Глава 14

— Сомневаюсь, что лич и снобы, проживающие в этом городе, оценят предложенное шоу! — беззаботно хохотнул лорд де Винтерро в ответ на слова волчицы. Потом подобрал поводья и резко щелкнул ими в воздухе: — Н-но-о! Шевелись, лентяйка! — прикрикнул он на нашу старую клячу. — А то сдам на живодерню, а твоей хозяйке выделю более молодого и проворного коня! — И покосился на меня, как бы предлагая оценить шутку.

Самое интересное, что лошадь будто поняла слова некроманта. Оглянулась укоризненно, дернула ухом, вздохнула почти по-человечески и поплелась, возвращаясь на дорогу, с которой сошла в поисках сочной травы, пока мы целовались. Волчица тоже встала и потрусила рядом с коляской, приноравливаясь к скорости клячи и держась так, чтобы не глотать пыль из-под копыт.

Наверное, именно присутствие волчицы было виновно в том, что мы с некромантом не разговаривали. Я стеснялась говорить при оборотнице. А лорд де Винтерро… Впрочем, почему я решила, что его кто-то или что-то смущает? Может, он уже получил от меня все, что хотел и я была ему больше неинтересна? Так или иначе, но до города мы доехали в молчании. А там…

Все потеряло свой смысл и своевременность, едва мы въехали на городскую улицу. Просто… Просто нам навстречу попалась… бегущая, куда глаза глядели, Бриджит с панталонами на голове!..

— Что за?.. — ошеломленно поинтересовался у пустоты лорд де Винтерро и даже приподнялся над сидением коляски. Я опешила настолько, что забыла, как дышать.

Дочка мельника явно была напугана до потери разума и мчалась, не разбирая дороги, не глядя, куда ставит ноги. Когда стало понятно, что сворачивать с дороги лошади она не собирается, лорд де Винтрерро нервно натянул вожжи:

— Тпрру!..

Впрочем, кляча и без команды остановилась. И даже не просто остановилась, а, как мне показалось, присела на задние ноги и замотала головой. Наверное, нашу лошадку тоже потряс внешний вид дочери мельника. То, что мне не померещилось, я поняла, когда оборотница сбоку от коляски выдала:

— Мда-а-а… Эй, ты, болезная! Чего головой трясешь? Надеешься, что панталоны сами с головы куда-нибудь убегут? И не стыдно в таком виде разгуливать посреди белого дня! Или ты думаешь, что странная тряпка на голове, украшенная синей земляникой, отпугнет лича?

— Шайла! — давясь смехом, одернул нахальную волчицу лорд де Винтерро. — Как тебе не стыдно издеваться над теми, кто слабее тебя?

— Это она-то слабее меня? — возмутилась оборотница. И как-то подозрительно передернула всей шкурой. Будто отгоняла неприятные воспоминания. — Я бы так не сказала. И вообще…

В этот миг Бриджит, наконец, добежала до нас. И остановилась, тяжело дыша, вопреки всем опасениям. Осмотрела нашу группу дикими, почти белыми от ужаса глазами, и выдохнула:

— Он… он… папеньку… в загон к свиньям! — Нехватка воздуха у запыхавшейся Бриджит привела к тому, что половину сказанных слов она будто проглатывала. И лично я мало что поняла. Но дочку мельника это не остановило. Все еще хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба, она продолжила: — А меня… раздеть…

— Лич?.. — как-то недоверчиво поинтересовался у тяжело дышащей девицы лорд де Винтерро. — Очень странно! Они обычно пытаются выпить людей, которые для них еда. И уж точно не разбрасываются пищей. Где это, говоришь, произошло?

С очень большим трудом нам удалось выяснить, что в последний раз лича видели на городском рынке. Туда мы и направились. Хоть мне этого и не хотелось. Слишком еще были свежи в памяти издевательства и унижения, которые мне пришлось здесь пережить. Однако выбора не было. Потустороннюю сущность следовало остановить. В этом я убеждалась все больше, чем дальше продвигалась наша коляска. Площадь же, на которой располагалась ярмарка, и вовсе встретила нас жуткой, неестественной тишиной.

— Не нравится мне все это, — пробурчал некромант, привязывая лошадь с коляской прямо у ворот на ярмарочную площадь.

В обычное время здесь всегда толклись мальчишки, пытающиеся подзаработать монет путем оказания услуг по подносу до дома тяжелых корзин. Здесь же отдыхали возницы, которые занимались тем же, но оказывали услуги более состоятельным горожанкам. Здесь же, в толпе, сновали лоточницы, продавая булочки, пирожки, карамельных петушков на палочках и всевозможные напитки. Но это было до нападения лича. Сейчас же пространство перед воротами было пустым. Лишь легкий ветерок задумчиво трогал кем-то оброненную корзину, из которой просыпались спелые, наливные яблоки.

— Страхом просто воняет, — отозвалась принюхивающаяся волчица. Шерсть у нее на загривке стояла дыбом. Из пасти периодически вырывался глухой, вибрирующий рык. Будто она сама себя подбадривала.

