Глава 14

Находясь под впечатлением от прощального поцелуя и обещания, высказанного не только словами, но и явно проскользнувшим желанием в движении губ, в выражении глаз, шагнула в комнату и тихо прикрыла дверь, облокотившись к ней спиной. Мысли в голове путались, а сердце тревожно билось от ожидания.

– Селия, где была? – окликнул меня веселый голос Джеральда, – Пришел тебя проведать, а сестренки нет.

Брат осматривал взволнованную меня, и в его взгляде были явственно заметны понимание охватившего смущения и волнения.

– Мы с Триаром летали на грифонах, – постаралась выровнять дыхание и ответить как можно спокойней.

– Называешь мужа по имени? Значит, у вас все хорошо? – он слегка приподнял брови, подчеркивая, что его очень интересует ответ.

– Да. Наверное, – сделав небольшую паузу между словами, ответила ему.

Медленно прошлась по гостиной, сцепив ладони перед собой. Непроизвольным жестом потерла руки друг от друга.

– Ты здесь давно? – спросила лишь бы что-то сказать.

– Прилично, – кивком головы Джеральд указал на бутылку с вином, в которой едва ли осталась половина.

– Император позвал нас к столу, – почувствовала себя неловко и попыталась оправдаться за долгое ожидание в одиночестве.

– Селия, теперь это твой дом и твоя семья, – мягко улыбнулся в ответ он, поняв мотивы. – Завтра я уезжаю, – жестко добавил и быстрыми глотками допил вино из бокала, который держал в руке.

– Уже завтра? – прижала руки к груди и испуганно посмотрела на него.

– Да. Мне вручили документы сегодня с устным приказом императора поспешить к Кристану, – недовольно поджал губы брат.

– Я думала, ты задержишься здесь, – печально протянула в ответ.

– Не переживай, сестренка, все у тебя будет хорошо. С мужем вы поладили, твой цветущий вид говорит о прекрасном здоровье. Так что, наслаждайся жизнью! – с этими словами Джеральд плеснул еще вина в свой бокал. – За тебя, Селия! – поднял он тост в мою честь.

Что-то скрывалось за его словами, произнесенными резко, почти враждебно, но я была слишком взволнованна, чтобы разгадать спрятанный смысл. Не зная, что сказать и как реагировать, наблюдала за братом, вновь быстро выпившим вино и поставившим бокал на стол рядом с бутылкой.

Вздрогнула от легкого стука в дверь и обернулась.

– Его светлость просил передать, – коротко присев, произнесла служака, держа в руках огромный букет цветов.

– Хорошо, поставьте в вазу, – рассеяно ответила ей.

Девушка хорошо ориентировалась в комнате, она быстро нашла подходящую емкость, наполнила из графина с высоким горлышком водой и аккуратно опустила стебли в воду. Она ловко расправила соцветия, чтобы каждому бутону досталось место, и его можно было рассмотреть, и, вновь вежливо присев, направилась к выходу.

– Его светлость просил узнать в котором часу подать вино и легкие закуски, – остановившись у дверей, произнесла служанка.

Поймала на себе делано насмешливый взгляд Джеральда, картинно приподнявший брови.

– Я дам вам знать позже, – уклончиво ответила ей, и девушка поспешила покинуть покои.

– Романтический ужин с мужем? – растянул губы в многозначительной улыбке брат.

Отчего-то вовсе не хотелось слышать шуточки по поводу супружеской жизни. Нервозность перед вечером, когда Триар обещал повторить и постараться научить «получать удовольствие от этой стороны жизни», не проходила. Вполне хватило откровенных намеков императора и хатхи за ужином, чтобы сейчас выслушивать подобное от Джеральда.

Брат понял мой недовольный взгляд и притушил веселье в глазах. Он поднялся на ноги и, сделав пару шагов, оказался рядом.

– Не нужно смущаться и переживать, сестренка, – обнял он меня. – Теперь ты замужняя женщина и это нормально, когда муж желает провести время вместе.

Уткнулась лицом в его плечо, чувствуя, как щеки потеплели от смущения. Джеральд стал поглаживать ладонями по спине, успокаивая.

– Знаешь, я немного тебе завидую, – тихо шепнул он на ухо.

– Мне? – удивилась я.

– Да. Кажется, тебе повезло с браком, – произнес он и тяжело вздохнул.

– Это так странно, – вздохнула в ответ.

