Глава 12

– Зачем? Что происходит? Почему кронпринц ушел? – когда задавала вопросы, чувствовала, как трясется подбородок.

– Драконы после консумации брака, выходят, чтобы показать себя, – мягко стала говорить жрица, она старалась меня успокоить, поглаживая мои руки.

– Зачем? – нахмурившись, спросила я.

В голове не укладывалось, как можно выйти огромному количеству приглашенных гостей, после только что произошедшего.

– Особенность расы, – не меняя тона, пояснила она, – у драконов во время брачной церемонии выплетается рисунок на коже. Именно он является подтверждением того, что представитель этой расы женат или замужем.

– Рисунок? – озадаченно переспросила, вспоминая обнаженное тело мужчины.

Гладкая кожа с легким загаром, рельефные мышцы. Никакого рисунка точно не видела. Впрочем, могла просто не успеть рассмотреть.

– Если бы его светлость сделал привязку, то на вашей коже тоже сейчас разгорался бы рисунок. Точно такой же, как у него, – мягко улыбнувшись, ответила женщина с родинкой.

– Подождите, – оглушенная их словами, потрясла головой – Мне сказали, что я сгорю в сути дракона во время свадьбы.

– Все верно, ваша милость, – согласилась со мной первая жрица, объяснявшая особенности расы. – Драконы делают привязку и их соединяет не формальная брачная церемония, а общая кровь. Они становятся парой. И рисунок идентичный у обоих супругов тому подтверждение.

– Но у меня нет рисунка, – заметила им.

Все-таки жрицы обладают какой-то магией. От их тихих поглаживаний мне становилось спокойно. Я волновалась, до конца не исчез испуг, но ужас, сжавший тисками мое существо, постепенно отпускал.

– Рисунка нет, потому что его светлость не сделал привязку, – пояснила мне собеседница.

– А если бы сделал …? – вопросительно начала фразу и замолчала в ожидании продолжения.

– То сейчас в вас была бы кровь вашего мужа, – закончила она.

– Это и означает «сгореть в сути дракона»? – жестко спросила я.

– Да, – был короткий ответ.

– И я бы умерла, – мрачно сделала вывод.

– Риск, конечно, был, – не стала уходить от прямого вопроса жрица. – Но минимальный. Император знает, что человеческие девушки не всегда могут пережить церемонию, а потому позаботился заранее, обратившись к нам.

– Какой заботливый, – гневно выдохнула я.

– Вы правы, – смиренно согласилась собеседница, не обратив внимание на тон.

Одна из жриц вышла из шатра, откинув полог в сторону, и вскоре вернулась, держа в руках приготовленное платье. Женщины помогли подняться и одеться.

– Идемте, ваша милость. Мы вас проводим, – убрав в сторону ткань и удерживая ее, предложила жрица, – лорд Нетару ожидает с нетерпением. Хотя я попыталась его успокоить, он желает лично удостовериться в вашем добром здравии.

Яркий свет после полумрака шатра больно ударил по глазам. Я зажмурилась и прикрылась ладонью.

– Селия! Сестренка! – брат схватил меня в охапку, сжал руками, а затем принялся ощупывать.

– Джеральд, прекрати! – грозно окрикнула его, чувству себя чрезвычайно неловко. – Что ты делаешь?

– Руки и ноги пересчитываю. Что же еще? – почти весело отозвался он.

– И как? – невольно улыбнулась в ответ.

– На первый взгляд количество сходится, – проинформировали меня.

– Идемте, ваша милость, – ворвался в разговор строгий голос жрицы. – Нам пора.

Оглянулась и невольно ахнула. Мы по-прежнему находились в главном зале императорского дворца. Два парчовых шатра раскинуты в помещении недалеко друг от друга, а присутствовавшие гости с любопытством рассматривали меня. Получается, приглашенные на свадьбу гости находились здесь все время, пока мы с Триаром находились за тонкой преградой из ткани. Любой желающий мог слышать каждое слово, и быть в курсе происходившего.

