Глава 45

— Прошу, — Вениамин распахнул для меня заднюю дверь, после обошёл авто и сел рядом. — Признаться, ваша мама так описывала родной город, что я подумал, что здесь нет ни одного приличного ресторана.

«Ага… Поэтому и привёз хамон, чтобы если что в падике его пожевать» — огрызнулась я, но про себя. Девки словно зарядили меня неприязнью к этому мужчине, хотя лично мне ничего плохого он не сделал. Я злилась на маму! А он ведь ни при чем…

— Вениамин, я была в Испании, и не мне вам рассказывать, что маленькие города есть по всему миру, и это не значит, что здесь живут дикие люди, — улыбнулась, чтобы смягчить сказанные слова. — А можно вопрос?

— Сколько угодно, — он кивнул и достал из внутреннего кармана телефон.

Я вытянула шею, успев заметить заставку, на которой была милая семейная фотография. Он, его жена и трое деток. И только этого факта стало достаточно, чтобы осознать стратегическую ошибку этого мужчины…

Не жена ему нужна, нет… Мать он ищет для своих ангелков. А любить он будет всю жизнь только её одну.

И вдруг ещё гаже стало… Обида горечью осела на корне языка.

— Для чего вы приехали, Вениамин? Мы с вами совершенно чужие люди. Что вас заставило бросить дела, детей и уехать?

— Ваша мама так красочно описывала вас, что мне безумно хотелось…

— Разочароваться? — рассмеялась я, уловив то, что он никогда не скажет вслух. — Вениамин, я не в обиде. Всё понимаю... Моя мама все описывает в красках. Это хобби её — творить жизнь, чтобы другие завидовали, и совершенно неважно, что в реальности все иначе. Смак в другом…

— Да нет, Зарина, — Вениамин убрал телефон и резко обернулся. — Боюсь, что ваша мама была права. Вы исключительная, и дело не только во внешности…

Я была шокирована! Зависла с приоткрытым ртом, словно он только что мне сказал, что таблица Менделеева — не больше, чем пьяный бред замученного ученого!

Смотрела в бесцветные и уже давно потухшие глаза взрослого мужчины, пытаясь поймать хоть одну искру! Хоть одну!

И как бы мне не хотелось, но в сравнение всплывали глаза Козловского. Там пламя бушует в режиме нон-стоп! Его не остановить, не переубедить, не сломать и не поставить на колени. А если он и падает, то тут же встает, принимая это не как факт унижения, а как возможность научиться чему-то новому.

Хватается за все, заставляет себя быть лучше, умнее, хитрее… Жизнь его так воспитала, что если он остановится, если упустит хоть одну возможность доказать отцу, что тот сделал ставку не на того коня, то удача закончится! Вот он и прёт танком по ухабам и костям.

А у Гольмана будто не осталось жизненных сил. Оттого и его странный пожирающий взгляд стал понятным. Зарядиться хочет? Запитаться от молодушки, чтобы продлить запал для воспитания детей?

Он по умолчанию вызывал у меня спектр несовместимых эмоций. От неприятия до жалости… Но это не та база, на которой стоится фундамент крепких отношений.

— Вениамин, это всё лирика, как говорит один мой знакомый. За комплимент спасибо, конечно, но я правда не понимаю, что вам нужно?

— Как минимум поужинать в приятной молодой компании, — Вениамин улыбнулся и вышел из машины, когда мы остановились у центрального входа в ресторан «Птица».

И так хорошо было, что Вениамин чуть придержался и не стал свидетелем моего смеха. Прижалась к стеклу, рассматривая белоснежное крыльцо и россыпь гипсовых птиц, рассыпанных по фасаду здания.

Это была моя детская мечта. Напротив этого ресторана музыкальная школа, в которой я бывала чаще, чем в обычной. И каждый раз выходя, я смотрела на этих одиноких, но безумно красивых птиц… Я абсолютно точно знала, что моя свадьба пройдёт здесь! Я никогда не была внутри, моей любовью были эти огромные птицы из гипса. И об этом знала мама…

И вдруг мне так сильно захотелось уйти! Так захотелось спрятаться ото лжи! Явился весь такой потерянный, смущенный… Зато вооруженный четким руководством и инструкцией, написанной любящей материнской рукой.

Идиотизм…

— Прошу, — Вениамин протянул руку, точно уловив моё замешательство и косые взгляды в сторону парковки такси, поэтому сделал шаг и сам подхватил ладонь, с силой сжав её.

Он буквально вытянул меня, дав четкое понимание, что я больше не управляю ситуацией. И вот к этому я не была готова.

