Глава 13

Не понимая, откуда идет звук, я быстро осмотрелась: ни единой живой души. Не исключено, что этот шум в ушах намеренно создает кто-то из магов-студентов. Как и зачем? Не знаю. Это лишь предположение. Вполне могу ошибаться. В любом случае надо срочно уходить от столовой.

Инстинктивно прижав кролика к груди, торопливо пошла по коридору, направляясь к себе в келью. Просить проводника показать путь в этот раз не стала. Дорогу пусть худо-бедно, но запомнила. А если честно, просто мне спокойнее, когда теплый комочек на руках.

Я практически подошла к своей комнате. Еще один поворот и на месте. Однако настойчивый шепот, увы, не прекращался. Слов разобрать не могла. Казалось, в моей голове, под легким ветром шевелятся листья. Ну и заодно, что-то пытаются сказать.

Схожу с ума? А что, если это тот самый зов, о котором предупреждал Дмитрий? Вдруг я сейчас открою дверь кельи, переступлю порог и провалюсь на сумеречный уровень?!

От страха перехватило дыхание. Остановившись, я попыталась успокоиться. Внезапно зависшее в воздухе привидение стремительно рвануло ко мне. Обдав замогильным холодом, заглянуло в лицо.

От неожиданности я шарахнулась в сторону. Полупрозрачная боярышня огляделась. Удостоверившись, что рядом никого нет, снова подлетела ближе.

– Что с тобой? – прошептала она взволнованно.

Сердце в груди билось как сумасшедшее. Шагнув назад, я процедила сквозь зубы:

– Никогда так больше не делай.

– Напугала, да? – виновато пробормотал призрак.

Соблазн высказать деве все, что о ней сейчас думаю, был воистину огромен. С трудом сдерживаясь, я молча кивнула. Ругаться уж точно не время. Даже от сильного испуга «шелест листьев» никуда не делся. Неведомый кто-то упрямо продолжал мне что-то бессвязно нашептывать.

Такими темпами точно скоро стану шизофреником. Надо срочно решать, что делать. Прямо сейчас со мной может случиться что угодно. И кроме Дмитрия обратиться за помощью больше не к кому.

Пушистое тельце проводника отпускать не хотелось. Но без него учителя противодействия темным силам я в замке не найду. Смирившись с неизбежностью, тяжко вздохнула и поставила кролика на пол.

– Отведи кратчайшим и желательно безлюдным путем к графу Смирнову. И не уходи от меня, пожалуйста, – попросила я тихо.

Зверек пару мгновений посидел недвижимо. А потом ме-е-едленно поскакал вперед. Я сразу же последовала за ушастиком. Летящее рядом со мной приведение нервно озиралось по сторонам.

– Что ты опять задумала? – не выдержав, с надрывом поинтересовалась боярышня. – Не хватило эксцесса в столовой? Ступай в свою комнату! – она не попросила, но приказала.

Я строго глянула на девушку.

– Цыц, – и грозно нахмурилась.

Надо бы ей объяснить, что со мной твориться что-то неладное. Но эта паникерша начнет истерить. Пусть лучше обижается.

Заметив, как девушка оскорбленно вздернула подбородок, я усмехнулась. И вновь сосредоточилась на прыгающим чуть впереди проводнике-фантоме. Не спуская с пушистика глаз, я шла по пустынному коридору и пыталась отвлечься от настырного шума в ушах.

Мысли то и дело сворачивали на реакцию юношей в столовой. Информацию о том, что я серебреная ведьма, дворяне восприняли как-то уж слишком восторженно. Что-то тут не так.

Что я знаю об обладательницах «проклятой» метки? Лишь то, что рассказал рыжеволосый студент Максим Рыжов. А не ввел ли парень меня в заблуждение? Если так, то умышленно или искренне заблуждаясь в своей правоте? Вон моя истеричка-боярышня совсем ничего не знает про ведьм. Однако считает их всех поголовно «жуткими тварями» и усиленно изображает осведомленность.

Где же добыть правду?

Размышляя, обнаружила, что кролик замер около массивной двери. Подойдя ближе, я остановилась в замешательстве. Солидная золотистая табличка гласила, что здесь кабинет ректора.

Зайти или подождать учителя в коридоре? Как-то я еще морально не готова общаться с архимагом…

* * *

За двадцать минут до этого. Кабинет ректора

Как и пообещал наставнику, Дмитрий думал. И с каждой минутой все сильнее мрачнел. Как поступить с девушкой-изгоем он уже решил. Способ откровенно не нравился, но, увы, юной серебряной ведьме придется сделать выбор: чем она готова пожертвовать.