— Шайла, не ходила бы ты за нами, — оглянулся на оборотницу некромант. Одновременно подходя ко мне и крепко беря за руку. Очень крепко. Так что не вырваться и не сбежать. — Ты беззащитна перед личем…

— В случае чего, позову на помощь! — упрямо мотнула та лобастой башкой.

— Кого? — лорд де Винтерро насмешливо, язвительно улыбнулся. — Мы с леди Эйнджел единственные некроманты на всю округу. Ивар, даже если и очухается, еще очень долго не сможет колдовать.

За этим, в общем-то, бессмысленным разговором, мы как-то незаметно подошли к воротам и зашли в них. А там…

То, что все очень и очень серьезно, стало понятно сразу же. Вокруг, сколько хватало взгляда, валялся испорченный, просыпанный товар. И люди. Мертвые. Хватало лишь одного беглого взгляда, чтобы это понять. Например, в нескольких метрах перед нами, в луже пролитого молока лежала торговка, которая тогда отказалась продать мне молочное, сославшись на то, что ее товар предназначен для приличных людей. Теперь уже и не продаст никогда. Не только мне. Женщина лежала в такой позе, будто переворачивалась с боку на спину. И слепо смотрела белесыми, напрочь лишенными зрачка глазами в нахмурившееся небо. Меня затрясло от страха.

Чем дальше мы пробирались между опрокинутыми прилавками, мертвыми телами, рассыпанными овощами и зерном, сброшенным на землю, напрочь испорченными колбасами, мясом и многим другим, тем громче и непрерывнее ворчала крадущаяся за нами Шайла. Ее рычание да наши шаги, звучавшие неотвратимой поступью судьбы — вот и все звуки, которые я слышала в мертвой, давящей тишине. В одном месте, когда мы проходили под остатками испорченного матерчатого навеса, из складок ткани, откуда-то сверху на нас свалилась перепугано кудахчущая курица. Нервы сдали у всех: лорд де Винтерро молниеносно вытащил откуда-то короткий и узкий меч и взмахнул им так, что чуть не отчекрыжил мне нос. Я на одних эмоциях призвала тлен и атаковала им несчастную птицу. Так что метнувшаяся вперед Шайла поймала в зубы прах пополам с костями. И недовольно покосилась на меня, осознав, что схватила в рот. Затрясла головой, пытаясь отплеваться. От ее выразительного взгляда у меня по коже пробежали мурашки. Мне даже показалось, что я начала мерзнуть от страха. Но тут лорд де Винтерро неожиданно замедлил шаг, на ходу начиная выплетать какое-то заклинание, одновременно шикнув на волчицу:

— Шайла, немедленно мне за спину и не высовывайся оттуда! Эйнджел, будь готова поделиться энергией! Лич уже совсем близко.

Впереди маячила груда каких-то обломков. Мне показалось, она до недавнего времени была телегой, почему-то упавшей сверху на какую-то мебель. Развалины надежно преграждали нам путь. Пришлось обходить их, пробираясь через настоящий лабиринт из столов, скамеек, каких-то ящиков. В паре мест лорду де Винтерро пришлось почти переносить меня через завалы, так как забираться на груды мусора было категорически противопоказано ввиду их неустойчивости и хрупкости. Я невольно сжималась в горошину, оказываясь в мужских руках. Но ничего не могла с собой поделать: несмотря на причиненную словами лорда боль, я все равно всей душой тянулась к некроманту…

Перебравшись с помощью некроманта через последнюю неустойчивую преграду, я оцепенела: впереди маячили загоны для скота, пригоняемого на ярмарку, для продажи. А над ними висела в воздухе какая-то бесформенная грязно-зеленая тварь. Я дернулась от ужаса и отвращения. В груди как-то резко закончился воздух. Но я не то что заорать, даже вдохнуть поглубже не смогла — на губы легла теплая, шершавая ладонь лорда де Винтерро.

— Тише, Эйджел, — едва слышно шепнул он мне на ухо, задевая губами кожу. — Он пока еще не заметил, не учуял нас. Так не стоит раньше времени привлекать к нам внимание. Может, мне удастся сплести заклинание и наполнить его магией до того, как тварь нас заметит и набросится.

Колени задрожали от страха. Но я молча кивнула головой, давая понять, что все услышала и прониклась. Лорд, наградив меня недоверчивым взглядом, бесшумно сделал шаг в сторону и принялся быстро-быстро шевелить пальцами, будто ощупывал какой-то невидимый клубок. Я же ничего не могла с собой поделать: уставилась на тварь, плавающую в воздухе над загонами для скота.

Мне еще не приходилось видеть личей. Даже в книжках на картинках. Наверное, поэтому я не могла отвести взгляд, изучая жуткое создание. Больше всего лич напоминал мне облако, обретшее плотность: бесформенное тело плавно меняло очертания, тусклый грязно-зеленый цвет становился то темнее, то светлее, то плотнее, то прозрачнее.

