ГЛАВА 21

Я с нетерпением ждала момент, когда станет известно имя человека, пытавшегося убить Райли, думала об этом почти каждый день… и все же оказалась не совсем готова, когда после ужина, вместо того, чтобы отбыть к себе, герцог велел:

– Собирайся. Едем к ворожее.

Пока под причитания Клары я металась по комнате, облачаясь в самое простое и неприметное платье из своего гардероба, герцог ждал меня на первом этаже. И, как выяснилось, ждал не он один.

– Рой, а ты здесь зачем?

Он отвел взгляд от хмурого герцога и одарил меня безмятежной улыбкой.

– Разве не для того я здесь, чтобы сопровождать леди в ее поездках и всячески оберегать от любой возможной угрозы?

– Роза едет со мной. – произнес герцог.

– Так и быть, вас я тоже готов защищать. – ответил Рой.

Они стояли в прихожей, у входной двери и было видно, что этот их спор уже длится какое-то время и ни одна из сторон не хочет уступать. Я могла понять герцога, он не хотел, чтобы кто-то узнал чем на самом деле он занимается в лавке ворожеи. Но и Роя я тоже понять могла. О нападении на Райли он, вероятно, знал. Пусть случившееся замяли, но Грейс рассказала о покушении принцессе Брине, а та, в свою очередь, могла поделиться этим с братом…

И если кто-то нацелился на род Азари, или Каллахан, я тоже была в опасности.

– На этот раз, я, пожалуй, ограничусь защитой герцога. – сказала я, прекращая бессмысленный спор.

Герцог самодовольно хмыкнул, я же лишь пожала плечами в ответ на осуждающий взгляд Роя.

– Я бы советовал…

– Роза не нуждается в твоих советах. – перебил его герцог. И прежде, чем тот успел хоть что-то ответить, раздраженно добавил. – Я кузен Луиса и разделяю его интересы, но Роза моя невеста и я никому не позволю навредить ей.

Я с трудом проглотила неуместное «фиктивная». И, пожалуй, впервые действительно задумалась о том, насколько же сильно пошатнется авторитет второго принца, когда станет известно, что и сестра, и невеста герцога Каллахана, прямого родственника королевы, поддерживают вовсе не ее сына, а кронпринца…

Убивать меня герцог вряд ли станет, хотя бы в благодарность за то, что я спасла Райли, но разорвать помолвку сможет без проблем. И королева ему с этим с удовольствием поможет. А мачеха приберет меня к рукам и…

Я невольно передернула плечами.

– Не будем терять время зря. Едем. – сказала я и пробилась к выходу, растолкав спорщиков. Дернула дверь на себя и жестом предложила герцогу выйти.

– Аарон?

Пребывая в шоке от моего самоуправства, он подчинился. Рой попытался пойти следом, но я ткнула его пальцем в грудь, вынуждая остановиться.

– Не веришь ему, так поверь мне, моей жизни рядом с этим человеком ничего не угрожает… По крайней мере сейчас.

– А когда начнет угрожать…

– Я обязательно тебе сообщу.

Проблема была улажена. Герцог отошел к карете и не слышал нашего разговора, но на Роя, провожавшего меня взглядом, все равно смотрел с недовольством.

Уже в карете, после недолгого, но очень выразительного молчания, герцог спросил:

– Ты считаешь, что выбрала достойного рыцаря?

– Я уверена, что Рой в случае опасности меня защитит. В любом случае, он стал моим рыцарем лишь временно. И обещал помочь в выборе постоянного рыцаря.

– Временно? – с сомнением переспросил герцог. Хотя занимали его сейчас совершенно другие вопросы. Например, что же задумал этот кронпринц, подсунув мне своего человека.

– Да, знаешь, если бы я не согласилась взять его временным рыцарем, Рою пришлось бы отдыхать.

Герцог поморщился.

– У вас настолько хорошие отношения? Ты так легко зовешь его по имени.

– Тебя я тоже зову по имени.

– И как много усилий тебе пришлось для этого приложить? Сомневаюсь, что с твоим рыцарем все было так же.

