Глава 5

— Ну, что там с пирогом? — ворвалась я на кухню уже перед самым обедом, ставя на стол полную корзинку спелейших ягод.

Ноги гудели и подкашивались от усталости и перерасхода магической энергии. Голова раскалывалась как переспелое яблоко. А от витавшего на кухне сытного духа мясной похлебки и свежих лепешек мой желудок буквально взвыл, требуя себе еды. Но зато возле моих ног стоял крупный скелет волка, холкой достающий мне почти до талии, и настороженно обводил кухню и сновавших по ней Люсинду и Адри потусторонним светом пустых глазниц.

— Батюшки!.. — взвизгнула кухарка, первой увидев мое творение, и как подкошенная свалилась на удачно подвернувшийся табурет, едва не уронив большую ложку, которой помешивала похлебку.

Волк чуть пригнул голову и приоткрыл пасть. Наверное, это соответствовало тому, как живые волки скалили в угрозе зубы. Я положила ладонь на белую гладкую черепушку и, послав толику силы, приказала:

— Нельзя! Здесь все свои! Запомнить и не обижать! Наоборот, охранять!

Зомби неохотно уселся у моих ног, как дрессированная собачка. А я пошатнулась. Силы были на исходе.

— Энжи!.. — взвизгнула Адриана, бросаясь ко мне.

И вовремя. Ноги уже дрожали так, что я готова была сесть там, где стояла. Хоть и было неловко, но я охотно оперлась на подставленное плечо Адри и виновато улыбнулась:

— Слишком много вбухала сил. Домой еле дошла. Мне бы поесть…

— Сейчас-сейчас! — опомнившись, Люсинда вскочила с облюбованного табурета и засуетилась. — Дядюшка ваш соизволил сообщить, что обедать будет у себя в комнате. А нам четверым в столовой делать нечего, и здесь будет хорошо, — скороговоркой объясняла кухарка, споро накрывая на стол.

Вскоре на нашем любимом столе у окна уже стояла миска со свежими лепешками, миски для похлебки, нарезанные овощи, вареные яйца, ветчина и пирожки. Перехватив мой взгляд на тарелочке с ветчиной, Люсинда воинственно сообщила:

— Ну не все ж вашему дяде за просто так трескать мясо! Вам сейчас тоже нужно, мисс Эйнджел! Вы ж, наверное, прорву сил вбухали в обряд!

Я невольно улыбнулась заботе кухарки, которая уже давно заменяла нам с Адри и маму, и папу.

— Прорву, — подтвердила. — Когда закончила, то была вынуждена некоторое время еще отдыхать, так как не могла встать на ноги. Да и потом шла, опираясь на зомбика. Ему же и пришлось нести корзинку с земляникой.

Я хотела добавить, что процессия была просто чудная, хорошо еще, что нас никто не видел. Но промолчала, схватив ложку и, едва дождавшись, пока Люсинда нальет мне похлебки, принялась за еду, не дожидаясь остальных.

Обряд высосал из меня столько сил, что обед дяде пришлось нести Грэшему. А со стола убирали и мыли посуду Люсинда и Адри. Я же честно попробовала встать, когда закончила с трапезой, но… Ноги отказывались держать. Так что Люсинда, понаблюдав за моими потугами, сердито велела:

— Сидите уж, мисс Эйнджел! Мы сами справимся! Нате вот вам, ягодки, что принесли, переберите! Тоже польза и помощь!

Дядя у себя в комнате все еще прикладывал примочки к уху. Так что никто нам не мешал воплощать в жизнь наш коварный план. Зомби-волк внимательно наблюдал за тем, как Люсинда замешивала тесто, как взбивала сливки и как собирала пирог. А вот когда мы, найдя подходящую корзинку, уложили в нее уже готовый, источающий одуряющий аромат пирог и прикрыли его полотенцем, лег в углу и отвернул морду. Словно понимал, что корзинку нести ему. И отказывался это делать. Мне пришлось пообещать ему, что, когда я добьюсь своего и стану женой некроманта, отпустить его назад в лес. Только после этого скелет неохотно встал и взял ручку корзинки в зубы. Хорошо, что он уже неживой. А то представляю, как бы он все обслюнявил…