Конечностей у лича не было. Во всяком случае, я их не видела. Зато присутствовала голова. Вполне себе человеческая, лысая как колено, с чудовищной щелью безгубого рта, темным пятном вместо носа и наводящими ужас глазами, в которых, насколько я видела, не было зрачков. Лишь клубящаяся, голодная тьма. К счастью, кошмарные глаза смотрели не в нашу сторону. Лич что-то заинтересованно рассматривал в загоне.

— Что он там делает? — едва шевеля губами, поинтересовалась я, приблизившись к некроманту.

Лорд де Винтерро даже не поднял головы, продолжая плести заклинание. Его кожа побледнела от усилий до серости, на лбу выступили мелкие бисеринки пота.

— Не знаю, — ответил он мне на выдохе. — Но, надеюсь, это что-то лич будет делать как можно дольше, давая мне закончить сеть.

Мы говорили тихо, очень тихо. Я так вообще еле расслышала ответ некроманта. Но едва слова лорда де Винтерро рассеялись в воздухе, как из загонов послышался стон:

— По-омо-о-оги-ите-е-е…

Я дернулась. Но даже ногу не спела поднять, чтобы броситься на помощь пострадавшему бедолаге, оказавшемуся в непосредственной близости от лича, как воздух буквально загудел от низкого, вирирующего звука:

— Никто тебе не поможет! Здесь никого нет! А даже если бы и был, то я не допущу, чтобы кто-то тебя спас! Ты заплатишь за все!

У меня отвисла челюсть от удивления. Лорд некромант потрясенно опустил вниз руки.

— Лич… говорит?!.

Сказать, что некромант был потрясен, значит, не сказать ничего.

— Может, нам послышалось? — робко спросила, подступая поближе к мужчине. Слишком уж жутко мне было от происходящего.

— Коллективная галлюцинация? — коротко и нервно хохотнул лорд де Винтерро. — Не думаю! Скорее, мы имеем дело с сущностью, которая стала личем из-за желания мстить. Вот уж не думал, что когда-либо столкнусь с таким! Слишком редко случается подобное.

— Я не виноват… — донеслось из загона едва слышное. В следующий миг у меня все волоски на теле встали дыбом от протяжного гудящего звука, который эхом отдавался в голове. Не сразу я поняла, что это лич смеется так.

— Да ты что! Неужели ты никогда, ни разу в жизни никого не разорял, чтоб нажиться самому? Ага, молчишь! Значит, виноват! И понесешь наказание!

От новой вибрации воздуха захотелось заткнуть уши, зажмуриться и закопаться куда-нибудь поглубже в хлам, в изобилии валявшийся вокруг. Но у меня ноги будто приросли к месту.

— Вот оно что!.. — едва слышно выдохнул лорд де Винтерро рядом со мной. — Лич не просто так пробудился! Он пришел мстить! Видимо, при жизни тот, кто сейчас валяется в загоне для скота, его разорил, и теперь…

Меня неожиданно пронзило нехорошей догадкой:

— А помните, Бриджит что-то кричала про то, что лич ее отца швырнул в загон к свиньям?.. — перебила я лорда.

Некромант на миг застыл:

— Думаешь, там отец Бриджит? — немного растерянно посмотрел он на меня. — Хмм… В принципе, выглядит логично. Но тогда… Тогда лич — это дух вашего отца, Эйнджел. И разорились вы не просто так…

Лорд не смог закончить свою мысль. Волчице стало любопытно, о чем мы шепчемся, и она попыталась подобраться к нам поближе. Но один из обломков под ней зашатался. Спустя миг вся куча, на которую неосторожно наступила волчья лапа, с грохотом обрушилась.

На миг установилась полнейшая тишина. Я так даже дыхание затаила. Лорд де Винтерро укоризненно посмотрел на прижавшую к голове уши Шайлу и покачал головой. А лич…

Воздух не просто завибрировал, забурлил, когда потусторонняя сущность жутко ощерилась:

— Кто тут у нас? Кому-то еще жаль бесчестного мельника? Кто-то хочет попытаться его спасти?

— Вонючий гоблин! — яростно выругался лорд де Винтерро. — Эйнджел, руку! Нужна магия, тянуть дальше время нельзя!

Будто во сне, не сводя глаз с поднимающегося вверх и увеличивающегося в размерах лича, я протянула руку некроманту, толком не зная, что нужно делать. В следующий миг лорд де Винтерро совершенно бесцеремонно схватил меня за кисть и прижал ее к своей обнаженной коже. Я пискнула и удивленно покосилась на некроманта. А потом… Потом я залилась удушливой краской стыда до самых ушей! Потому что Дамиан непонятно, как и когда расстегнул на груди рубашку и камзол, и сейчас я прижималась ладонью к обнаженной мужской груди!

— Эйнджел! — вдруг рявкнул некромант. — Не вздумайте упасть в обморок! С приличиями будем разбираться потом! Сначала нужно изгнать и уничтожить лича!