Жар опалил щеки мгновенно. Я смутилась, потупившись под взглядами, нагло рассматривающими меня. Убеждать, что пора уходить, больше не требовалось. Заторопилась к дверям следом за жрицами. Перед нами расступались, освобождая проход. И даже то, что Джеральд держал под руку, не вселяло уверенности. Едва покинули заполненный гостями главный зал, перевела дыхание и смогла поднять взгляд. Остальной путь прошел, как во сне.

– Это не мои покои, – растерянно оглядывалась по сторонам и не понимала, почему меня привели в другие комнаты.

– Крыло принадлежит кронпринцу, – пояснила одна из служанок. – Раньше ваша милость располагалась в комнатах для гостей.

Знакомых лиц среди обслуги не встретила. Вежливо склоненные головы, легкие реверансы от прислуги и жрицы, с равнодушием относящиеся к роскошной обстановке апартаментов и заискиванию окружающих передо мной, не вносили покой в истерзанную от переживаний душу.

– А мои вещи? – растерянно оглянулась на брата, ища поддержки.

Получается, теперь мы будем жить далеко друг от друга. Незаметно привыкла каждый день выслушивать его шутки и ощущать поддержку. Насколько удалось понять размеры дворца, мы будем теперь находиться на приличном расстоянии.

– Их начали переносить, – получила короткий ответ.

Моими вещами занялись после того, как кронпринц вышел из шатра. До церемонии никто не торопился с переселением в крыло кронпринца. Неужели прислуга не верила, что человеческая девушка выживет?

– Семейное гнездышко. Хм, хм, – многозначительно пошевелил бровями Джеральд, осматриваясь вокруг, не забывая поглядывать на девушек.

Неловкость от произошедшего в шатре до сих пор не отпускала. Я посматривала на брата и пыталась понять, как ему может нравится то, что происходит между мужчиной и женщиной? Недоумение и нежелание повторения терзали. Странное положение тел, неудобство и стыдливость в определенные моменты, да еще резкая боль, пронзившая в самом начале, заставляли буквально цепенеть. Постепенно смогла дышать и пережить неприятные мгновения, но неужели кронпринц захочет повторить? У него есть доказательства того, что он женатый дракон. Разве недостаточно?

От воспоминаний о взглядах гостей по спине пробегали неприятные мурашки. Оценивающие, откровенно раздевающие, и явно смотрящие с превосходством драконы в главном зале не смогли заставить опустить голову. Осанка осталась прежней – развернутые плечи, уверенная походка – все, как учили с детства. При любых обстоятельствах необходимо помнить о происхождении. Во мне текла кровь государей. Леди Нерату особенно подчеркивала этот момент.

«О нас могут говорить в свете злые языки все, что угодно. Мы должны показать всем, что выше сплетен и пересудов. Только плебеи обсуждают королей. Аристократы никогда не обсуждают плебеев».

Строгое воспитание помогло сегодня с честью пройти плотные ряды приглашенных гостей на свадьбу, не позволив злым языкам ничего произнести вслед. Преследовавший легкий шепоток подсказывал, что некоторые очень хотели увидеть смущение невесты.

– Ваша милость, вам здесь будет удобно, – присела в глубоком реверансе молодая девушка. – Покои его светлости совсем рядом.

Слуги не скрывают, о чем думают.

Раздосадовано оглянулась вокруг. Только мне одной кажется, что сцена в шатре неприятна? Или у остальных происходит как-то по-другому?

– Отдыхайте, ваша милость, – поспешили распрощаться служанки, заметив мой нахмуренный взгляд, трактуя его как неудовольствие.

– Селия, пожалуй, я тоже отправлюсь в свои покои и отдохну, – поспешил к дверям брат.

Отчего-то он не казался уставшим. Его вид скорее напоминал ветреного повесу, собирающегося кутить всю ночь по кабакам. А утром его привезут пьяные приятели, и он будет спать до самого вечера.

– Кажется, я лишняя на этом празднике жизни, – печально произнесла вслух, когда за последним человеком закрылись двери моих апартаментов.

Интересно, хатха сейчас тоже скучает в своих покоях, как и я?

Странное чувство одиночества нахлынуло и поселилось внутри. Никогда раньше подобного не ощущала. Даже когда убегала в сад и тихо сидела у ручья, знала наверняка, что всегда могу вернуться домой, где слуги готовы выполнить малейшее пожелание. А на кухне дозволено ухватить свежую выпечку, пошутить с горничными или послушать сплетни о романах среди слуг. В Арагоне я оказалась совершенно изолированной от общества. Наверняка на мой зов прибегут и все исполнят, но в то же время чувство тоски ощутимо накатывало с каждым мгновением.