А дальше… Всем хотелось посмотреть, как зомби-волк справится с порученным ему делом. Но у меня до сих пор дрожали колени, да еще и после сытной еды слипались глаза. А Люсинде нужно было думать об ужине. Так что на разведку отправились торжествующая Адриана и Грэшем. После того, как отвели меня наверх и сестра помогла мне лечь под одеяло. Но если бы я знала заранее, чем все это обернется, никогда бы их не пустила. Но я не знала. А потому спокойно закрыла глаза. Я была уверена в том, что волк в любом случае доберется до некроманта…

Разбудил меня такой визг, что я чуть не вывались с кровати на пол, запутавшись ногами в одеяле и ничего не соображая после короткого дневного сна. В доме истерически визжала какая-то женщина. И это была не Люсинда. Кухарка давно уже привыкла ко всяческим зомби и прочей некромантской ерунде. Напугать ее было сложно. Так кто же сейчас истерил в коридоре? И почему?

Кое-как пригладив волосы, глядя на себя в потемневшее зеркало, и расправив примявшуюся со сна юбку, я распахнула дверь и вылетела из комнаты. Может, у нас пожар?

Пожара никакого не было. А была парочка рядом с растерянно топчущимся дядюшкой, у которого одно ухо все еще было ненормально опухшим. Дядя прятал его от посетителей, стараясь все время стоять к ним здоровым ухом.

Женщина, одетая в кричащее ярко-зеленое платье, самозабвенно орала, некультурно тыча пальцем в сторону стены напротив моей комнаты. Из которой, прямо посредине светлого квадрата, обозначавшего место, на котором когда-то висела картина, торчала голова наколдованной мной иллюзии приведения покойной матушки. Мама грозно хмурила призрачные брови и грозила перепуганному дяде пальцем. Спутник дамы, на котором был надет странный, голубой с коричневыми пятнами камзол, в состоянии был лишь открывать и закрывать рот. Слов у него, видимо, подходящих не было.

В коридоре визг дамы оказался нестерпимо-громким. Даже ушам стало больно. Пришлось вмешаться, ибо я боялась, что попросту оглохну:

— ТИХО! — рявкнула я со всей громкостью, на которую была способна. — Вы нервируете мою маму, — добавила, когда в коридоре установилась потрясенная тишина. Лица дамы и ее спутника стали снежно-белыми. А у любимого дядюшки почему-то затряслась нижняя челюсть. Мельком глянув на это чудо, я повернулась лицом к иллюзии привидения и вежливо попросила: — Мамочка, ты не могла бы не пугать гостей дядюшки? Уверена, он ничего плохого не замышлял. Это, наверное, его друзья приехали его навестить…

— Вообще-то, мы приехали посмотреть дом, который продается, — ввернул уже опомнившийся джентльмен в камзоле с пятнами цвета детской неожиданности, одернув его. Очень неудачная расцветка ткани.

Зря он это сказал. Едва он закрыл рот, как я спустила заготовленное заранее заклинание сквозняка, от которого у меня потом еще почти сутки болела голова. Но страдала я не зря, все получилось удачно: о том, что по чердаку пролетел ветерок, никто не мог знать. Зато какое шикарное, злобное и протяжное вытье мы услышали!

Дамочка снова взвизгнула и без предупреждения свалилась в обморок. Джентльмен в камзоле с пятнами этого не ожидал и поймать спутницу не успел, занятый тем, чтобы не выдать окружающим, насколько сильно у него дрожит челюсть. Дядя же и вовсе попятился.

Я с укоризной посмотрела на «любимого» родственника:

— Дядя, ну что же ты так! Видишь, маме не нравится, что ты решил выселить ее сироток из дома, а дом продать!

Я говорила тихо и вежливо. Но дама и джентльмен почему-то переглянулись, потом посмотрели на стену, из который выглядывала «мама». Дама подхватила юбки, и они со спутником ринулись в сторону лестницы.

Понаблюдав за бегством, я пробурчала:

— И зачем так топать? Полы старые, могут и провалиться. Доставай потом их!