– Ты не можешь меня в этом винить. В мою первую встречу с Роем, он спас мне жизнь. В мою первую встречу с тобой, ты едва меня не придушил.

Герцог смутился и казался пристыженным, но быстро забыл о своей вине, ухватившись за случайно оброненные мою слова.

– Когда он тебя спас?

– Это…возможно тогда, в нижнем городе ситуация была куда опаснее, чем я старалась показать…

Он молчал, пока я рассказывала о том, почему и как мы оказались в бедных кварталах, что там произошло и насколько сильно помог нам Рой. И молчал еще какое-то время после того, как я закончила рассказ.

Тишину в карете нарушали лишь перестук копыт и изредка появлявшийся шум чужих голосов, раздававшихся на улице.

Чем дольше молчал герцог, тем сложнее мне было сохранять спокойствие. Я начала ерзать. И в конце концов не выдержала:

– А что мне оставалось делать? Признаться, что мы приобрели запрещенные амулеты, которые Лия собиралась использовать против твоего кузена?

– Да! Проклятье, Роза, ты же не думаешь, что я бросился бы к Луису, чтобы все ему рассказать?

Я потупилась. Признаваться, что именно так я и думала, сейчас было особенно сложно. Тогда я не допускала даже мысли, что герцог не встанет на сторону кузена. Не расскажет все ему, не заставит Фелицию выбросить амулеты… И, кто знает, быть может, даже потребует от ее отца, чтобы тот наказал дочь. Все же, она планировала навредить не кому-то там, а целому принцу…

– Почему я не должна была так думать? – спросила тихо. – Ты же собираешься просто так отдать ему трон. А тут всего-то строптивая аристократка…

– Насколько низкого ты обо мне мнения?

Я не нашлась с ответом. Плохо я о нем не думала, но и довериться полностью не могла. Ни раньше, ни сейчас. Особенно после того, как решила, что второй принц не заслуживает короны.

Весь оставшийся путь до лавки мадам Гьяши мы ехали в тяжелой тишине. Я чувствовала себя ужасно. Из-за этого неприятного разговора мне приходилось переживать не только о том, что совсем скоро мы узнаем имя заказчика, а я будто бы не готова его услышать, но и из-за того, что поссорилась с герцогом.

Он больше не произнес ни слова и оставшуюся дорогу хмуро смотрел в окно, а я боялась к нему обратиться.

С самого детства, стоило мне только поссориться с мамой – не важно, большая ссора или маленькая – наказывали меня всегда молчанием. Мама просто игнорировала меня часами, а порой и днями.

Это было невыносимо.

Когда карета остановилась, герцог помог мне выбраться, придержал дверь лавки, пропуская вперед.

Мадам Гьяши, только взглянув на наши лица, понимающе улыбнулась.

– Поссорились, голубки? Сядьте за стол, позвольте мне раскинуть для вас камни…

– Дверь. – коротко велел герцог.

Мадам поджала тонкие губы, выкрашенные яркой, красной помадой. В тишине раздался глухой щелчок и мы вновь оказались в коридоре.

Последовательность действий ничуть не изменилась. Разве что свет в кабинете таинственного друга герцога уже горел.

Пропустив приветствие, мужчина за столом сразу перешел к делу.

Изящным жестом он извлек несколько плотных листов, будто из воздуха.

– Должен сказать, моя леди, я восхищен вашей жаждой жить. – поднявшись, он подошел к нам – босой, в подкатанных до середины голени штанах – и потянул бумаги мне. – Травили вас профессионально… к слову, вы не первая ее жертва. От старшей сестры леди Изабелла избавилась тем же способом.

Я перебирала бумаги, вылавливая отдельные слова и короткие фразы. Герцог заглянул мне через плечо и когда я уже было хотела перейти к следующему листу, придержал меня за руку.

– Осенний шафран? – прочитал он. – Этот цветок не растет в нашем климате…

Мужчина хохотнул.

– Достать его довольно сложно, это так. Леди не искала легких путей и яд подобрала надежный. Если бы не осторожничала, снизив дозировки до минимума, уже давно избавилась бы от… – он перевел взгляд на меня и кашлянул. – Да… На последней странице, сразу после выписок с банковского счета маркизы и переписки с поставщиком экзотических цветов, вы можете видеть список возможных соучастниц преступления. К моему сожалению, выяснить, кто из служанок подсыпал яд, не удалось.