– Привыкнешь, – утешил Джеральд, – Как бы я хотел, чтобы моя семейная жизнь сложилась столь же удачной, – вдруг признал он.

Отстранилась, внимательно посмотрев в его глаза, и увидела в них то самое чувство, с которым он поднимал импровизированный тост за меня. Получается, Джеральд считает мой брак удачным, в то время как сам на счастье не рассчитывает.

– Ты обязательно встретишь свою любовь, – улыбнувшись, постаралась вселить уверенность в будущее.

– Пусть и в твоей жизни будет настоящая любовь, – в ответ тепло пожелал брат.

Мы еще раз крепко обнялись, как никогда чувствуя родственность душ. Я прижималась к нему, понимая, что это последние мгновения, оставшиеся нам. Завтра брат уедет, и из моей жизни навсегда уйдут родные, оставляя в душе лишь воспоминания. Наверное, Джеральд испытывал что-то подобное, потому что не торопился выпускать меня из своих объятий, стараясь продлить охватившие нас чувства.

Когда Джеральд ушел, чтобы перестать нервничать и переживать о предстоящем ужине, решила последовать совету Триара и отправилась в душ. Небрежно сбросила одежду на пол и шагнула под теплые струи воды.

Еще вчера обратила внимание, насколько красиво и роскошно устроены предоставленные покои. Комнаты отличались от тех, где размещали гостей. В отделке интерьера чувствовался утонченный вкус. Не было кричащей роскоши, продуманы мельчайшие детали, сделаны акценты на форму и цвет не только со знанием стиля, но и с любовью. Кто-то вложил частичку своей души, обставляя апартаменты.

Кровать в спальне располагалась так, чтобы лучи солнца не разбудили преждевременно, но в тоже время достаточно близко от окон, позволяя любоваться раскинувшимся парком. Пушистый ковер, покрывающий пол, и тяжелые складки портьер гармонировали между собой, отличаясь лишь по тону. Занавеси, струящиеся у кровати, придавали воздушности мебели больших размеров.

Купальня отделана тем самым странным камнем с полированной поверхностью. Нежно голубого цвета стены и чуть темнее пол давали ощущение прохлады и уюта одновременно. Огромных размеров купель находилась на возвышении. Серебристого цвета краны, ручки, полочки для полотенец выдержаны в одном стиле и на каждом предмете красовалось клеймо императорского дома.

Задумчиво рассматривала ванну, стоя под душем и размышляя, стоит ли позволить себе немного понежится в теплой воде? Перевела взгляд на окно, задернутое плотной органзой. Ткань позволяла видеть пейзаж и пресекала любопытные взгляды снаружи. Вечер давно превратился в летнюю ночь. Черный квадрат хмуро смотрел на нерешительную хозяйку роскошных покоев, словно предупреждая об ожидающем кронпринце, в нетерпение находящемся в своих комнатах.

Сколько бы не оттягивала время, но избежать визита мужа не удастся. Пришлось решаться.

Позвонив в колокольчик, вызвала служанку и распорядилась, чтобы она помогла высушить и причесать волосы «ко сну», как пояснила ей. Даже если девушка знала о визите Триара, ничем не выдала своего мнения.

Через полчаса смотрела на себя в зеркало. Высушенные и искусно уложенные локоны легли на плечи. Белоснежный пеньюар не столько скрывал очертания фигуры, сколько оставлял простор для фантазии. Коротенькая из мягкого кружева сорочка была практически не заметна в широких складках белой ткани. Атласные домашние туфельки с озорным помпоном на носочке и невысоком каблуке незаметно прибавляли роста. Мне всегда казалось, что я слишком мала, а потому старалась компенсировать этот недостаток активным образом жизни и высоко вздернутым носиком.

Немного румян на скулы, чтобы не казаться в вечернем свете слишком бледной, капелька кармина на губы. Еще раз осмотрев себя в зеркале, осталась довольна внешним видом. И последний штрих – духи. Выбрала свежий, цветочный аромат. Он напоминал мне о доме и придавал немного уверенности.

– Передайте его светлости, что я ожидаю его, – постаралась сказать как можно спокойнее.

– Слушаюсь, ваша милость, – с легким поклоном отозвалась девушка и оставила меня одну.

