наших постоянных клиентов – это большие руководители, они уже задницами приросли к своим директорским креслам, но, чтобы ты понимала, у большинства история бизнеса тянется из тех самых лихих девяностых.

Я понимающе киваю головой. Что ж, этот контингент мне также знаком.

– Они, вроде как, обросли приличными связями, репутацией, обзавелись лоском, но… когда выпьют… сущие черти. Знаешь, грязь из головы очень сложно выбить, особенно, когда валялся в ней или… тонул.

Варганов хмурится, но даже с таким выражением лица он кажется мне очень притягательным мужчиной.

– Если бы я стал во главе предприятия, я бы что-то поменял. Пока же отец направил меня сюда поразмыслить, каким образом мы можем изменить вектор бизнеса. А сейчас, просто знай, что ты можешь оказаться в центре внимания, потому что ты молодая и очень красивая девушка, а они развращённые толстосумы.

– Всё в порядке. Я понимаю, – киваю, стараясь не реагировать на слова Варганова о том, что я «очень красивая». Главное не забыть, как дышать.

– И постарайся не краснеть, а то твои розовые щёки могут стать предметом перестрелки.

Я шокировано смотрю на Пашу, но замечаю, что он усмехается: шутит значит. Всё равно – почему-то мне приятно флиртовать с ним. Я замечаю, что за его ухмылкой тоже сквозит небольшое смущение. Ага, значит, не одна я тут краснеть умею.

– Ну, раз ты об этом заговорил, – делаюсь я смелее и улыбаюсь шире, чтобы он не воспринимал мои слова всерьёз. – Может посоветуешь, какой тактики придерживаться? Чтобы не вляпаться в неприятности?

– Исключительно деловые разговоры, никакой личной информации. Если кто-то станет слишком приставучим, заедь ему промеж глаз, я разрешаю, – глаза у Паши сверкают от смешинок. – Ну, кроме финансового директора «Экспресса», он ещё слишком важен для нас, сделка в самом разгаре.

– Я запомнила, – хихикаю я.

– Ладно, а я шучу. Если этот слизняк тебя коснётся. Придётся сломать ему руку. Как ты на это смотришь?

– Очень доблестный поступок!

– Я учился в Англии, знаю, как ведут себя настоящие джентльмены.

Мы снова смеёмся, и я не могу удержаться от следующей фразы:

– А сам ты где будешь? Зависать в баре, окучивая какого-нибудь вкусного клиента?

Варганов молчит, никак не реагируя на мою двусмысленную шутку, потом пристально смотрит на меня со всей серьёзностью.

– Нет, я буду стоять и ждать.

– Чего?

– Пока ты не доберёшься до последнего пункта в списке твоих поручений.

Я моргаю, не отводя взгляд.

– А что там?

– Обещанный мне танец.

У меня перехватывает дыхание. В голове просто калейдоскоп из мыслей и образов. Настойчивые вопросы Иры, подмигивания Анны, поход в галерею и субботний вечер дома у Варганова. Его проницательные взгляды. Шуточки и флирт? Босс или друг?

Хватит! Пускай у Варганова чёрный пояс по неудобным поддразниваниям, я так тоже умею.

Делаю аккуратный вздох и с мягкими кошачьими интонациями мурлыкаю в ответ:

– Я внесу это в список своих дел, Павел Максимович.

Интересно, будет ли он сегодня стоять и ждать, как обещал? Вот уж понятия не имею. Такие мысли лучше выкинуть из головы. Ничего хорошего они не принесут.

Я кручусь перед зеркалом. Мне нравится, как я выгляжу. Час назад я выпила бокал вина, и теперь решимость держаться подальше от Варганова тает. Боже, я ничтожна. Да, когда он поймёт, что со мной, именно так и будет.

Вызываю такси и думаю, может, стоит позвонить боссу и предложить заехать за ним? Аха, совместное появление на вечере точно прибавит сплетен. И навряд ли Варганов предпочтёт поездку в недорогом такси какому-нибудь тарифу премиум-класса. Из-за вина мне бредовые мысли то и дело лезут в голову.

В банкетном зале я оказываюсь фактически на час раньше. Проверяю всё ли готово к началу, обсуждаю последние детали с организатором.

Оглядываю зал и со спины узнаю Пашу. Он одет с иголочки, стоит и разговаривает с Матвеем Сергеевичем и ещё каким-то мужчиной.

