Глава 19

На улице холод сразу пробрался под тонкое платье, и я теснее прижалась к Эришу. Он быстро усадил меня в свой экипаж, снял пальто и накинул его на меня, согревая. Потом достал из кармана пузырёк:

— Выпейте. Вам станет легче.

— Что это? — слова по-прежнему давались с трудом.

— Считайте, лекарство, — герцог поднёс его прямо к моим губам и почти насильно влил в меня. — И помолчите немного, дайте ему подействовать.

Эриш сел рядом и притянул к себе, обнимая и укладывая мою голову себе на плечо. И я покорно прильнула к нему, испытывая уже давно забытое чувство защищённости и спокойствия.

— Как вы меня нашли? — спросила, закрывая глаза.

— Позже, — он приложил палец к моим губам, заставляя молчать. Лёгкий, осторожный жест с налётом нежности, от которого по телу разбежались приятные волны.

Экипаж тронулся, и под его мерное покачивание я снова задремала. Мне чудилось, что Эриш гладит меня по волосам, или же это был просто сон?..

Открыла глаза я, когда коляска остановилась у замка. Она подъехала к самому крыльцу, где нас ждал Карл. Эриш вновь взял меня на руки, хотя я уже ощущала себя намного лучше.

— Эффект лекарства многоступенчат, — сказал он в ответ на мое сопротивление. — Вначале клонит в лёгкий сон, потом приходит бодрость и переизбыток энергии, а после организм опять требует сна и отдыха. И только на следующий день состояние организма восстанавливается окончательно. Поэтому рекомендуется в день приёма лекарства оставаться в постели.

— В постели? — робко уточнила я.

— Именно туда я сейчас вас и несу.

Комната оказалась все та же, где я ночевала прошлой ночью, и постель уже заботливо разложена Милли. Эриш заставил лечь меня под одеяло и тут же куда-то ушёл. Я осталась одна и с блаженством откинулась на мягкую подушку. Руки-ноги уже вполне слушались меня, к телу возвращалась сила, в голове заметно прояснилось.

— Не могу поверить, что жива и все позади, — вырвалось у меня вслух.

— Разговариваешь сама с собой? — в комнату вошла улыбающаяся Ада. В руках она держала поднос с едой. — Забрала у Милли и решила отнести тебе сама, — пояснила она.

Я не успела ни поздороваться с ней, ни поблагодарить, да и вообще опомниться, как следом за девочкой в комнату проскользнула Флора и кинулась ко мне. Лизнула, урча, мою ладонь и положила голову на кровать, требуя ответной ласки.

— Киса есть киса, — улыбаясь, я начала гладить её и почесывать. — Ты узнала меня, да? Видишь, что я настоящая… А где твой пернатый друг?

Фауст не заставил себя ждать, влетев в дверь в следующую минуту, и опустился на изголовье кровати.

— А ты вообще мой защитник, — сказала я ему. — Я все видела. Как ты накинулся на эту грымзу…

— Ты видела? Откуда? — заинтересовалась Ада. Она опустила мне на колени поднос и села рядом.

— Сама не знаю, — призналась я. — Просто картинка перед глазами. Будто я на все смотрела, как она… Та… Но я думаю, это как-то было связано с моими серьгами, которые самозванка потом выбросила. Кстати, где она?

— Самозванка? — хмыкнула Ада. — Сидит запертой.

— То есть вы её поймали? — оживилась я.

— А то ж! Между прочим я тоже почти сразу поняла, что та девица была не ты, — с гордостью произнесла Ада.

— Правда? — я улыбнулась.

— Она вела себя странно, — пояснила девочка. — И этот её тон… Как у училки. Снисходительный. Ты никогда так со мной не разговаривала. Мы с тобой как подруги, ты не считаешь меня ребёнком, а эта… — Ада наморщила нос. — И взгляд у неё… Не такой какой-то. Я не знаю, как это объяснить… В общем, мне показалось это подозрительным.