Где-то идет праздник, посвященный свадьбе, и только моего присутствия там никто не ждет. В том числе супруг. Казалось, жизнь идет в стороне, а я нахожусь у обочины и лишь проглядываю пеструю ленту событий, словно зритель, которому даже не предложили поучаствовать.

Обо мне не забыли. Вечером предложили ужин, который пришлось съесть в одиночестве без аппетита, затем служанки приготовили кровать ко сну и, вежливо пожелав спокойной ночи, оставили одну.

В памяти всплывали воспоминания дня – танец в главном зале, когда я решила, что остались последние мгновения жизни, признания служанки, сказанные тихим, едва слышным шепотом, и самое постыдное событие, заставляющее вспыхивать щеки. Обнаженный дракон, двигающейся между моих ног.

Я перебирала и никак не могла понять одного – почему кронпринц не стал делать привязку на крови? Пожалел чужачку, человеческую девушку? Очень сомневаюсь. Мы с ним разговаривали всего-то пару раз. Тогда почему не провел церемонию, как положено? Потерла браслет на руке. Теперь я мужняя жена и должна подчиняться всем желаниям супруга.

Всем? Представить не могла, что Триар захочет повторить то, что случилось в шатре. Неужели кому-то это может нравиться? Я бы предпочла встречаться с мужем лишь на общих обедах со спокойными беседами на общие темы.

Мысли вновь вернулись к тому, как к этому относятся другие люди. Их слова, дрожь в голосе, восторги о любви и страсти заставляли задуматься. Может быть, я делала что-то не так? Не поняла или как-то мой организм иначе устроен, чем у других?

Воспоминания о поцелуе заставили заворочаться под тонким одеялом. Определенно трепет жил внутри, когда Триар (надо привыкать называть своего мужа по имени) жадно целовал меня. Но потом, когда его губы и руки касались тела, ощущала стеснение, даже отдаленно не напоминающее возбуждение, что испытала во время танца или поцелуя.

С тяжелыми мыслями удалось забыться почти к рассвету.

Утром проснулась рано, сладко потянулась, старательно прислушиваясь к себе. Нет, определенно со мной все в порядке. Или жрицы обо мне позаботились. С теплотой и благодарностью вспомнила их внимание ко мне в трудный момент. Интересно, насколько откровенной можно быть с ними? Очень хотелось задать вопросы и получить ответы. Только терзали настолько личные сомнения, что даже когда думала об этом, щеки заметно теплели. Нет, все-таки еще рано интересоваться новой и незнакомой стороной жизни. Может быть, я все придумала и вдруг окажется, что кронпринцу вовсе нет никакого дела до меня. Вполне возможно он не вспомнит о молодой жене и решит, что произошедшего накануне вполне достаточно.

Несколько обрадованная промелькнувшей мыслью, спокойно одевалась, принимая помощь служанок. Однако что-то во мне неуловимо изменилось. Я смотрела в зеркало и видела в нем красивую девушку, давно знакомую и в тоже время отличающуюся от меня прежней. Поворачивая и наклоняя голову, старалась рассмотреть изменения. И неожиданно поняла – мои глаза стали иные. Не старше, но в них появился опыт. Тот самый, по которому всегда определяла возраст женщин.

– Его светлость спрашивает о вашем здравии и просит составить ему компанию к завтраку, – с торжественным видом возвестил слуга мужчина, вошедший ко мне в апартаменты.

– Передайте моему мужу, что принимаю приглашение, – спокойно ответила я, стараясь в точности скопировать тон леди Нерату.

Только сердце забилось часто-часто. Сейчас мы встретимся за одним столом. Что нас связывает, кроме официального статуса супружеской пары? Как он встретит меня? О чем будем говорить? И … предложит ли повторить вчерашнее?

Понимаю, я чрезвычайно неопытна в таких вопросах и даже совета спросить не у кого, но показалось, Триар для меня стал очень близким. С кем, как не с ним, обсудить тревожащие моменты? Так что приняла приглашение, не сомневаясь ни мгновения.