Чёрт, он просто восхитителен, это стоит признать. Не могу отвести взгляд от его широких плеч и задница у него что надо. Но это, допустим, я давно заметила. Мне безумно хочется, чтобы он обернулся и посмотрел на меня. С другой стороны, становится страшно: я ведь совсем не чувствую, что могу соответствовать его уровню.

«А зачем тебе соответствовать его уровню? – вопрошает внутренний голос, любезно напоминая. – Ты всего лишь его ассистент».

Должно быть, Варганов чувствует мой взгляд, потому что всё-таки оборачивается. Да он круче грёбанного Джеймса Бонда. Мой взгляд скользит по белоснежной рубашке. Ещё и эта бабочка. Когда смотрю на его лицо, ожидаю наткнуться на привычную ухмылочку, но его взгляд странный и тёмный. Притягивает будто магнит. Паша прикусывает нижнюю губу и проводит пальцами по рту. У меня ощущение, что он читает мои мысли.

Варганов не отводит взгляда и что-то говорит своим собеседникам, может, что-то вроде «скоро вернусь», а потом идёт в мою сторону. Сердце рывками ухает в груди, того и гляди вырвется и упадёт на пол.

Вблизи вижу, что его взгляд совсем потемнел. Не знаю, о чём думает Паша, но по коже пробегает озноб.

– Ника, – произносит хриплым голосом, ему приходится откашляться, чтобы возвратиться к привычному ласковому баритону. – Привет.

– Привет, – лаконично отвечаю, а у самой голову ведёт от его парфюма.

Чёрт… пахнет он просто ошеломительно. Почему всё изменилось? Почему всё видится в другом свете?

– Прекрасно выглядишь, – снова прочищает он горло и смеётся чуть нервно, затем добавляет. – Если без шуток, вероятно, мне придётся поработать твоим телохранителем сегодня.

– Спасибо, – улыбаюсь в ответ. – Ты… тоже выглядишь отлично. И шутишь остроумно.

Мне хочется сказать, что он самый сексуальный мужчина из тех, с кем я знакома, но, конечно, я этого не делаю.

Взгляд Варганова опускается на мои губы и ниже… на скромное декольте. У меня практически поджимаются пальцы на ногах. Я знаю, что это синее платье не откровенное, но оно удачно на мне сидит и выгодно подчёркивает фигуру.

– Спасибо, я старался, – говорит он, а я решаю, что пора разворачивать разговор в привычное безопасное русло.

– У нас всё готово к началу? Мне нужно ещё что-то делать?

– Да, – кивает он и берёт с подноса проходящий мимо официантки бокал с шампанским. – Тебе нужно выпить и расслабиться. Дальше буду работать я и мой брат, – он кивает на незнакомого мужчину, которого оставил рядом с Матвеем Сергеевичем.

– Признаться честно, я не особо рассматривала корпоративный сайт. Тот самый раздел о руководстве.

Врёшь, Колесова… Ты его до дыр затёрла. Страничку Павла и фотографии из раздела новостей. Но ты же не собираешься в этом ему признаваться.

– А я тебя сейчас познакомлю, – улыбается Паша и шепчет, будто мы заговорщики. – Пошли? А то потом гости приедут. Впереди одни скучные разговоры про бизнес и деньги с этой старой гвардией, которые застряли в прошлом и до сих пор спят с сайгой под подушкой.

– Что? – глупо переспрашиваю я, потому что Варганов наклонился, и я необдуманно вдохнула поглубже, впуская поток чего-то древесного, лесного и… сугубо его личного в свои лёгкие.

Боже… голова кружится. Мой взгляд концентрируется на его шее, если придвинусь ближе, могу лизнуть кожу и… Почему мне постоянно хочется его лизнуть? Чёрт, он всё ещё что-то говорит.

– Прости, я не расслышала? – спрашиваю поспешно.

Но Варганов отстраняется, смотрит на меня вопросительно, затем качает головой и, взяв за локоть, уводит в сторону.

До меня не сразу доходит, что Паша всё-таки ведёт меня к своему брату, чтобы познакомить. Мы пересекаем половину зала. Каблуки тонут в мягком паласе, котором выстлано пространство вне фуршетных столов. Мне вмиг становится неловко. Я не из тех сотрудников, кто как рыба в воде чувствует себя среди директоров. Мне даже кажется, что это некоторое нарушение иерархии, будто я прыгаю через головы. Где же это видано, когда простого ассистента знакомят с сыном владельца. Просто так знакомят, а не по рабочему вопросу.