Безусловно, он подтолкнет «душу из другого мира» к правильному решению. Димитрий практически не сомневался, что с Александрой все будет именно так, как задумал. Беспокоило мужчину иное: сам факт столь жгучего желания у Хранителя академии избавиться от сдерживающих его заклинаний.

Казалось бы, что может быть естественнее, чем стремление вырваться из ненавистного плена? Действительно, любой человек, оказавшийся в заточении, страстно мечтает о воле.

Однако высшая сущность не испытывает эмоций, не мыслит, как хомо сапиенс. Для этого существа уже отбытый срок «заключения» в три сотни лет – мгновение. И главное: нет ни одного заклинания, которое способно функционировать вечность.

Все печати принуждения, повиновения, что наложил маг-основатель академии на «Привратника» неизбежно спадут. Причем максимум через семь веков. Бессмертной сущности надо просто подождать. И срок ожидания для нее ничтожно мал. Вывод напрашивается сам собой: существо из иного измерения следует чьим-то приказам.

«Враг – невероятно силен и однозначно находится на территории академии. Вычислять его или ее сейчас нет времени. Можно не сомневаться, что цейтнот создан умышленно. Теперь понятно, почему активация дара у ведьмочки произошла, так экстренно, – на лбу напряженно размышляющего некроманта пролегла глубокая складка. – Кто является объектом интереса? Я или серебряная ведьма? Отсюда и надо плясать».

Открыв глаза, некромант устремил взгляд в окно. Его пальцы поглаживали руны на ритуальном ноже. Разум озарила догадка.

«В этом клинке ответ. Моих знаний не хватит. Чем таким важным занят наставник?» – мужчина посмотрел на хозяина кабинета.

Неодобрительно хмурясь, тот что-то черкал на листе бумаги. Почувствовав взгляд Дмитрия, посмотрел на него из-под очков.

– Расчеты показывают, что без Привратника, академия долго не простоит. После того как его отпустишь, придется закрываться. У нас не будет ни обслуги, ни надлежащих средств защиты, – ректор сокрушенно вздохнул. – Ну да ничего не поделать.

С безразличным видом некромант пожал плечами. Преднамеренно-неловко шевельнул рукой и древняя реликвия соскользнула с колен на пол.

– Димитрий! Что за обращение с уникальным оружием? – возмущенно воскликнул старец. Наблюдая за тем, как его подопечный небрежно поднимает нож, ворчливо пробормотал: – Хоть дал бы на него наглядеться.

Не проронив ни слова, учитель противодействию темным силам, выполнил просьбу. Алексей Владимирович моментально навис над клинком и явно им залюбовался.

Терпеливо ожидая результата осмотра, Дмитрий Игоревич смотрел в окно. Если наставник сейчас что-то обнаружит, обязательно скажет. И не ртом, а напрямую в мозг.

О том, что владеет мысленной речью, архимаг не распространялся. Дмитрий вполне обоснованно подозревал, что кроме него никто больше и не знает об этой способности руководителя академии. К сожалению, у этого полезного и нужного дара имелся серьезный побочный эффект – боль. И страдал не наставник, а его подопечный.

«С нежитью мысленное общение всегда проходит без эксцессов. Да и сегодня с высшей сущностью никаких проблем не возникло. А со стариком постоянно сплошное мучение. Ну да ладно. Потерплю, не впервой», – некромант едва заметно усмехнулся.

Закинув ногу за ногу, он бросил взгляд на ректора. Тот не изменил позы: все так же изучал древнюю реликвию.

«Не знал бы, что искать, не нашел, – лишенный эмоций голос ректора внезапно прогремел в разуме мужчины. – Руны закольцованы. Энергия ведьмы в тебе не задержится, вернется к ней обратно. И заодно заберет твою силу без остатка. Отвечай».

От резкой вспышки боли у Дмитрия потемнело в глазах. Однако на требующего ответа старика ничуть не сердился: сейчас это был единственно возможный вариант обмена информацией. Привратник видит и слышит буквально все в академии. Хотя нет. Сумеречный уровень ему недоступен.

«Как только мы с ведьмой уйдем, объявляйте учебную тревогу. И выводите студентов за территорию академии, – не размыкая губ, ответил Дима. Он испытывал адскую боль, однако вида не показывал. – Думаю, привратник – банальный исполнитель. Дальше додумайте сами».