Лорд уже не шептал и не скрывался. Он тянул из меня магию, одновременно спешно заканчивая плетение. А лич… Потусторонняя сущность, казалось, была потрясена:

— Эйнджел?.. Доченька…

— Папа?..

Слово сорвалось с губ само собой. Я была потрясена, просто раздавлена пониманием, что вот эта потусторонняя тварь — мой папочка. Слабовольный, несчастный, так и не сумевший приспособиться к жизни без мамы, но тем не менее, родной и любимый! И именно моего папочку сейчас уничтожит лорд некромант!

— Эйнджел, это уже не твой отец! — процедил сквозь зубы Дамиан, загораживая меня собой. — Это существо опасно не только семейству мельника!

Лич будто потемнел, разом превратившись в грозовую тучу. Сердце екнуло: да он сейчас лорда де Винтерро… Мокрого места от некроманта не оставит!

Ситуация стремительно выходила из-под контроля. Я разрывалась на части, не зная, что мне делать. Не могла допустить, чтобы пострадал лорд де Винтерро. Но и папу в обиду дать тоже не могла. В голове была сплошная каша из мечущихся мыслей. И ни одной стоящей идеи…

— Не смей, дурочка! — неожиданно услышала злобный рык волчицы. — Это уже не твой отец, если я правильно все поняла! Это опасная и агрессивная потусторонняя сущность! Никто не даст гарантий, что, удовлетворившись местью, она успокоится и уйдет! Обычно личи, выполнив то, что привязывало их к земле, шли убивать дальше, ведомые инстинктом и пробудившейся жаждой. Потому что ничего человеческого в них уже не оставалось, они просто не могли остановиться! У них нет разума! Лишь инстинкты!

— Но папа защищает меня и Адри… — слабо пискнула, наблюдая, как лич наливается зловещим багрянцем.

Волчица коротко и раздраженно взвыла.

— Ну хорошо, — рыкнула она, — допустим, мы даем ему выпить мельника. Мне он тоже глубоко несимпатичен, так что плевать на него! Но ты можешь быть уверена в том, что, выпив его, отравившись страхом жертвы и торжеством своей силы, лич не набросится на меня и его светилось?

Этого я гарантировать не могла. Я вообще не понимала, что сейчас происходит. Про личей ничего в нашей домашней библиотеке не было. А больше мне неоткуда было взять знания.

Наблюдавшая за мной Шайла тонко уловила мои сомнения. И сразу же надавила:

— Вот видишь! На мельника, конечно, плевать. Но могут погибнуть другие! Которые точно ни в чем не виноваты!

— Дочка, иди сюда! — вдруг снова завибрировал воздух. Это лич звал меня. — Если останешься там, рядом с этими жалкими существами, можешь погибнуть! Только рядом со мной ты будешь в безопасности!

На меня снова нахлынули сомнения. Может, и вправду пойти к папе, пусть он сейчас и совсем не похож на отца? Может, у меня выйдет уговорить его вернуться в могилу? У Дамиана просто может не хватить сил одолеть такую сильную сущность! А я… Я — невежа. И понятия не имею, что и как делать…

— Эйнджел, стой! — уже почти взвизгнула волчица. И привела последний, самый отчаянный аргумент: — Его светлость уже выложился до предела! Если ты сейчас отойдешь от него, перестанешь делиться с ним силой, он попросту не доживет до той минуты, когда его доставят к лекарю! Подумай! Неужели он заслужил смерти?

Я покосилась на некроманта. Хочу ли я, чтобы он жил? Однозначно! Пусть и без меня, но он должен жить. А сейчас лицо Дамиана было пепельным от прилагаемых им отчаянных усилий. Он торопливо доплетал заклинание, прикрыв глаза, чтобы ни на что не отвлекаться. И, похоже, даже не замечал, что тратит уже не магию, а свои жизненные силы.

Сделанное открытие перевесило все мои сомнения. А также словно прорвало внутри меня некий барьер: до этого мига сила от меня к некроманту шла неспешным, небольшим ручейком. Собственно, утекало столько, сколько он брал. А брал, судя по всему, лишь самый необходимый минимум, без которого у Дамиана попросту бы не вышло сплести заклинание. Когда же барьер рухнул, магия от меня к лорду хлынула сплошным искрящимся потоком. И с этого мига участь лича была предрешена.

Я больше не вслушивалась в то, что гудела мне потусторонняя сущность. Не обращала внимания на то, что в воздухе все сильнее ощущался запах тлена. Прикрыла глаза и сосредоточилась на передаче магии некроманту. А воздух вокруг нас уже почти потрескивал от напряжения. Даже сквозь полуопущенные веки глаза резало сияние напитываемого силой заклинания. Это была какая-то разновидность ловчей сети. Я лишь читала про них. Но как они создаются, понятия не имела. Судя по прилагаемым Дамианом усилиям, трудно.

— Держись, Эйнджел, — вдруг едва слышно шепнул мне лорд де Винтерро. — Уже почти все. И теперь все будет хорошо.