Потрясенный дядюшка, все внимание которого было занято бегством потенциальных покупателей дома, не заметил, как я аккуратно развеяла иллюзию, вернув ее в исходную позицию. Но когда внизу грохнула входная дверь и раздалась отборная ругань кавалера, которому, видимо, прилетело дверью по спине, любимый родственничек отмер и грозно уставился на меня:

— Эйнджел Вейларс! Ты что себе позволяешь?!

Это дядюшка такой догадливый или просто привык сваливать всю вину на меня? Про себя недовольно скривившись, я тем не менее старательно округлила глаза:

— Дядя, вы о чем? О том, что я накричала на леди? Простите, виновата. Но я испугалась, проснувшись от дикого крика. Да и, уверена, вам тоже было неприятно от громкости звуков, — деликатно намекнула на все еще опухшее ухо.

Дядя насупился. Но так легко сдавать позиции не собирался:

— Нет, племянница, я не об этом! А о том, что в доме появились привидения!

— Почему появились? — еще больше округлила глаза я. Ну что ж дядя такой недоверчивый?! — Они всегда здесь жили. Просто повода не было, вот и не показывались. А почему показались сейчас, я не знаю, я спала.

Мне действительно стало любопытно, что послужило причиной активации иллюзии. Неужели покупательница начала ковырять стены? Так как активировать иллюзию должна была я. Либо начавший рушиться дом. Хотя очень удачно получилось, что мамочка явилась, когда меня поблизости не было.

Дядя шагнул ко мне поближе и всмотрелся в мое лицо. Его дыхание пахло перегаром и чем-то кислым, неприятным. Он что, ухо обезболивал приемом вина внутрь? Я затаила дыхание, стараясь не показать, насколько мне неприятно. А дядя, поизучав меня, хмыкнул вполголоса:

— И вправду спала… Что с тобой случилось, племянница?

— Голова сильно разболелась, — потупилась я. — Вот я и выпила укрепляющий отвар, и прилегла в затемненной комнате отдохнуть. Да и сама не заметила, как уснула.

Любимый дядюшка недоверчиво посмотрел на меня, словно у меня не могла болеть голова. Но видимо, все же поверил. Потому что снова хмыкнул:

— Хмм… Похоже на правду… Ладно… Но дом с привидениями… Это все сильно осложняет, — пробурчал он, отворачиваясь от меня и направляясь к себе в комнату.

Дождавшись, пока дверь окончательно закроется за дядей, чтобы он, не дай бог, не услышал мои слова, я тоже пробурчала:

— Вот и замечательно, что осложняет. Не будете, любимый родственник, сирот на улицу из собственного дома выгонять.

Короткий сон освежил. И я пошла вниз, намереваясь в ожидании возвращения Адрианы и Грэшема, помочь по хозяйству Люсинде.

Дамиан…

Наверное, я допустил ошибку, когда решил не пользоваться собственным почтовым магящиком. И даже оставил его дома, чтобы какой-нибудь ушлый родитель не отследил меня по отголоскам почтовых порталов. Когда я только собирался бежать из столицы, решение пользоваться королевской магпочтой казалось очевидным. На деле же визиты в городок превратились в кошмар. Когда у каждого домика, за каждым поворотом на меня восторженно глазели местные незамужние барышни и алчно — их мамаши. А перепоручить кому-то это дело было нельзя. Капсулы с посланиями активировались лишь прикосновением моей ауры. Демоны бы побрали все предосторожности, введенные батюшкой. Не думал я, что почта мне потребуется настолько часто!

Вот и сегодня, вполне довольный результатами визита в дом маленькой некромантки, я отправился в городок, чтобы забрать свою корреспонденцию и отправить послание брату. Собственно, сочиняя его, я и опоздал к некромантке. Когда обещал ей разобраться с ее проблемой, все казалось предельно простым и прозрачным. А когда начал писать брату, то оказалось крайне сложно внятно объяснить, зачем мне вообще все это нужно. Так и вышло, что я потерял время, четыре раза переписывая письмо. Но это было еще ничего! Ибо на самой почте меня ждало послание от маркиза Лорье! Старый лис! И додумался же отправить послание королевской почтой! Не иначе как перед этим уже нанимал магов, чтоб отследить меня по следу от портала магящика! Не зря я его оставил дома! Ох, не зря! Демоны его раздери!