Что мне теперь делать? Сесть в кресло или наоборот выйти к мужу на встречу? Бросила взгляд на кровать и почувствовала, как окончательно разволновалась. Так ни на что и не решившись, осталась стоять у зеркала, разглядывая свою одежду. Смотреть в глаза самой себе было страшно. Из зеркала на меня взирала красивая, изящная, но до чрезвычайности взволнованная ожиданием девушка.

– Вино и закуски, ваша милость, – оторвали слова служанки от разглядывания отражения.

Коротко кивнула в ответ и направилась к столу. Девушка сноровисто сервировала ужин, выставляя бутылку с вином, два бокала и тарелки. На одной красиво смотрелись кусочки сыра разных сортов, а на другой разнообразные сладости. Видимо, кронпринц не знал, чему отдам предпочтения, и решил разнообразить закуски.

Девушка коротко присела, спросила о других распоряжениях и покинула комнаты, убедившись, что больше от нее ничего не требуется.

Одна в комнате оставалась недолго. Дверь распахнулась практически сразу, едва за прислугой закрылась дверь.

– Прекрасно выглядишь, Сел, – окинув быстрым взглядом мою фигурку, тихо произнес Триар.

Мужчина был одет в обычную одежду, как будто он собирался нанести визит вежливости, а вовсе не отходить ко сну. От этого почувствовала себя вдвойне неловко, нервно дергая ткань пеньюара. Он улыбнулся, заметив суетное движение, и спокойно подошел. Мужские руки охватили лицо, и большие пальцы погладили щеки.

– Маленькая, испуганная птичка, – тихо прошептал Триар, тепло улыбаясь.

Он склонился к губам и поцеловал. Нежно, почти невесомо. Задержала дыхание, не зная как вести себя дальше. А муж не торопился разрывать поцелуй. Он нежно ласкал меня губами, удерживая лицо в своих руках. Потянулась к нему и положила ладони на его спину, обняв.

– Так-то лучше, – прокомментировал он мой порыв. – Скоро пройдет скованность, и ты не будешь зажатой.

Хотя его слова были справедливыми, сейчас они показались грубоватыми. Скорее ожидала признаний и комплиментов, а не характеристики поступков.

– Сел, давай выпьем немного вина, это поможет тебе расслабиться и не смотреть на меня сердито, – весело предложил муж и направился к столу, накрытому для позднего ужина.

Налив оба бокала почти доверху, дракон подошел и протянул один из них.

– За нас! – отсалютовал Триар и внимательно смотрел, чтобы я обязательно отпила.

– За нас, – подхватила тост, стараясь оправдать ожидания мужчины.

Вино на вкус оказалось терпко-сладким, с заметной ягодной ноткой. Во дворце предлагали лишь легкое, столовой вино, подаваемое во время ужина. Этот букет не был знаком. Небольших три глотка, сделанные мной, оказали свое воздействие. Легкое головокружение ощущалось практически сразу.

– Что это за вино? – спросила, с интересом рассматривая жидкость насыщенного цвета в бокале.

– «Драконья кровь» – с нарочитой резкостью сказал Триар, желая меня испугать, и засмеялся, заметив как я отшатнулась от него. – Ничего общего с настоящей кровью драконов оно не имеет, – поспешил успокоить. – Смесь фруктов и ягод, плюс искорка магии виноделов и в итоге получается коварный букет, который пьется легко, зато практически сразу опьяняет.

– Ты решил сегодня быть коварным? – поддержала его веселый тон.

– Еще каким, – с удовольствием протянул он в ответ и отпил немного из своего бокала. – В мои намерения входит сегодня соблазнить одну прелестницу.

– Могу я узнать, кому выпала высокая честь? – последовала примеру кронпринца и пригубила вино из своего бокала.

– Она настолько хороша собой, что я теряю голову, находясь рядом с ней, – обольстительно улыбнулся в ответ дракон и приблизился на один шаг.

– Как же это не хорошо! – притворно возмутилась и покачала головой, отступая на полшага.

– Чем же? – весело спросил Триар и приподнял вопросительно брови.

– Видеть кронпринца без головы то еще удовольствие, – прыснула со смеху и кинулась наутек от захохотавшего мужчины.

– Птичка, я ведь догоню и … – с деланной угрозой поспешил за мной супруг.

– И что? – обернулась к нему, держась так, чтобы нас разделял диван, – Чем мне это грозит?

– Я что-нибудь придумаю, – многообещающе сообщил он, пытаясь угадать направление моих движений.

