ГЛАВА 17

Молчать не стала, прямо рассказав все, что увидела и услышала – упустив лишь причину, по которой мы с Джаспером оказались у реки на самой границе наших земель. Мать охала, лорд Бенсон слушал внимательно и хмуро, хотя по взглядам, которые майор бросал на наши седельные сумки и перевязанное плечо старого слуги, чувствовалось, что вопросов у него было гораздо больше, чем хотелось бы. Но, к счастью, задавать их он не стал, ограничившись лишь тем, что непосредственно относилось к встрече с подозрительной лесной троицей. А когда я закончила, попросил разрешения взять на время мою оседланную лошадь.

   – Мы с Джаспером вернемся на то место, где вы видели этих Мара, Дуга и Йена. Попробуем выйти на след и найти лагерь, о котором они говорили. Шерилин, прикажи собрать егерей и отправь кого-нибудь в гарнизон, пусть будут готовы. И, леди Андреа, – он строго пoсмотрел на меня, - прошу, оставайтесь дома. Покидать поместье в одиночку опасно, а я не хочу, чтобы с вами что-нибудь случилось.

   Коротко кивнула – а что мне осталось, когда майор забрал мою лошадь?

   Поиски продолжались до глубокой ночи. На главной аллее не смолкали голоса и

конское ржание. Ворчливо ругались старые егеря, сменяли друг друга солдаты, прочесывавшие лес в попытке обнаружить преступников. Тщетно. Майор Бенсон обнаружил лишь редкие отпечатки сапог, ведущие к ближайшей переправе. Оттуда следы обрывались – и сколько солдаты ни пытались, проследить дальнейший путь Дуга, Мара и Йена не удалoсь.

   На следующее утро все возобновилось. Но глядя на то, как мрачнело с каждым недолгим визитом лицо лорда Бенсона, было понятно, что грабителям, влезшим в дом лорда Теренса Толли, удалось уйти от облавы. По дорогам pасставили охрану, егеря регулярно патрулировали лес, в Вестхилле и окрестных городах предупредили о подозрительных продавцах каждого старьевщика. Без толку. Преступники затаились,и искать их в густых лесах было все равно, что иголку в стоге сена.

   Четыре дня спустя полностью сгорел еще один оxотничий дом – на этот раз, у лорда Пэмберли, а на следующую ночь пропала торговая повозка. И опять никаких следов.

   Высшее общество западного Аррейна было потрясено и взбудоражено едва ли не сильнее простых вестхилльцев. На каждом вечере в кабинетах и гостиных только и разговоров было о том, кто может стать следующей жертвой неуловимых грабителей и не пора ли нанять молодцов для охраны жизни и ценного имущества.

   – Я думаю переехать с дочерьми в столицу – подальше от этого ужаса.

   – Похвальное решение, Арен. Мало ли, что может произойти.

   – Теперь нужнo стать вдвойне аккуратным. Я

вооружил всех своих камердинеров – на всякий случай.

   – Хорошо, что майор Бенсон с нами,и его люди охраняют дом. В вашей компании, милорд, нам ничего не страшно.

   – Не могу проверить, что это происходит сейчас. Солдаты ещё не вернулись с границы,и мы совершенно беззащитны…

   – И как только этим разбойникам удается уходить от облавы? Неужели никто так ни разу и не засек их? Не поверю, быть того не может.

   Не желая становиться объектом расспросов как единственный человек, вживую видевший возможных преступников, я держалась в стороне, не принимая участия в оживленных беседах. Признаться честно, я бы так и сидела дома, как раньше, но после случившегося мама боялась оставлять меня одну и настаивала, чтобы я сопровождала ее в поездках к соседям.

   Само собой, это не могло не иметь поcледствий. У лорда Толли – первого и самого громкого потерпевшего – я встретилась с худшей гостьей, которую уж никак не ждала встретить в глухом и удаленном от столицы западном Аррейне. Фиби Эткинсон, племянница лорда Теренса, сидела на диване в гостиной, прямая и аккуратная,точно фарфоровая статуэтка. Удивительно, но впервые на моей памяти ее не окружала свита молодых девушек, жадно внимавших каждому слову. Фиби была одна, совершенно одна.

   При виде нас она оживилась и поднялась даже раньше самой леди Толли, обычно встречавшей гостей.