Я сразу же обратилась к последней странице, где было указано всего три имени…

– Этого достаточно. Кажется, я знаю, кто это был.

Из всех перечисленных девушек, лишь одна пришла в дом маркиза вместе с мачехой. Она была безоговорочно верна соей госпоже и она же, довольно часто лично прислуживала Розанне, объясняя это заботой Изабеллы о падчерице.

И доступ на кухню она тоже имела. И Кларе никогда не нравилась…

– Кто? – спросил герцог. Из-за нашей ли ссоры, или из-за того, что он узнал, что меня действительно хотели убить, но голос его звучал резко.

– Стэйси. Едва ли Изабелла решилась бы поручить это кому-то кроме нее.

Я подровняла листы и подняла взгляд на мужчину за столом. Он вернулся на свое место и теперь смотрел на меня, уложив подбородок на сцепленные пальцы.

– Я могу их забрать?

– О, разумеется, моя леди, все для вас.

Когда мое дело было решено, мужчина чуть помрачнел и обратился к герцогу.

– Боюсь, вам не понравится то, что я скажу.

– Я это переживу. – сухо пообещал герцог.

Мужчина кивнул и извлек из-под стола стрелу с черным оперением.

– Ее мы одолжили с места нападения, на карету юного Азари, а эту…

Рядом с одной стрелой легла другая, ее точная копия.

– Позаимствовали из оружейной графа Йегохана.

Герцога и до этого нельзя было назвать расслабленным, но услышав имя человека, совершившего покушение на Райли, он и вовсе закаменел.

– Ты уверен?

Мужчина кивнул.

– За несколько дней до нападения, граф вывел довольно крупную сумму, в ущерб некоторым уже заключенным сделкам. Отследить их путь не удалось, деньги будто растаяли в воздухе. После покушения граф спешно покинул столицу… Такова официальная информация. Мы проверили, он не посетил ни одного предприятия с проверкой, в поместье он так же не объявлялся. Вероятнее всего, из-за неудавшегося убийства, решил залечь на дно и проследить за последствиями…

Помедлив недолго, мужчина положил на стол листок.

– Его адрес.

На герцога было страшно смотреть. Он терпеливо дослушал объяснения кивнул, поднялся, вытащил из нагрудного кармана плоский, искрящийся в искусственном свете прозрачный камень, аккуратно положил на край стола и забрал сложенный листок. Развернулся к двери…

Все его действия были четкими и скупыми, и вызывали безотчетный, тихий страх. Мне становилось не по себе от мысли, что придется ехать с герцогом в одной карете, когда он в таком состоянии. Но я последовала за ним.

Уже в дверях меня окликнул напряженный голос:

– Моя леди, молю вас, не дайте ему наделать глупостей?

– Как?

Мужчина качнул головой. Помочь с этим он не мог.

Закрыв за собой дверь, я догнала герцога на середине пути. Замявшись, все же коснулась его локтя.

– Этот граф…

И задохнулась, врезавшись спиной в стену. Герцог нависал надо мной, упираясь руками в холодный камень рядом с моими плечами. Я попыталась прикрыться бумагами, чтобы как-то отгородиться от этого тяжелого взгляда.

– А поаккуратнее нельзя?

– Предатель, о котором ты упоминала. Это может быть Йегохан? – спросил он вместо того, чтобы извиниться и отступить.

Я уже успела забыть о том, что наговорила ему в нашу первую встречу, а герцог все еще помнил.

– Не… не уверена. Я не знаю его имени.

– Но это может быть он?

– Этот граф один из заговорщиков, так? – тихо спросила я, опустив бумаги до середины лица, чтобы видеть герцога. – И ты думаешь, что он работает на кронпринца, который и приказал ему убить Райли?

Герцог не ответил. Он просто смотрел на меня. Не выдержав, я накрыла ладонью его глаза. Стало чуть легче.

Он не отстранился, и я смогла выдохнуть.