Я хотела спросить, что именно будет хорошо. Даже глаза открыла. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как заклинание срывается с пальцев некроманта слепящей, изумрудно-зеленой молнией и направляется в сторону беснующегося лича. Как в полете разворачивается в огромную сеть и наливается чернотой. Как накрывает сизо-багровое, огромное чудовище, окончательно потерявшее любой человеческий облик. Как…

— Вниз!!! — вдруг завопил лорд де Винтерро, перекрикивая гул непрестанно вибрирующего воздуха. Не удовлетворившись простым предупреждением, некромант схватил меня за руку и больно дернул.

От рывка неустойчивые обломки, на которых я все это время балансировала, рассыпались как карточный домик. Я рухнула вниз, больно ударившись спиной и плечом. Голову неожиданно что-то прикрыло. А потом сверху на меня свалилось тяжелое тело Дамиана, прикрывая собой от того, во что превратилось пространство. А потом…

Визг, высокий, больно бьющий по ушам, захватил врасплох. Захотелось закрыть уши руками, чтобы хоть как-то от этого защититься. Но я не могла даже пошевелиться, лежа под лордом де Винтерро. Зато услышала, как рядом болезненно заскулила Шайла. Видимо, ей с ее волчьим слухом пришлось намного хуже, чем мне. А потом раздался просто жуткий грохот. Мне даже показалось, что это взорвался мой мир. Рядом и на лорда некроманта начали падать с влажным звуком какие-то ошметки. Дико, совершенно невыносимо завоняло. Под тяжестью тела Дамиана и так дышать было нечем. Вонь же все усугубила окончательно. И я не выдержала, отключилась. Проваливаясь в темноту, я слышала отчаянное: «Доченька, прости, я опять не смог тебя защитить!..»

Дамиан

Эмоции — первый враг любого мага. Учить самоконтролю нас начинают, едва открывается источник. Некоторых — практически с самого рождения. Иначе нельзя. В мудрости этого я, к несчастью, получил возможность убедиться сам. Поначалу мои собственные эмоции мешали установлению нормальной связи между мной и Эйнджел. Мешали передачи энергии по магической цепи. Мне приходилось снова и снова напоминать себе о том, что жалость, излишне бережное отношение к девушке, которую хотелось защитить вопреки всему, убьет нас обоих. А потом в дело вмешались уже эмоции моей некроманточки по отношению к личу.

Мне дико захотелось грязно выругаться так, чтобы у самого уши покраснели. Мог бы и догадаться, что в этом захолустье сильных магов отродясь не было, а личем стал тот, кто умер, обуреваемый сильнейшими эмоциями, желанием отомстить за оставшихся сиротами детей. В тот миг, когда Эйнджел осознала, что нежитью стал ее родной отец, она начала активно, хоть и неосознанно, сопротивляться передаче магии от нее ко мне, понимая, что пусть и опосредовано, но участвует в ритуале, который убьет лича. Да, я не мог сказать «ее отца». Но именно это ощущала девушка.

Выбор за нас двоих пришлось делать мне. И тянуть магию из девушки, преодолевая ее сопротивление. И надеясь, что это насилие не сохранится в ее памяти. Что я не оттолкну ее этими действиями от себя.

Именно в этот момент я неожиданно осознал, что вечно от женитьбы я бегать не смогу. Рано или поздно, но придется обзавестись семьей и супругой. Так почему не выбрать ту, к которой вопреки всему тянется мое сердце? С которой уютно порой и помолчать? С которой общие интересы…

Наверное, именно в этот момент, закрывая девчонку от агрессивной сущности собственным телом, я впервые понял, что она как-то незаметно пробралась ко мне в сердце. Стала мне дорога. И впервые кого-то оберегал потому, что хотел этого всем сердцем. А не потому, что так требовал долг мага и этикет. Только бы маленькая глупышка выжила! А уж потом я больше не оставлю ей ни единого шанса угробить собственную жизнь!..

Спустя неделю…

— …это нелепо и абсурдно! Какой из тебя опекун? — ворвался в оцепеневшее от долгого сна сознание сердитый мужской голос. — Ты — молодой и неженатый мужчина! Ты не можешь опекать двух незамужних девушек!..

— Могу, — совершенно спокойно перебил сердитого лорд де Винтерро. И у меня на сердце немедленно потеплело. Если лорд здесь, значит, все будет хорошо. — Могу и буду.

Глаз я не открывала. Так и подслушивала бессовестно, делая вид, что по-прежнему сплю. Может, это и неприлично. Зато можно узнать много нового и занимательного. А лорд де Винтерро в обиду меня не даст.