Мы семья, а потому интересы теперь общие!

С решимостью направилась за слугой мужчиной, указывающим дорогу.

Интерьер в крыле кронпринца неуловимо отличался от гостевых комнат. Цветовая гамма, форма держателей светильников, украшения – все говорило о личных предпочтениях.

Скромно, аскетично, немного интригующе и пугающе. Я с любопытством и настороженностью поглядывала по сторонам. Чувствовалась сила хозяина крыла, но он старался спрятать ее, не выставлять напоказ. Неброские краски на стенах соперничали с черными, тяжелыми элементами в деталях. Теплый терракотовый пол покрывал ковер багрового цвета, переходящий в мрачный бордо по краям.

– Сел, рад видеть тебя в добром здравии! – раздался тихий, но глубокий голос моего мужа, едва вошла в личные апартаменты дракона.

Постаралась взять себя в руки и спокойно повернуться на голос. Когда я вошла, Триар что-то изучал у рабочего стола. Поэтому супруг находился немного сбоку от меня, и не попадал в поле зрения сразу.

– Благодарю, вас ваша светлость, – присела в заученном реверансе я.

– Сел, прекращай, – с улыбкой произнес супруг и спокойно подошел ко мне.

Он протянул руку, чтобы помочь подняться из вежливого поклона, и я встретилась с его довольным взглядом.

– Давай отбросим официальные обращения друг к другу, – объяснил он. – Не могу себе представить, что буду называть жену, которую видел абсолютно обнаженной, полным титулом.

В его тоне была доброта и нежность. Я при упоминании о произошедшем вспыхнула в тот же миг. Старалась держаться, вспоминая уроки леди Нерату и вести себя соответствующе, но по какой-то причине не могла ничего возразить Триару. Он предлагал приятные приятельские отношения, и я не могла заставить себя увеличить дистанцию.

Отношения родителей всегда являлись для меня образцом, и, разумеется, считала, что в своей семейной жизни буду так же относиться к своему мужу. Думаю, леди Нерату испытывала похожие затруднения в первый день общения с собственным супругом. Впрочем, их близкое знакомство было отложено. Но ведь они прожили долго и счастливо, так почему бы и мне не создать семью, где у нас будет взаимопонимание и уважение?

– Разумеется … Триар, – запинаясь отозвалась супругу, неожиданно вспомнив, как я смело назвала мужа по имени вчера, едва за нами закрылась ткань шатра.

– Вот и славно, – повел за собой кронпринц.

Он усадил меня рядом, проявляя деликатность и вежливость. Жестом руки отослал слуг, появившихся в столовой кронпринца, и стал самолично предлагать блюда.

Он говорил, я прислушивалась к голосу и ощутимо волновалась. Связно отвечать получалось. Старательно скрывала нервозность из-за близости мужчины, но дракон оказался гораздо проницательней. Выдал меня завтрак.

– Сел, ты ничего не ешь. Ты плохо себя чувствуешь? – спокойный и вежливый вопрос о моем здоровье.

В обычной обстановке эти слова практически ничего не значат, но исходя из произошедшего … а почему собственно я вообще думаю, что это связано со вчерашним? Может быть, кронпринц просто проявляет ко мне обычное участие, принятое в высшем обществе.

– Нет, все хорошо, – постаралась ответить, сдержав дрожь в голосе.

– По тебе не скажешь, – осуждающе покачал головой муж. – Знаешь, я начинаю думать, что мой брат прав.

– В чем? – вскинула на него настороженный взгляд.

– Человеческие девушки гораздо слабее драконов, – спокойно отозвался муж, наливая сок в мой стакан.

– Он так сказал? – вспыхнула справедливым негодованием, как впрочем, всегда при упоминании мнения императора обо мне.

– Сиан уважает силу, – ответил он.

– И каким образом его предпочтения имеют отношения ко мне? – все еще негодовала я.

Вроде бы слабости при нем не проявляла, чтобы настолько в открытую уничижительно обо мне отзываться.

– Никаким, – отмахнулся от моего недовольства против императора Триар, – Я сам делаю выводы.