– Но как тогда быть с покушением на кронпринца во время охоты? Ты сам сказал, что стрелы одинаковые.

– Кронпринц жив. – упрямо напомнил герцог. Он готов был поверить в то, что случившееся на охоте было хитроумным планом, призванным отвести подозрения от настоящего заказчика.

В этом был определенный смысл. Райли убить не удалось, к тому же, наемники оставили на месте покушения много улик.

Я же так удачно оказалась в обществе кронпринца именно в тот момент, когда его попытались застрелить теми самыми стрелами, которые использовались и в случае с Райли…

И все же, план казался слишком странным и бессмысленным. Куда проще было бы избавиться от графа. Если задуматься, спрятать тело не так уж и сложно.

– Ты ошибаешься. – произнесла я с уверенностью, что поразила даже меня.

– Откуда тебе знать? – раздраженно спросил герцог. Он схватил меня за запястье, собираясь убрать мою руку, но в последний момент передумал. Боялся, наверное, что напугает меня и я не стану ничего объяснять.

– О, я успела узнать достаточно, чтобы быть в этом уверенной. Грейс подруга принцессы Брины и, признаться, у меня сложилось впечатление, что подруга довольно близкая. А значит, ее можно назвать сторонницей кронпринца. И какой бы дурак сделал что-то такое, что лишит его настолько ценной поддержки?

Герцог поджал губы. Мы оба прекрасно понимали, кому именно смерть Райли могла бы оказаться полезной…

Но он не хотел верить, что его тетя или кузен могли разыграть этот жестокий сценарий. Готов был придумать для них любое оправдание. И я не нашла в себе сил, чтобы озвучить очевидное. Решила быть оптимисткой.

– Не обязательно граф действовал по приказу. Возможно, это была… – слова дались с трудом, – его личная инициатива.

– У Йегохана нет мотива…

– Вот найдем его и узнаем наверняка.

Я отняла ладонь от глаз герцога. Он несколько мгновений еще цеплялся за мое запястье, но все же медленно разжал пальцы и отпустил.

– Ты отправишь за ним людей или желаешь наведаться лично?

– Не здесь.

Вновь схватив за руку, он потащил меня прочь. Мадам Гьяши что-то бормотала нам в след, но слов разобрать я не смогла.

Уже на улице герцог попытался дать кучеру указания, но я запротестовала, как только услышала, что меня собираются вернуть маркизе. Прямо сейчас.

– Вот уж не думаю. – прошипела я, громко велев кучеру забыть о том, что ему приказали заехать в особняк маркизы. – Я с тобой.

– Роза…

– Из нас двоих только я умею держать себя в руках. К тому же, – я поддернула рукав платья, продемонстрировав герцогу ручной арбалет, – вот.

В лавку ведуньи, в отличие от королевского дворца, оружие проносить не возбранялось.

– И что это значит? – хмуро спросил герцог.

– Я могу за себя постоять.

– В этом нет нужды. Сегодня я не планирую навещать Йегохана. Для начала стоит узнать как хорошо его охраняют. – он предложил мне руку, недвусмысленно намекая, что пора бы забраться в карету. Я ухватилась за его ладонь и подавшись ближе, спросила:

– Это потому что ты все же дружишь с головой? Или из-за того, что я собираюсь увязаться с тобой?

Герцог закатил глаза.

– Роза…

В карету я все же забралась. И уже когда мы тронулись, спросила, разглаживая складки на юбке:

– Надеюсь, в твоем доме есть гостевая спальня?

– Что? – переспросил герцог. По его лицу было видно, как же он надеется, что ослышался.

– Сегодня я, пожалуй, переночую у тебя.

– Это неприлично.

– Ничего страшного, отправлю записку Кларе, она захватит для меня вещи и проследит, чтобы не так уж много сплетен породило мое пребывание в твоем доме.

Герцог устало потер переносицу.

– И… раз уж ты со мной снова разговариваешь, значит ли это, что мы помирились? – осторожно спросила я, когда он все же сдался.

Ответа я так и не получила, но игнорировать меня герцог после вопроса не стал.

С ним помириться оказалось куда проще, чем с мамой. Мне для этого даже не пришлось вымаливать прощение.