Алексей Владимирович не выказал и толики удивления. Продолжая делать вид, что любуется ритуальным ножом, старик разорвал канал связи. Выдержал паузу и как ни в чем не бывало восхищенно поцокал языком.

– Изумительная работа, – произнес с одобрением. Откинувшись, на спинку кресла, с глубокомысленным видом изрек: – Ай да Привратник. Даже не представляю, где эту жемчужину отыскал.

– Ради свободы на что только не пойдешь. Однозначно ее заслужил, – подыгрывая ректору, холодно отозвался учитель.

Слитно поднявшись, он под вопросительным взглядом архимага быстро пошел к выходу из кабинета.

* * *

Решив, что правильнее все же постучать, я занесла руку над дверью. Неожиданно та распахнулась. Увидев за порогом невозмутимого графа Смирнова, отчего-то растерялась. Стало казаться, что зря сюда пришла и вообще все это какой-то фарс.

Пять минут назад тряслась от страха, побежала за помощью и внезапно засмущалась. Молодец. Возьми с полки пирожок. Когда провалишься непонятно куда очень даже пригодится. От голода сразу не помрешь.

Рассердившись на себя за малодушие, я пристально посмотрела в небесно-синие глаза мужчины.

– Я слышу шепот, – лаконично сообщила и нахмурилась.

– Прошу, – не отводя от меня взгляда, Дмитрий шагнул назад, освобождая проход.

Его взор нервировал не меньше, чем бубнеж в голове. Скрывая беспокойство, я нагнулась. Взяв белого кролика, бережно прижала его к груди и в ожидании посмотрела на привидение.

С мученическим выражением призрачная боярышня неохотно вплыла в кабинет. Я последовала за ней. Едва вошла, сразу же увидела сидящего за столом седобородого старца. Не шевелясь, он грозно взирал на меня поверх очков.

От волнения мгновенно вспотели ладони.

Да хватит уже его бояться!

Мысленно себя одернув, я ровным тоном сказала:

– Добрый день.

– Здравствуйте, Александра, – пожилой мужчина неожиданно добродушно улыбнулся. – Меня зовут Алексей Владимирович, я ректор академии.

– Очень приятно, – ответила я максимально вежливо.

Тому, что глава академии меня опознал, ничуть не удивилась. Вот если бы он не знал кто я, – это было бы как раз таки очень странно. Руководитель просто обязан владеть информацией о том, что происходит на его территории.

Тем временем Дмитрий плотно закрыл дверь, жестом предложил мне расположиться на диванчике, стоящим у полок с книгами. Поблагодарив мужчину кивком, я прошла через кабинет, села. Привидение тотчас метнулось за мной и зависло рядом, как приклеенное.

В помещении повисла тишина. Устроившийся в кресле граф, что-то рассматривал за окном. Старец с задумчивым видом поглаживал бороду. А у меня в голове все не прекращался чей-то настырный, неразборчивый шепот.

Мы чего-то ждем? Они вообще со мной разговаривать собираются?

Поглаживая, развалившегося у меня на коленях кролика, понимала, что просто сидеть и молчать больше не могу.

Дмитрий четко дал понять, что будет со мной откровенен только на неведомом сумеречном уровне. К тому же он сейчас явно о чем-то напряженно размышляет и не горит желанием беседовать. А вот с ректором вполне можно попробовать пообщаться.

Собравшись с мыслями и духом, я негромко произнесла:

– Алексей Владимирович, у меня к вам есть вопрос.

– Слушаю вас, – оставив в покое бороду, старец откинулся на спинку кресла.

– Почему обычных ведьм ненавидят, а к серебряным относятся с симпатией? – я мило улыбнулась.

– Хм-м, – архимаг потер мочку уха, остро глянул на молчаливого учителя. Тот едва заметно кивнул, словно разрешая.

Однако. Что это у них за отношения такие?

– Начнем с первой части вашего вопроса: почему обычных ведьм ненавидят, – ректор сцепил ладони на животе. – Семнадцать лет назад скоропостижно скончался император Иоан Васильевич. Глава рода Рюриковичей правил нашей страной без малого пятьдесят лет. Когда он вступил на престол, в государстве было очень неспокойно: разруха, голод. Влиятельные рода воевали меж собой, гибли воины, страдал простой люд. Император попытался навести порядок. Однако он был очень молод, его не воспринимали всерьез.