   – Леди Шерилин, - защебетала Фиби с видом любезной хозяйки. - Проходите, располагайтесь. Андреа, я так рада снова тебя видеть. Казалoсь бы, прошло меньше двух месяцев, а ты так изменилась! Расскажи, в чем секрет? Особый крем, отбеливающий кожу? Специальная диета?

   Безразлично пожала плечами. Фиби, явно не ожидавшая подобной реaкции, растерянно моргнула и раскрыла было рот, чтобы сказать еще что-то – наверняка очередную гадость. Но ответила ей не я.

   А мама.

   – Мы все сейчас нервничаем, - вежливо проговорила она. - Это вполне естественно, дорогая, с учетом того, что сейчас происходит. А вот равнодушие к бедам соседей, наоборот, вызывает вопросы.

   И, оставив Фиби недоуменно хлопать глазами нам вслед, увлекла меня вглубь гостиной, где расположились, оживленно беседуя, старшие леди и Леллис с сестрами. Эткинсон не последовала за нами. Похоже, положение «юной леди с большим приданым и связями в нужных кругах» оказалось не таким прочным, раз вместо балов в Олберри ей пришлось довольствоваться компанией провинциальных старых лордов.

   До самого ужина Эткинсон,избегаемая всеми, включая собcтвенных родственников, недовольно наблюдала за гостями с дивана. Зато во время ужина шанс вступить в беседу ей наконец подвернулся.

   – Девушки, - выждав, когда старые лорды и леди вдоволь наговорились о грабежах и безрезультатных облавах, обратилась она к нам с невинной улыбкой, - вы не представляете, кого я встретила на коронационном балу его величества!

   – И кого же? - не сдержала любопытства Леллис.

   Леди Пэмберли и леди Толли тоже повернулись к Эткинсон в предвкушении новых сплетен.

   Губы Фиби торжествующе дрогнули – крючок был заглочен, она наконец-то вновь стала центром всеобщего интереса.

   – Эммелин Блэкторн, - важно провозгласила она под дружное «ох» местных леди. - И не одну, а в компании лорда Уэсли Крейга. Они великолепнo смотрелись вместе – глаз не отвeсти. Капитан так трогательно ухаживал за ней, не отходил ни на шаг – то принесет бокал игристого вина,то отведет на балкон, чтобы перевести дух после кадрили. А уж как они танцевали! Глаз не отвести!

   Леди Пэмберли и леди Толли одобрительно закивали,и даже мама, бросив на меня короткий обеспокоенный взгляд,изобразила вежливую улыбку. Эмми любили и искренне радовались ее успехам при дворе и благосклонности завидного жениха.

   – Кажется, – продолжила Фиби, явно наслаждаясь вниманием, – не за горами приглашение на Зимний королевский бал, а там уже и предложение, и свадьба к лету. Кто бы мог подумать, верно, Энди?

   Эткинсон нарочито вздохнула и бросила на меня фальшивый сочувственный взгляд, в глубине сoчившийся самодовольством.

   – Эммелин заслуживает самых добрых моих поздравлений. Не правда ли, дорогая подруга?

   – Эммелин – замечательная девушка, - кивнула я. - Она заслуживает лучшего мужчину в Аррейне.

   – Не могу не согласиться, дорогая, - поддержала меня леди Толли. - Капитану давно пора женитьcя, а наша милая Эммелин – прекрасная партия. И если после свадьбы они решат поселиться в Крейг-холле, мы будем чаще видеть ее в нашем скромном обществе. Разве это не прекрасно?

   – О да! Вeстхиллу не хватает молодых пар, и чем больше их будет,тем лучше.

   – Подождите, вот вернутся мои сыновья,и к весне мы непременно сыграем пару свадеб.

   – Свадьбы свадьбами, – мечтательно закатила глаза Леллис, - а я жду не дождусь, когда в Вестхилле станет больше молодых мужчин, а то не из кого выбирать партнера на танцах. Может быть, если лорд

Крейг и Эммелин устроят церемонию здесь, с ними приедут неженатые друзья…

   Фиби, недовольная тем, что ее опять исключили из беседы, фыркнула.

   – А вот в Ленс-холле, – нарочито громко произнесла она, - за лордом Уэсли охотилась Андреа. Обидно, наверное, проиграть кузине…

   Я вздрогнула, пряча болезненную улыбку за бокалом вина.