Открывать послание прямо на почте, под любопытным взглядом пожилого клерка, я не стал. Королевская почта хороша тем, что ею можно отправить послание, не зная даже точного местонахождения адресата. Главное, чтобы имелся слепок его ауры. А уж послание по слепку само находит адресата, само посылает уведомление. Магия — очень удобная вещь. Адресату остается лишь сходить на ближайшее отделение и забрать то, что его там ждало. И обычно тот, которому адресовалось письмо, сразу же узнавал, от кого оно пришло. Старому лису крупно повезло, что одновременно с его письмом мне пришли еще письма от брата и матушки. И я просто не распознал в строенном сигнале неродственную ауру. А теперь уже поздно. Лурье уже знал, что я получил послание. Теперь нужно открыть его так, чтобы, если внутри заложена магическая следилка, сигнал не ушел к маркизу. А сделать это можно было лишь дома, в кабинете, в котором я установил специальный купол…

Вторым неприятным сюрпризом за утро стало то, что когда я покинул помещение королевской почты, на пороге меня поджидал местный мельник:

— Доброго денечка, господин маг! — решительно приветствовал он меня, в то время как я, наивный, пытался его обойти, чтобы добраться до своего коня.

— Приветствую, уважаемый, — сухо отозвался, когда понял, что мельник не торопится уступать дорогу. — Чем обязан?.. — намекнул ему я на то, что у меня мало времени.

Мельника ни капельки не смутила сухость приема. Он поднял голову и решительно посмотрел мне в глаза:

— Вы что ж это, господин маг, — тихо и угрожающе начал он, — думаете, если вы колдун, то вам все можно?

Если честно, я обалдел от претензии.

— Не понял?.. — недоуменно задрал бровь, раздумывая, где и как исхитрился перейти местному богачу дорогу.

Мельник был богат. Мне об этом шепнули еще в первый день пребывания в этом загаженном гоблинами городишке. Второй или третий по богатству после городского головы. Точно не помню. Не заострял внимания. Так как не считал, что мне это нужно.

— Да все ты понял! — начал кипятиться мельник, багровея на глазах. К моей одной задранной брови присоединилась вторая. Да что это с местным богачом?

— Будьте так любезны объясниться или уйдите с дороги! — самым ледяным тоном, от которого все прихлебалы брата спешили разбежаться по углам как тараканы, потребовал я. — Не понимаю сути ваших претензий. И вообще, спешу.

К моему огромному удивлению, мельник неожиданно успокоился. Одернул добротный сюртук из коричневого сукна с отделкой золотым витым шнуром. Редкое убожество, на мой взгляд. Поднял повыше подбородок. Я отвлекся на его внешний вид, только сейчас понимая, что мещанин позволил себе одеваться, как знать среднего сословия. И потому слова мельника не сразу дошли до моего сознания:

— Суть моих претензий в том, — требовательно заявил этот наглец, — что, если попортили девку, господин маг, будете любезны жениться!

В слова «господин маг» мельник вложил изрядную долю яда. И только поэтому я не сразу осознал, что он от меня хочет. А когда понял…

Что?! Мне, герцогу Девейро и внебрачному сыну короля жениться на мельничихе?!

— Лорд, — сухо поправил я наглеца, размышляя, что делать: наплевать на репутацию и уехать, не разобравшись, в чем дело? Или все-таки выяснить, какую-такую девку я попортил. — Как аристократ высшего сословия, я имею право на данный титул.

— Да хоть сам король! — отрезал мельник, явно начиная раздражаться. — Мы здесь люди простые и понятия чести блюдем…

На некотором расстоянии от нас начала собираться толпа, явно предвкушающая бесплатное развлечение. Я бы мог, конечно, предположить, что всем жителям этого убогого городишки срочно понадобились услуги магпочты, но… Мне не нужно было активировать подслушивающее заклинание, чтобы убедиться в том, что на нас с мельником делают ставки: кто кого. Слишком уж азартными и предвкушающими были лица ожидающих бесплатного представления. Особенно дам. Назвать этих стервятниц «леди» язык не поворачивался даже комплимента ради.