— Ненормальный, — пробурчал сердитый. — Дэм, вот скажи мне, пожалуйста, за каким вонючим гоблином ты злишь отца? Его и так старый маркиз Лорье закидал жалобами на высочайшее имя, что-де ты опозорил его дочь и не желаешь теперь обелить честное имя девушки женитьбой! Однажды его терпение лопнет, и тогда…

— Воспитывать нужно дочку нормально, чтобы потом никому не пришлось обелять ее имя женитьбой, — пробурчал в ответ лорд де Винтерро. — Я ничего Лорье не обещал. И его дочурку к себе в гости не звал. Вернулся поздно вечером домой, уставший после упокоения двух десятков зомби, которых какие-то недомаги запустили в город, лег спать. И вдруг обнаружил под боком кого-то живого и голого. Уж прости, братик, у меня тогда не было сил разбираться, кто это и почему в каком виде! Просто взял и вышвырнул вторженца заклинанием в окно. Откуда я мог знать, что это дочурку Лорье я вышвырнул? Пусть вообще радуется, что не за территорию особняка вылетела, а в кучу мусора, которую сгреб нерадивый дворник. В противном случае все было бы на порядок больнее и неприятнее.

— Ну, допустим. — Сердитый и не думал сдаваться. — Если все так, как ты сказал, тогда почему ты после этого сбежал, не оставив контактов? Братец, ты разве не знаешь, что побег приравнивается к признанию вины?

— Да какое признание?! — возмутился мой некромант. — На моем месте любой поступил бы так же! Вот скажи, ты сам что бы сделал, если бы вышвырнул кого-то, нахально пробравшегося посреди ночи в твою кровать, в окно, а после этого понял, что это девица? Которая к тому же еще и начала вопить под окнами торжествующе: «Вот теперь, мой принц, ты точно на мне женишься!»?

— Мда… — сконфузился собеседник лорда де Винтерро. — По-идиотски получилось. Но беда в том, что Оливия себе уже даже платье свадебное заказала…

— Не мои проблемы, — сухо отрезал лорд де Винтерро. — Я не хочу жениться на той, которая для достижения цели способна забраться в постель к мужчине.

— Добрый вечер, Ваше Высочество! — вдруг послышался тоненький голосок Адрианы. — Добрый вечер, ваша светлость! Эйнджел уже проснулась?

— Еще нет, леди Адриана, — учтиво отозвался некромант. — И лучше ее пока не тревожить. Во сне она быстрее восстановится. Пойдем, Вилхельм, мы с тобой неудачно выбрали место для задушевных бесед…

— А я тебе говорил, что давно пора вернуться в арендованное тобой поместье! — ехидно поддел сердитый. — Чего ты здесь засел, как паук в паутине? А я…

До меня только в этот момент дошло, что «высочество» — это отнюдь не лорд де Винтерро, побочный сын нашего короля. А наследный принц Вилхельм! Здесь! В нашем старом, обветшавшем доме!..

— Нечего мне там делать, — отмахнулся некромант. Голоса начали удаляться под аккомпанемент скрипа старых, рассохшихся половиц. — Здесь мне проще присматривать за девочками и принимать отчеты от следователей. Сыщики уже почти во всем разобрались…

Постепенно голоса стихли. И я так и не поняла, ушла ли с мужчинами Адриана или нет. А мне очень хотелось спокойно, без помех, поболтать с сестрой. Расспросить Адриану обо всем, что произошло, пока я валялась в постели. Особенно, как в нашем доме оказался принц Вилхельм. Но сколько ни прислушивалась, ни единого звука не касалось моих ушей.

Через некоторое время мне надоело валяться просто так. Организм недвусмысленно намекал на то, что мне давно уже пора посетить уборную. Да и на то, что спать хватит тоже.

Я скатилась с кровати и с удовольствием потянулась. Ни усталости, ни болезненности в теле не чувствовалось. Подбежав к старому, потемневшему от времени зеркалу, которое висело над комодом, я изучила свою мордашку и осталась вполне довольна увиденным. Ни ввалившихся глаз, не бледных щек, не обескровленных губ. В общем, ни единого признака болезни я у себя не заметила. И решила, что хватит валяться, пора вставать.

Его я обнаружила, когда умывалась. Просто не носила никогда колец, вот и оцарапалась. А заметив на руке перстень с темно-зеленым, почти черным камнем в обрамлении бриллиантов, с откровенным недоумением уставилась на собственную кисть. Откуда это? Я что, в обморочном состоянии кого-то ограбила?

Я попыталась снять с пальца кольцо, чужого мне не надобно. Но не тут-то было! Ни просто так, ни с мокрого, намыленного пальца перстень сниматься не желал. Издевательски крутился вокруг пальца, но со своего места не сдвигался даже на миллиметр! Что за ерунда?

Мучилась я долго. Даже палец слегка опух. Но снять кольцо так и не сумела. За этими бесполезными попытками и застала меня сестра:

— Энжи?.. — послышался из комнаты ее испуганный голосок. И не успела я придумать, что делать дальше, сестра ворвалась в ванную комнату: — Энжи, ты очнулась!

И столько было радости в этом вопле! Адри бросилась мне на шею и обняла с такой силой, что я притворно захрипела.