– Какие? – Спросила и почувствовала, что голос неожиданно охрип от волнения.

– Мы с тобой провели немного времени в постели, а ты выглядишь так, что словно собралась умирать, – скривился муж, как после кислятины. – Сиан был прав, говоря, что тебе потребуется много времени на восстановление.

Дыхание перехватило от негодования. Получается, братья обсуждали меня? И император … Представлял то, что происходило между нами вчера в шатре! Какой стыд!

– Мое здоровье в абсолютном порядке, – строго оповестила его. – Жрицы могут это подтвердить, – зачем-то добавила в итоге.

Наверное, мне неприятно упоминание о слабости по сравнению с драконами.

– Сел, дорогая, ты красивая и очень привлекательная девушка, – с каким-то воркующим, тихим и очень откровенным шепотом произнес Триар, – Я бы очень хотел повторить.

В этот момент он положил руку на спинку моего стула и уткнулся носом в прическу, искусно наведенную некоторое время назад служанками.

Меня словно магией прошило. Повторить! Неужели ему не хватило прошлого раза?

– Кажется, я понял, – чуть отстранившись и окинув внимательным взглядом смущенную меня, произнес Триар, – Нам нужно откровенно объясниться.

Нерешительно кивнула в ответ. На мой взгляд все было предельно ясно и понятно.

Однако, у Триара оказались совершенно иные соображения на этот счет. Он галантно предложил руку и помог встать со стула, затем отвел в гостиную, усадив в глубокое кресло, не забыв плотно закрыть двери. Его предосторожность оказалась не лишней. Едва мы покинули столовую, как за деревянными створками раздались привычные звуки посуды – слуги начали убирать со стола после позднего завтрака.

– Моя дорогая и чрезвычайно неопытная в делах любви, Сел, – мягко улыбнулся муж, расположившись напротив. – Думаю, нам следует откровенно поговорить, чтобы между нами не осталось недопониманий.

На замечание мужчины неуверенно кивнула. Как не крути, а он для меня супруг и теперь может распоряжаться моей жизнью. Откровенность и доверие в семье то, к чему нужно стремиться.

– Ты человек, – мягко улыбнулся дракон, отчего хотелось внимать каждому слову. – физиологические особенности твоего тела таковы, что оно гораздо слабее даже полукровки. Дорогая, не принимай близко на свой счет, – заметив, что я нахмурилась, поторопился произнести Триар. – Как я понимаю, ты даже представления не имеешь, какое удовольствие могут принести отношения между мужчиной и женщиной. И именно мне предстоит обучать тебя всему. С одной стороны это несказанно радует, с другой стороны обременяет.

Вспоминая вчерашнюю неловкость и боль, что он доставил, я смотрела без оптимизма на супруга.

– Поверь, между нами может пылать страсть. Ты будешь получать то же наслаждение, что доставила мне вчера.

«Я вчера доставила ему удовольствие?». Кажется, недоуменный вопрос безмолвно отобразился на моем лице, потому что Триар тихо засмеялся в ответ.

– Сел, маленькая, испуганная птичка. Ты всего лишь новичок в чувственности. Поверь, нужно немного искры, чтобы разбудить в тебе страсть. Мы будем счастливы, – закончил он с мягкой улыбкой.

– Я не уверена, – тихо отозвалась ему, прекрасно помня о произошедшем.

– Просто слушайся меня, я научу тебя получать удовольствие от этой стороны жизни, – он тихо засмеялся.

Все-таки он чрезвычайно красив. И самое главное очень хотелось ему верить! Я видела чуть потемневший взгляд, тот самый, что заставлял забыть обо всем в главном зале. Перевела взгляд на губы, целующих с проникновенной страстью, на которую отзывалось мое существо, и вспомнила их вкус. Так может быть, первый опыт ничего не значит и в дальнейшем меня ожидает совсем иное будущее?

– Тебя только это тревожило? – мягко спросил супруг и наклонился в мою сторону.

Мужские руки протянусь вперед, и захватили в свой плен мои ладони. Какие они горячие! Жар дракона постепенно окутывал и согревал, и в душе поселилась надежда, что в супружестве могу быть счастлива.

– Жрицы сказали, что ты не сделал привязку на крови, – зачем-то произнесла я.