Письма буквально жгли карман. А тут какой-то мельник с какими-то претензиями. Отчаянно хотелось рыкнуть, что мне плевать на честь какого-то мельника. И на его притязания тоже. Но осторожность вынудила сказать совсем не то, что рвалось с языка:

— Короче, любезнейший! — холодно осадил местного богача. — И ближе к делу!

Мельник надежно перекрывал мне проход к коновязи и средству побега. В такую нелепую западню я не попадал уже больше пятнадцати лет. Деваться было некуда, нужно было выяснять, что у него за претензии ко мне. Но теперь я уже жалел, что не приобрел какой-нибудь малый ящик магпочты. Что такое пять сотен золотых монет в сравнении с покоем и возможностью жить вдали от жаждущих отволочь меня к алтарю?

Местный богатей то ли и вправду опешил от моего выпада, то ли очень хорошо играл на публику. Он открыл рот и округлил глаза, словно у него перехватило дыхание от моей выходки, оглянулся будто в беспомощности на стоящих позади и… Совершенно по-бабьи заголосил:

— Люди добрые, да что ж это деется?! Дочку любимую и единственную пригласил на прогулку, потащил в лес, продержал там целый день, вернув аж вечером, а теперь делает вид, что ни при чем?! Бриджи-и-ит!!! А ну, иди сюда немедленно!

Удивительно, но от вопля мельника поморщился не только я. Да и вообще особого сочувствия у горожан, как я успел заметить, незадачливый папаша не нашел. Люди пересмеивались и переглядывались. Правда, стараясь, чтобы мельник не заметил. И мне показалось, что они заключали между собой ставки, кто кого одолеет. Мельник меня или наоборот. Меня это взбесило. Как и зареванная мордаха лживой идиотки, которая в буквальном смысле свалилась мне на голову с нависающей над дорожкой ветки дуба, когда я отправился на прогулку в лес.

— Бриджит, — потребовал папаша, уже видевший в мечтах себя тестем мага, — а ну-ка, расскажи нам всем, как все было!

Мельник за руку дернул подошедшую девчонку так, чтобы она встала прямо между нами. Та всхлипнула и подчинилась. Но при этом испуганно покосилась на меня. Ага, еще помнит про Гектора. Это хорошо.

— Бриджит! — грозно повторил незадачливый папаша, еще не осознав, что его попросту дурят. — Расскажи все, что ты рассказывала мне!

— А может, не надо, папенька, — последовал осторожный ответ. — Соседи ведь смотрят…

— Что-то ваша дочь не торопится признавать в собственных подвигах, — снасмешничал я. И незаметно активировал призыв Гектора.

Зомби остался дома, в моей спальне. Слуги, доставшиеся мне вместе с поместьем, побаивались его. Да и нервировать без причины горожан мне тоже не хотелось. Так что когда отправлялся в городок, лучшим решением мне показалось оставить Гектора на коврике у камина. Теперь же я надеялся, что он сумеет быстро выбраться из дому и добраться до меня. Авось после появления Гектора, дочка мельника наотрез откажется выходить за меня замуж. Не зря же она визжала как резанная в лесу, когда, свалившись мне на руки, в непосредственной близости от себя увидела оскал Гектора, вставшего на задние лапы, чтобы изучить мое приобретение?

Мельник побагровел от негодования на несговорчивую дочь:

— Бриджит! Расскажи, что вы делали, когда господин… лорд маг позвал тебя на прогулку! — приказал он.

Девица, ежась под моим взглядом и взглядами любопытствующих горожан, нерешительно начала:

— Ну-у-у-у… Мы гуляли с собачкой господина Дамиана…

— С какой еще собачкой? — недовольно перебил дочку мельник. — Ты не говорила про нее.

— С мертвой собачкой, — с несчастным видом призналась Бриджит. А потом ткнула пальцем куда-то в сторону дороги из города: — Вот с этой собачкой!