С минуту, наверное, мы с Адри с удовольствием тискали друг друга. Будто не виделись сто лет. А потом, когда первая радость поутихла, мы вернулись в комнату, и я достала единственное приличное платье, намереваясь одеться и спуститься вниз.

— Энжи, а ты не слишком спешишь? — озабоченно поинтересовалась сестренка. Впрочем, уже беря в руки щетку, чтобы помочь мне с полосами. — Может, еще бы полежала? Его светлость сказали, что ты отдала ему почти всю свою магию…

Напоминание о донорстве магии для лорда де Винтерро испортило настроение. Да и некоторая слабость, вернее, утомляемость, еще ощущалась в теле. Но я решительно замотала головой:

— Нет, встаю! Но ты не волнуйся: далеко ходить не стану. Спущусь лишь на кухню к Люсинде. И… — В этот момент снизу донеслись невнятные голоса, а мне вдруг вспомнился подслушанный разговор. Я посмотрела на Адриану: — Сестренка, у нас кто-то гостит?

Неожиданно сестра порозовела и смущенно потупилась:

— Сейчас в доме просто куча народу! Лорд де Винтерро, Их Высочество Вилхельм, лорд Шихар, леди Шайла и… В общем, все, кто приехал из столицы.

По заминке сестры я поняла, что Адри попросту забыла имена остальных. Видимо, такая куча народу шокировала тихую и непривычную к обществу сестру. Оно и понятно, мы всегда жили уединенно. И вот вопрос: почему все эти люди вдруг оказались в нашем обветшалом доме? Наверное, надо в первую очередь не к Люсинде идти, а найти лорда де Винтерро. Заодно и про загадочное кольцо попробую что-то узнать. Ну не от лича же оно мне досталось!

То, что я зря не послушалась сестру, я поняла очень быстро, еще даже не дойдя до лестницы. Голова с каждым шагом кружилась все сильнее, а рассохшиеся половицы норовили выскользнуть из-под ног. Но признаваться в том, что ошиблась, я не торопилась.

Медленно и осторожно, цепляясь обеими руками за перила под неодобрительным взглядом Адрианы, я успела спуститься примерно до половины лестницы. Когда Адриана все-таки заметила на моей руке перстень:

— О-о-о-о-о! — восхищенно выдохнула сестра, неосмотрительно хватая меня за руку. Я невольно пошатнулась от рывка. — Какая красота! Энжи, откуда?

Я поморщилась, с трудом восстанавливая утраченное равновесие. Признаваться в том, что понятия не имею, откуда на моей руке появилось кольцо, не хотелось. Но и выбора не было. Врать я не любила. Да и в нынешнем моем состоянии вряд ли бы сумела сочинить достойную ложь.

— Понятия не имею, — выдавила нехотя. — Когда очнулась, оно уже было на моем пальце. Я надеялась, что кто-то из вас мне расскажет, откуда оно появилось на моей руке.

— Позволишь посмотреть поближе? — Сестра вела себя как маленький восторженный щенок. Разве что только хвостиком не виляла.

Вздохнув, я нехотя протянула Адри руку:

— Извини, снять не могу даже с мылом. Кольцо свободно сидит на пальце, но почему-то не снимается.

Адриана уставилась на меня круглыми от изумления глазами:

— Ка-ак?.. Неужели это…

— Именно, леди Адриана, — вдруг донесся с первого этажа чуть насмешливый голос. — Это помолвочное кольцо. А ваша сестра — моя невеста!

Я застыла на месте, не в силах поверить в услышанное. Неужели все мои усилия, наконец, увенчались успехом? Нет, не может быть! Я просто сплю, и мне снится сон…

В наступившей после слов лорда де Винтерро тишине, казалось, все присутствующие слышат перепуганный грохот моего сердца.

С первого этажа на меня пытливо смотрели сам некромант, волчица Шайла, лорд Ивар, которого я, помнится, везла с кладбища поперек спины давно подохшего медведя, и… Его Высочество, наследный принц. Причем последний смотрел неодобрительно и оценивающе. Как будто ему не нравилось то, что он видел. Он же и скомандовал не терпящим возражений тоном:

— Спускайтесь, леди, если у вас нашлись силы подняться с постели! Нам всем необходимо объясниться!

Даже если бы я и хотела, отказать принцу, второму лицу в королевстве, было абсолютно немыслимо. Проглотив тяжкий вздох, я продолжила спуск на неверных, подкашивающихся ногах. Ну почему, почему я не послушала Адриану? Сейчас бы лежала себе спокойно в кроватке…

Мои ноги все-таки запутались в юбке на предпоследней ступеньке лестницы. Коротко пискнув, я полетела вниз.

Все-таки у меня дар к наведению хаоса, пришла я к выводу, оказавшись на руках у подоспевшего некроманта. Ибо он, спеша ко мне, отпихнул с дороги волчицу. Да так, что Шайла не удержалась на ногах и упала. А приземлилась уже на четыре конечности, раздраженно что-то рявкнув в сторону лорда де Винтерро. И… совершенно нечаянно встав поперек дороги наследному принцу. К счастью, Его Высочество на ногах удержался.