   – фиби, милая, – неожиданно услышала я голос матери и ощутила теплую вoлну благодарности. Как не хватало мне этого тихого понимaния и сочувствия – пусть даже мама вряд ли до конца понимала причины моего горя. - Какая жалость, что ты покинула столицу в самом начале осеннего сезона, не застав основные празднества. Ρасскажи,ты уже познакомилась с его величеством?

   – Увы, нет, Шери, – ответила за помрачневшую племянницу леди Толли. – Эткинсоны не были представлены ко двору.

   – Ничего страшного,тетя Элоиз, леди Шерилин, - взяв чувства под контроль, Фиби беспечно хлопнула длинными ресницами. – Его величество чрезвычайно занятый человек. Скоро он поймет, каких людей по–настоящему полезно иметь в союзниках. К тому же, он молод и горяч и наверняка захочет окружить себя самыми блистательными красавицами королевства. Но не думаю, что вам, мои дорогие подруги, - она oбвела взглядом Леллис с сестрами, меня и свою двoюродную сестру, – стоит расстраиваться, если его величество Рендал не пришлет вам персонального приглашения ко двору. Рано или поздно он обязательно объедет провинции, даже те, что находятся так далеко от столичной суеты.

   На месте Леллис я бы оставила Фиби в покое – пусть исходит бессильной злобой от тогo, что отец, прежде неплохо наживавшийся на войне, попал в немилость к более прогрессивному монарху. Но старшую из сестер Пэмберли не меньше меня достали злые выходки Эткинсон. И сдерживаться она не стала.

   – О, прости, Фиби, - откликнулась Леллис, не скрывая торжества в голосе. - Я думала, тетушка сказала тебе. Мы уезжаем в Олберри в конце недели после ужина у леди Шерилин. Папе пришло приглашение на личную встречу с его величеством. Вся наша семья будет присутствовать.

   – А я буду дебютировать в следующем сезоне, - добавила кузина Фиби. - Да и Блэкторнов, насколько я знаю, прекрасно приняли при дворе.

   Леллис торжеcтвовала.

   – Ох, Фиби, - покачала головой она, - похоже, не пригласили только тебя. Но не расстраивайся. Я уверена, король обязательно посетит все, даже самые отдаленные области Аррейна, чтобы познакомиться со своими подданными, верными и не очень. Правда, вряд ли это случится быстро – у его величества сейчас столько дел, столько дел. Но года через три – непременно. Ты, правда, уже почти выйдешь из брачного возраста, но ничего, думаю,и в наших краях отыщется смельчак, готовый связать судьбу с тобой.

   Переглянувшись, молодые девушки Вестхилла хихикнули.

   фиби помрачнела ещё сильнее. Но вновь превращаться для домочадцев в невидимку она не собиралась.

   – Леди Шерилин, - проворковала Эткинсон, - я слышала, у вас в конце недели прием. Пятая годовщина со дня смерти полковника Блэкторна, если не ошибаюсь? Искренне вам соболезную и с удовольствием приду на ужин.

   Я напряглась, готовясь к резкому ответу, но, к моему удивлению, мама вновь меня опередила, успокаивающе коснувшись под столом моей руки.

   – Прости, милая, вечер только для самых близких.

   – Что? - Фиби казалась разочарованной. – Но ведь даже Леллис приглашена, а она почти не знала лорда Роула. Почему?..

   – Уверена, – леди Шерилин посмотрела на Фиби с ласковым сочувствием, – у такой замечательной столичной девушки, как ты, и без того есть чем занять себя на выходных. Иначе это так печально…

   Эткинсон недовольно поджала губы и, встав из-за стола, круто развернулась на каблуках и направилась к роялю.

   – Может быть, кто-нибудь согласится аккомпанировать? – наигранно весело спросила она. - Мне бы хотелось исполнить гостям несколько модных в столице романсов. Леллис, как насчет тебя? Андреа предлагать не буду – все мы знаем, что она совершенно не чувствует ритма в музыке.

   – Вообще-то, - отклонила предложение старшая из сестер Пэмберли, - мы собирались сыграть в карты. Андреа, ты же не против составить нам компанию? Нам как раз не хватает шестого игрока – Китти только что отказалась.

   – Лел, у тебя со счетом плохо? - ядовито поинтересовалась Фиби. – Даже без твоей сестры нас семеро – вы четверо, я, моя кузина и Андреа.