Все дружно повернули головы в указанную сторону, и я в том числе. Только для того, чтобы увидеть крупный скелет собаки с корзинкой в зубах. Я, честно говоря, оторопел настолько, что, забывшись, спросил:

— Гектор, ты кого это обокрал? А ну, отдай!

Недоумевая, что могло пойти не так, как абсолютно послушный зомби мог пойти на кражу, я выпустил нить силы, чтобы дополнительно стреножить Гектора и отобрать у него добычу. И каково же было мое изумление, когда я осознал, что это не Гектор! А чужой зомби преспокойно прошествовал ко мне, поставил корзинку у моих ног, сел сам и требовательно уставился на меня.

Меня так и подмывало спросить, что он хочет. Но у всех на глазах я не рисковал. Да и к тому же уже осознал, что раз это не Гектор, значит, собачка принадлежит некромантке, чью судьбу я пытался решить.

— Хорошая собачка! — неожиданно раздалось веселое из толпы. — Чуете? Свежей выпечкой пахнет! Песик заботится о своем хозяине! Вон, пирог у кого-то стащил, чтобы маг не остался голодный!

В толпе грянул хохот. А я скрипнул зубами. Что ж ты, девочка, так жестоко мне мстишь? А главное, за что? За то, что отказался на тебе жениться? Так рано тебе еще. Выучится сначала нужно. Во избежание вот таких вот казусов. Теперь, когда собака, а вернее, волк, сидел прямо у моих ног, я ясно видел, что в заклинание подчинения вложено немало сил. Гораздо больше, чем требуется. И, что хуже всего, девчонка как-то сумела поставить запрет на перехват управлением. Зомби упокоится сам. После того как выполнит свою задачу. Вот только, что это за задача? Передать мне пирог, будь он неладен? Или…

Оказалось, или. В тот самый миг, когда я уже решил забрать у волка корзину, которая так будоражила умы горожан, через невысокую живую ограду рядом с толпой зевак вдруг перепрыгнул еще один зомби. И широкими прыжками помчался в мою сторону.

Я чуть не застонал вслух, когда Гектор, а это уже точно был он, пробегая мимо дочери мельника, неслабо стегнул девчонку костистым хвостом. Да, Гектор нахалку почему-то невзлюбил сразу. Словно обладал собственной волей. И ходить бы девчонке с синяками на ногах, если бы не большое количество нижних юбок: зареванная, всхлипывающая на публику мельничиха вырядилась словно на бал.

А дальше случилось то, чего не подозревал даже я: мой Гектор, добравшись до хозяина и господина, неожиданно ревниво ударил пришельца боком, вынудив не ожидающего подобной подлости зомби, покатиться на клумбу под окнами почты. Корзинка же, принесенная чужим зомби, получила мощный удар лапой. Гектор, казавшийся таким послушным, без колебаний избавлялся от всего, что было чуждым его хозяину.

Я ничего не успел предпринять. Корзинка тяжело взмыла в воздух, отлетела чуть в сторону, неуклюже перевернулась в полете и вместе с содержимым приземлилась на голову мельнику…

Эйнджел

Люсинда возилась с сыром, а я перебирала крупу на кашу и пыталась угадать реакцию Дамиана на подношение. Улыбнется ли он, сообразив, от кого получил подарок? Попробует сразу или равнодушно отошлет на кухню? А может… Может у него гости, и он со смехом станет всем рассказывать, как юная дурочка пытается его на себе женить? От последней мысли безумно испортилось настроение. И я заерзала на месте. Ну где же там Грэшем и Адриана? Еще, не ровен час, дядюшка спохватится и потребует кого-нибудь из них к себе. К тому моменту, когда Грэшем и сестренка ввалились в кухню, я уже успела перебрать крупу и вся известись от переживаний. А Люсинда закончила с сыром.

Мне хватило одного взгляда на наших добровольных засланцев, чтобы понять: что-то пошло не так. Выражение лиц у обоих было неописуемым. Грэшем сразу же прошел в угол, где стояла кадка с питьевой водой. Зачерпнул ковшик и начал с шумом пить. Словно его мучила такая жажда, будто он год не видел воды. Адриана же как лунатик пересекла кухню и плюхнулась на табурет напротив меня.