Увидев, к какому хаосу привело мое решение не залеживаться в постели, я сглотнула и испуганно уставилась в черные глаза некроманта.

— Простите, — пискнула, сама не узнавая свой голос, — я не хотела!..

— Еще бы хотела! — вместо лорда де Винтерро, который молча смотрел мне в глаза, проворчал наследный принц. — Эй, Дэм! Ты представляешь, что случится, если эта девочка-беда появится при дворе?

На этот раз мой лорд отмалчиваться не стал. Все так же не отводя от меня глаз, тонко и тепло усмехнулся:

— Подумаешь, твоей матери придется в очередной раз провести чистку гадючника под названием «двор». Тебя это расстраивает?

— Да хоть бы и вообще разогнала всех! — мгновенно отозвался наследник трона. — Только мне не может так повезти! Да еще и матушка нотациями замучит, пока не закончит с чистками! Так что ты, братец, подумай хорошо, что ты делаешь! А то ведь я отомщу!

Улыбка Дамиана стала теплей. Но взгляда от меня он так и не отвел. Я засмотрелась в его глаза, чувствуя, как тону в черноте, мерцающей темными звездами магии смерти. Тону и не хочу всплывать. Потому что тьма как-то незаметно стала мне родной. Потому что хотелось смотреться в нее бесконечно. И так раздражало, что при этом кто-то присутствует, что я как-то неосознанно отдала приказ…

То, что я сделала очередную глупость, я поняла, когда мой зомби-медведь сунулся в дом, но застрял в дверном проеме. При этом с той стороны двери от него шарахнулся Грэшем. А с этой — Его Высочество Вилхельм! И вот в этот раз принц уже без чужой помощи запнулся об разлегшуюся на полу крупную волчицу, чувствительно пнув ту в бок!

Шайла мгновенно отлетела в сторону от принца, заругавшись при этом как торговка, у которой прокисло молоко. Выглядело это забавно — ругательства из пасти крупного зверя. Если бы не одно «но». Отлетела Шайла неудачно, став на пару метров ближе к зомби. Застрявший в дверях мишка щелкнул зубами и утробно зарычал, заставив волчицу повторно одним прыжком отскочить в сторону. На этот раз уже ближе ко мне и к лестнице. Принц же, от столкновения с оборотницей потерял равновесие и шлепнулся на попу, видимо, что-то себе отбив. Ибо тирада, которую он при этом выдал… В общем, я не выдержала:

— Ваше Высочество, не выражайтесь при моей сестре! — возмутилась я. — Адриана еще маленькая! — Я только потом, когда выпалила уже все это в запале, сообразила, что и кому говорю. И страшно смутилась: — Ой! Простите, Ваше Высочество! — пискнула и уткнулась лицом в шею по-прежнему удерживающего меня на руках некроманта, страшась посмотреть принцу в лицо. Плевать, что и кто подумает! Об этом беспокоиться уже поздно! Зато так я больше не ляпну ничего такого, за что потом станет стыдно.

К счастью, у наследника трона оказалось хорошее чувство юмора. Он сокрушенно осмотрел себя, сидя на полу, и вздохнул, поднимаясь:

— Дурдом… С такими подданными и врагов не надо! Сами угробят… — Я чуть повернула голову, чтобы увидеть все это. А заодно и то, как принц наградил лорда де Винтерро деланно суровым взглядом: — Вот что, Дэм! Мы подождем вас в кабинете! А ты давай уже, объясняйся со своей некроманткой! Пока она действительно не угробила будущего короля! Учти, что в таком случае править тебе! — И добавил уже для волчицы: — Идемте, леди Шайла! Не будем им мешать. И верните себе уже человеческий облик!

Принц, Шайла и Ивар, который все это время тактично сливался со стенкой в дальнем углу, скрылись в кабинете. Лорд де Винтерро в два шага отошел от лестницы, позволяя растерявшейся от всего увиденного Адриане сделать то же самое. Сестренка шла очень неохотно, постоянно бросая на меня странные, нечитаемые взгляды. Наверное, не хотела идти в кабинет к остальным. Но я сделала вид, что смотрю в глаза некроманта и не вижу этого. Просто не знала, что можно сказать сестре. Я всегда, сколько себя помню, старалась взять на себя решение всех проблем. Но сегодня, передав право принимать решения лорду де Винтерро, я вдруг почувствовала, насколько это хорошо и приятно — прятаться за чье-то плечо. Хотя нет, не за чье попало, а именно за плечо пришлого некроманта и высшего аристократа, перевернувшего с ног на голову всю мою жизнь…

— Родная, — вдруг шепотом позвал меня лорд Дамиан, — пожалуйста, отзови медведя. Скоро Сирил должен пожаловать с финальным отчетом о проведенном расследовании. А зомби не пропустит его в дом…

Я и отозвала. Что мне, жалко, что ли? Да и интересно, что там столичные сыщики нарасследовали…