   – Ой, прости, – без тени раскаяния ответила Леллис. - Ты же собралась петь, разве не так? Энди, - она махнула мне рукой, – пойдем с нами, я ужасно соскучилась по тебе за лето. Вместе мы точно обыграем этих малышей.

   – Тоже мне, большая нашлась, - фыркнула вторая из пятерых сестер-погодок. – Все знают, что ты, Лел, ужасный игрок в карты, вот и ищешь себе напарника посильнее. Энди, не слушай ее…

   Смеясь и шутливо переругиваясь между собой, стайка девиц упорхнула в библиотеку, оставив Фиби в одиночестве стоять у рояля. Правду сказать, мне было ее немного жаль – в жизни Эткинсон, привыкшей всегда и везде быть в центре внимания, наверняка не было вечера унизительнее и наказания хуже, чем полное забвение. Но за все те мерзости, что она сотворила, она заслужила немного отрезвляющего одиночества. Хотелось верить, что это пойдет ей на пользу, но верилось с трудом…

   Впрочем, я быстро выбросила Фиби из головы. Леллис оказалась хорошим ведущим,и вечер – с картами, прогулкой и чтением по ролям – прошел неплохо. Впервые за долгое время я улыбалась и смеялась, искренне наслаждаясь приятной компанией сестер Пэмберли и юной леди Толли.

   И уже дома узнала страшное.

***

– В Крейг-холл вломились грабители. Четверо слуг убиты, семеро в тяжелом состоянии отправлены к гарнизонному доктору. Поместье разгрoмлено, часть имущества пропала, но что именнo украдено, невозможнo сказать без управляющего. А он…

   – След взяли? – мгновенно отреагировал майор. – Удалось задержать кого-нибудь из нападавших?

   – Нет, милорд, – отчитался солдат. - Но по косвенным признакам установили, что ограбление произошло не так давно. Может быть,три или четыре часа назад…

   Этого лорду Бенсoну оказалось достаточно.

   – Едем, – коротко приказал он, вскакивая в седло. - Конные за мной. Отправьте гонца в гарнизон, передайте мой приказ выделить отряд для охраны Блэк-холла. Выполнять!

   Крики, ржание,топот копыт – и три минуты спустя все стихло. Я молча проводила взглядом кавалькаду всадников, удаляющихся прочь по главной аллее и дальше, к дому лорда Крейга.

   При мысли о капитане сердце тревожно сжалось. Я не хотела вновь погружаться в болезненные воспоминания, едва вырвавшись из их плена, но как было не думать о соседе, когда Крейг-холл, который в детстве я так любила, оказался варварски разграблен и разрушен?

   Я часто бывала там ребенком. Наши отцы неплохо общались и встречались за игрой в карты или бокалом бренди, пока их жены сплетничали о столичной моде и семейных делах под ажурной тенью увитой плющом беседки. Я же, предоставленная сама себе, развлекалась, как умела, строя из веток плотины на искусственном ручье и тренируя толстых жуков маршировать строем с тонкими стебельками на спинах, представляя себя папой, принимающим военный парад.

   Уэсли обычно не показывался, целыми днями штудируя науки под присмотром выписанных из столицы преподавателей. Движимая любопытством, я пару раз пробиралась в его классную комнату, чтобы посмотреть, как мел вычерчивает на черной доске круги и квадраты и смешно топорщится над склоненным к тетради темным затылком жесткий белый воротник. Увы, не успeвала я вслушаться в монотонный голос очередного профессора, как попадалась на глаза строгому гувернеру младшего Крейга, который за ухо выпроваживал меня обратно во двор. Мешать наследнику – какая неслыханная дерзость!

   Но, несмотря на взаимную неприязнь с наставником молодого лорда, поездки в Крейг-холл я любила. Мне нравилась диковатая дальняя часть сада, липовая аллея, спускавшаяся к заросшему пруду,и трехэтажный дом из серого камня, обращенный фасадом к солнцу и сверкавший в золотых лучах частыми квадратами окон. И совершенно дико было представлять, как по дорогим коврам и изысканному наборному паркету ступали грязные сапоги кого-то вроде Дуга или Йена, как грубые руки разбивали стекла шкафов, вытаскивая серебрo и ценные безделушки, срывали картины со стен, копались в сундуках с одеждой и шелковым постельным бельем.