– Сначала определись, а потом угрожай маленькой испуганной птичке, – засмеялась и вместо того, чтобы побежать в сторону, кинулась к двери, ведущей в спальню, находящейся позади.

– Коварная! – донеслось до меня.

Оглянулась и увидела, как Триар ловким движением легко перепрыгнул через высокую спинку дивана, предпочитая более короткий путь. Взвизгнула от неожиданности и ловким движением успела захлопнуть двери перед самым носом дракона.

– Еще и жестокая! – обиженным голосом возвестил супруг.

– Справедливая, – резонно возразила ему.

– В чем по-твоему заключается справедливость? Ты не пускаешь своего супруга в спальню, лишая удовольствия наблюдать за твоими быстрыми ножками, когда распахиваются полы пеньюара, – обиженно произнес кронпринц, прижимаясь к створке двери.

От его слов стало жарко. Облизнула пересохшие губы и набрала в грудь побольше воздуха, восстанавливая дыхание. Вспомнила о бокале с вином в руках и допила до дня.

– Справедливость в том, что, как ты правильно заметил, «мой супруг» собрался сегодня коварно соблазнить одну прелестницу, сообщив своей жене об этом, – произнеся отповедь, тихо хихикнула.

– Подумать только! Моя жена ревнует, хотя с момента нашего брака прошел только день! – тихо засмеялся Триар.

Мне нравилась дурашливая беседа через дверь, и кронпринцу, судя по всему, тоже.

– Да, я такая! – звонко оповестила его.

– Коварная, ревнивая, импульсивная, любит летать, – перечислял мои качества супруг. – Что за сокровище мне досталось?

– Еще справедливая, – напомнила ему.

– С этим пунктом я бы поспорил, – не согласился он со мной. – Не справедливо лишать мужа своего общества.

– Ты же намеривался сегодня кого-то соблазнять, – хитро напомнила в ответ.

– И не собираюсь отказываться от своих слов, – заверил он. – Сел, ты так пахнешь, даже через дверь, что я теряю голову.

– Что? Опять? – притворно ужаснулась. – Это будет страшное зрелище! Кронпринц дважды без головы.

В ответ раздался заразительный смех, заставивший меня к нему присоединиться. Услышала удаляющиеся шаги и потом вновь возвращающиеся, а затем в щель под дверь он что-то просунул. Небольшой розовый бутон на тонкой ножке робко коснулся длинного подола пеньюара.

– Что это? – подняла цветок и посмотрела на растение с улыбкой.

– Соблазняю собственную жену, – мягко ответил дракон.

– А как же прелестница? – улыбка не сходила с губ.

– Кто может сравниться с моей птичкой? – с нежностью отозвался он.

Обернулась к двери и потянула за ручку, признавая свою капитуляцию. Я смотрела на него с улыбкой, прижимая бутон к губам.

– Могу я рассчитывать на ту же нежность, что и этот цветок? – мягко сделал шаг ко мне муж.

– Только если ты на этом настаиваешь, – ответила ему.

– Очень настаиваю, – жарко прошептал он рядом с моими губами.

Цветок упал на пол вместе с моим пеньюаром, легко соскользнувшим с плеч, благодаря стараниям Триара. Его руки прижимали к себе, ласкали и обнимали одновременно. Тело послушно льнуло к нему, отзываясь на каждое нежное и требовательное движение. Кроме того, чтоб быть послушной в его руках, не могла ничего придумать.

Мои ладони покоились на его плечах, губы с радостью отдавались во власть более опытных губ, и все время ждала слов или намеков, которые помогут понять, подтолкнуть к правильным действиям. В голове всплывали воспоминания неловкой позы, когда Триар находился между разведенных ног. Неужели и сегодня предстоит испытать нечто подобное? Ожидание повтора вчерашнего сковывало, не позволяя полностью отдаться ощущениям.

– Сел, ты так пахнешь … – глубоко вдыхал Триар, утыкаясь носом в изгиб шеи.

Прикрыла глаза и ловила приятные ощущения. Слегка влажные губы на коже, горячие ладони на груди, сжимающие и теребящие с настойчивостью, отчего иной раз выдыхала с шумом, больше похожим на стон. От этих звуков становилось неловко, и я закусывала губу, стараясь сдержать громкое дыхание.

Мужские руки легли на ягодицы и прижали к себе, отчего зажатость во мне усилилась. Вчера, не зная того, что ожидает, я отдавалась охватившему возбуждению, сейчас же боялась повторения.