Подождав несколько секунд и убедившись, что Адри не планирует начинать рассказ, я не выдержала и поторопила ее:

— Ну?! Как все прошло? Не молчи! Понравился ему пирог? Или он его даже не попробовал?

— Не попробовал… — эхом повторила Адри за мной, глядя на меня круглыми как у совы, расширенными глазами. Сестра явно была в шоке. И в душе родился страх. Что могло пойти не так?!

— Мисс Эйнджел, вы только не нервничайте! — добил меня из своего угла закончивший пить воду Грэшем. — Там такое дело…

Рассказ Грэшема был скуп и краток. Но мне и этого хватило, чтобы представить, как корзинка с любовно приготовленным Люсиндой пирогом птицей взмывает вверх и коршуном падает на голову отца Бриджит. Я аж застонала. Будто у меня разом заныли все зубы и живот в придачу. Не то чтобы я была против. Семейство мельника мне уже изрядно попортило нервов. Но работу Люсинды было жаль. Да и…

Именно этот момент выбрал мой зомби волка, чтобы появиться на пороге кухни с самым недовольным видом. Рыкнуть на Люсинду, уже бросившуюся меня утешать, поглаживающую меня по голове как маленькую и приговаривающую:

— Ничего! Ничего, мисс Эйнджел! Мы новый пирог испечем! А зомби-посыльный у нас уже и так есть… — Люсинда покосилась на скелет и отчетливо вздрогнула. Но храбро продолжила, не обращая внимания на усилившееся рычание зомби-волка: — Корзинку только добудем, и можно будет отправлять! Ничего, никуда этот лорд от нас не денется!

Совершенно очевидно было то, что зомби не нравилась идея быть на посылках. Я сквозь слезы улыбнулась своему созданию и потянулась погладить по гладкой черепушке. Недовольный волк отскочил в сторону. Но укусить создательницу и хозяйку не посмел. А я вздохнула:

— Бедняга… Прости меня, я не собиралась над тобой издеваться. Наоборот, мне казалось, что так будет лучше: ты бы передал пирог и ушел бы в лес, чтобы обрести покой, не дожидаясь моего разрешения. А теперь что уж… Придется тебе постараться. Иначе так и будешь бегать, пока не выполнишь свое предназначение.

Волк наградил меня таким убийственно-укоризненным взглядом пустых глазниц, что я закашлялась. Но это было еще ничего! Потому что именно этот момент выбрал дядя, чтобы с недовольным видом зайти в кухню и потребовать:

— Принесите мне вина и сыра! И мне нужна еще писчая бумага! Эй ты! — повернулся дядюшка к Грэшему. — Ступай в городок и купи бумаги для письма! И на всякий случай еще перьев! И…

Я вздохнула и вытерла слезы:

— Дядюшка, — позвала смиренно, — у нас нет на это денег. И вино уже закончилось.

Любящий родственник отчетливо скрипнул зубами, пробормотал что-то вроде: «Навязались на мою голову» и повернулся ко мне. Да так и застыл на месте. Я не сразу поняла, что тому послужило причиной. Сообразила лишь тогда, когда любимый родственник, побледнев, резво попятился вон, пробормотав:

— За-а-ай-йди-и-ите-е-е ко мне в кабинет. Я выделю… А-а-а-а-а!.. — завопил, в конце концов, он и выскочил в коридор. Уже оттуда до нас донеслось его полное ярости: — Эйнджел! Негодница! Немедленно иди сюда!

Мы переглянулись. Вот принесло дядюшку сюда нелегкое! И зачем, спрашивается, сам шел? Мог бы позвать кого-нибудь и отдать распоряжения. Как делал всегда. А так словно знал, что ему нужно сюда заглянуть!

— Делать нечего, — вздохнула я. Встала и одернула юбку. — Нужно идти. Ох, и будет же сейчас дядя орать!..

— А ты своего зомби с собой возьми, — вдруг посоветовала Адри. — Дядя его боится и постарается побыстрее тебя отпустить.

Мы переглянулись.

— Скорее уж совсем запретит входить в кабинет, — мрачно возразила я.