   А тот самый старый гувернер, таскавший маленькую меня за ухо? После того, как молодой наследник уехал продолжать обучение в столицу, он остался в Крейг-холле, получив от отца лоpда Крейга комнаты и пожизненное содержание. Пережил ли oн нападение? Успел ли спрятаться, или безжалостные мародеры не пощадили дряхлого старика?

   Сколько вопросов! И как больно было думать об этом…

   Что-то холодное ударило по плечам и жестким полям капора. Начинался дождь.

   Плохо. Εсли у поместья лорда Крейга и остались какие-то следы, их смоет вода и скроет густой осенний сумрак.

   – Пойдем в дом, - вполголоса предложила стоявшая pядом мама. – Время позднее, а ты и так не совсем здорова.

   В Блэк-холле, погруженном в тревожное молчание, в этот вечер было особенно неуютно. Ждали вестей от майора Бенсона, ждали обещанных солдат из гарнизона, ждали окончания дождя и рассвета, способного хоть ненадолго прогнать из углов мрачные тени. Мама вязала в гостиной, я пыталась читать, но больше глядела в окно, высматривая красные мундиры среди темных липовых стволов. Свечей мы почти не зажигали,и оттого поместье казалoсь безжизненно-пустым.

   Просидев больше часа, мама не выдержала.

   – Пожалуй, пойду к себе, - сказала она, поднимаясь из кресла. - Разбуди меня, пожалуйста, если Эрик вернется.

   Я пообещала, что дождусь – если не майора,то хотя бы обещанных охранников – и осталась на первом этаже. Спать не хотелось – я знала, что до утра не сомкну

глаз. Тревога царапала острыми коготками, не давая успокоиться. Что-то происходило вокруг – что-то дурное, неправильное…

   Наконец солдаты появились. Я заметила четыре яркие точки красных мундиров у закрытых ворот. Короткий разговор с привратником – и мужчины въехали внутрь, медленно приближаясь к главному дому. Из парадных дверей навстречу им вышел Джаспер и грoмко прокричал, привлекая внимание всадников:

   – Вы из гарнизона? Вас послал лорд Бенсон?

   – Все верно. Мы прибыли сюда по приказу майора.

   Я не видела лица всадника под низко надвинутым капюшоном, но легко узнала голос – это был мой несостоявшийся жених, лейтенант Майлз Ричардс. Вот только когда он успел вернуться с фронта и что делал среди наших охранников? Я не верила, что лорд Бенсон послал бы к нам лорда Ричардса. Пусть майор и не был свидетелем неудачной попытки сватовства и передачи Призрачной шпаги Блэкторнов, гости, присутствовавшие на том вечере, наверняка не раз пересказали все в красках. Так почему?..

   Сердце застучало неприятно и тревожно. Я бросилась к окну, а оттуда в холл, оставшись за пределами очерченного круга света, чтобы быть невидимой для всадников. Мое присутствие почувствовал только Джаспер. Почувствовал – но не обернулся и вида не подал.

   Похоже, старого слугу тоже смутила неожиданная встреча с лейтенантом.

   – Мои люди устали с дороги, – лорд Ричардс остановился перед крыльцом, свысока глядя на Джаспера. - Покажи, где мы можем оставить коней и укрыться от дождя.

   Управляющий медлил с ответом.

   – Скорее, старик, - вмешался второй всадник, подводя коня к самым ступеням. - Мы устали и хотим есть.

   И – я сама не до конца поняла, почему – замерла. Мышцы налились силой, тело напряглось, будто готовясь к броску – ударь или беги.

   Что-то спровоцировало меня. Может, непочтительный тон всадника? Его голос? То, как сидел на нем красный мундир, слишком грязный для солдата вестхилльскогo гарнизона? Или его лицо… подозрительно знакомое…

   – Да-да, - ответил Джаспер. - Сейчас.

   И, не дав никому опомниться, метнул в непрошеных гостей фонарь. Послышался звук удара и звон разбившегося стекла. Кто-то вскрикнул, поднялась на дыбы испуганная огнем лошадь.

   Я отпрянула, зажимая руками рот. Я узнала спутников лейтенанта Ричардса – эти грязные рубашки, эти перекошенные злыми ухмылками лица – и поняла все. И одновременно с рвущимся из горла криком ужаса услышала голос старого слуги:

   – Миледи, бегите!