– Сел, можешь раздеть меня, – мягким, воркующим голосом предложил Триар.

Первые слова с ясными и понятными указаниями. Торопливо принялась освобождать мужа от одежды. Его глаза с томной поволокой были чуть прикрыты и осматривали меня очень жадно. Дракон не стал снимать коротенькую, кружевную рубашку, предпочитая то оттягивать края, чтобы добраться до груди, то приподнимать нижний край, поглаживая кожу. Наверное, не осталось ни одного участка тела, которое он бы не успел ощупать сквозь кружево или минуя его. Но ведь он мой муж и имеет на это право?

Нерешительно поглядывала на лицо Триара и ловила себя на мысли, что хочу быть опытной, чувственной и знающей женщиной.

Он помогал мне раздевать себя, при этом его взгляд неустанно охватывал каждый кусочек моего тела. Я замечала, что, когда подняла руки, стягивая в него рубашку через голову, он жадно осматривает полукружья груди, крепко обтянутые тканью. Плетения волокон не скрывали темные ареолы сосков, а сейчас и подавно прижатые кружевом.

Мои руки робко дотронулись до завязок кожаного ремня, и получили в ответ глубокий вздох. Казалось, что мужчина сдерживается, старается дать возможность привыкнуть к себе и обстоятельствам, только я никак не могла справиться с собой. Стеснялась своих действий, зажималась еще больше и четко следовала инструкциям «раздень меня».

Едва штаны мужа упали к его ногам, я встревожено посмотрела на его лицо, старательно отведя взгляд от того, что пугало больше всего. Муж смотрел с предвкушающей улыбкой на растерянную меня. Он словно говорил: «Я здесь и нам будет хорошо». Я верила ему, он в отличие от своей неопытной жены точно знал, что нужно делать.

Медленно, переступая, чтобы не запутаться в одежде, он увлек к кровати. Полностью доверяя, присела на покрывало и замерла в ожидании. Мужские руки легли на плечи, скользящим движением сбрасывая последний «бастион» – тоненькие бретельки рубашки.

– Ты невероятно красива, – жарко выдохнул Триар и увлек за собой на постель.

Кружевная ткань ему мешала, и он сбил ее в один ком, опоясывающий талию, полностью завладев мои телом. Его руки успевали ласкать одновременно грудь и живот, прорываясь ниже сквозь судорожно стиснутые бедра. Губы жадно целовали каждый освобожденный участок кожи, и в какой-то момент пришло равнодушие. Я видела его полубезумный взгляд, затуманенный страстью, но не могла разделить с ним сумасшествие. Ощущение страха сковало. Хотелось чего-то другого, искреннего, взаимного.

Недавно между нами, когда шутливо разговаривали, было единение и понимание, а сейчас, понимая неизбежность повторения вчерашнего, хотелось скрыться от Триара хотя бы за тканью покрывала.

– Сел, не бойся, – пророкотал дракон. – Того, что было вчера, не будет. Расслабься, позволь доставить удовольствие, которое ты даришь мне.

Что мне оставалось делать? Я поверила. Он был искренен и настойчив. Мужское желание заполняло комнату, сметая мое робкое сопротивление. Я позволила делать с собой все, что он считает нужным, заставляя себя идти ему на встречу.

Жадные губы, поцелуй сметающий сомнения и … неудобство, неловкость от того, когда он обхватил мои бедра и широко развел их в стороны. Шумно вздохнула, испытывая нечто сродни недовольства и неприятия. Я чувствовала, как он аккуратно входит. Кожа между ног, в месте, где только личное пространство и никто не имеет права находиться, чувствовала движения. А потом он слегка прикрыл глаза, и я почувствовала ритмичные движения, заставляющие мое тело дергаться на шелковом покрывале.

– Сел, ты невероятна, – шептал он мне, склонившись к губам.

И я видела, что для него так и есть. Однако для меня все выглядело иначе. Странно изогнутое в неудобную позу тело, дергающееся от каждого движения мужчины, широко разведенные ноги и нелепость происходящего.

Это любовь?

Та самая, что воспевается певцами в сонетах? О которой говорят с придыханием молодые девушки, мечтая и молчаливо вздыхая? Сила, двигающая миром.

Да, как Триар и обещал, боли не было. Я дергалась под ним в такт движения мужчины и очень боялась, что он заметит мой полный недоумения взгляд.