— Так это тоже неплохо, — отозвалась Люсинда. — Разве нет?

Зомби я с собой все-таки не взяла. Попросила остаться у двери в кабинет. Почему-то показалось неправильным и опасным злить дядю по пустякам. А вдруг что, так я крикну, и волк забежит.

— Явилась? — сурово поинтересовался родственник, сидя на папином месте за письменным столом. — Вот! — дядя небрежно швырнул на край стола небольшой замшевый кошелек, глухо звякнувший при соприкосновении с деревом. — Купить бумаги, перьев и вина. Потом отчитаешься! Понятно?

— Понятно, дядя, — пробормотала я, опуская голову и пряча от родственника глаза. Интересно, что он опять задумал? Еще не все женихи посваталась ко мне? Или теперь он сосредоточится на продаже дома?

— Далее, — продолжил дядюшка, удовлетворившись моей мнимой покорностью, — подготовить комнату для компаньонки. Моя дорогая супруга присылает даму, которая будет вас с сестрой сопровождать во время визитов к соседям. Попробуем так пристроить вас замуж. — Вот гад! — И убери эти кости из дому! Мне еще скандалов с компаньонкой не хватает! — прикрикнул на меня родственник. — Все поняла? Тогда свободна!

Из кабинета я вышла в совершенно растрепанных чувствах. Прислонилась к закрывшейся за мной двери и растерянно посмотрела на лежащий на полу скелет волка:

— Что дядя снова задумал, как ты думаешь? Вряд ли что-то хорошее, правда?

Волк вздохнул как живой. Нехотя встал и аккуратно прикусил немаленькими зубами мои пальцы. Мол, чего раньше времени унывать? Посмотрим, что там за дама и что задумал дядя. А потом уже будем что-то придумывать.

Я не смогла не улыбнуться нежданному питомцу:

— Ты прав! А пока пошли, «обрадуем» Адри!

***

Три дня в нашем доме была блаженная тишина. Потенциальных женихов и покупателей дома не было. Дядя курсировал между столовой, кабинетом и своей спальней. Пил много вина и что-то постоянно ворчал себе под нос. Пару раз, проходя мимо открытой двери в кабинет, я видела, как дядя отправляет почту с помощью магического ящика. Вот козел! Нам с Адри говорит, что у него денег нету, а личный ящик магпочты приобрел! Все, даже мы с сестрой знали, что это очень дорогое удовольствие! И я укрепилась в своем мнении, что дом просто так не отдам! Да и замуж по указке дяди тоже не пойду! Слишком уж он многого хочет!

Комнату для будущей компаньонки подготовили напротив спальни дяди. Именно там стояла самая неудобная в доме кровать. А еще мы с Адри уговорили Грэшема расковырять немного оконную раму. Чтобы щелей не было заметно, но в комнате ощутимо сквозило. Немного помучавшись, мы сестрой расшатали половицы. И теперь они периодически противно скрипели. Адри нашла на чердаке старое и кривое зеркало. И мы заменили им то, что висело в комнате. У найденного была очень красивая, я бы даже сказала богатая рама. Поэтому вряд ли у компаньонки возникнут вопросы. А само зеркало оказалось с секретом: Адри притащила его вниз после того, как чуть не умерла от ужаса в полумраке чердака. Ей показалось в рассеянном свете, что из-за стекла за ней наблюдало чудовище. Но когда сестра хорошенечко осветила зеркало свечой, то поняла, что это всего лишь эффект кривого, дефектного стела. Видимо, это зеркало создавал какой-то криворукий стеклодув. Уверена, компаньонке будет обеспечено немало «приятных» минут. Если она сообразительна, то быстро разгадает загадку. А если нет, дядя будет каждый вечер наслаждаться истериками почтенной дамы.

Ну и в качестве вишенки на торте я, перерыв почти все книги, которые имелись в доме по магии, нашла слабенькое, но интересное заклинание: приманила мышку и привязала ее к комнате компаньонки, внушив зверьку, что даме будет приятно, иногда видеть мышку у себя на подушке. Так что к приезду компаньонки мы подготовились основательно.