ГЛАВА 15

Ева Вечер того же дня… Уже знакомая таверна с очень знакомой дверью. Её ещё не успели приладить местные мастера, а потому подавальщица косилась на нашу бравую компанию с нескрываемым подозрением. А мы что? Мы вообще тихие и мирные люди! Бываем временами. Никто из нас даже не подумал о том, чтобы сменить маскировку. Семья, владевшая заведением, знала Ристарда с давних пор и привыкла к его выходкам, однако наши с Колдером силуэты эти милейшие люди видели во второй раз в жизни и искренне боялись повторения вчерашней истории. Не скажешь же им, что вопрос улажен в герцогском дворце. Догадаются ещё… Владельцы поверили словам Ристарда, что подобное больше не повторится. Если бы не капюшон, то я закивала бы гораздо оживлённее, подтверждая каждый слог, ей богу. На этот раз я смогла спокойно поесть. Курицу здесь действительно готовили отменную. Лучше, чем у Луиса, но я ему об этом никогда не расскажу, разумеется. Он у нас кулинар талантливый, человек хороший. Я буду настоящей сволочью, если доведу бедолагу до сердечного приступа. – А почему действительно не поженитесь? – Рис не понимал, к чему нам все эти танцы с бубнами. – Истинная пара есть, взаимность есть, что вам ещё надо? Или Ева хочет вернуться в свой мир? – Вот уж чего точно не хочу, – ответила, проглотив кусочек, на удивление, сочного мяса. – Меня там никто не ждёт. – А семья? – Нет у меня её, Рис. И не было никогда. Отец и мать остались лишь словами, так что предлагаю закрыть тему. – Понял. Настаивать не буду. – Спасибо. – Не женимся, потому что, во-первых, Ева заслуживает нормальную свадьбу… – Колдер попытался объясниться перед другом. – Во-первых, Еве плевать, какая у неё будет свадьба, уж прости, – пришлось перебить жениха, чтобы он глупостей не навыдумывал и не запорол нам всё дело. – Просто для нашего брака необходимо императорское подтверждение, так уж вышло. Ну, он должен подтвердить, что мы выполнили его условие. Сам понимаешь, лучше уж всё сделать по-честному, а у нас времени нет. – Верно, – нехотя признал герцог. – Если мы уедем из герцогства, то будет не ясно, что для нас приготовили, и тогда защититься будет сложнее. – Ясно, – Рис почесал основание бутафорской бороды. – Так бы сразу и сказал. Знаешь, как бесит твоя идиотская манера скрытничать даже в мелочах. – Согласна, – подтвердила слова приятеля и получила от него одобрительный смешок. – Не понял, – глаза Колдера заметались от меня к Рису. – Помни, что мы обещали сохранить мебель в целости и сохранности, – практически пропел Ристард, продолжая поглощать картошку. – Ладно тебе, ты всегда умалчиваешь о каких-нибудь незначительных деталях, а потом это выливается в проблемы крупных масштабов. И кто виноват? – По-твоему, выходит, что я, – Колдер пригубил воды и задумчиво посмотрел в сторону. Разумеется, никто не собирался в чём-либо его обвинять. Все мы люди и совершаем ошибки, но грех не подколоть лучшего друга, что уж поделать. Практически не вслушиваясь в их перепалку, я задумчиво водила вилкой по тарелке и ощущала нарастающее волнение. Ещё месяц назад я даже подумать не могла о том, что моя жизнь так круто перевернётся. Сказали бы – послала бы к чёрту и предоставила бы контакты ближайшей психиатрической лечебницы. А теперь мне предстоит бороться за своё право на существование в этом мире, причём достаточно оригинальным способом. Удивительно, впервые почувствовала себя дома, и теперь готовлюсь к тому, что совсем скоро это сказочное состояние закончится. Для Колдера и Ристарда я была уверена в своих силах и успехе данного мероприятия, а вот сама… Нужно быть полной дурой, чтобы предполагать, будто всё пройдёт гладко. Мужчины, может, и умнее меня, даже опытнее, однако даже им не удалось ничего найти. – А что там с той девушкой? – отвлекла остальных от разговоров. – Ну, со служанкой, за которой вы следите? Уже есть какие-то результаты? Губы Ристарда сжались в тонкую нить. Так делают, когда не хотят что-то говорить. Колдер же начал с упоением разглядывать стол, будто в древесном рисунке было что-то настолько интересное, что просто невозможно оторваться. Я поняла, что что-то не так, и лишь убедилась в этом, когда кто-то из них начал постукивать по столу пальцем, издавая звук, похожий на метроном. – Лучше не молчите. Вы меня пугаете. – Служанка мертва, – пробубнил дознаватель, прикрывая рот ладонью. Не удержавшись, я ахнула и прижала ладонь к груди. Зажмурилась и помотала головой, не желая верить в сказанное. Девушка была мне незнакома, но перед глазами невольно предстал образ Хильды, совершенно беззащитной перед волей господ, и мне стало дурно. Показалось, что воздух стал слишком горячим и спёртым. Захотелось открыть окно, которого в подвальном помещении не было. Я попыталась отогнать накатившую тошноту, растирая пальцами кожу в районе ключиц, однако и это не помогло. – Как? – дрожь в голосе скрыть не удалось. – Вы же следили за ней. – Письма были скреплены магической печатью. Не многие семьи могут позволить себе такую. Письмо или посылку вскрыть не получится, плетение завязано на конкретном