Я сглатываю и смотрю на брата Варганова. Блин, он же тоже Варганов. Взгляд у Варганова-старшего такой, что мне тут же хочется скрыться. Он оценивающе проходится по мне, будто сканирует умственные способности и, видимо, приходит к какому-то заключению. Надеюсь, вывод для меня благоприятный.

– Добрый день, – голос у него совершенно другой, не как у брата: строгий, прямой, чёткий.

Не знаю, как бы я себя повела, достанься мне в боссы этот человек. Может быть, сбежала в первый же рабочий день.

– Добрый, – киваю с лёгкой улыбкой, хотя чувствую себя не в своей тарелке.

– Это Ника, моя ассистентка, а это Кирилл Максимович, по совместительству мой брат и вице-президент питерского филиала. С ним лучше по отчеству, он как-то европейский манер не перенёс в рабочую среду. Уже некоторое время твержу, что надо бы почитать про «школу партнёрских отношений», а то он своим авторитаризмом все начинания на корню губит.

– Кому надо, тот достучится, – выдаёт Варганов старший и глазом не моргнув на нелестные комментарии брата, затем внезапно протягивает мне руку. – Приятно познакомиться, Ника.

Он не улыбается, но я вижу, что он ко мне расположен. Значит ли это, что я до него достучалась, и он не считает некоторые из моих писем, адресованные ему от лица брата, беспросветно тупыми?

– Ника отличный помощник, очень эффективный сотрудник. В курсе всех моих дел, если меня не будет на месте, можешь обратиться к ней, она ответит на любой вопрос.

Похвала Паши меня согревает, и да, я, конечно же, краснею.

– Интересно, если Ника так хороша, согласится ли она переехать с тобой в Петербург, когда ты закончишь все дела в Нижнем?

От этих слов мне становится ещё жарче. Варганов-старший смотрит так пристально, будто знает про всё, что творится в моей голове. Ну, или про те странные химические реакции, что происходят между мной и его братом. А что если они видны окружающим? А что если Паша что-то ему рассказывал? Да нет… исключено. Скорее всего, он в курсе, чего стоит его брат, и знает, что тот обычно делает со своими ассистентками. Словно по щелчку пальцев оттенок на моих щеках из розового переходит в красный, я чувствую это в прямом смысле слова. Лицо пылает.

– До этого ещё далеко, – отмахивается Паша.

– Выходит, я теперь знакома со всеми твоими братьями-сёстрами, – бормочу я, просто чтобы что-то сказать.

– Вы знакомы  с Софьей?

– Да, я была на выставке, которую она курировала в Нижнем.

– Вот как? – Варганов-старший переводит внимательный взгляд на брата. – Думаю, не одна, раз уж пересеклись с Соней.

– Правильно думаешь, – кивает Паша.

– Вы про какую выставку? – это говорит подошедшая к нам блондинка.

Она среднего роста с большими ясными глазами и изящной фигурой. Светлые волосы мягкой волной лежат на обнажённых плечах. Её ладонь тут же проскальзывает под локоть Кириллу.

– Про Сонину, – отвечает тот, и интонация его вмиг меняется: становится мягче.

– Я бы тоже сходила, – она обращается ко мне. – Как жаль, что мы сюда одним днём. А я, кстати, Лиза.

Мы обмениваемся приличествующими случаю любезностями, и я понимаю, что это та самая Лиза, невеста Пашиного брата, про которую тот мне рассказывал. Так странно, она совсем не похожа на женщину, способную «скрутить», как выразился босс, такого воротилу, как Варганов-старший. Но может, внешность обманчива?

– Ника, вы уже, наверное, поняли, что этот парень, – она указывает на Пашу, – иногда просто невыносим. Он, конечно, в Питере был любимчиком офиса, но работает он за десятерых и от других требует такой же отдачи.

Паша усмехается и просит Кирилла утихомирить невесту.

– Брось, Лиза. Я всегда веду себя идеально!

– Только в своих мечтах.

Мы перекидываемся какими-то незначительными фразами и подшучиваниями. Деловая часть вечера ещё впереди, а пока можно расслабиться. Немного странно, но мне это удаётся. Появление Лизы как-то разряжает атмосферу. По какой-то причине, я начинаю чувствовать себя в этой компании своей.