— Мне приятно, что ты такая наблюдательная, — я улыбнулась. — И что мы… подруги.

— Мне тоже, — Ада усмехнулась.

— Так как все произошло? — вернулась я к главному. — Как вы поймали моего двойника? Я перестала видеть все на том месте, где рон Эриш выгонял питомцев из столовой, — о его поцелуе я, конечно же, умолчала. — Потом — темнота.

— О, это было эпично! — девочка злорадно ухмыльнулась. — Демиан только сделал вид, что прогоняет Флору и Фауста, чтобы усыпить бдительность самозванки. Но она решила сбежать! Через окно! И мы её поймали в саду! Она так пыхтела, кусалась даже! Злобная такая! Но мы её победили!

— Мы? — в проёме двери со скептической ухмылкой замер Эриш.

— Ну ладно, ты, — нехотя признала Ада и снова повернулась ко мне. — Демиан её заморозил.

— Не заморозил, а обездвижил, — поправил Эриш со вздохом. — Тебе нужно внимательней изучать основы заклинаний. У заморозки и обездвиживания разная база.

— Ой, ну все, началось, — Аделия закатила глаза. — Опять умничает и поучает.

— Поучать тебя нужно постоянно, — Эриш приблизился к моей кровати. — А теперь давай, иди погуляй, мне надо поговорить с роньей Варварой наедине.

— Конечно, конечно, — неожиданно легко согласилась Ада, спрыгивая на пол. — Разговаривайте…

— И этих подлиз забери, — Эриш кивком показал животным на дверь. — Флора, Фауст… — и те послушно последовали за девочкой.

— Всего хорошего… Голубки, — ехидно шепнула нам Ада перед тем, как закрыть дверь.

И мы с Эришем остались одни.

— Как вы себя чувствуете? — после некоторой паузы спросил герцог.

— Уже намного лучше, — ответила я. — Даже очень хорошо.

— Вы ешьте… — Эриш кашлянул, глядя куда-то в сторону.

— Да, уже, — я торопливо схватилась за вилку и ковырнула омлет. — А то последний раз видела еду, когда обедала с вами, — добавила вроде как в шутку.

Но Эриш даже не улыбнулся.

— Теперь вы мне расскажете, как все было? — я отчего-то очень нервничала в его присутствии, до смешного. Есть хотелось, но при этом кусок с трудом лез в горло, поэтому жевать и глотать приходилось через силу.

— Возьмите, это же ваше, — он вдруг протянул мне мои серьги. — Карл нашёл их в снегу.

— Спасибо, — я забрала украшение. — Их та… другая сняла с меня, а потом выбросила в окно, когда поняла, что я с помощью них все вижу и слышу.

— Вы все видели и слышали? — Эриш нервно сглотнул, потёр висок. — Ну да, как я сразу не подумал…

— Да, все видела и слышала, — нарочито беспечно подтвердила я. — До того момента, как вы увели животных из столовой. Вы ведь тогда поняли, что это не я? Или раньше? Вы присаживайтесь, рон Эриш, не стойте надо мной, пожалуйста, меня это немного нервирует, — все это я произнесла почти скороговоркой, краем сознания отмечая, как глупо, наверное, выгляжу сейчас в его глазах.

Однако Эриш рассеянно кивнул и сел на краешек кровати.

— Раньше, — ответил он потом.

— Когда самозванка слишком много выпила? Или когда полезла к вам с поцелуями? — я отчаянно пыталась говорить шутливо, скрывая тем самым нарастающее волнение. — Я ведь никогда бы так не поступила, верно? Я очень рада, что вы это поняли. Мне было очень стыдно за её поведение, это ужасно, правда. Я бы никогда…

— Вторая ступень, — изрёк Эриш, теперь внимательно глядя на меня.

— Что? — вся моя бравада вмиг испарилась.

— Перевозбуждение и прилив энергии, — пояснил он. — Вторая ступень действия лекарства. Я предупреждал, что так будет. Сейчас вы на ней.