человеке, так что мы просто отслеживали адреса, которые постоянно менялись. Вполне возможно, что отрава была внутри одного из конвертов. Отрава… Это слово снова и снова звучало в голове, словно удары колокола. Снова яд. Те же методы. В магическом мире точно есть множество способов для устранения человека, однако эти изверги выбирают один из самых страшных – жертва понимает, что ей остались считанные минуты, но сделать ничего не может. – Ева, – Колдер сжал мои пальцы, заметив моё состояние, – всё будет хорошо. Тебя не тронут. Жених неправильно понял причину моего беспокойства. Он не пытался меня обнять или закрыть, словно чувствовал, что от этого мне станет только хуже, за что я была искренне ему благодарна. После таких новостей хочется сбежать, запереться в тёмном углу и не выходить оттуда. – Когда это случилось? – словно мазохистка, я задавала вопросы, которые ни на что повлиять не могли. – Сегодня утром, – Ристард внимательно следил за мной и тщательно выбирал слова. – Я бы рекомендовал вам обоим относиться к корреспонденции с особой осторожностью. – Так и планировал, – подтвердил дракон. – У нас и так всё проверяется по пять раз прежде, чем попадёт ко мне или к Еве в руки. – Не знала, – прошептала отрешённо. Оперевшись на локти, я уронила лицо в ладони и постаралась сосредоточиться на чём-то другом. Мне раньше не приходилось слышать о смертях, случившихся настолько близко. Коллеги и знакомые рассказывали, но я никогда не видела тех людей и воспринимала всё, как что-то очень далёкое. А эта девочка была со мной в одной комнате, выполняла преступные приказы и была устранена, как лишний свидетель. Триллер какой-то. – Можно узнать, кто сделал печать? – логичный вопрос, но бессмысленный. – Мастера есть, но такое создаётся с договорами о неразглашении. – Магическими? – Да. Выяснить мы, конечно, пытались, даже исполнителя нашли, но толку от этого мало. Можно было и не спрашивать. Вряд ли я придумаю что-то такое, что могло бы обойти все эти контракты. – Ты всё ещё уверена в своём решении? – в тоне Колдера чувствовалось явное сомнение, но отступать было нельзя. – Теперь… ещё больше, – протерев лицо ладонями, по очереди взглянула на мужчин. – Если они так расправляются со всеми, то я не могу быть уверена, что яд снова не окажется в моей чашке или у кого-то из вас. Мужчины это тоже понимали, ни один мускул на их лицах не дрогнул, однако я была уверена, что каждый думал о будущем. Колдеру не нравилась моя затея, однако других вариантов у нас не было. – Я тоже считаю, что риск слишком высок, – Ристард недовольно цокнул и, скривившись, уставился на стену. – А что ещё можно сделать? – неожиданно герцог принял мою сторону. – Рис, мы уже несколько лет бьёмся в глухую стену. Похоже, действительно пора спровоцировать их на радикальные меры. – Мне не нравится, что под ударом окажется человечка без дара, – возможно, в другом случае я бы подумала, что ко мне относятся с пренебрежением, но Рис был хорошим другом и то, с каким беспокойством он посмотрел на Колдера, подтверждало это. – Что, если мы не успеем? – Сделаем всё возможное. – Я тоже не буду напрасно подставляться, – пришлось взять себя в руки, чтобы придать глазам решительности. – Мне как-то хочется ещё задержаться на этом свете. Погребальный саван меня бледнит, знаете ли. Колдер подавился воздухом, а у Ристарда, кажется, дёрнулся глаз. – Неудачная шутка, да? – У тебя явно проблемы с чувством юмора, – пробормотал приятель. – Это был риторический вопрос, не надо было на него отвечать. И вообще, чёрный юмор – тоже юмор, просто своеобразный. – Прости, сердце моё, но какой-то чересчур своеобразный. Я с такими шутками точно седым стану. Ага, и чешуя осыпется. Мой сердечный приступ наступит скорее такими темпами. – В таком случае, будем готовиться, – Рис поднялся со своего места, стукнув кулаком по столу. – У нас на всё дня три. – Аристократы нас сожрут за то, что подготовиться не дали, – казалось, этот факт изрядно веселил моего жениха. – Их проблемы. Нельзя давать предателям время на подготовку, и без того достаточно упустили. Будьте особенно осторожны с семействами наших баронов, все адреса, куда отправлялись письма, были в их владениях. – Преступный синдикат? – охнула я. – Сомневаюсь. Однако нельзя этого исключать. Я склоняюсь к мысли, что их старается подставить кто-то более влиятельный, но у нас тут три графских рода, сложно указать на кого-то конкретного. Очень надеюсь, что отравители хоть где-то допустят оплошность. Теперь моя задача – делать, что говорят, и не заниматься самодеятельностью. В ладонях неприятно закололо и пришлось сжать кулаки, чтобы сконцентрироваться лишь на том, как ногти впиваются в кожу. Стоило мне понять, что решение принято, как животный страх охватил меня с такой силой, что стало невозможно сдвинуться с места. Ноги будто приросли к полу, а мозг судорожно продумывал варианты отступления. Пришлось гнать эти мысли прочь, чтобы мужчины не заметили моих метаний. Надеюсь, это будет единственное подобное приключение в моей долгой жизни. Долгой, я сказала!