Стараясь не пропустить ни слова, я обратилась вслух.

– Юный Иоан начал искать способ, как приструнить распоясавшуюся знать. И тут-то императору и пришла идея. Он решил объявить охоту на ведьм. Как правило, эти девушки-дворянки обладали слабым даром, никому не причиняли вреда. Напротив, даже помогали людям. Силы у людей брали совсем чуть-чуть. В основном донорами служили члены семьи. Причем добровольно. Но были и очень сильные ведьмы. Вот они-то, следуя приказам глав родов, уничтожали у врагов посевы, умерщвляли скот, насылали болезни. По тайному приказу императора в стране распустили слух, что голод, да и вообще все беды из-за ведьм. Необразованные простолюдины отреагировали ожидаемо. Схватились за вилы и полились реки крови. Знать прекратила вражду, занялась усмирением бунтов. Что и требовалось императору. Желая закрепить эффект, Иоан под шумок издал указ: для устранения смуты в государстве всех обладательниц метки ведьмы брать под стражу и предавать справедливому суду, – Алексей Владимирович замолчал, казалось, он вспоминал.

Гребаная политика. Сколько невинных женщин погибло.

В душе закипала злость. Сжав зубы, я сидела не движимо и не издавала ни звука.

Спустя несколько минут, старец вновь заговорил:

– По замыслу императора ни в одном из знатных родов не должно было остаться сильных ведьм. Он приказал придворному архимагу создать и запустить особое поисковое заклинание. Через сутки распоряжение было выполнено. От этого заклинания нельзя было спрятаться. Оно неумолимо находило ведьм: те, что обладали мощным даром, сразу же погибали; а те, которые были слабее, впадали в своеобразный сон. Их забирали воины императора, отвозили в тюрьму. Ну а после маги приводили девушек в чувства, отправляли на суд и всех до единой казнили. Превентивные меры, так сказать. Должен отметить, что они сработали. Иоана не то чтобы сразу зауважали и испугались, но кровопролитные войны прекратились, – архимаг взял очки. Немного подумав, водрузил их на нос.

– И дворяне так спокойно реагировали на гибель своих жен, дочерей? – мой голос дрогнул от негодования.

– В те времена у женщин было много обязанностей, но не прав, – холодно бросил старец. – Девочки беспрекословно подчинялись воле отца, после замужества супругу. От бездыханной и ставшей бесполезной ведьмы нет никакого толка, одни проблемы. А проблемы никому не нужны.

Понятно. Женщина – низший сорт. Без права голоса и вообще что-то наподобие вещи. Слов нет, сплошные маты.

– Что касается особого отношения к серебряным ведьмам, – Алексей Владимирович привычным жестом огладил бороду. – Девушки с серебристыми метками, словно редчайший жемчуг: их дар уникален. Заполучить такую женщину к себе в род, мечта любого главы. Однако за все минувшие века их не наберется и десятка.

Не одна, а десять? Странно. Рыжов в целом про ведьм мне не солгал. А здесь не сходится. Ладно, не столь важно.

Непрекращающийся шепот в моем разуме внезапно усилился. Да так, что начало подташнивать. Мотнув головой, я сиплым от напряжения голосом поинтересовалась:

– Чем же так уникален дар серебряных ведьм? – и пристально посмотрела на Дмитрия.

Абсолютно не выказывающий интереса к беседе граф с невозмутимым видом что-то разглядывал за окном. Вдруг он резко встал. Подошел к столу. Взяв лежащий на столешнице клинок в ножнах, приладил их к ремню. Затем повернулся ко мне.

В ушах зазвенело. С каждым мгновением звук становился все сильнее. Испытывая сильную боль, я прижала пальцы к вискам. А через секунду сводящий с ума звон пропал, и я отчетливо услышала лишенный эмоций голос:

– Иди.

Противиться этому приказу не то, что не могла, но даже не хотела. Я послушно встала. Прижимая к груди кролика, повернулась к выходу из кабинета. В это же мгновение Дмитрий стремительно приблизился, встал у меня за спиной.

Положив ладони на плечи, он тихо сказал:

– Не бойся. Сделай шаг вперед.

Я и не боюсь. Почему у него такие холодные руки?

Вяло удивившись, я словно запрограммированный робот шагнула к двери. Воздух пошел рябью, голова закружилась. Инстинктивно зажмурившись, почувствовала, что куда-то падаю.

Капец…