Глава 33

Элина Так или иначе, я познакомилась со всеми драконами в Ардвике. Но, как и раньше, больше всего общалась с Людором и Майрилой, а также Вивером. К последнему я и подсела на завтраке. – Вивер, ты не мог бы мне помочь в одном деликатном деле? – спросила я и скромно потупила глазки. Дракон приосанился и важно кивнул. Мол, он весь внимание. – Корн улетел, а мне очень нужно попасть в гнездо, – умоляюще проговорила я и, увидев, как Вивер набрал в грудь воздуха, чтобы возмутиться, поторопилась продолжить: – вернее не мне, а дендриту. Он сегодня такой беспокойный. Может, чует что-то. Он определенно дал мне понять, что ему необходимо взглянуть на гнездо. А кроме тебя помочь некому. – Надо спросить у Людора… – неуверенно протянул Вивер. Это был самый слабый элемент моего плана. Людор Борк. В отсутствие Корна Рэйнхорта главным в Ардвике остался именно он. Людор руководил замком и выстраивал охрану границы. Патруль ежедневно отчитывался ему. Нужно было съездить на границу втайне от него. В этом мне пришла на помощь Майрила. Она верила, что я не покину Корна, нужно только время, чтобы я сама это поняла. И поэтому Майрила во всем старалась помочь мне. Она предложила отвлечь Людора и именно сегодня утащила его на ярмарку закупать вещички для малыша. – Людор с Майрилой уехали на ярмарку. Они не вернутся до вечера, а дендрит сильно беспокоится. Почему-то именно сегодня он хочет посмотреть гнездо, – я продолжала гнуть свою линию. – Да и что может случиться? Мы ведь только глянем и все. За барьер мы не пойдем. – Ну не знаю… Все-таки граница не место для праздного посещения, – сомневался Вивер. – Ты только подумай: вдруг дендрит расскажет что-то очень важное? Все сразу оценят, что это ты помог. Не струсил, а взял ответственность на себя! – выложила я последний козырь и тут же поняла, что попала в цель. – Дендрит может подсказать что-то про странного призрачного… – глаза Вивера вспыхнули надеждой и азартом. – Вполне может. Да! Дракон приосанился. Видимо, уже примерял на себя хвалебные речи в его честь. Я тихо хихикнула. Кажется, все получилось очень удачно. Спустя пару часов мы выехали в сторону границы. На моем плече гордо восседал дендрит. Его не пришлось уговаривать. Он с радостью согласился посмотреть на магический барьер и кристаллы, о которых столько слышал от меня. Гнедая кобыла несла нас по дороге. Я расслабленно покачивалась в седле, наслаждаясь ритмом ее шагов. Воздух был свеж, прозрачен и наполнен ароматом нагретой солнцем полыни. Мы все дальше углублялись в холмистые предгорья. Горная гряда вырастала впереди, занимая весь обзор. На вершине очередного холма я оглянулась назад. Передо мной открылся вид, от которого перехватило дыхание – бескрайние волны предгорий, убегающие к синеющей дымке горизонта. Я привстала в стременах, чувствуя, как ветер играет моими распущенными волосами. – Какая красота! – не сдержавшись, крикнула я. Вивер, едущий впереди, оглянулся и понимающе улыбнулся. Я скосила глаза на дендрита и ласково погладила пальцем листик на его макушке. – Прокатимся с ветерком? – лукаво спросила я у малыша. В ответ дендрит слегка наклонился, его лист мягко коснулся моей щеки. Я легонько пришпорила кобылу, и она охотно перешла на плавный галоп. Мы обогнали не ожидавшего такого подвоха Вивера. Травы шуршали под копытами, ветер свистел в ушах, а сердце пело от восторга. Впереди нас ждал новый поворот, новая вершина, новый восхитительный вид – и это осознание наполняло щемящим счастьем, чистым и светлым, как высокое горное небо. Только этому не суждено было сбыться. Вивер что-то предупреждающе закричал сзади, когда мы, обогнув холм, вылетели к деревне. Она встретила нас тишиной. Не той мирной тишиной, когда люди ушли на поля или засели по домам у очагов, а густой, мертвой тишиной, которая обволакивает, как саван. Пепел. Казалось, он висел в воздухе и прилипал к губам. Я продвигалась по главной улице, между глядящими пустыми глазницами домов, и копыта лошади утопали в пепле, как в снегу. – Я хотел проехать другой дорогой, чтобы вы этого не увидели, – Вивер догнал нас и теперь его конь шел бок о бок с моей лошадью. – Что здесь случилось? – сглотнув вязкую слюну, спросила я и с силой стиснула поводья, дрожащие пальцы слушались с трудом. – Призрачный дракон, – тихо произнес Вивер, но в этих двух словах прозвучало столько ненависти, что душу пронзило острое понимание. Впервые я во всей полноте осознала, что за беду несут призрачные твари. Мы жили далеко от границы и не видели всего ужаса. Как бы это отвратительно ни звучало, но во многом призрачные драконы были для нас страшной сказкой. Когда-то в этой деревне смеялись дети, теперь здесь не было даже крыс. Я остановила лошадь у колодца. Наполовину опущенное ведро покачивалось на цепи. Неподалеку во дворе ветер шевелил развешенное на веревке бельё – никто так и не убрал его. Дверь дома была распахнута, внутри – темнота. На пороге валялась детская кукла с выгоревшими на солнце волосами. – Тихо, девочка, – прошептала я, чувствуя, как дрожит подо мной лошадь. Дендрит стоял у меня на плече, напряженно вцепившись в мой плащ ветвистой рукой. Он расширившимися глазами искал. И не находил. В деревне не было ни одного растения. Ни одной травинки. Ни одного вкрапления зеленого цвета. Лишь слой жирного пепла покрывал землю. Мы проехали мимо кузницы, где навеки застыл молот. Мимо храма с распахнутыми дверьми, будто приглашающими войти. Но я знала – там никого нет. Звук разбившейся посуды в одном из домов заставил вздрогнуть. – Вивер, ты слышал? – успокаивая зачастившее сердце, спросила я. – Там кто-то есть! – Держись за мной, – строго велел Вивер и спрыгнул с коня. Спешившись, я последовала за ним. Дракон на несколько мгновений замер у входа в дом, дендрит успел перескочить ему на плечо. Он выпустил гибкий росток и толкнул дверь. Вивер бесшумно скользнул внутрь. Я двинулась следом за ними. Дом будто застыл во времени. На кухонном столе стояли глиняные миски с заплесневелой похлебкой. Ложка лежала на краю одной из них, будто выскользнула из пальцев в тот самый миг, когда жизнь оборвалась. Но самой страшной для меня оказалась люлька. Она покачивалась от сквозняка, а внутри нее невесомо перекатывался белесый пепел.... Зажав рот ладонями, я выскочила на улицу. Прислонилась спиной к бревенчатой стене дома и закрыла глаза. Вдох-выдох, вдох-выдох. Но даже так мне казалось, что пепел забивает ноздри. Это было невыносимо! – Хорь, – устало резюмировал Вивер, выйдя из дома. – Наверное, пробрался в поисках наживы. А тут… – Давай поскорее уедем, – тихо попросила я. – Не могу больше. Вивер лишь молча кивнул. Лошадь рванула вперёд, будто почувствовала мою боль. Мы помчались по пустой деревне, мимо мёртвых домов, мимо забытых жизней, навсегда застывших здесь, в этом опустошенном призрачной тварью месте.