— Предупреждали, я помню, — получилось неожиданно язвительно. Да, я разозлилась. Очень разозлилась на этого… некроманта. Я тут переживаю, нервничаю, теряюсь перед ним, а он, оказывается, определяет на мне стадии действия своего лекарства! — Но почему-то никак не спешите ответить на мои вопросы. Я хочу все знать, а вы… Ходите все вокруг да около. Может, хотите что-то скрыть?

— Я заподозрил, что это не вы, когда Дора, или как там её, согласилась, что с Адой надо быть построже, — взгляд Эриша по-прежнему буравил меня. — А во время поцелуя убедился в этом окончательно.

— Это как же вы убедились, позвольте узнать? — я, наоборот, опустила глаза в чашку с остатками кофе.

— Вы целуетесь иначе. Можно научиться двигаться и говорить, как другой человек, одеваться и даже улыбаться, но поцелуй невозможно подделать, — от тона, которым это было произнесено, по телу разбежались мурашки, а сердце застучало в разы быстрее.

Но как всегда в попытке скрыть смущение я брякнула очередную глупость:

— Надеюсь, «иначе» — это «лучше»?

Эриш насмешливо изогнул бровь:

— Ревнуете к своему двойнику?

— А есть основание?

— Похоже, я переборщил с дозировкой, — его лицо стало серьёзным, а ладонь внезапно легла на мой лоб. — Нет, жара, вроде, нет…

— Слушайте, я сейчас с ума сойду, — я в сердцах одернула его руку, а потом отставила в сторону поднос. — Вы будто издеваетесь надо мной, честное слово! У нас с вами может получиться нормальный разговор или нет?

Ответ был неожиданный. Точнее, его не было вовсе, вместо этого Эриш стремительно наклонился ко мне и впился в мои губы. А я… Я ответила, не медля ни секунды, ни мгновения, с головой проваливаясь в этот безумный поцелуй, который, оказывается, так ждала и желала. Потом Эриш притянул меня к себе, сжал в крепких объятиях и произнес едва слышно на ухо:

— Неужели ты считаешь, я смог бы тебя с кем-то спутать? Не узнать?

— Но ты целовался с ней, — я ревниво задышала ему в шею. — С удовольствием.

— Откуда тебе знать, было ли это в удовольствие? — хмыкнул Эриш.

— Ну, конечно, это было для дела, — в тон ему отозвалась я.

— Для него самого, — и его губы нежно коснулись моего виска. — Я боялся, что не найду тебя. Но мне помогли твои серьги. Они привели меня к тебе.

— А я боялась, что меня никто не найдёт. Что ты меня не найдёшь, — шёпотом отозвалась я. — Ужасное чувство беспомощности. Не можешь даже двинуться…

— Да, это такой побочный эффект зелья изменения внешности. Он прошёл бы только тогда, когда самозванка вернулась в свой облик. Или с помощью специального антидота.

— Который ты дал мне?

Эриш кивнул:

— Хорошо, что он был у меня в замке, иначе пришлось потерять время, чтобы забрать его из лаборатории.

— А что говорит самозванка? Узнали, кто она? — поинтересовалась я.

— Она пока не способна говорить. Камень не спросишь. Но скоро эффект заклинания закончится, и мы, возможно, пообщаемся, — скандал Эриш.

— Возможно? — меня озадачило это уточнение. Я отняла голову от плеча некроманта и посмотрела на него. — Она может не ожить?

— О нет, она обязательно оживёт, — Эриш как-то коварно улыбнулся.

А в следующий миг в дверь настойчиво постучали, а следом вошёл дворецкий Карлос. Он чуть поклонился и без всяких эмоций доложил:

— Ваша Светлость, пленница только что сбежала.

— Что? Как? — вскрикнула я и с беспокойством глянула на Эриша.

Но тот неожиданно снова ухмыльнулся и произнёс:

— Прекрасно.