Гольман смело положил руку на мою талию, но именно в этот момент раздался за нами громкий взрыв клаксона. Это было так неожиданно, словно кто-то нарочно решил нарушить планы этого чокнутого вдовца. Вениамин вздрогнул, а я воспользовалась моментом и отшатнулась от него. А когда обернулась к источнику звука, успела зацепить лишь пылающие фонари отъезжающего автомобиля.

— Идём, Зарина, — Вениамин снова попытался подхватить меня под руку, но я довольно жестко пресекла эту попытку.

Мы вошли, передали верхнюю одежду и прошли в малый зал, где, несмотря на вечер пятницы, было занято всего два столика.

Крутила головой, стремительно разочаровываясь… Интерьер внутри был старый, пошарпанный, оторванный от современной легкости. Все так темно, тускло и мрачно. Не спасала даже атмосфера старого шика…

Вокруг нас запорхали официанты, на столе появились и шампанское, и фрукты.

Но я не могла поднять глаз, потому как понимала, что на его месте должен сидеть совершенно другой человек.

Листала меню, выбирая то, что быстро приготовится, поэтому остановилась на салате. Бокал шампанского я отодвинула в сторону и попросила принести чашку зеленого чая.

— Я так понимаю, романтического ужина не выйдет? — Вениамин вдруг пальцами затушил пламя высокой свечи, и мне показалось, что выражение его лица стало не таким мягким, как ему того хотелось. Демоны попёрли…

Хочешь узнать мужчину — поддай газку и втолкни его в состояние шока, как говорит Любка. Вот сейчас Вениамин явно оказался в той ситуации, когда его очарования настолько мало, а беседа настолько натянута, что удерживать меня здесь становится труднее с каждой минутой.

— Вы всё правильно понимаете. Вениамин, вы чего хотите?

— Зарина, вы молодая, умная и чертовски хваткая, — он махнул подошедшему официанту, чтобы побыстрее убрался и не мешал. — А я человек прямой. Так вот…

Вениамин вдруг поднялся и подошёл к окну, встав ко мне спиной.

— Вы мне симпатичны, и я намерен доказать, что, выбрав путь фиктивного брака, вы разрушили свою жизнь, — Вениамин хмыкнул и рывком осушил бокал шампанского.

— Ну, естественно, моя жизнь должна быть связана с вами. Я верно уловила вектор ваших мыслей? — тихо рассмеялась, но вдруг в сумке зажужжал телефон. Я достала его, а увидев контакт, вздрогнула.

Служба охраны?

— Да…

— Зарина Алексеевна, добрый вечер, это Данил Кузнецов, начальник охраны. У нас тут сработала сигнализация на административном этаже, а у нас доступа нет.

— В чем проблема? Вызовите Кристину Андреевну.

— Она недоступна. Зарина Алексеевна, тут полиция. Если мы не откроем, то они вынесут дверь!

— Хорошо, скоро буду, — я поднялась, стянула со спинки сумку и подошла к Гольману. — Вениамин, уезжайте. Мама вас дезинформировала, и мой брак самый что ни на есть настоящий. Мы любим друг друга! — последние слова я произнесла с вызовом, чтобы быть ещё убедительнее, но робкий и дрожащий Веня вдруг схватил меня за руку и притянул к себе.

— Зарина… Я всегда получаю то, чего хочу!

— Тогда мне жаль вас расстраивать, но это не тот случай…

Дернулась, и вдруг кожу ошпарило резкой болью. Я даже зашипела, медленно пятясь назад.

Вениамин вздрогнул, осознав, что допустил катастрофическую ошибку.

— Уезжайте!

Дура! Ну и зачем я поехала? Что хотела услышать? Или, может, я назло маме играю хорошую и послушную девочку? Тогда надо было согласиться на предложение Гольмана, и дело с концом.

Идиотка… Кристина права.

До офиса я долетела быстро. На парковке, и правда, стояли две патрульные машины, а по лестнице гуляли лучи фонариков. Очевидно, охрана до сих пор проверяет здание.

— Зарина Алексеевна? — на крыльцо вышел Данил и замахал руками. — Вы принесли ключи?

— Ну конечно, они всегда со мной, — достала связку и потрясла. — А что такое? Кто мог забраться на пятнадцатый этаж, если дверь заперта?

— Зарина Алексеевна, это протокол осмотра, — Данил дернул плечами и пропустил меня в лифт. — Значит так, вы поднимайтесь, открывайте двери, а я приведу сотрудников вневедомственной охраны, чтобы они все осмотрели.

— Хорошо…

Створки закрылись, и лифт устремился вверх. И точно так же стремительно вверх взмывало ощущение тревоги… И оно взорвалось дрожью, когда я через стеклянный фасад заметила, как две патрульные машины погасили проблесковые маячки и сверкнули фарами, отъезжая от здания.

Какого черта тут происходит?